Hūra syt zaldrīzes | Луна для дракона

       Долгое время принцесса Эллуйнис Таргариен находилась в вольном полете, отвергая всех ухажёров, на многих из них так и вовсе не обращая внимания. В свое время король Джейхейерис I устроил смотрины женихов для дочери, как это было с принцессой Дейлой когда-то. Многие великие и малые лорды, представляющие свои дома, уповали на то, что в их роду окажется валирийская кровь, (как, и возможность приблизиться к королевской семье.). Но это мероприятие было обречено на провал. После долгого разговора отца с дочерью за закрытыми дверями, их беседа осталась тайной. Его Величество оставил принцессу в покое, не предлагая более женихов. При дворе стали ходить слухи о возможной помолвке принца Рейегона и принцессы Эллуйнис. Многие видели их теплые взаимоотношения и взаимную симпатию. Но под конец сто четвертого года освобожденный от горького брака принц Деймон Таргариен объявил о своей женитьбе на своей тете, принцессе Эллуйнис Таргариен. Многие знали о любви младшего брата короля Визериса I к своей тетушке.

Запись: Звёздная принцесса. Хроники правителей Вестероса: Таргариены. Архимейстер Люциус.

105 год от завоевания Эйгона Таргариена. Королевская Гавань.        Свадебный пир во всю шёл. Тронный зал, украшенный к торжеству гербами Таргариенов, расшитыми алыми и золотыми нитями разместили на всех стенах зала, над головами: развесели цветочные гирлянды, что распускали по залу свой дивный аромат. Столы ломились от всевозможных яств, зал окутывался задорными звуками музыки и гулом голосов гостей. Летели поздравлениями в сторону молодых с пожеланиями долгих лет, счастья и крепкого потомства. Деймон и Эллуйнис салютовали кубками почти на каждое пожелание счастья, приветливо улыбаясь гостям. Лорды и леди танцевали. Эллуйнис наблюдала за тем, как Рейегон танцует с Рейнис. Корлис же с теплотой во взгляде смотрел за женой и ее кузеном. Мастер над кораблями совершенно не возражал. Когда Рейегон пригласил принцессу на танец, Веларион весело пригрозил, чтобы Таргариен вернул его супругу целой и невредимой. Дракон-медведь посмеявшись, пообещал, что с Рейнис все будет хорошо. Сама же черноволосая красавица, разодетая в цвета дома мужа, весело посмеиваясь, приняла предложение двоюродного брата. Вместе они спустили к танцующим.        Танцующие выстроились в несколько цепочек, беря друг друга за руки, они готовились исполнить фарандолу*. Заиграла флейта, в плавную мелодию которой вплетался ритмичный перезвон тамбурина. Цепочки танцующих двинулись в такт мелодии, в припрыжку, подгибая ногу в прыжке: цепочка разделилась, и первая пара подняла руки вверх, формируя подобие врат. Каждая пара, пробегающая под вратами, вставала впереди первой пары, а затем партнёры разъединяли руки, отходя друг от друга на приличное расстояние, благо тронный зал позволял это. Уперев руки в бока, наклоняясь бочком к партнеру, вытягивают ногу вперёд и стучать пяточками об плиты пола. Танец продолжался. Музыка становилась из плавной задорной.        Принцесса вспомнила праздничный турнир, что занял четыре дня в честь грядущей церемонии бракосочетания. Тогда вся династия блистала, разодетая в цвета своего рода. Эллуйнис сидела у самого низа трибуны вместе со своей фрейлиной Алиеей Тирелл. Деймон принял участие, несмотря на то, что Эллуйнис отговаривала его. Но принц-разбойник был непреклонен. Деймон одерживал победу за победой. Зрители ликовали, а он, не обращая внимания на их восторженные возгласы, с нахальной улыбкой просил у Луны знака внимания. Места на турнирное копьё практически не осталось, весь ствол был занят венками из цветов. Когда же Деймона объявили победителем турнира, он взял венок из алых пионов. Принц возложил его на колени Эллуйнис и назвал ее Королевой Любви и Красоты. Этот венок до сих пор в её покоях лежит.        Король сделал им неожиданный подарок, вручив грамоту дарственную на владением целого острова, который расположился неподалеку от Драконьего Камня и Дрифтмарка, остров называют Полумесяцем из-за озера на нем в форме серпа луны, рядом возвышается гора на вершине которого стоит замок, руины которого по словам Визериса реставрируют, через пару лет его можно будет заселить, замок не в столь плачевном состоянии, как казалось по началу.        