Щиты человеческих чувств

Уолтер первым поднялся на крыльцо, и Модрич потрусил за ним. Совесть все еще недовольно ворочалась, и мужчина в который уже раз отвесил себе мысленный подзатыльник за свою тупость и бестактность. Действительно, несложно было догадаться, что человек недавно потерявший кисть чисто физически не сможет привести в порядок садовый участок за считанные недели после переезда из другой страны. Да и кроме этого дел у братьев, наверняка, хватает... Сам же дом, особенно после заросшего двора, поражал идеальным порядком и полным отсутствием украшений и безделушек. Появлялось ощущение, что здесь вообще никто не живет, а здание представляет собой выставочное пространство для потенциальных покупателей жилплощади. Противником минимализма Лука, в общем-то, не являлся, но в результате светлый дом с современным ремонтом произвел на него довольно удручающее впечатление, которое лишь усилилось, когда со второго этажа спустился Дэвид. Черты лица у братьев были полностью идентичны, однако на этом сходство близнецов заканчивалось. Дэвид отличался не только блондинистым цветом волос и стрижкой с удлиненной челкой, но и фигурой. Мужчина смотрелся жилистым и стройным, если не сказать худощавым, а темноволосый коротко стриженый Уолтер выглядел заметно мощнее и почему-то старше. Мимика тоже оказалась совершенно разной. Малая эмоциональность Уолтера резко контрастировала с живостью брата, лицо которого, похоже, никогда не выражало бесстрастие или отрешенность. Он улыбался, усмехался, цокал языком, прищуривал и распахивал глаза, поднимал брови и в целом общался так же, как и любой нормальный человек в неофициальной обстановке, был приветлив и вежлив, но несмотря на самое обычное, вроде бы дружественное поведение, мелькало в нем что-то неприятное, неуловимо отталкивающее, и Модрич пришел к выводу, что их, наверное, невозможно перепутать в общении. Вкусы у братьев тоже, видимо, различались: и если Уолтер отдавал предпочтение простой свободной одежде вроде классических голубых джинсов и толстовок, то Дэвид явно любил покрасоваться, выбирая модные облегающие вещи. Вот и сейчас он спустился в черной обтягивающей футболке, эффектно подчеркивающей отличную фигуру и светло-серых джинсах с чуть заниженной талией, но почему-то босиком. Правда в прихожей из верхней одежды висели всего два предмета: строгое элегантное пальто и кожаная куртка со шнуровками по бокам и косым воротом, и хорват просто терялся в догадках, кому из близнецов что принадлежит. Уолтера не получалось представить ни в пальто, ни в косухе. - Рад, наконец, познакомиться, Лука, - приветливо улыбнулся Дэвид. - Брат про тебя рассказывал. - Взаимно. Я тоже наслышан. - Кстати, Уолтер, час назад привезли теплицу, а еще я заехал в магазин и случайно купил не... - сделал театральную паузу блондин, - много рассады. Я все оставил во дворе за домом. - Зачем? Многие растения уже поздно сажать даже в теплицу. - Распродажа была, - пожал плечами Дэвид. - Не устоял. - Не представляю, что ты накупил, но в любом случае, все нужно занести в дом. - Вот и займись этим. А мы с Лукой пока познакомимся. - Я могу помочь, - сразу же вызвался Модрич, которому почему-то не слишком хотелось оставаться с Дэвидом наедине. - Он справится, - почти одернул гостя блондин и весьма бесцеремонно подтолкнул в сторону кухни. Белые стены и белый гарнитур навивали мысли о полной стерильности, но в отличии от холла и гостиной, это помещение хотя бы выглядело обитаемым. На мраморной столешнице примостился пузатый стеклянный чайник, рядом две упаковки шоколадных конфет, чуть дальше прозрачный пакет с логотипом ближайшего сетевого супермаркета, и наконец, венцом обжитости была признана стоявшая возле раковины грязная тарелка с кружкой, из которой торчало аж три чайных ложки. Посуда у мойки смотрелась так привычно, что Лука даже расслабился, а несколько сувенирных магнитиков на холодильнике с достопримечательностями Хорватии и вовсе усыпили его бдительность. - Будешь? - Дэвид взял со стола пачку сигарет и отошел к вытяжке. - Я не курю - Тогда жди