Eyes: curse

      По-видимому, владелец этого поместья — господин Майлз — был человеком небедным. А это значит, я смогу разбогатеть. Некоторое время, человек исчез. Одно дело, и, пожалуй, хватит. Я отложил газету и начал собираться на задание.

***

      Облупившаяся и изменившая цвет штукатурка бежевого фасада, потрескавшиеся от времени колонны, что раньше величественно украшали главный вход, завядший сад на заднем дворе — кажутся довольно знакомыми. Где же я их видел?       Раньше этот дом наверняка был лучше, но с годами все прогнило и утратило первоначальный вид. Все покрыто пылью и сквозит старостью; даже дверь не хотела поддаваться и открываться, но все же, приложив усилия, протяжно заскрипела и отворилась.       Я решил начать осмотр с дальней комнаты и для удобства вести карту. Здесь есть камин и дрова, разожгу огонь, тут довольно холодно и, в принципе, не помешает дополнительный источник света. После недолгих попыток показалась искра и вскоре дерево приятно затрещало, освещая комнату. Мой взгляд упал на книжную полку. Многие заголовки связаны с оккультизмом. Чем здесь занимался этот человек? Книги о проклятии и ритуалах. Ничем хорошим это не сулит. Обычно люди более разномастны в литературе, но в этом месте по-другому.       Над камином висели часы… Они все еще ходят. Удивительно. Я слышал, что после смерти хозяина, стрелки замирают с последним биением сердца человека… Или это было про наручные часы? Не помню…       Почему окна находятся так высоко от пола, почти под потолком? Пьяный рабочий не мог правильно сделать или хозяин сам строил, ничего не смысля в стройке? Ну, ладно, может так надо.       Под ногами неприятно скрипнул кафель, кто будет класть кафель где-нибудь еще кроме ванной? Так, это не мой дом, нужно прекратить оценивать. Почему я так предвзято думаю об этом месте? Атмосфера напряжная.       Диван, стол, кресло, книги. Интересно, была ли у господина Майлза большая семья? Я читал только про жену и дочь, неизвестно куда пропавшие. Когда-то отдыхали ли они в этой комнате? Может быть отец или мать читали сказку своей дочери поздним вечером у теплого камина с чашкой горячего чая? Это было бы мило, но мне нельзя зацикливаться и рассуждать по этому поводу, тем более оккультизм вряд ли похож на сказку, если только на ужастик. Других книг я не вижу, но может еще найду что-нибудь интересное.       Пианино? Интересно кто играл на нем? Какая музыка звучала в этой гостиной? Были ли тут танцы? Так, ладно, надо перестать думать, ни к чему хорошему это не приведет. Это будет ошибкой и потом, неудобно будет их грабить. Мне не понять тонкостей семейного счастья, я не помню родителей и свое прошлое.       Надо искать дальше, я нашел немного монет.       Выйдя в коридор, повернул в соседнюю комнату. Тут очень мрачно. Здесь везде такой интерьер? Как будто пол с потолком перевернули… Не могу не замечать это, оно все давит на меня.       Что-то не так. Это просто конченное место. Не могу избавиться от чувства присутствия кого-то еще. Но здесь должно быть пусто, я проверял. Надеюсь, мне это просто кажется. Не хочу неприятностей, мне нужны лишь деньги.       Мое внимание привлек старый глобус. Прямо сейчас я хочу оказаться где угодно, лишь бы не здесь. Не знаю зачем, я крутанул его, он описал несколько кругов и пыль полетела в мою сторону. Я зашелся в кашле и стал отмахиваться рукой как от назойливой мухи. М-да… На сейф не очень-то похоже, идем дальше. Клочок бумаги и цифра. Что это? Пожалуй, сохраню.       Фотография мужчины и женщины, стоявших вплотную и опирающиеся на шаткий столик с деревянной фигуркой лошади и еще какими-то игрушками, почти выцвела. Они здесь такие молодые. Наверное, дочь еще не родилась, и они еще не постигли все тяготы материнства и отцовства, но готовятся вовсю. Видно, что специально нарядились, но фотографироваться рядом с игрушками без ребенка вряд ли бы стали. Как дань уважения, что она есть на этой фотографии, но еще в чреве матери. Слишком много анализирую… Снова.       Еще одно пианино. Какая музыкальная семья, зачем так много инструментов? Может где-то еще стоит арфа или скрипка? Подойдя ближе, я рассмотрел компанию — Decker Brothers.