little do you know (i love you 'til the sun dies)

— Ты уверен, что тебе можно вставать с постели? — спрашивает Чонгук. Его глаза следят за фигурой Чимина, пока тот возится на кухне. Чимин демонстративно игнорирует его вопрос, вместо этого настраивая плиту, чтобы в конечном итоге не сжечь весь дом дотла. Теперь он встает на цыпочки и протягивает руку, чтобы схватить что-то с самой верхней полки. Чимин издает разочарованный стон, когда его пальцы едва ли касаются бутылки с соусом песто, даже не близко к тому, чтобы взять ее. Чонгук спрыгивает с кухонного стола, где он сидел, его грудь касается спины Чимина, когда он с легкостью достает бутылку. Чимин замолкает под ним, и Чонгук почти смеется с того, каким неподвижным и жестким он стал. Мило. Он наклоняется, чтобы поцеловать Чимина в шею, и не пропускает, как его парень слегка вздрагивает под ним. Губы Чонгука задерживаются на его шее на некоторое время, прежде чем поднимаются, чтобы расположиться прямо у его уха. — Хен, — шепчет он. — Хм? — отвечает Чимин, отвлекая себя, играя со своими пальцами. — Паста подгорает, — дразнит Чонгук, слегка касаясь губами мочки уха Чимина. Чимин снова вздрагивает, прежде чем, наконец понимает, о чем говорит Чонгук, и бросается выключить плиту. Он разворачивается, чтобы толкнуть Чонгука в грудь, негодование написано на его лице. Чонгук отступает назад, но перед этим его руки крепко сжимают запястья Чимина. Он тянет его за собой, и последний падает ему на грудь с тихим — уф. Чонгук крепко обнимает Чимина, прижимая к своей груди с намерением никогда не отпускать. Они стоят так целую секунду, после чего Чимин отстраняется, его глаза смотрят куда угодно, кроме Чонгука, когда он бормочет что-то о том, что ему еще нужно приготовить ужин. Чонгук умиляется с того, как Чимин покраснел от кончиков ушей до шеи (ему приходится физически сдерживать себя, чтобы не потянуться и не ущипнуть своего парня за щечки). Приятно знать, что после стольких лет он все еще не потерял хватку — что он не единственный, на кого влияют подобные ситуации. — Гук-а, — говорит Чимин ему в спину. — Можешь накрыть на стол? Тэхен и Юнги-хен будут здесь с минуты на минуту. Чонгук гудит в ответ. Он похлопывает Чимина по плечу и улыбается, когда тот поворачивается, чтобы посмотреть на него с любопытством. Чонгук постукивает указательным пальцем по своей щеке. Чимин закатывает глаза, но все равно наклоняется, чтобы поцеловать его в щеку. Чонгук хмурит брови и притворяется, что размышляет. — А что насчет этой щеки? — говорит он, постукивая по другой щеке. Чимин поджимает губы, его глаза сужаются, но он все же наклоняется вперед, чтобы быстро клюнуть Чонгука в другую щеку. Чонгук сохраняет то же неубежденное выражение лица, легко хмыкая под нос. — Нет, этого недостаточно. Давай заново — как следует. Чонгук не ждет ответа Чимина и вместо этого надувает губы, закрывает глаза и ожидающе наклоняется вперед для того, чтобы губы Чимина встретились с его. Он скорее слышит, чем видит, как Чимин усмехается в неверии, и не может ничего поделать с тем, как его собственные губы дергаются в подобии улыбки. Чимин шагает вперед и наклоняется, чтобы клюнуть Чонгука в губы, как тот и просил. Он отодвигается от Чонгука, когда тот громко прочищает горло. Глаза Чонгука с трепетом открываются, и он смотрит на мальчика в своих руках. — Еще раз, — бормочет он, пытаясь подавить угрожающую появиться улыбку, когда Чимин снова закатывает глаза. Он подыгрывает, наклоняясь вперед, но резко останавливается, когда оказывается в миллиметрах от губ Чонгука, и зажимает их пальцами вместо этого. Чонгук скулит, пока Чимин, наконец, не смягчается и не отпускает его. — Это тебе за твое поведение, — предостерегает Чимин (хотя это вообще не пугающе), и на его лице появляется улыбка. — Этот стол сам себя не накроет, знаешь? Чимин был