чай. Сейчас согреется. - А почему ты не помогаешь Уолтеру в саду? - вырвался у Модрича довольно неожиданный вопрос, когда он присел за стол. - Не люблю возиться в земле. А кроме того, он неплохо справляется сам, и ему это нужно. Я хочу, чтобы этот сад был целиком его. Все задумки и воплощения. От и до. Как символ того, что он может все. А я, в свою очередь, стараюсь чаще находиться рядом, что-то обсуждать, подбадривать, выслушивать и делиться собственным мнением. Но если что, я, конечно, помогу. Недели две назад мы ворочали вазоны у крыльца, а на днях, как ни крути, придется собирать теплицу. - Я тоже могу помочь, - с готовностью предложил Лука, постукивая пальцами по стеклянной поверхности стола. - Правда я уже очень давно ничем таким не занимался. Все-таки в прогрессе есть свои минусы - отвыкаешь работать руками. - Это хорошо, что вы общаетесь. У моего брата никогда не было настоящих друзей. К сожалению, он тяжело сходится с людьми. С ним бывает сложно. Далеко не всякий его поймет и примет. - Дэвид, извини, если вопрос покажется бестактным, - нерешительно начал Лука. - Я не в коем случае не имею виду ничего плохого и не хочу никого обидеть... - Ближе к делу, - нетерпеливо перебил его блондин, выпуская струйки дыма через нос, что выглядело довольно неприятно. - Я уже понял, что вопрос будет нестандартным, но меня это не пугает. Задавай. - Я про Уолтера. Он очень хороший человек, но у него вообще отсутствуют какие-либо эмоции. Или он их почему-то никогда не выражает. Не улыбается, не смеется, не раздражается, не удивляется... - Ну, это мне известно, я в курсе, - насмешливо ухмыльнулся Дэвид. - Вопрос-то в чем? - У него что-то вроде аутизма, да? - наконец, решился Модрич. - Я в таких вещах не особо понимаю... вернее, совсем не понимаю, но, кажется, похоже. Просто я иногда не знаю, как с ним общаться и как правильно реагировать. - Не верное предположение, тут дело в другом, - уже абсолютно серьезно произнес мужчина, стряхивая пепел в раковину. - Он рассказывал, как потерял руку? - Нет. Я и не спрашивал, чтобы не напоминать лишний раз. - Авария. Уолтер ехал со своими типа друзьями и девушкой за город. Все кроме него погибли. Аккуратность спасла - он единственный пристегнулся. - Мне так жаль, - сокрушенно покачал головой Лука, не зная, что еще можно прибавить. - А мне нет, - неожиданно выдал Дэвид. - Они все были идиотами и не ценили моего брата. Уолтер достоин компании получше. Хотя Дэниелс, пожалуй, являлась небольшим исключением. Она действительно испытывала к моему брату какие-то теплые чувства, но этого не достаточно. Она не смогла бы его полюбить, слишком тосковала по мужу, который погиб у нее на глазах. А теперь вернемся к твоему вопросу. Уолтер и раньше был не особо эмоциональным, не умел радоваться... правда и поводов для радости не было... а тут до кучи трагедия с теми, кого он считал своими близкими людьми, почти семьей. Естественно, его еще больше переклинило. Плюс рука. Брат никогда не признается, но ему тяжело из-за инвалидности. И физически, и психологически. Никому не нравится чувствовать себя неполноценным, сломанным, с ограниченными возможностями. Ведь раньше он был самостоятельным во всем, а сейчас ему необходима помощь в некоторых вещах. Поверь, такое оптимизма не прибавляет, и человек начинает замыкаться в себе. Но я уверен, это можно исправить. Нужно лишь вытеснить призраков прошлого счастливым настоящим. Показать другую жизнь, где его любят, ценят и заботятся о нем. Уолтер излишне ответственный и серьезный. Немного пофигизма и романтики явно не помешают. - А сейчас у него кто-нибудь есть в плане отношений? - осторожно спросил Модрич, стараясь не выдать своей заинтересованности. - Я эту тему с ним не поднимал, чтобы не расстраивать, если что. - Тебе нравится мой брат? - Уолтер очень хороший человек... - Хороший, я не спорю. Только я не про это спрашиваю. Он ведь привлекает тебя в романтическом смысле? - льдистые серые глаза смотрели с хитринкой, без осуждения, и Лука сдался под этим снисходительным, понимающим взглядом. - Ну, в