Сладость или гадость?

Куда не посмотри, везде была темнота и холод. Жуткий холод, как будто тело лежало на сырой земле. Грудь сдавило под тяжестью чего-то необъятного, неощутимого, заполнившего собой всё пространство, навалившегося на тело так, что нельзя было пошевелить и пальцем. Селена попыталась вскрикнуть, но не было сил даже на вдох... Судорожно вздохнув, Селена резко села в постели. В глаза ударило огнём, и девушка заслонила их рукой. Шторы были раздвинуты, впуская в комнату потоки солнечного света и тепла. Контраст между кошмаром и явью был таким сильным, что, откинувшись на подушки, Селена решила ещё немного поваляться и отойти от нахлынувшего во сне чувства безысходности. Она машинально протянула руку к листочку с карандашом, которые лежали на тумбочке. Каждое утро она отмечала, какой должен быть сегодня день в её реальном мире. "30 октября?", - девушка удивлённо посмотрела на дату. - "Надо же, а ведь завтра Хэллоуин!" Она откинулась на подушку и вспомнила прошлое. Хэллоуин был тем праздником, который в приюте особо не отмечался. Во-первых, детям запрещалось покидать территорию без взрослых, так что им просто не к кому было зайти за конфетами. Во-вторых, костюмы тоже стоили денег либо же требовали каких-то материалов - а что смастеришь из старой формы, которую, к тому же, всё равно забирало руководство, как только приходило время менять её на новую? Поэтому максимум, что делали девочки в комнате Селены - тайком просили одну-две пустые тыквы на кухне, вырезали из них рожицы, как умели, ставили внутрь свечки и перед сном садились вокруг, рассказывая друг дружке страшные истории. Вот и весь праздник. Когда же Селена выросла, играться было уже не солидно. "Зато здесь - почему бы и нет?", - вдруг пришло ей в голову. Ну а что? Здесь она не строгая начальница, можно расслабиться и в кои-то веки почувствовать себя юной и беззаботной. Воодушевившись, Селена вскочила с кровати, наспех оделась, умылась и побежала в сад. Ей хотелось найти Приму - и она действительно нашлась сидящей на скамейке в компании Лиама. Селена вкратце рассказала им суть. Приме идея очень понравилась, она даже захлопала в ладоши. А Лиам лишь неловко рассмеялся. - Говоришь, это большой праздник в твоём мире? - повторил он последнюю фразу Селены. - Но, Лилит... Ведь твой мир здесь... Селена осеклась. Она не знала, что ответить, но Лиам, как обычно, выкрутился за неё: - Но ты большая фантазёрка, этого у тебя не отнять, - сказал он, поднимаясь. - Судя по описанию, праздник действительно что надо! Я за! У нас даже тыквы растут за вон теми деревьями. - Отлично! Только давайте не будем приглашать слишком много народу? Не люблю чересчур светские сборища, - закатила глаза Прима. - Нет, конечно. Это только для самых близких. - Тогда я пойду расскажу остальным! - сказала Прима и её звонкий смех растворился в кустах роз. Селена и Лиам решили посвятить весь день украшению особняка. Они выбрали несколько крупных тыкв и, смеясь и дурачась, вырезали из них смешные рожи. За этим занятием их застала Жозефина. К удивлению Селены, идея с праздником ей тоже понравилась. - Нам всем не помешало бы немножко расслабиться, - сказала Жозефина и предложила испечь тыквенный пирог из той мякоти, что осталась после "творчества" Селены и Лиама. Они трудились весь день, и к вечеру особняк семейства Солсбери было не узнать. С картинных рам свисала паутина из белой бумаги, на перилах сидели бутафорские пауки, горшки с цветами были раскрашены под скелетов и монстров. Жозефина помимо пирога пообещала приготовить кексы с жуками из изюма и суп из шпината в виде болотной жижи, чем вызвала у ребят смех и шутки на тему того, что ей даже не придётся стараться. Жозефина пыталась сделать вид, что их слова её обижают, однако через минуту сдалась и фыркнула, не в силах сдержать улыбки. Ей нравилась