просто чертовски милым — настолько милым, что Чонгук думает, он мог бы просто сожрать его, если бы захотел. С последним удрученным вздохом Чонгук неохотно отрывается от стола. Он только заканчивает с сервировкой стола, когда раздается дверной звонок. Чимин ставит дымящуюся кастрюлю с макаронами на стол и спешно снимает фартук, проверяя, как он выглядит, в отражении микроволновки. Чонгук закатывает глаза. — Хен, — протягивает он, — это всего лишь Тэхен и Юнги-хен. Чимин бьет Чонгука по руке, таща его за собой, пока он открывает дверь. Тэхен почти сразу же бросается на Чимина, и тот слегка отшатывается, хихиканье вырывается из его горла, когда он старается удержать их на ногах. — Чимини! Как себя чувствуешь? Почему ты не в постели? Разве ты не должен отдыхать? — Тэхен лепечет, пока его дыхание не заканчивается, осуждающе глядя на Чимина, а затем и на Чонгука. — Ты! Как ты мог позволить ему выйти из спальни? Ты не слышал, что доктор сказ… Слова Тэхена выходят немного приглушенными, когда Чимин затыкает его рот рукой, убирая ее только когда он убеждается, что Тэхен не начнет опять читать очередную лекцию. Тэхен возмущенно фыркает, сощурив глаза на Чимина, который просто посылает ему еще одну ослепительную улыбку. Чонгук почти забывает о Юнги, когда тот наконец дает о себе знать, прочищая горло и выходя из-за спины Тэхена. Он такой крошечный, что весь скрывается за Тэхеном, и Чонгук искренне хочет поворковать и ущипнуть старшего за щеки, но быстро решает не делать этого, когда Юнги шлет ему предупреждающий взгляд. Он переключает свое внимание на Чимина, протягивая руку, чтобы слегка похлопать последнего по спине. — Ты в порядке, малец? Чимин кивает, и Юнги принимает это, посылая грубоватую улыбку, которая длится около секунды. Чимин приглашает их внутрь, бормоча себе под нос что-то о том, что гости слишком долго ждут у двери.

☾

На часах почти час ночи, когда Тэхен и Юнги покидают квартиру Чимина, Тэхен цепляется за него до самой последней секунды, удостоверяясь, что он в порядке. Чимину приходится буквально отодрать его от себя и бросить в руки ожидающего Юнги, в сотый раз повторяя, что он в норме. Чонгук тоже должен был уйти с ними, но Чимин удержал его, дернув за рукав с таким видом, что Чонгук не смог отказать. Квартира становится невероятно тихой, когда пара уходит, и Чонгук уверен, что он может слышать, как где-то там упала булавка. Он собирается уйти, после того как убедится, что Чимин в порядке, чтобы вернуться в общежитие и немного поспать перед утренними лекциями. Чимин выходит из своей спальни, вытирая мокрые волосы полотенцем после быстрого принятого душа. Чонгук встает с дивана и подбегает к своему парню, наклоняясь, чтобы ласково чмокнуть его в щеку. — Я тоже собираюсь идти, хен. У меня утром— — Можешь остаться на ночь? — Чимин выпаливает прежде, чем Чонгук успевает закончить предложение, его щеки почти незамедлительно окрашиваются розовым. Его глаза метались по сторонам, отказываясь встречаться чонгуковыми. Чонгук умиляется про себя, сжимая щеки Чимина вместе, чтобы оставить поцелуй на его сморщенных губах. — Хорошо, малыш. Чимин бросает ему совершенно ослепляющую улыбку, разворачивается и мчится в ванную, чтобы привести себя в порядок. Чонгук следует за ним в его спальню и плюхается на кровать, доставая телефон из заднего кармана, чтобы занять себя, пока он ждет своего парня. Чимин возвращается довольно быстро, и у Чонгука едва ли есть время подготовиться, как Чимин кидается на него, хихикая, как только они соприкасаются. — У-уф, — Чонгук притворно морщится. — Ты такой тяжелый, хен. — Заткнись и обними меня. — Да, сэр. Отбросив свой телефон в сторону, Чонгук встряхивает одеяло, пока они оба не оказываются под ним. Он перекидывает руку и ногу через Чимина, который в отместку бьет его по руке. — Почему ты всегда становишься