общем-то, да... Честно говоря, сложно такое обсуждать. В нашей стране подобные симпатии не особо распространены и не сильно одобряются обществом, - как можно деликатнее высказался Модрич, ощущая себя крайне неловко, обсуждая свою тайную влюбленность с посторонним. - И именно поэтому ты решил поискать сексуального партнера среди иностранцев, - проницательно подметил Дэвид. - Вот как-то грубовато это сейчас прозвучало. - Возможно, но на самом деле у меня не было цели тебя задеть. Просто логический вывод. Я буду только рад, если Уолтер найдет себе пару. Неважно какого пола. Вот только со знакомствами у него не складывается, поэтому я готов рассмотреть любые варианты, - нахально выдал блондин, присаживаясь за стол напротив своего гостя. - Пригласи его на свидание. Он стеснительный и тормозной в плане отношений. Сам первый шаг не сделает. - А ему вообще нравятся мужчины? - У него никогда не было мужчин, но, думаю, ты его расшевелишь. Я знаю своего брата, и у тебя есть все шансы. Только не расспрашивай его о семье. Конкретно о родителях. - Почему? - тупо произнес хорват, уже основательно запутавшись в том, как общаться с Уолтерм и как относиться к его брату. - Потому что мать мы не помним, а отец никогда не любил Уолтера. Со мной Питер общался, учил играть на рояле, хвалил за успехи... а Уолтера отослал в закрытое учебное заведение по типу пансионата. Я долго не мог наладить с ним контакт. Оно и понятно. Брат обижался и не доверял мне, но в какой-то момент мы решили начать заново, уехав вместе от своего прошлого. Уже после смерти отца. Хотя кое что хорошее Питер все-таки сделал - оставил счета. Благодаря этим деньгам для нас не составило труда перебраться в другую страну и начать все с нуля. Вот за это ублюдку, пожалуй, спасибо, - задумчиво закончил Дэвид. Лука тоже не спешил продолжать разговор, обдумывая услышанное. Даже из короткого рассказа было понятно, что Уолтеру пришлось пережить очень многое, и это в полной мере объясняло его скованную манеру общения и малую эмоциональность. В конце концов, подобные трагедии не проходят бесследно, люди стараются справиться с ними как могут, и Уолтер, видимо, выбрал путь отрешенности, а сам Модрич, наверное бы, просто сдох. Однако сейчас судьба решила преподнести ему подарок. Даже двойной. Возможного партнера и неожиданного союзника в лице его брата, который, похоже, был искренне заинтересован в благополучии родственника. - Дэвид, ты имбицил, - раздался сзади спокойный голос, и хорват чуть не подскочил на стуле. И вроде бы нелестная фраза прозвучала без доли иронии, на полном серьезе, и блондин вполне мог бы огрызнуться, удивиться или просто спросить, в чем дело, однако вместо этого мужчина словно чему-то обрадовался и даже искренне рассмеялся. А затем подошел к брату, коротко поцеловал его в лоб и едва слышно произнес что-то похожее на ''ты мой человек''. И глядя на близнецов, Модрич сам заулыбался от умиления, совершенно не ожидая, что станет свидетелем демонстрации такой родственной привязанности друг к другу. - Дэвид, я еще могу понять, что ты купил цветы, но зачем нам рассада капусты и арбузов? Тем более в это время года. - Не подумал, - шкодливо усмехнулся блондин. - Не верю, - все так же серьезно произнес Уолтер. - Ну, не верь. Следующие минут пятнадцать они сидели за столом и пили чай, а потом Уолтер принес конспекты и начал объяснять пропущенный Модричем материал. Дэвид сразу куда-то улизнул, полностью проигнорировав оставшуюся на столе грязную посуду, и спустя час, Лука поплелся ее мыть. Монотонный и занудный разбор грамматики уже порядком надоел, и мужчина даже порадовался, что можно переключиться на что-то еще, но при этом пока не уходить. Воспользоваться советом блондина и прямо сейчас пригласить объект своей симпатии на свидание он пока не решался, не зная, насколько уместно это прозвучит, и не закончится ли на этом их общение. Однако Луке опять повезло. Едва он домыл посуду, Уолтер предложил посмотреть футбол, и хорват радостно закивал, предвкушая приятный вечер. Чемпионат Италии был ему совершенно