Деймон смотрел на танцующие пары в центре зала. Он с Эллуйнис уже несколько раз протанцевали, практически не отрываясь друг от друга. Они открыли этот вечер традиционным для Валирии свадебным танцем Драконов, которому всех членов королевской семьи, да и не только их, но и Веларионов и Селтигаров, обучали с юных лет. Но, невзирая на это, они все же дарили танцы тем, кто желал, переходя от одного партнёра к другому. Эллуйнис успела станцевать с Рейегоном, где ее Медвежонок вновь выразил свои поздравления. Он не был расстроен тем, что Луна предпочла Деймона. Зная темперамент старшего кузена, Рей мог с уверенностью сказать, что он так или иначе, все равно женился бы на их тётушке. Они остались в теплых отношениях, как в детстве. Деймон не танцевал с Реей Ройс во время первой свадьбы, он вообще не танцевал с ней. У них так и не нашлось ничего общего, чему принц был несказанно рад. Деймон прикрыл глаза, отгоняя от себя противные мысли о женщине из Рунного Камня, с которой его больше ничего не связывает. Деймон неоднократно с момента воцарения Визериса просил разрешения у короля расторгнуть ненавистный брак. Визерис поначалу упирался, но после сдался. Деймон помнил тот вечер год назад.        * *        Визерис отпил из кубка и устало потерев переносицу взглянул на брата, что сидел напротив него в кресле уперевшись локтями в колени, вперев в старшего Таргариена: прямой пронзительный взгляд. Визерису от этого стало на мгновение жутко, Деймон смотрит так же, как тетя Эллуйнис временами. Старший брат едва заметно повел плечами. Но Деймон заметил слегка прищурившись, он даже не притронулся к кубку.        — Это брак бессмысленен, он не принес ни каких плодов и не принесет, — заговорил ровным голосом Деймон, в очередной раз запев одну и туже песню, — лучше смотреть на то, как мужчины сношаються с овцами в Долине. И я в этом их не виню. Овцы всяко симпатичнее местных женщин. Даже если с Бронзовой Сукой что-то случилось, я не смогу и не буду претендовать на Рунный Камень. Да и захватывать его бессмысленно. Для чего? Он мне попусту не нужен. Я лучше украду тётушку Эллуйнис и женюсь на ней по традициям Валирии.        — Хорошо, Деймон, ты меня убедил, — устало произнес Визерис, прикрывая глаза. То ли брат его настолько забодал с этим, то ли он и в правду решил сжалиться над младшим и избавить его от тяготящего брака, — я поговорю с Великим септоном, постараюсь убедить его аннулировать твой брак.        Деймон открыл рот, чтобы продолжить приводить доводы, но закрыл его. Услышав слова брата, принц слабо улыбнулся.        — Спасибо, я очень на это надеюсь, — кивнул беловолосый.        Визерис выполнил свое обещание, Деймон был свободен от уз брака.        * *        С Реей Ройс он расстался на достаточно хорошем. Таргариен и Ройс оба были рады концу их брака, что тяготил их все это время. Сразу же после этого Деймон принялся активно и весьма настырно ухаживать за Эллуйнис. Они вместе летали, бродили по ночному городу. Они пересекли Узкое море и посетили прибрежные города Эссоса. Где бы они не останавливались, собиралась толпа народу поглазеть на величие былой Валирии. Сейчас его волнует совершенно другая дама, что сидит, уставшая от танцев, по правую руку от него. Деймон поворачивает голову, и Эллуйнис тоже смотрит на него. Индиговые глаза блестят нежностью и любовью к нему. Принц улыбается, берёт ладошку тётушки в свою, подносит к губам, целуя костяшки пальцев. Да, теперь он женат на той, кого любит. Остались лишь две вещи...        — Я не могу дождаться, когда я смогу взять тебя, — горячо шепчет Деймон наклоняясь к уху жёны.        — Потерпи, мой Воин, — уговаривающим тоном произносит Эллуйнис, ласково улыбаясь.        