большой ложкой? Так несправедливо, — едва слышно бормочет Чимин и поворачивается, пока не оказывается лицом к Чонгуку. Чонгук показывает ему язык, а Чимин закатывает глаза, легкая улыбка появляется на его лице. Он вздыхает и двигается ближе к своему парню (если это вообще возможно), удовлетворенно прижимаясь головой к груди Чонгука. — Гук? — Мм, детка? — Ну, это… я просто… — Чимин запинается в словах, его брови хмурятся. Чонгук просто тепло улыбается, наклоняясь вперед, чтобы оставить поцелуй на его лбу. — Не торопись, хен. Я никуда не денусь. Чимин моргает, а затем пристально смотрит на него взглядом, которого Чонгук никогда раньше не видел. Он чувствует, как мурашки пробегаются по его рукам, пока он ждет, что его парень скажет, что у него на уме — но этого так и не происходит. Чимин просто качает головой, бормоча тихое — неважно, прежде чем его глаза закрываются. Чонгук концентрируется на маленьких веснушках, что украшают щеки Чимина, ожидая, что тот в любой момент проснется, но этого не случается. Его дыхание выравнивается, и это явный признак того, что Чимин крепко спит. Чонгук вздыхает и очищает свои мысли, списывая свое беспокойство на ненужное, а затем притягивает Чимина ближе к себе, их дыхания синхронизируются, когда он тоже проваливается в страну грез.

☾

— Чон Чонгук. Чонгук поднимает глаза с листа, на котором он рисовал, встречаясь взглядом со строгими глазами учителя. Его желудок сжимается — ой-ей. Он нехотя тащится к учительскому столу, внутренне вздыхая. — Где твое задание, Чонгук? — спрашивает преподавательница раздраженным тоном. — Прошло две недели. Точно. То задание. Чонгук одаривает ее застенчивой улыбкой, пытаясь задобрить своими щенячьими глазами. — Мэм, мне очень жаль, но я снова забыл, — он продолжает, прежде чем она успевает сказать хоть слово, — я обещаю — нет, правда, на этот раз точно — завтра утром оно будет на вашем столе. Его учитель глазеет на него еще секунду, прежде чем отмахивается со смирившимся вздохом. Чонгук ликует от радости, когда, спотыкаясь, возвращается на свое место. Он сидит, самодовольно улыбаясь самому себе, когда чувствует, как что-то резко укололо его в шею. Чонгук сминает бумажный самолетик в своих руках с болезненным шипением и разворачивается, чтобы хмуро посмотреть на Тэхена, который просто показывает ему язык. Урок возвращается к обычному режиму, и Чонгук снова витает в облаках, рисуя рандомные фигуры в своей тетради, когда звонок объявляет об окончании урока. Он быстро собирается и барабанит пальцами по столу Тэхена, ожидая, пока его друг сделает то же самое. Они прохаживаются по коридору в сторону кафетерия, когда громкий грохот заставляет их броситься к ближайшему окну. Они ничего не могут разобрать, но Чонгук чувствует это ох-какое-знакомое покалывание в задней части шеи — он должен идти. Он шепчет выдуманное оправдание Тэхену на ухо, что ему срочно нужно в туалет, а после проталкивается сквозь медленно формирующуюся толпу, чтобы пробиться к выходу из школы. Если бы только Чонгук притормозил, чтобы проверить, что происходит позади него. Вместо этого он выбегает из здания, бросая по пути свою сумку в один из пустых классов. Он пробирается в заднюю часть здания и, убедившись, что вокруг никого нет, быстро сбрасывает свою форму в один из тех ящиков для пожертвований одежды (он вернется за ней позже). Натягивая маску на лицо, Чонгук громко хрустит пальцами и шеей — пришло время действовать. Чонгук запрыгивает на выступ соседнего здания и довольно быстро взбирается по нему, садясь на крышу и осматривая окрестности в поисках любых признаков опасности. Как странно. Кажется, он не может заметить на большом расстоянии ничего, что могло бы вызвать его паучьи чувства. И тут что-то его ударяет. Буквально врезается в него, прямо в лицо, что Чонгук отшатывается, когда что-то напрямую