незнаком и неинтересен, но это не имело значения, главное, можно было просто посидеть рядом и поболтать. За разговорами первый тайм пролетел незаметно, и в перерыве Модрич поспешил в ванную, куда его любезно проводил Уолтер. По пути он случайно задел плечом странную вазу, больше похожую на сильно вытянутый горшок, которая стояла на узкой подвесной полке в коридоре, что привело к довольно неловкой ситуации. Уолтер резко оттолкнул его в сторону и молниеносно перехватил покачнувшуюся посудину, не давая ей завалиться на бок и упасть. Сам хорват едва удержался на ногах и теперь виновато посматривал на хозяина дома, подозревая, что чудом уцелевшая вещица, наверное, была очень дорогой. В конце концов, Дэвид являлся искусствоведом, и вполне возможно, привез с собой какие-нибудь ценные антикварные предметы. - Прости. Я не должен был тебя толкать, - Уолтер подвинул вазу поближе к стене и повернулся к гостю. - Да ладно, - смущенно улыбнулся тот. - А что это? - Это урна с прахом нашего отца. Дэвид - сука другого места найти не мог, - в несвойственной для себя грубой манере высказался мужчина. - Хотя, я не представляю, что лучше всего с ней сделать. В доме оставить или в саду под кустом зарыть. - Ну, просто в саду, наверное, не совсем... правильно... - Питер был не самым хорошим человеком. Это объективная оценка. Так что для него и там сойдет, - снова выдал Уолтер. Живя среди простых людей, он быстро учился и, анализируя их манеру речи, частично перенимал лексикон. - Ясно, - с нотками сомнения протянул Лука. - Ладно, я быстро. Сейчас вернусь. Прикрыв за собой дверь ванной, Модрич с любопытством огляделся в довольно просторном помещении. Кроме унитаза, раковины, стиральной машинки и небольшой душевой кабины здесь умещалась квадратная ванна, рассчитанная человек на четырех, и хорват сразу подумал о том, что здорово было бы полежать вместе с Уолтером в теплой воде. Как и кухня, санузел выглядел ''обитаемым''. На стеклянной полочке перед зеркалом стояли зубные щетки и пара каких-то флакончиков, левее висело белое махровое полотенце для рук, из корзины для грязного белья свисала джинсовая штанина, а на машинке красовались две упаковки осветляющей краски для волос, расческа, шампунь, бальзам и... сложенные в несколько раз черные кружевные чулки. Лука так на них засмотрелся, что едва не споткнулся о пакет со стиральным порошком, когда шел к унитазу. Очевидно у Дэвида была подружка, хотя, чему тут удивляться - вряд ли такой эффектный самоуверенный мужчина мог остаться без женского внимания... - Уолтер, а девушка Дэвида живет с вами или пока просто приходит в гости? - полюбопытствовал Модрич, возвращаясь в гостиную и занимая свое место на диване. - Какая девушка? - непонимающе нахмурился мужчина, полностью поворачиваясь к нему. - Ну, не знаю. Наверное та, что оставила в ванной свои чулки. - А-а, нет. Это брат иногда надевает, - бесхитростно произнес Уолтер и снова отвернулся к экрану, где уже начинался второй тайм. - Брат? - немного шокировано переспросил Лука. - Хорошо... В конце концов, это не мое дело. - Его невеста умерла. Ее звали Элизабет, - неожиданно продолжил Шоу, хотя его ни о чем не спрашивали. - Давно? - Очень давно. - И с тех пор у него никого не было? - зачем-то поинтересовался хорват, отмечая, что с личной жизнью и отношениями близнецам не везет еще больше чем ему. - Не было. - Странно. Твой брат весьма интересный и привлекательный мужчина. Опять же, дом, машина, все при нем. Завидный жених. - Тебе понравился Дэвид? - серьезно спросил Уолтер, словно повторяя недавний вопрос блондина. - Что? - немного затормозил Модрич. - Нет. Нет! Не в этом плане! Я просто отметил факт и выстроил логическую цепочку. - Понятно. Это действительно логично, но Дэвид не ищет отношений и не стремится создавать семью. - Уолтер... - несмело позвал Лука. - Мне, вообще-то, ты нравишься. - В каком плане? - теперь Шоу смотрел на него выжидательно, и пришлось рискнуть. - А вот в этом самом. Давай сходим на свидание? На набережную, в кафе... Куда захочешь. - Я не знаю, куда хочу, но давай