Деймон нетерпеливо вздыхает, он устал ждать, супруга отводит взгляд к танцующим. Рядом послышалось шуршание одежды. Принц оглянулся на короля, что сидел во главе стола. По лицу Визериса уже было видно, что он достаточно выпил вина. Эймма же весело улыбалась, медленно попивая вино. Королева была прекрасна, разодетая в цвета своего дома: голубой с вышитыми по краям наряда орлами и полумесяцами, несомненно, красива с валирийской внешностью. Деймон отвернулся от брата и его жены, обратил все внимая на свою супругу, Эллуйнис прекраснее: в красных цветах своего рода, волосы убраны в низкую шишечку, весьма широкую и плотную, в которые вдели шпильки с рубинами и алмазами. И плащ, который он снял с ее плеч, накинув взамен свой, был довольно странный герб разделенный на две половины: левая сторона вышита алыми и золотыми нитями - это герб их Дома - трёхглавый дракон. Вторая же сторона, вышитая синими нитками с вкраплениями серебряных, тянущаяся вверх звезда с самым острым верхним концом, точно меч, и отходящими от нее плавным изгибом крыла, что делает почти полный круг. Это был странный плащ. И Деймон обязательно спросит об этом. Но, возможно, это связано с ночью ее рождения, ведь тогда падали звёзды.        Глядя на Эллуйнис и ее умиротворенную улыбку, Деймон припомнил одну ночь, когда они были в Эссосе: он лежал в её постели обнаженный по пояс, прижимая любимую к груди, желая, наконец, почувствовать всю ее, а не копаться ткани хоть и лёгкого ночного платья. В ту ночь Луна поведала ему об ещё одной своей тайне. Если о даре прорицания тётушки знали трое: он, Визерис и Рейегон, то эту тайну знал только Деймон. Луна, взяв вазу, продемонстрировала ему свою силу, оторвав хрупкое изделие от крышки стола одним лишь плавным движением кисти, и ваза, повинуясь, поднялась в верх. Деймон завороженно за всем этим наблюдал. Принц помнил, как у него перехватило дыхание, как сердце забилось сильнее. А когда над ладонью Луны вспыхнуло пламя: он так и вовсе предположил, что тетушка унаследовала колдовской дар от первой жены Завоевателя - Висеньи. В летописи их рода ни раз и не два упоминалось, что королева Висенья умела колдовать, проводя в башне за чародейскими книгами и что Мейегор Жестокий был рождён в результате колдовства. Теперь Деймон был склонен верить этой легенде. Принц знал, что Эллуйнис не захочет распространяться об этом, и он мысленно поклялся хранить ее секреты в тайне. По благодарной улыбке Эллуйнис было понятно: она прочла клятву только по одному его взгляду. Теперь он понимал, почему Эллуйнис так сильно любит Богорощу Красного замка и Чардрево.        Эллуйнис, истоптав ноги за вечер, расслабленно вытянула их под столом, благо за объемными юбками этого не видно, хотя она и сменила свадебное платье перед пиром, надев лёгкое платье того же цвета, что и торжественное. Таргариен ощущала желание супруга, он прям таки ёрзает в кресле. Вся поза Деймона говорила о нетерпении, поэтому сейчас она расслабленно поглаживала его руку, влияя на эмоциональное состояние супруга, он успокоившись больше не ерзал. Визерис наклонился к брату, весело усмехнувшись. Глаза его блестели от выпитого вина.        — Не терпится оказаться наедине? Понимаю, ты долго этого ждал, — зашептал король, лукаво гляда на младшего брата. Музыка остановилась, как и закончился танец, король поднялся привлекая к себе внимание, народ начал стихать, дождавшись полной тишины, Визерис заговорил: — Подошло время для проводов молодых, глядя на моего брата могу сказать, что ему не втерпеж, — зал одобрительно загудел, — так давай те же проводим принца и принцессу!        Народ загудел, мужчины поднялись из-за стола намереваясь подойти к принцессе, вытащить её из-за стола и начать проводы раздевая по пути к покоям, леди тоже подключились с кокетливыми улыбками подходя к столу за которым сидел принц. Визерис одобрительно посмеевался, с весельем наблюдая за происходящим, Эймма чуть вжалась в кресло помня свои проводы. Деймон окинул пьяную толпу хмурым взглядом, в неудовольствие поджимая губы, Эллуйнис же смотрела на все происходящее спокойно. Рейегон вовремя отвёл Рейнис ко столу Веларионов, предотвращая их засасывание в поток жаждущих проводить, вручив ее Корлису,. Когда люд заголосил песню: "Сняла сандалию королева...".        — Проводов не будет, — процедил Деймон, недовольно глядя на людей.        Гомон пьяных голосов начал смолкать, как и прекратилось распевание песни. Музыка затихала и вскоре смолкла. Все прислушивались к тому, что происходит за большим столом. Традиции нижнего белья: явно сегодня не будет, и многим лордам явно не удастся коснуться валирийской девы.        — Почему же? — удивился Визерис обратив все свое внимание к брату и невестке.        — Я не позволю прикоснуться к моей жене, — проговорил чуть раздражённым тоном принц. Деймон поднялся из-за стола и окинул толпу острым взглядом, — но ежели вы так хотите, я позволю сопроводить нас до покоев, — Таргариен положил ладонь на рукоять Темной Сестры и лениво заявил: — говорят, у дотракийцев свадьба без двух - трёх смертей и не свадьба во все.        Визерис ошеломленно молчал, наблюдая за тем, как брат выводит тётушку из-за стола. Они спустились вниз по лесенке. Толпа расступилась перед ними. Первыми к ним сопроводить присоединились: Рейегон, Рейнис и Корлис, за тем клятвенный щит принцессы, а уж после жаждущие сопроводить. Кто-то все же затянул песню, а другие подхватили: висевшее минуту назад напряжение в зале стихало. Вновь заиграла музыка. Оставшиеся гости продолжили пир. Молодых сопроводили в покои. Весь путь сопровождая их весёлыми шутками и откровенными стихами, Рейнис шептала на ухо Эллуйнис, как удовлетворить мужчину. Тётушка с улыбкой принимала советы от племянницы. Все же в предыдущей жизни она несколько раз была с мужчиной и знает, как себя вести. И все же послушать советов от опытной Рейнис будет не лишним. Септа за несколько дней до церемонии в Септе говорила, что как принцесса она должна быть смиренна и ожидать указаний мужа. Когда же Деймон захлопнул дверь перед лицами сопровождающих, те были весьма ошарашены. Сир Артур Реван встал перед дверями, заложив руки за спину. Тем самым он показывал, что будет охранять покой принца и принцессы. Рейнис грамотно увела всех жаждущих послушать, не без помощи Корлиса и Рейегона, сопроводила обратно в пиршественный зал. Деймон, подойдя к Эллуйнис, крепко и жарко поцеловал ее, сминая губы любимой. Девушка ответила взаимностью. Деймон, оторвавшись от желанных губ, глубоко дышал. Валириец хотел бы продолжить, но у них осталось ещё одно дело, то, что свяжет их навсегда, и ничто не сможет разорвать этих уз. Деймон увел милую тетушку в тайные коридоры, а оттуда в Драконье логово, где они оседлали своих ящеров и улетели в ночь.        * * * Драконий Камень.        Когда они приземлились их уже, встречали драконья гвардия и драконблюстители, готовые загнать крылатых ящеров в пещеры. Алдуин предупреждающе зарычал скаля острые зубы, Караксес недовольно клацнул зубами в паре сантиметров от копья блюстителя, тот отшатнулся. Деймон посмеиваясь первым спустился с дракона, он погладил Кровавого Змея по чешуйчатой морде, Эллуйнис спустилась следом, Обсидиановый Король боднулся головой в спину всадницы требуя от нее немного ласки, Луна со смехом обернулась к дракону прижимая руки к его морде и начала почесывать, Алдуин довольно зафырчал. Деймон бросил беглый взгляд на драконих стражей в доспехах из темного металла, встречаясь взглядом с мастером стражей.        — Оставьте их, — бросил принц на валирийском, отходя от Караксеса, что уже пофыркивая, довольный переключился на Алдуина, который вырвал целое дерево с корнем из земли, куски: камней, грязи и земли полетели на пол. Черный дракон тряхнул головой и предложил выкорчеванное дерево Караксесу. Тот с радостью вцепился в него, и драконы, перемещаясь по полю, начали тянуть дерево друг на друга. Деймон обнял Эллуйнис за талию, притягивая ее к себе. Та в ответ обвила его бок рукой, устроив голову на плече, — пусть повеселятся.        — Мой принц, все готово к церемонии, — произнес кастелян замка стоявший позади стражей.        — Отлично, — кивнул одобрительно Деймон. И взглянул жаждущим взглядом на Луну, — пойдем Луна моей жизни.        Пока они шли до замка Драконьего Камня, сопровождаемые гвардией Дракона, слышали от каждого из рыцарей поздравления в честь их женитьбы. Местный магистр драконблюстителей сообщил, что за здоровье и долгий счастливый брак, поднимали кубки с вином. Эллуйнис, улыбаясь, благодарила их за добрые слова и поздравления.        