соприкасается с его лбом. Он оборачивается, пытаясь понять, что именно сейчас произошло, но остается все в том же замешательстве. Чонгук чувствует, как что-то проносится мимо его руки, мурашки пробегают под облегающим латексным костюмом. На этот раз он не ослабляет бдительности и немедленно протягивает руку, чтобы схватить то, что задело его. Предмет горячий на ощупь, почти обжигает его руку, и Чонгук шипит от боли и теряет его. В секунду, когда он касается земли, ранее невидимый загадочный предмет теперь становится видимым, и он смотрит на разбитые остатки того, что выглядело как высокотехнологичное оборудование. Ему требуется еще добрая секунда тщательного изучения, чтобы понять, что это был дрон. Не абы какой дрон, а наиболее продвинутый, возможно, из всех когда-либо созданных. Сам факт того, что это устройство могло маскироваться, сбивает Чонгука с толку. Как это вообще возможно? Он выныривает из своих мыслей, когда в ушах эхом раздается теперь знакомый гул проносящихся мимо дронов. Он настолько приглушенный, что Чон, вероятно, вообще не услышал его, если бы не прислушивался. Но теперь, когда он знает, он чувствует каждый мельчайший звук и деталь в своем окружении. Закрыв глаза, он концентрируется на звуках вокруг него, сосредотачиваясь на этом жужжащем шуме. Его рука почти инстинктивно вытягивается, чтобы схватить пролетающий мимо него дрон, и швыряет его на землю, когда он мерцает и угасает в его руках. Проще простого. Только на деле это вообще не так. Он продолжает проделывать это уже некоторое время, но дроны, кажется, только продолжают приближаться. Бесконечная армия летающих роботов окружала его, словно издеваясь над ним. Глаза Чонгука распахиваются, и он обнаруживает, что запыхался, хотя на самом деле не так уж много и двигался. У него не так много времени, чтобы обдумать происходящее, когда шум чьего-то приземления на крышу позади привлекает его внимание. Он резко оборачивается, и его глаза почти вылезают из орбит, когда он смотрит на открывшееся перед ним зрелище. Чонгук прыскает, из его горла вырывается смешок, прежде чем он зажимает рот рукой, чтобы остановить себя. Там, перед его глазами, кто-то, одетый в эти великолепные доспехи, величественный, струящийся фиолетовый плащ, с аквариумом на голове в довершение всего. Да, все верно — аквариум. Чонгук старается, он действительно старается, но не может сдержаться от смеха. Он хватается за ближайший столб, чтобы удержаться на ногах, когда смех вырывается из него. Человек перед ним издает неразборчивый звук, и Чонгук думает, что это должно быть вздох. — Да, да, — раздраженно говорит человек. — Давай, просмейся уже… вот так. Чонгук успокаивается через несколько секунд и всматривается в необычное зрелище. Ему требуется все, чтобы снова не расхохотаться. — Как мило с твоей стороны почтить меня своим присутствием… — Чонгук замолкает, ожидая ответа. — Можешь звать меня Мистерио, — он делает аккуратный реверанс. Чонгук чувствует, как смех снова подкатывает, когда Мистерио резко обрывает его. — Даже не думай начинать снова. — Итак, какова твоя конечная цель? — Почему ты думаешь, что я собираюсь тебе рассказать? — усмехается Мистерио. — Потому что я видел таких людей, как ты — множество людей, которые любят рассказывать и рассказывать о том, что они собираются сделать, но знаешь… они никогда ничего не доводят до конца, — говорит Чонгук, хватая и бросая дрон, который просвистел мимо его уха, к земле. Он почти слышит, как вены Мистерио лопаются от гнева. — Ты пожалеешь о том, что когда-либо пересекался со мной. Мистерио бросается на него, по-видимому, гораздо более опытный в боевых искусствах, чем Чонгук предполагал. Он уворачивается от ударов и отпинывает дронов, которые попадаются ему на пути, уклоняется, когда один из них несется в его сторону, используя свою паутину, чтобы отбросить