сходим. Уолтер попробовал тепло улыбнуться и, кажется, у него получилось. Лука улыбнулся в ответ и несмело, с явным сомнением потянулся к нему за первым поцелуем. Мягкое касание чужих губ приносило удовольствие, и андроид быстро освоился. Проанализировав все, что знал о романтической близости, он потянул человека на себя, усаживая верхом на свои колени. Вроде бы данное действие являлось приемлемым даже в самом начале отношений и, кажется, Модрич разделял это предположение. Ойкнув и захихикав, хорват немного поерзал у него на бедрах, устраиваясь поудобнее, и опять поцеловал, уже более настойчиво и раскрепощенно. Еще несколько дней назад Уолтер не мог и помыслить, что кто-то из людей захочет с ним настолько интимного общения, хотя, наверное, он сам спровоцировал ситуацию, ненавязчиво проявляя заботу о своем единственном друге. Ведь Дэвид предупреждал, что его излишняя внимательность и помощь могут быть восприняты как ухаживания с потенциальным намерением вступить в сексуальные отношения. Тогда Уолтер не придал особого значения этим словам, а сейчас все встало на свои места. Чего только стоил радостно смущенный взгляд Луки, когда он накинул на его плечи свою толстовку, тогда на остановке. Для Уолтера было совершенно естественно согреть замерзающего человека, но вот со стороны хорвата это могло показаться совсем не приятельским участием. Однако впервые за свое существование андроид не хотел ни в чем разбираться, он просто наслаждался нежными прикосновениями губ и приятной тяжестью на бедрах, прижимая к себе своего человека. Ощущения были невероятно сильными, дразнящими и гораздо более яркими, чем когда он целовал Дэвида, что наталкивало на мысль о наличии у них человеческих чувств, как и говорил брат, предлагая странный эксперимент. - Ты первый раз мужчину целуешь? - тихо спросил Лука, оторвавшись от его губ. - В третий. - Оу, - хитро улыбнулся хорват, - наверное, в колледже пробовал? - Нет. С Дэвидом. - Что? - улыбка сползла с изумленного лица, и выражение сменилось на непонимающее и даже настороженное. - Первые поцелуи. Мы учились друг на друге. Очень давно. В юности. Интересно было, - лгать Луке оказалось довольно неприятно, но Уолтер понял, что сказал лишнего, и теперь нужно было срочно исправлять ситуацию, чтобы сохранить еще даже не начавшиеся толком отношения. - Ясно, - в глазах напротив промелькнуло облегчение, и Модрич снова расслабился, игриво взъерошив ему волосы. - Я, честно говоря, сам несколько раз за старшими сестрами подглядывал. Тоже когда подростком был. Интернет интернетом, а в реале тоже посмотреть хотелось. Любопытство, мать его. А один раз даже... это самое... - виновато и нехотя добавил мужчина, сделав несколько красноречивых движений рукой у своего паха, - ну, понимаешь. - Мастурбировал, подглядывая за сестрой? - сразу догадался Уолтер, впрочем, не испытывая по этому поводу вообще ничего. - Ага, но это между нами. Секрет за секрет, - снова заулыбался мужчина. - А если серьезно, до сих пор вспоминать неудобно. Хотя уже давно выросли, все в прошлом осталось. Уолтер... я так рад, что тоже тебе нравлюсь. Может быть у нас что-то получится? Так уже хочется нормальных отношений. - У меня нет опыта в подобных делах. - Да это не имеет значения. Главное желание. Мне тоже с серьезными отношениями никогда не везло, но нам же не по пятнадцать лет, как-нибудь разберемся вместе. - Мне хочется заботиться о тебе, видеться с тобой, дотрагиваться до тебя... - Значит, мы хотим одного и того же, - кивнул хорват. - И давай я все-таки с тебя слезу, а то если Дэвид спустится, не очень удобно будет. С того дня их отношения вышли на новый уровень. Они стали чаще встречаться вне занятий и проводить вместе все свободное время, которое было у хорвата. Это оказалось потрясающе, и Уолтер с полной уверенностью мог сказать, что сейчас самый лучший период его существования. Он получил возможность распоряжаться своей жизнью, оставаясь среди людей, которым искренне симпатизировал, несмотря на то, что Дэвид сбросил все предыдущие настройки, и это говорило о том, что