В самом замке Эллуйнис и Деймон распрощались ненадолго, разойдясь по покоям, где они сняли праздничные наряды и сменили их на церемониальные валирийские. Плотная тяжёлая ткань ложится на плечи принцессы. Служанки помогают ей завязать пояс, широкие рукава с алыми узорами на манжетах и такими же на подоле наряда. Другая служанка помогла надеть увесистый золотой головной убор со свисающими кисточками по краям увесистого арселе. Эллуйнис взглянула на свое отражение в зеркале. Чистокровная валирийка: в традиционном наряде своего народа. Это будоражило, заставляя кровь в жилах вскипать. Луна ощутила, как ее сердце зашлось в бешеном ритме. Это ощущается не так же, как в Септе перед народом, а более сокровенное, так, словно это таинство лишь их и никого больше. Когда принцесса была готова, один рыцарь из гвардии Дракона сопроводил валирийку в сады Эйгона. Где у жаровни с пылающим огнем и жрецом Четырнадцати Огней ожидал Деймон в точно таком же наряде. Луна остановилась миг, разглядывая племянника: свадебный наряд Валирийцев ему очень идёт. Помимо этого, Деймон заплел волосы в простую косу. Их взгляды встретились, и девушка прочла в его лавандовых очах: Обещание ночи наслаждения. Эллуйнис прикусила нижнюю губу, чувствуя, как внизу живота начинает приятно тянуть.        Деймон заметил это. Его глаза жадно блеснули, он ухмыльнулся, а когда Эллуйнис подошла ближе, он взял ее руку в свою, нежно сжимая. Они улыбнулись друг другу. Это лишь их церемония и только их. В предрассветном небе раздались хлопанье крыльев и рев драконов. Алдуин и Караксес грузно опустились на поляну перед садами, поднимая пыль от крыльев. Серебреный и янтарные внимательные взгляды устремились на своих всадников. Драконы братья довольно фыркнули одновременно. Тихие рыки заглушались отдаленными всплесками моря: воды, что разбивалась об скалы острова. Эллуйнис тихо хихикнула, растянув губы в довольной улыбке. Деймом отвечает тем же, довольно фыркая.        Жрец Четырнадцати Огней в молчании протягивает принцу обсидиановый кинжал. Деймон бережно берет его и подносит к нижней губе Эллуйнис, осторожно прижимая и прорезая плоть. Тётушка хмурит брови от неприятных ощущений. Глаза Деймона темнеют от вида выступившей крови. Большим пальцем мужчина собирает алую каплю, прорисовывая на лбу возлюбленной руну огня, того, что связывает их с драконами. Эллуйнис перенимает ритуальный кинжал из рук своего принца, проделывает ровно тоже самое, оставляя неглубокий надрез на нижней губе Деймона. Она ощущает на себе пылающий страстью взгляд Деймона, когда оставляет на его лбу руну крови, той, что связывает их родством.        Ладони касается драконье стекло, оставляя кровоточащую ранку. Эллуйнис морщится от лёгкого дискомфорта на ладони, когда передает кинжал Деймону. Принц не сводил глаз с Эллуйнис, когда делает свой надрез, внимательно наблюдая за эмоциями любимой. Они сжимают ладони друг друга, кровь смешивается. Жрец забирает кинжал из руки принца, убирает его и обматывает вокруг скреплённых ладоней алую ленту, попутно подставляя чашу из валирийской стали с узорами чешуи: туда, куда стекает их смешанная кровь.        Деймон довольно улыбается. Он женился на Эллуйнис так, как хотел по традиции Валирии: плевать на проведенную ранее днём церемонию в Септе. Она ничто. По сравнению с тем, что он считает истинным заключением брака для себя. Четырнадцать Огней тому свидетели.        — Кровь двоих, соединённых в одно целое: призрачное пламя и песнь теней, — на распев произнес жрец. Голос его был удивительно бархатным, несмотря на возраст.        Жрец передал чашу, наполненную: вином, пеплом от пламени дракона и их кровью. Эллуйнис с благодарной улыбкой приняла её. Не раздумывая, Она отпивает, ощущая солоноватый, металлический и кисловатый привкус на языке.        — Два сердца, как угольки выкованные в жерле Четырнадцати Огней - обещание, заключённое в стекле, — продолжил жрец.        Чаша была передана Деймону. Принц сделал глоток. Реликвия была возвращена жрецу, и Деймон сделал шаг к своей супруге, обнимая ее лицо ладонями, не переставая улыбаться. Милая ответила лёгкой улыбкой, и он все ещё не мог поверить в то, что происходит сейчас.        "Сама ли Сила вела нас к этому, связывая наши жизни, али это деяния здешних богов? — размышляла Луна, смотря в пылкие лавандовые очи супруга, — холодное пламя остудит его и даст то, что он так хочет. А жаждет он сейчас только меня. Наш союз принесёт плоды, и они окажут свое влияние. Какое? Пока: даже я не знаю."        