того. Это не прекращается, на его пути появляется все больше дронов, и этот раздражающий жужжащий шум уже почти отпечатался в его мозгу. Наперегонки со временем он пытается придумать быстрое решение. Оно поражает его, как молния, и он немедленно использует свою сеть, чтобы создать самодельные затычки для ушей, вставляя их в уши, чтобы дроны больше не мешали. Однако это означало, что теперь он потерял одно из своих самых важных чувств и вынужден полагаться исключительно на свое паучье чутье, чтобы защититься от этих жалких дронов. Борьбы продолжается некоторое время, пока он приближается к краю крыши, где стоит Мистерио, посылающий в его сторону еще больше дронов. Оказавшись достаточно близко, он ухмыляется про себя, немедленно стреляя паутиной, целясь в ноги. На этом с ним будет покончено. Вот только это не так. Чонгук наблюдает, разинув рот, как рыба на суше, как его паутина буквально проходит насквозь, как будто его там и не было. Как будто он был чертовой голограммой. Он видит двух дронов, расположенных на углу здания, проецирующих голограмму, и ругается себе под нос. Он слишком поздно понимает, что именно этого и хотел Мистерио, и разворачивается, только чтобы столкнуться лицом с железным кулаком. Чонгук отлетает назад, у него кружится голова, он изо всех сил пытается встать на ноги. — О боже, какой сюрприз! Посмотри, кого я нашел прячущимся в здании, Человек-паук! Сердце Чонгука падает, и он понимает, о ком именно говорит Мистерио, еще до того, как видит его. Проклятье, Чимин. Чимин борется с Мистерио, ругательства льются из его рта, пока он безрезультатно пытается вырваться из его тесной хватки. Как Чимин всегда умудряется попадать в такие опасные ситуации? Чонгук понятия не имеет. Ему придется сесть и серьезно поговорить об этом с Чимином. Однако прямо сейчас единственное, что имело значение, это увести Чимина подальше от этого места. — Что же мне следует сделать? — Мистерио делает вид, что размышляет. — Должен ли я просто убить тебя и покончить с этим? Или… как насчет того, что я заставлю тебя смотреть, как убиваю этого, а потом разорву тебя на кусочки? Как весело! Чонгук закипает, сжимая кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладонь. Чимин ни за что не мог пострадать. Только через его труп. Чонгук уверенно движется вперед, пальцы тянутся, чтобы снять его веб-шутеры, разбирая их и отбрасывая в сторону. Мистерио с любопытством наблюдает за ним. — Как насчет того, чтобы разобраться с этим как мужчина с мужчиной, а? Никаких больше трюков и сюрпризов. Только кулаки, как в старые добрые времена. Ты достаточно мужчина для этого? Он слышит, как Мистерио усмехается. — Обычно я не играю со своей едой, но для тебя сделаю исключение. Он оставляет все еще сопротивляющегося Чимина позади себя, и несколько дронов, готовые атаковать при его малейшем движении, немедленно окружают его. Мистерио бросается вперед, его кулак врезается в челюсть Чонгука. Чонгук отшатывается от удара, ему требуется секунда, чтобы прийти в себя. Он чувствует вкус крови во рту. В ответ Чонгук сжимает руку в кулак и целится ему в живот. Мистерио сгибается пополам от удара и втягивает воздух. Чонгук делает еще один удар, но тот кажется слишком вялым. Он понимает это в ту же секунду, как запускает его. На этот раз Мистерио легко уклоняется и, прежде чем Чонгук успевает заметить это, атакует его еще одним ударом, на этот раз в ребра. Это посылает новые волны боли по его телу, но Чонгук не падает — он убеждается, что абсолютно точно не упадет, — но он гораздо ближе к этому, чем ему бы хотелось. Чонгук бросается вперед, и Мистерио вовремя оглядывается, чтобы увидеть, как он пригибается, чтобы сбить его с ног. Он пытается отпрыгнуть, но рука Чонгука молниеносно хватает его за лодыжку. Чонгук перебрасывает его через крышу, но Мистерио удается приземлиться на