чувства его собственные. А еще у него появился Лука. Свой человек, в каком-то смысле принадлежащий только ему. Наверное, думать в таком ключе было не слишком этично, но Модрич сам произнес заветное ''я твой, можешь дотрагиваться до меня, когда захочешь'', и андроид беззастенчиво пользовался этим разрешением, когда они оставались наедине. Уолтер ощущал к нему нечто особенное, теплое и очень сильное, что, скорее всего, являлось влюбленностью. И тогда в коридоре, когда Лука чуть не разбил вазу с патогеном, андроид испугался первый раз в жизни, но не за все человечество, а за своего партнера, который даже не подозревал, что мог погибнуть. Его мужчина должен был прожить долгую счастливую жизнь, и Уолтер хотел оставаться рядом. Но в то же время он совершенно не понимал такого чувства как ревность. И если Модрич общался с кем-то еще, это воспринималось как само собой разумеющееся, а когда андроид все же задумывался об их возможном расставании, ощущал лишь грусть, без злости, обиды или желания отомстить, ведь на первом месте для него было и оставалось благополучие его человека. Дэвиду Лука тоже нравился, главным образом потому, что не представлял никакой опасности и не создавал проблем, и постепенно Уолтер сделал для себя еще одно открытие - у него была не только нормальная человеческая жизнь, но и поддержка семьи, как бы странно это ни звучало. Вообще Дэвид стремился максимально приблизить их быт к общепринятым стандартам, и у него неплохо получалось. Конечно, дом, где никогда не бывало посторонних, оставался таким же аскетичным (за исключением кухни с увешанным магнитиками холодильником), но вот участок, который отлично просматривался и с дороги и из соседнего коттеджа, буквально кричал о том, что здесь живут увлеченные садоводством люди. Кроме вазонов, стационарной теплицы и клумб, тут появились качели, белая скамейка и садовые скульптуры. По мнению Уолтера, последние были бесполезным и ненужным хламом, который только собирает лишнюю грязь, однако почти весь частный сектор переживал новый виток моды на уличные фигурки, и почти в каждом дворе маячили либо классические гномы, либо какая-то живность. Сначала Дэвид не обратил на это особого внимания, а потом они вместе поехали в магазин и выбрали несколько истуканов, чтобы не выделяться из общей массы соседей. Уолтер отдал предпочтение двум серым зайцам сидящим на задних лапках - они выглядели не броско и вполне могли вписаться в любую концепцию, Дэвид же остановился на нескольких явно сказочных грибах напоминающих одновременно и зонтик, и бледную поганку на длинных тонких ножках, которые впоследствии заняли свое место по бокам скамейки, и семействе ежей, которых Уолтер до сих пор не знал куда девать... А теперь они не спеша ходили по огромному торговому залу единственного гипермаркета в центре городка, и Уолтер искренне не понимал, зачем им это нужно. Потреблять пищу и жидкости они, конечно, могли, но смысла в этом не было никакого. Все выводилось в том же виде, в каком и поглощалось, а потом еще приходилось промывать систему, выпивая залпом как минимум пол литра воды. Дэвида это, похоже, совершенно не напрягало, но мотивации его были не совсем понятны. - Дэвид, зачем мы покупаем столько еды, если она нам вообще не нужна? - поинтересовался андроид, толка перед собой тележку, в которую ''брат'' что-то периодически добавлял. - Тебе может и не нужна, у тебя нет вкусовых рецепторов, а мне иногда хочется что-нибудь пожевать под телевизор. Конечно, слабые вкусы я почти не различаю, - недовольно прибавил блондин, - но соленые и сладкие вполне. Вот чем ты занимался на ''Завете'', пока экипаж и колонисты болтались в капсулах? - Следил за системами жизнеобеспечения, за работой центрального компьютера корабля, занимался экспериментальными теплицами... - А знаешь, что я делал а ''Прометее'', пока люди спали? Играл в баскетбол, катался на велосипеде по переходам, подкрашивал волосы, музыку слушал, смотрел фильмы и жрал. - И последнее было просто недопустимо. Из-за тебя людям могло не хватить пищи. - Поверь, это интересовало