Жрец заключил последними словами:        — Звёзды свидетели, обеты принесены, во времена тьмы и света.        Свершилось, наконец-то!        Деймон притягивает лицо Эллуйнис к себе, вынуждая ту сделать шаг, и врезается в его тело. Племянник сминает губы тётушки голодным поцелуем. Этот, по сравнению с почти целомудренным поцелуем, произошедшим в Великой Септе ранее днём, кажется жадным и ненасытным. Впрочем, таковым он и является. Луне едва удаётся глотнуть воздуха в перерывах между поцелуями. Пальцы Деймона довольно болезненно впивались в мягкие щеки Эллуйнис, оставляя на нежной коже алые следы. Он словно боялся, что она отстраниться, оттолкнёт его. Но этого не произошло. Луна лишь сильнее прижалась к мужу, крепко обнимая его. По губам их размазалась кровь, а в сердцах разгорелось жадное пламя. Они прижались друг к другу лбами, с любовью заглядывая в глаза. Взревели драконы, приветствуя новый союз, сотрясая отступающие сумерки гласом радости.        * * *        В большом чертоге замка Камня состоялся небольшой пиршественный ужин: в честь их брака. По правде говоря, есть совершенно не хотелось. Учитывая то, как Деймон и Эллуйнис смотрели друг на друга, это было весьма очевидно. Поэтому они удалились по своим покоям.        Последня дочь короля Миротворца, сидела в складном кресле с изящно изогнутыми подлокотниками, переходящими в ножки. Спинки не было, но зато была мягкая подушечка под попу. Эллуйнис поправила шелковую, почти полупрозрачную сорочку с глубоким вырезом на груди и спине. Ее подарил Деймон, когда они были в Волантисе. Волосы цвета белого золота кудрявым водопадом падали на спину девушки. Луна смотрела на отступающие сумерки, любуясь тем, как тени уступают свету. Она не пошевелилась, когда за спиной послышались шорохи. Зная того, кто к ней пришел.        Он должен был прийти.        Деймон пробрался в покои супруги тайными ходами замка, хотя вполне мог пройти коридорами, но так не интересно. Он увидел жену, сидящую возле балкона. Пламя от камина танцевало в её длинных волосах, придавая им золотистые оттенки. Камин на данный момент - единственный источник света в покоях. Принц ухмыльнулся, подходя к тётушке.        Он видел ее привлекательные изгибы через сорочку, что не скрывала ее прелестей. Таргариен ощутил, как плоть напряглась, неприятно давя на ткань штанов. Племянник коснулся ее плечей, мягко сжимая и проводя по бархатной коже. Эллуйнис повернула голову, целуя запястье мужа. Деймон издал приглушённый стон. Принцесса усмехнулась тихо, уловив издаваемые мужем звуки, медленно поднялась, разворачиваясь к нему лицом. Она облизала свои пухлые манящие губы, и Деймон не смог отвести взгляд от этого неприкрытого призывного действия. Что ж, он только рад принять приглашение. Притянув ее к себе за талию, Деймон припал к губам Эллуйнис. Когда та запрокинула голову, ладони сжались на шёлковой салатовой ткани, что скрывали её бедра. В ответ ее мягкие ладошки игриво заползли, точно змейки, под его ночную рубашку, оглаживая крепкие мышцы спины.        Не только Деймон мечтал о ней, но и Эллуйнис мечтала о нем.        Оторвавшись от сладких губ тётушки, принц, проложив себе путь из поцелуев по ее челюсти, спустился к шее, вырывая из прелестной груди томные вздохи, что так приятно грели душу Деймона. Племянник прикусил кожу на ключице и тут же, словно извиняясь, лизнул место укуса. Пальцы Эллуйнис запутались в распущенных волосах Деймона, мягко почёсывая ноготками кожу головы и дёргая за волосы, вызывая у принца глубокие вздохи. Таргариен скользнул шершавыми ладонями по плечам девушки, сбрасывая с них ткань сорочки: та прохладным шелком скользнула к ногам Луны. Деймон с благоговением и вожделением оглядел обнаженное тело тетушки. Принцесса не смущалась, как невинная праведная девица, скрывая руками сокровенные места: напротив, Эллуйнис демонстрировала всю себя, соблазнительно улыбнувшись. Она прильнула к нему, прижимаясь грудями к его груди, слыша то, как ее супруг учащенно дышит: обхватив его за скулы, прижалась поцелуем к губам. Принцу понравилась инициатива любимой, и он раскрыл ее губы своими, углубляя поцелуй. Ладони беззастенчиво блуждали по обнажённому телу, вырывая из уст девушки тихие стоны, что так будоражит кровь Деймона. Ласково касаясь губами: ее шеи, ее плеч и рук, спускаясь к вздымающийся груди.        