четвереньки и встает, слегка пошатываясь. — И это все, что ты можешь? — он усмехается. — Мне уже скучно. Чонгук видит перед глазами красный. Он набрасывается на Мистерио, желая, чтобы каждая частичка его угасающей энергии собралась воедино, когда он наносит удар за ударом в его живот. Должно быть, он сошел с ума, потому что он не может думать ни о чем другом, кроме того факта, что этот ублюдок угрожал убить Чимина. Его Чимина. Чонгук чувствует, как кто-то хватает его за плечо, и вздрагивает, его инстинкты срабатывают, когда он немедленно валит того человека на землю. — Эй! Эй, это всего лишь я. Все закончилось. Я в порядке, видишь, я в норме, — говорит человек, и Чонгук понимает, кого он держит. Он спешит слезть с Чимина, извинения готовы сорваться с его языка, когда тот обхватывает руками шею Чонгука, притягивая его в объятия. — Еще секунду. И кто такой Чонгук, чтобы отказать Чимину? Вскоре до него доходит, где именно они находятся, и он отстраняется от Чимина, спешно оборачиваясь, но не находит никого на крыше. Мистерио там нет. — Он ушел, — высоким голосом говорит Чимин из-за его спины. — После того, как ты выбил из него все дерьмо, дроны просто исчезли, и мне удалось сбежать. Чонгук снова поворачивается лицом к Чимину и, похоже, не может понять, как тому удается выглядеть ангелом 24/7, даже после того, как он был в плену у злодея, который только что угрожал убить его. Чонгук хочет поцеловать его, но он знает, что сейчас не время и не место для этого. Вместо этого он протягивает ему руку, и Чимин почти сразу же хватается за нее. — Давай выбираться отсюда. Он крепко держит Чимина, пока спускается со здания, благополучно приземляясь в скрытом переулке за их школой. Чонгук опускает Чимина и стоит на расстоянии от него, неловко переминаясь с ноги на ногу, пока ломает голову над тем, как выйти из ситуации. Ход его мыслей прерывается, когда он внезапно оказывается в охапке Чимина, который набросился на Чонгука. — Ты идиот… я… я так сильно ненавижу тебя за то, что заставляешь меня волноваться… — Чимин замолкает, глядя прямо в глаза Чонгука, и ему кажется, что он видит его насквозь. — Теперь поцелуй меня. Чонгук уверен, что его сердце перестает биться на целую секунду, его глаза расширяются от удивления при просьбе Чимина. Какого черта? — Вау, эм… да, ты красивый, и я бы с удовольствием тебя поцеловал, но разве у тебя нет парня? Не то чтобы я знал или что-то в этом роде, но ты выглядишь так, будто он у тебя есть, знаешь? Типа умный и красивый парень, который, вероятно, разозлится на меня, — заканчивает он бессвязно. Чимин закатывает глаза и раздраженно вздыхает. Он протягивает руку, чтобы щелкнуть Чонгука по лбу, и тот вскрикивает от боли. — Ой, пожалуйста. Я знаю, что это ты, Гуки. Я знал с самого начала. Чонгук чувствует, словно кто-то только что ударил его в живот. Он понятия не имеет, что делать с тем фактом, что Чимин все это время знал, кто он такой. Часть его чувствует себя преданным из-за того, что другой никогда не говорил ему об этом, но потом он думает о том, что чувствовал Чимин. Каково, должно быть, было узнать, что его парень был чертовым супергероем. Сделав глубокий вдох, Чонгук снимает маску — скрываться больше не было смысла. Черты лица Чимина смягчаются, он нежно ласкает лицо Чонгука, а его глаза подозрительно блестят. — Как я мог не узнать своего парня? Как я мог не узнать тебя, Чонгук? Чонгук чувствует, что его собственные глаза намокают на это. Он одаривает Чимина дрожащей улыбкой, руки наконец обвиваются вокруг другого, чтобы прижать его ближе. Чонгук кладет голову на плечо Чимина и не перестает извиняться, пока Чимин не отстраняется, чтобы многозначительно посмотреть на него. — За что ты вообще извиняешься? — Я не знаю, Чимин. За все? Прости меня… — Ш-шш, прекрати. Тебе не за что извиняться, детка. Как бы мне ни