*       Необычный дизайн басов. Струны проходят под пластиной на конце настроечного штифта, а настроечный штифт торчит через отверстие. Это было сделано для того, чтобы расположить катушку струны ближе к контактному блоку и, таким образом, чтобы в контактном блоке было больше настроечного штифта.       Что? Откуда я это знаю? Как будто мне это кто-то рассказывал… Мой поток мысли прервали:       «Ты так и не пришел, хотя обещал.»       Что это было?! Что за голос? Это меня пугает.       Какая жуть. Просто кошмар. Надо посмотреть ящики на наличие монет или другой ценности и побыстрее выбираться отсюда. Кажись, это место плохо влияет на меня, уже галлюцинации мерещатся и голоса слышатся…       Еще одна цифра и пила. Не знаю зачем, но я взял это с собой. Хоть какое-то оружие, мне будет так спокойнее. Пара мешочков с монетами.       Другая комната, граничащая со странной фотографией и пыльным глобусом, оказалась кухня. Блюда готовили здесь, но ела чета Майлзов в прошлой комнате, об этом свидетельствует стол на несколько персон, что находился там.       Что же представляла из себя комната для приготовления еды? Посередине удобно устроилась перевернутая мусорка и остальной хлам, что нужно выкинуть, но этим никто не занимался. К стене был подвинут стол, на котором пестро блистала скатерть с синими цветами и ярко выделялась темная бутылка вина с одной железной кружкой, а также три тарелки, что своим цветочным орнаментом почти сливались со скатертью. И, конечно, кухонный гарнитур, что некогда был белого цвета, покрылся пылью и грязью, некоторыми разводами и жирными пятнами.       Очень много цветов… Миссис Майлз, определенно их любила и даже подобрала специально занавеску на окно нелепого узора, что сочетался с остальной утварью кухни. Не стоит забывать про сад на улице, он тоже имел для нее значимость. Здесь нечего было ловить, все оказалось пусто.       Пройдя по коридору прямо, я устремил свой взор на стремянку. Почему она тут стоит? Тут даже нет лампочек. Она как будто перегораживает проход или создает ворота, для какой-нибудь детской игры. Так много места в особняке, а она стоит тут.       Зайдя в каморку для швабр, что делала проход, разделяющий стремянкой коридор, я был обескуражен. Посылка. Она не была отправлена. Здесь есть адрес! Что за чертовщина…это же мой адрес! Что здесь происходит? Я решился заглянуть внутрь и обнаружил письмо с бумажным комком и самодельной побрякушкой. Вернусь к этому позже, но возьму с собой. Это не то место, где я хотел бы открывать это.       Я заметил рядом с коробкой монеты. В этом мешке еще кое-что. Что это? Фотография старика. Подпись сзади: «Теперь это бремя на твоих плечах. Бедная душа.» Что он имел в виду? Странная дрянь. Нужно идти дальше.       Напольные часы не работают, соломенный коврик на стене, сломанный стул, почти все оторванные алюминиевые крючки для одежды, закрытый деревянный ящик у стены, табличка выход. Кто будет вешать над дверью табличку выход? Это что торговый центр или кофейня? Все более странно, сколько раз за сегодня я повторю это слово? Здесь жутко.       Последняя комната на этаже, дальше только лестница на третий этаж и подвал.       Интерьер этой комнаты здесь резко поменялся кирпичной стеной. Здесь и вправду что-то не так. Это нехорошо. Каждый шаг вперед дается с трудом. Но нужно продвигаться. Чем быстрее я найду деньги, тем быстрее смогу покинуть это здание.       Шкаф, письменный стол и растения, что любила хозяйка особняка натыканы повсюду, но уже давно иссохли. Конечно, кто бы их поливал. И как они вообще росли, тут даже нет окон и свет не попадает. Вот-вот дотронься до них, и они превратятся в пыль. Двуспальная кровать, видимо, родительская, трюмо, телевизор, разбросанные коробки, сундук, фотографии.       Первая рамка открывала вид на этот особняк на острове в далекой глуши, коей она и являлась. Кто будет фотографировать и вешать на стену место, где он живет? Тем более на черно-белый фотоаппарат при ограниченной печати. Не берусь даже думать дальше зачем все это. Люди были немного с приветом или может игра такая была у них?       