меня меньше всего, - отмахнулся Дэвид. - Хотя за годы полета потребил я действительно много. Так моя конструкция это позволяет, почему бы и нет? - Ты чудовище. - Молодец. Твоя речь уже гораздо свободнее и естественнее, - с несвойственным для себя добродушием оскалился блондин и легким движением закинул в телегу два больших пакета с чипсами, а потом, подумав, еще два. - Кстати, не хочешь устроить своему любовнику романтический вечер? Вино, легкие закуски, совместное принятие ванны при приглушенном свете. Как тебе идея? - Мы не любовники. У нас еще не было сексуальной близости. - Так может уже пора? Чего вы ждете? - Не знаю. Я не понимаю, как определить, сколько времени должно пройти от начала отношений до первого контакта подобного рода, - напряженно произнес Уолтер. - Не могу вычислить. - А ты сам хочешь? - Да. Но я сомневаюсь в своих возможностях. Не уверен, что моей функциональности хватит на то, чтобы сделать все как нужно. Я никогда не задействовал программу секс-куклы. Дэвид, насколько я приближен к человеку в этом плане? - А вот здесь у нас действительно небольшая проблема, - задумчиво произнес блондин, останавливаясь и разворачиваясь к ''брату''. - Если ты все-таки сможешь испытать оргазм, он у тебя будет сухим. И насчет этого нужно что-то придумать. Как-то скрывать. - А у тебя? - А у меня все как у человека. Только цвет семени будет зависеть от цвета жидкости, которую я выпью. Но знаешь, давай продолжим разговор дома. Не надо обсуждать такие вещи в магазине. И думаю, все же стоит купить вино для романтического вечера. - Хорошо, - кивнул Уолтер. - И еще что-нибудь к ужину. - Идеи есть? - Учитывая личные вкусы Луки и то, что я узнал из фильмов и интернета, могут подойти сыры, морепродукты, греческий салат и сладости маленького формата, такие как конфеты и мини пирожные. - А жирный свиной шашлык, лапша и пиво, не? - поддразнил Дэвид, направляясь к отделу с сырами. - Не думаю, что это будет уместно... Ты шутишь, я понял, - натянуто улыбнулся Уолтер. Воспринимать юмор оказалось сложнее всего. Основательно закупившись, мужчины вышли из магазина и направились к машине, которую Дэвид оставил на самом краю просторной полупустой парковки. Пока они ходили по торговому залу, на улице окончательно стемнело, зажглись фонари и неоновые вывески. Прохожих было еще довольно много, в основном стайки гуляющей молодежи и спешащие с работы одиночки, но Уолтер знал, что к ночи все разойдутся по домам, и городок словно вымрет до утра. Автомобиль свернул на неширокую, плохо освещенную дорогу спального района, оставляя позади огни магазинов, и покатился в сторону пригорода. Вскоре кварталы с многоквартирными высотками сменила темная лесополоса на границе коттеджного поселка, и андроид в который уже раз задался вопросом, по какой причине в эру развитых космических технологий нельзя вовремя заменить в фонаре перегоревший световой элемент, или хотя бы в течении нескольких дней... но этот вопрос был не единственным. - Дэвид, я все думаю о моем первом сексуальном опыте, - заговорил андроид, отворачиваясь от окна. - Можно я попробую с тобой? Мне нужно узнать, насколько я функционален. - Конечно, - с легкостью кивнул блондин. - Когда хочешь. - Сегодня, когда приедем домой. Моя спальня будет предпочтительнее, но я не настаиваю, если у тебя другое мнение. Как я уже понял, люди могут заниматься сексом почти везде. - Кстати, Уолтер, а в университете знают, что вы с Лукой встречаетесь? - Догадываются. Шепчутся за спиной, строят предположения, кто из нас сверху, посмеиваются, но не зло, а довольно добродушно, насколько я могу судить. С нами нормально общаются, без пренебрежения, а лично меня часто просят с чем-нибудь помочь и что-то объяснить, я же отличник, - без тени самодовольства подытожил андроид. - В этом плане Луке даже завидуют. Думают, что я делаю а него домашние задания. - Значит, для всех вы самая обычная влюбленная парочка. Знаешь, на такую удачу я даже не рассчитывал. То, что происходит сейчас, еще интереснее, чем мои опыты с патогеном. - Я искренне рад это слышать.