хотелось, чтобы ты был честен со мной, я знаю, что ты скрывал это только ради моей безопасности. Я должен благодарить тебя — спасибо тебе, Чонгуки. Чонгук качает головой, глядя в землю. С его стороны все еще было неправильно скрывать что-то такое от Чимина. На самом деле по той же причине, по которой он скрывал это от Чимина, он должен был рассказать об этом ему. В конце концов, это была его жизнь, и, если бы Чимин уже знал об этом, он мог бы уйти раньше и, возможно, никогда бы больше не оказался в такой опасности снова. — Чонгук, посмотри на меня, — говорит Чимин. Он обхватывает лицо Чонгука обеими руками и поднимает его так, чтобы тот, наконец, посмотрел на него. — Я точно знаю, что сейчас происходит в твоей голове, и я просто хотел сказать, что мне вообще неважно кто ты, я все равно буду рядом с тобой, детка. Ты мог бы быть худшим злодеем, из всех известных человечеству — хотя я знаю, что ты не такой, потому что ты самый большой малыш на свете — и я все равно был бы рядом с тобой, потому что я люблю тебя. Ты так много значишь для меня, Чонгук, и то, что ты супергерой, совершенно этого не меняет, ты меня слышишь? Ты все еще Чон Чонгук для меня, сейчас и навсегда. Чонгук просто пялится на Чимина, его сердце переполняется любовью к мальчику в его объятиях. Он никогда не думал, что может полюбить его больше, чем уже любил, но Чимину всегда удавалось найти способ сделать так, чтобы это произошло. Чимин просто одаривает его своей блестящей, красивой улыбкой, и Чонгук чувствует, как ломается. Он наклоняется, чтобы чмокнуть его в губы. Чимин пискает от удивления, но почти сразу же тянется вверх, чтобы обхватить Чонгука руками, притягивая его вниз и снова соединяя их губы. Сердце Чонгука колотится в груди, и он может сосредоточиться только на том, какие мягкие губы у Чимина, с каким усердием он вторгается во все его чувства. До сих пор неясно, снится ли ему это все, но Чимин был здесь, в его объятиях. Чонгук держит глаза полузакрытыми, украдкой бросая на него виноватый взгляд каждый раз, когда он отрывается глотнуть воздуха, просто чтобы убедиться, что это не плод его воображения. Это было реальным, и Чонгук чувствует, будто огромный груз падает с его плеч. Как если бы время остановилось для них в этот момент, они стоят, прислонившись к кирпичной стене переулка, приклеенные друг к другу. Как если бы больше никого не существовало и не было никакого риска, что кто-нибудь случайно наткнется на них. Когда они, наконец, оторвались друг от друга, у них обоих одинаковые улыбки на лицах. — Нам нужно идти, пока нас кто-нибудь не нашел, малыш, — Чонгук нежно целует Чимина в лоб. Чимин издает тихий стон и снова приближает лицо Чонгука к своему. — Еще один не повредит. И опять-таки, кто Чонгук такой, чтобы отказывать Чимину? Они все еще целуются, когда пронзительный крик заставляет их поспешно отпрянуть друг от друга. Чонгук немедленно толкает Чимина за спину, навострив все свои чувства, пока он сканирует окрестность в поисках источника шума. Он замечает вдалеке чью-то фигуру и громко ругается. Чонгук наблюдает, как у Тэхена отвисает челюсть, когда он указывает между Чонгуком и Чимином. — Он сходит с ума, Чонгук, — бесполезно предлагает Чимин из-за его спины, когда они наблюдают, как первоначальный шок Тэхена превращается в истерический смех. Он смеялся во весь голос, согнувшись до такой степени, что Чонгук думает, он мог бы сломаться пополам. Он делает шаг вперед, чтобы подойти к нему, но Тэхен отшатывается, смех затихает, когда он снова смотрит на них двоих. А потом он падает на пол. Тэхен теряет сознание, а Чонгук бросается вперед, чтобы поймать своего друга, прежде чем тот упадет на холодный каменный пол. Чонгук смотрит на Тэхена у себя на руках, а затем снова на Чимина, который просто пожимает плечами с робким выражением лица. Чонгук в полном дерьме.