Вторая же показывала подростков и взрослых. Особо понять это не представлялось возможным, фотография уже успела выцвести и была не очень удачного качества, так что лица сливались и понять, кто стоит перед тобой можно было только по одежде и прическе, но возраст точно не угадать. Может быть, это был какой-то лицей или школа. На заднем фоне можно разобрать только дверь, окно и ковер. Почему же они стоят как будто в пальто, если это, скорее всего, внутренняя часть здания и кто будет фотографироваться у дверного проема? Ладно, надо уже привыкнуть и не лезть в чужое прошлое, но мои глаза и мой мозг все равно хотят это узнать и понять в голове. Я — человек логики.       Подойдя ближе к кровати, телевизор резко включился и показывал подготовительный экран, после чего с противным звуком погас, предметы задрожали и стало еще более угнетающе. На тумбочке лежало снотворное. Должно быть, очень сильное. У кого-то были серьезные проблемы со сном. Догадываюсь, почему.       Я снова услышал голос, но на этот раз я узнал его обладателя:       «Он продолжал меня бить.»       Не может быть… Я же был на её могиле… Моя Крейси. Что она здесь делает? Или она у меня в голове? Я сошел с ума? Так действует на меня эта обстановка?       Боже, что это такое? Это когда-то было человеком? Я был поражен, увидев в приоткрытой двери, что-то летящее по коридору дальше. Это было нечто, я никогда не встречал ничего похожего, летающая голова с кишками какими-то… Просто ужас! Неужели это она?       Покинув комнату, отправился на верх по лестнице, мои мысли занимал этот кошмар. Что, если это, то предупреждение? Они как-то связаны? Я все думаю об этой записке. Что за бремя он имел в виду? Бремя? Он имел в виду этого монстра? Сумасшествие… Нужно срочно избавиться от проклятия.       Опять часы. Неужели было так важно знать точное время или они просто боялись не успеть и где-нибудь опоздать? Это все очень озадачивает меня.       Это что, только что пробежала крыса? Какой ужас. Они живут здесь, но чем они питаются? Не хочу даже думать об этом.       Тут проходит развилка. В одной стороне стоит умершее растение с небольшим комодом, в другой — картина с людьми и небольшой шкафчик. Лучше схожу сначала к растению, а потом пофилософствую о людях, изображенных там.       Пройдя дальше передо мной опять предстоял выбор, две двери напротив друг друга, а между ними арка, продолжающийся коридор и видневшийся вдали шкаф. Решив сначала попробовать сходить налево, а потом направо и продолжить исследовать этаж по коридору. Обстановка тут отличается от предыдущего этажа, пол в ромбиках и стенка отделана наполовину деревом, что создает определенный шарм.       Комната слева была ванной полностью одетой в кафель, разве что разного цвета на стене и полу. Туалет, старая ржавая стиральная машина, такая же ванна, раковина, зеркало и шкафчик — ничего особенного и примечательного, но удалось найти несколько монет. Меня напугал свет, что предательски цыркнул, обдав холодными лучами помещение, напоминая больницу и также внезапно исчез, как и появился с характерным противным звуком. Я весь съежился, мурашки прошлись по всему телу, но меня быстро отпустило, я вспомнил, что увидел что-то красное на стиральной машине и решил утолить свое любопытство. Моя находка оказалась обычной медицинской аптечкой. Это стандарт для больничного кабинета. Необычный для домашнего хозяйства. Рядом лежали лекарства, выпущенные больницей. Эти препараты нигде нельзя купить, они прописываются по окончанию курса лечения. Окей, я уже не очень удивлен, я привык, что здесь все не так.       Еще одни записи… Проклятие? Этот человек пытался снять проклятие со своей семьи. Что здесь творится? Вот еще: «Все что я могу сделать — запереть проклятие в моей фотографии. Боже, благослови того, кто это найдет. Мне конец.» Я проклят? И как от этого можно избавиться? Нужно найти еще записи.       Закончив с ванной, я пошел в комнату, что была напротив. Меня встретили желтые узорчатые обои и холодный темный кафель. Было похоже на какой-то кабинет. Письменный стол, заметки на стене, шкаф, принтер и диван с не отстиравшимися пятнами неизвестного происхождения. Стремная склянка привлекла мое внимание, и я подошел ближе. Я видел в больницах такие склянки. Всегда хотелось узнать, что в них держат. Рядом стояли духи. Я надеюсь, кроме духов здесь больше ничего нет. Наверху висела уже знакомая картина. Изображение этого дома, что было на другом этаже в родительской спальне. У особняка всегда была дурная репутация. Люди сторонились его, будто… что-то могло схватить и затащить внутрь. В данный момент я не смею утверждать, что их страхи и опасения были напрасны. Все еще не до конца понимаю происходящее, но здесь реально очень жутко и мне кажется, что можно легко сойти с ума, пробыв тут достаточное количество времени.       