изменившаяся атмосфера в доме. Лилит не вредничала, её любопытный нос был занят другими делами, Лиам тоже был счастлив - они вновь напоминали крепкую семью. А разве этого недостаточно для того, чтобы быть в хорошем расположении духа? На следующий вечер в отеле Солсбери собрались все их близкие друзья. Пришла Мэри в сногсшибательном кроваво-красном платье, открывавшем грудь. Берт по обыкновению явился весь в чёрном, но с ярким жутким макияжем: лицо выбелено, под глазами черные круги, а из уголков рта как будто стекают струйки крови. Даже Роб спустился вниз из своей комнаты и, пригубив вино, стоял в сторонке, по привычке наблюдая за остальными. Селена нашла в недрах своего шкафа белое платье и, смастерив из каких-то тряпок фату, вошла в гостиную в образе страшной невесты. Отовсюду раздались одобрительные возгласы. Прима надела на голову кошачьи ушки. Только Лиам так и не смог придумать себе костюм. Через пару часов разговоров, шуток, закусок и алкоголя Селене захотелось выйти в уборную. С улыбкой слушая приглушённые разговоры, она намочила полотенце и промокнула шею, стараясь не затронуть грим, и посмотрела в зеркало. Полотенце тут же выпало из её рук. Из зеркала на Селену смотрел Таролог. - Сладость или гадость? - громогласный голос заполнил все мысли Селены, словно его источник находился внутри её черепной коробки. Таролог протянул к ней руки, держа в каждой по карте. Они были перевёрнуты рубашками вверх. Селена поняла, что ей нужно выбрать наугад. Дрожащей рукой она взяла правую карту и посмотрела на оборот. Высокий мужчина с длинными белыми волосами лежал в яме. Его до жути знакомое лицо было искажено от безумного ужаса, а руки тянулись к Селене. Над ямой стоял кривой деревянный крест. Селена отшвырнула от себя карту и услышала издевательский смех. Она подняла голову, но вместо Таролога из зеркала на неё смотрело собственное напуганное лицо. Чувствуя, как внутри закипает тревога, девушка бросилась на нижний этаж. Замедлив шаг перед самой дверью, она поправила платье и постаралась придать своему лицу спокойное выражение. "Ни к чему поднимать шум, - решила Селена. - Мне всего лишь нужно взглянуть на Лиама и убедиться в том, что с ним всё в порядке". Однако в гостиной Лиама не было, впрочем, как и Жозефины. Мэри сказала, что последняя поднялась наверх, чтобы отдохнуть. Сама же Мэри сидела на коленях у Берта и о чём-то рассказывала, изящно жестикулируя руками. Роб стоял у окна и беседовал с Амели. Вдруг кто-то зашипел за спиной у Селены и уколол ноготками её ногу. - Ай! Она обернулась и увидела Приму. - Ты не видела Лиама? - спросила Селена, с трудом сдерживая дрожь в голосе. - Видела, - ответила девочка, лукаво щурясь на неё. - Ему захотелось прогуляться. - В саду? - Нет. Подальше. Думаю, он на безымянном кладбище. - Что ему там делать? - громко воскликнула Селена. Роб и Амели повернули головы в её сторону. - Сходи сама и узнай, - донеслось уже из коридора. Подобрав подол платья, Селена выскочила из особняка. Несмотря на тёплые дни, к вечеру погода неизменно портилась, но Селена не обращала внимания на холод. Впопыхах она сорвала с лица мешавшую фату и отбросила её в сторону. Белая ткань застелилась по земле, подхваченная ветром. Подойдя к кладбищу, Селена в страхе остановилась, увидев знакомую фигуру. Лиам стоял на краю глубокой свежевырытой ямы. Его белая рубашка была запачкана землёй. Лицо, такое знакомое, такое живое, теперь застыло в неподвижной маске, освещаемое блёклым лунным светом. Селена окликнула его. Он не отозвался и даже не повернул головы. Вместо этого его нога оторвалась от земли - медленно, будто в замедленной съёмке. - Лиам, нет! В несколько секунд Селена преодолела расстояние, что было между ними, и оттолкнула Лиама от ямы, однако края земли не выдержали и осыпались. Хватаясь руками за воздух, Селена полетела вниз.