☾

Когда Тэхен приходит в себя, он чувствует что-то мокрое и холодное на своем лице. Его глаза распахиваются и фокусируются на Чимине, который, кажется, прикладывает мокрое полотенце к его лбу. Тэхен тихо стонет, и Чимин откладывает полотенце в сторону, помогая ему подняться с его колен, на которых он лежал. — Боже, Чимин, ты не поверишь, какой сон мне только что приснился, — смеется он, вспоминая. — Это было просто безумие, типа еще безумнее, чем тот твой о встрече с Бейонсе или что там. — Короче, все началось с того, что Человек-паук снова спас город, а еще спас заложника от злодея. Я был в колледже, но я знал здание, на крыше которого они были — за ним был скрытый переулок, и Человек-паук, вероятно, должен был быть там. Поэтому я сразу же рванул туда и увидел, как Человек-паук с кем-то целуется. И я такой: о, черт! мне нужно убираться отсюда, и значит я начал уходить, когда увидел, с кем он целуется, и представляешь, это был ты! Человек-паук целовался с тобой! Тэхен громко смеется и смотрит на Чимина, который остается ужасно молчаливым для того, кто все время любил дразнить его за его придурковатые сны. — Но подожди, дальше еще лучше. Я стою в шоке, типа — че за нахуй, Человек-паук целуется с Чимином — Чимин изменяет Чонгуку с гребаным Человеком-пауком… и потом я наконец вижу Человека-паука, и ты никогда не догадаешься, кто это был… это был Чонгук! Тэхен даже не может закончить предложение, не рассмеявшись в очередной раз. От настолько сильного смеха у него наворачиваются слезы на глаза. Он весело качает головой, глядя на Чимина, который улыбается маленькой, почти виноватой улыбкой. — Чонгук — Человек-паук… разве это не самая смешная вещь, которую ты когда-либо слышал? Дверь спальни открывается, и Тэхен слышит, как кто-то выходит из комнаты. — Детка, он уже очнулся? — О, Гуки, я сейчас рассказывал Чимину о своем безумном сне… — Тэхен поворачивается лицом к Чонгуку. Он замолкает, глядя на красно-синий костюм, в который был одет Чонгук. В голове Тэхена происходит короткое замыкание, и он изо всех сил пытается сложить два и два, и когда ему наконец удается это, он начинает нервно смеяться. Он смотрит на Чимина, затем на Чонгука, затем опять на Чимина и снова на Чонгука. И затем он снова отключается.

☾

— Я сказал тебе снять костюм! — Это не так просто, хен! Он прилип к моему телу, как вторая кожа, мне нужно время, чтобы его снять. — Ну и, посмотри, что ты сделал с Тэхеном. Это уже второй раз за последний час, когда он падает в обморок! — Эй! Это не моя вина! Ну, вообще моя, но… — Перестань дуться, ты, большой малыш, пока я не подошел и не сцеловал это с твоего красивого лица. Чонгук надувается еще сильнее, используя щенячьи глазки, чтоб наверняка, и тут же оказывается в охапке Чимина. Он удовлетворенно вздыхает. С Тэхеном он разберется позже. Прямо сейчас у него есть гораздо более важная задача, думает Чонгук, сокращая расстояние между ним и Чимином. — Я так сильно люблю тебя, хен, — он шепчет в губы Чимина, когда они отстраняются друг от друга, и Чимин мило улыбается ему. — Знаю, Чонгуки. Я тоже.