Он мягко толкнул супругу к кровати. Когда ноги Эллуйнис столкнулись с деревом, немедля опустилась на перину, с любопытством наблюдая за действиями супруга.        Деймон мягко отстранился от Луны, начав обнажаеться перед ней. Когда одежда была снята и откинута в сторону, открылся превосходный вид на его тело: поджарое, крепкое и возбуждённое, о чем красноречиво свидетельствовала его напряжённая длина. Принц наклоняется вперёд, взбираясь на кровать. Их губы сливаются в лёгком поцелуе. Он скользит по линии ее челюсти, по шее, оставляя призрачный след из поцелуев. Губы принца сомкнулись на возбуждённой вершинке груди, вбирая розовый сосок в рот, слегка прикусывая его. Эллуйнис выгнулась ему навстречу, подставляя всю себя касаниям мужа. Сама же она скользила руками по его прессу, чувствуя, как тот напрягается под ее касаниями. Эллуйнис стонет под ним потирая бедра друг об друга, желая унять возбуждение. Она почти добралась до его возбужденного члена, когда Деймон отстранился от нее с томным вздохом.        — Какая ты нетерпеливая, — соблазнительно шепчет Деймон, почти касаясь губами ее губ, отказывая ей и себе в поцелуе, — позволь...        Беловолосая макушка склоняется над телом девушки. Горячие губы касались чувствительной кожи ложбинки между грудей, оставляя вслед за собой волны приятных мурашек. Он скользнул ниже, касаясь языком пупка, оставляя поцелуй на животе, в том месте, где в чреве его жены в скором времени расцветет новая жизнь - его ребенок. Деймон чувствует, как Эллуйнис дрожит под ним и какие восхитительные стоны она издает. Он касается губами внутренней стороны бедра милой жёнушки, закидывая ее ноги себе на плечи, ласково проводя по ним ладонями, успокаивая дрожь. Деймон скользит языком ниже, касаясь самой чувствительной точки, со стоном собирая выступившую влагу на лепестках, пробная ее на вкус.        — Ах, моя Луна, — блаженно выдыхает он.        Эллуйнис, краснея, отводит взгляд, поворачивая голову на бок и прижимая к губам руку, тем самым удерживая рвущийся наружу сладостный стон. Деймон предупреждающе сжимает ее мягкие бедра.        — Нет, моя любовь, я хочу видеть твое лицо, когда я буду пожирать тебя, — в знак подтверждения своих намерений прижался губами к чувствительной вершинке, слегка задевая ее зубами, вызывая по всему телу девушки сладкую дрожь, что отозвалась и в бедрах. Деймон погрузил в очаровательную щёлочку язык, проникая им глубоко, ощущая жар и слизывая соки. К языку присоединились и пальцы, вырисовывая круги на вершине ее клитора. Покои наполняли крики и стоны удовольствия Эллуйнис. Она металась по постели, не зная, что делать с переполняющими ее естество чувствами. Очень давно такого не испытывала. Разум плавился под напором чувств и ощущений, как воск свечи. Она вся горела, а тело с превеликим восторгом отвечало на любые касания супруга. Лизнув напоследок набухшие от стимуляции лепестки, Деймон довольно ухмыльнулся, зная, что Луна вот-вот должна была преодолеть свой пик. С её стороны раздался возмущенный вскрик, ловя на себе недовольный взгляд индиговых глаз. Его собственная плоть требовала внимания. Деймон опустил руку, сжимая колом стоящий член, принц издает утробный стон, — сейчас мы начнём.        Эллуйнис отползает чуть дальше на кровати, предоставляя место для Деймона. Вскарабкавшись и примостившись между разведенных бедер, он прижался лёгким поцелуем к губам Луны, скользнув по ее щеке языком и спустившись ниже к шее, оставляя на ней невидимые пока следы своего присутствия. Она молила его, млела под ним, под его касаниями, губами, выставляя на показ очаровательную грудь, которой племянник с большой охотой занялся. Принцесса проводит ладонями по его спине, слегка царапая кожу ногтями. Мужчина выдохнул на ее розовую вершинку горячий воздух, довольно жмурясь. Стройные ноги обнимают его бедра, притягивая ближе к центру. Принц оценил приглашение, он высвободился из объятий Луны, кладя руку на ее бедро, сжимая второй рукой, он взял член и провел кончиком по влажному и жаждущему проникновения входу, дразня ее и себя. Луна похныкивала под ним, наблюдая за действиями мужа, она нетерпеливо сжала ножками его бока, вызывая у Деймона хрипловатый смешок.        — Ты не представляешь, как я давно мечтал об этом моменте, — жарко произнес он, продвигаясь кончиком в лоно девушки, погружаясь в жар ее тела. Деймон издал стон, ощутив, как стенки ее влагалища приветственно обняли его. Таргариен видел, как Эллуйнис отчаянно мечется под ним, чуть ли не сходя с ума от медлительности мужа. Она была достаточно влажной, чтобы он мог скользнуть в нее, без труда разрывая девственность. Деймон у нее первый, и это опьяняло не хуже. Деймон продвинулся чуть глубже, почти погружаясь в нее полностью, — как же, я хочу посадить в тебя свое семя и чтобы оно проросло нашим дитя... — он полностью заполнил ее, слыша, как Луна вскрикнула от боли.        Лишится во второй раз девственности хоть и в другой жизни, необычный опыт. Эллуйнис краснела от его слов.        — Какой же ты болтливый, Деймон! — воскликнула она, — Я твоя, бери меня уже!        Повторять дважды не пришлось. Принц с радостью толкнулся в нее, выбивая первые стоны. Как же тесно и жарко. Деймон простонал, пьяно смотря на жену. В голове творилась каша: остались лишь те желания, которые он хочет попробовать с любимой. Но это как-нибудь в другой раз. Он проводит по ее животу ладонью, мерно покачивая бедрами. Его опьяняла мысль о ребенке, что родится с силами, подобными его жене.        — О, моя Звёздная малышка, — вздыхал он так, словно ему воздуха не хватает. Двигаться он начал быстрее, — я с самого детства знал, что ты будешь моей, когда ты ещё была малышкой и посмотрела на меня, улыбнувшись. Я все понял: ты была рождена для меня! — горячо произнес Деймон, накрывая жену своим мощным телом, подхватив под бедра, тем самым изменяя угол проникновения, прижался лбом к ее шее, — Я жадный, очень жадный человек! Я ни за что не отдал бы тебя Рейегону! — его толчки изменились, стали агрессивнее, и проникал он глубже, почти касаясь головкой шейки матки, из-за чего Эллуйнис стонала и кричала сильнее: прижимая Деймона к себе. Принц покрывал ее тонкую шею поцелуями и укусами, оставляя этим метку.        Их губы вновь смыкаются в жарком поцелуе, но это уже не так чувственно, а борьба. Эллуйнис прикусила нижнюю губу Деймона, заставив принца прошипеть. Деймон толкнулся в ней, задевая чувствительные зоны. Беловолосая вскрикнула, разрывая поцелуй. Губы Деймона переместились на ее челюсть и шею. Он чувствовал, как стенки ее лона сжимаются вокруг его члена. Принц понимал, что приближается к своему пику. Его толчки стали хаотичнее. Луна вцепилась пальцами в его волосы, оттягивая голову назад, вызывая у Деймона гортанный стон от удовольствия: чувствовала, то, что она делает, ему по нраву.        — Моя хорошая жёнушка, — стонал принц, прикусывая её шею.        — Мой Воин, я люблю тебя! — вскрикнула Эллуйнис когда бедра Деймона врезались в нее особенно хорошо.        — Да, да, да, приди моя любовь, — прорычал принц, когда Эллуйнис сжала его талию ногами, достигая своего пика, стенки влагалища содрогались. Он прижался лбом ее лбу, ударяя в последний раз, достигая своей кульминации. Деймон лениво поцеловал её, медленно покидая теплое местечко.        Они оба глубоко дышали, понимая в каком беспорядке, находятся, но это не важно.        — Расскажи мне сказку об этих рыцарях, — неожиданно с придыханием произнес Деймон, поворачивая голову в сторону Луны, видя ее удивленный взгляд, — Рейнире, Лейне, Лейнору и даже этой маленькой пигалице Хайтауэра ты рассказываешь. А потом они бегают по всему замку и кричат о том, кто рыцарь-джедай, кто лорд Ситх и бьются на палках.        Эллуйнис издала мелодичный смешок, вспоминая эти моменты. Она на миг прикрыла глаза, почувствовав ладонь Деймона на груди и то, как он щиплет ее за сосок. Таргариен издала тихий вздох, внимая вновь поднимающееся возбуждение. Луна посмотрела на мужа, что с невинным лицом лежал на боку так, словно он ничего не делает.        Что ж если он хочет сказку, она расскажет ему сказку.        — Давным-давно, в далёкой, далёкой галактике, существовал орден рыцарей-джедаев, хранителей мира...