Хмм… Больничные документы. Иногда их выдают по окончании лечения. Кажется, они имеют отношение к психиатрии. Далеко ходить не нужно… Просто так валяются на полу.       Я застыл в немом крике, мои глаза уже почти вылезли из орбит, уставившись на предмет моего шока… Что это еще? Громкий звук зажевывания бумаги напугал не по-детски, я чуть не упал. Принтер, он еще рабочий? Листок с плачущим глазом, ну, что ж, это не так пугает, как звучало.       Подойдя ко столу, резко зазвонил телефон, тут я уже меньше напугался. Нужно быть готовым ко всему, а я трясусь как маленький! Из-за этого места и проклятия? Не знаю, возможно. Лампа замигала в истерическом припадке, пожалуй, я пойду дальше, здесь ничего нет больше.       Голубой шкаф с отпечатком детской руки и дверь. Мой выбор очевиден, сначала комната, потом остальное. Гостиная, такая уютная, здесь много дерева и красного цвета, если бы не пыль и некоторые проблемы, что я получил благодаря фотографии… Опять часы. Бутылка алкоголя plavtima*, книги повсюду раскиданы. Белый сервант, уже похожий на серый, был пуст. Виниловый проигрыватель и еще одна цифра. Решил послушать эту красную пластинку, высокие ноты веселой мелодии, настолько родной, заиграли и разнеслись по комнате:       Je n'irai pas par quatre chemins Je cherche un bon danseur mondain Genre Espagnol ou Argentin Je n' tiens pas à c' qu'il soit beau garçon Ça m'est égal, rouquin ou blond Pourvu qu'il danse avec passion* (перевод всей песни, в игре лишь первый абзац)       Я не пойду четырьмя путями, Ищу хорошего танцевального партнера, Испанца или аргентинца. Я не хочу, чтобы он был красивым мальчиком. Мне все равно, рыжий или блондин, При условии, что он танцует со страстью.       Кто из вас, господа? Кто лучше всех умеет танцевать Чарльстон и вальс-Бостон, Черное дно и фанданго? Кто хочет танцевать шимми Со мной всю ночь? Никогда не говори это «Я провален!»       Я могу танцевать часами, не дрогнув. Я предпочла бы использовать все стили, Перед тем как я пойду спать. Если бы я слишком много оскорбляла своего танцора, Прежде чем он высказал это мне, Я вознаграждаю его поцелуем.       Кто из вас, господа? Кто лучше всех умеет флиртовать? После танго, это прекрасно. После фокстрота, это вкусно. Кто хочет после шимми? Флирт — это так приятно. Мы верим друг другу, это изысканно В раю.       Кто? Кто? Кто? Кто? Кто? Кто? Любишь бегин? Раз, два, три, четыре. Один, два, три, четыре.       Кто?       Неосознанно я начал кивать головой в такт, почему тут только один куплет? Пластинку заело. Я все еще изумлен, что она заиграла. Ладно, нужно идти дальше.       Тут еще одна дверь, за ней скрывался сейф и тумбочки с монетами. Четырехзначное число? Итак, у меня на руках число из четырех цифр, но что мне с ним делать? Попробую открыть сейф этим кодом, он поддался… О, старый тяжелый ключ. Ключ должен подходить к одной из этих дверей. Приберегу пока его.       Аргх… Коробки. Чуть не задел. Завернув за угол, я увидел, что на меня смотрели четыре портрета, эта семья Майлзов! Пожалуй, подойду позже к ним, нужно закончить с этажом.       Одинокая тумбочка с монетами внутри. Этот… призрак преследует меня. Что делать? Теперь сомнений быть не может, что это привидение за мной охотится. Оно ищет меня, почти чувствует. По всему телу мурашки. Куда сейчас? Похоже, пора делать ноги?       Дальше комната с двумя дверьми и еще одним проходом. Не забыть бы откуда я пришел, карта должна помочь.       Обыщу голубую тумбочку — нашел мешочки. Убежать невозможно. Это проклятие все время следует за мной. Бегство — не выход. Проклятие все равно будет следовать за мной. Нужно от него избавиться. Но как?       Еще одна голубая тумбочка, только с чемоданом. Тут много бумаг. Записи и какие-то каракули, я просто обескуражен. Здесь что-то говорится о ритуале…       Передо мной две двери, куда пойти? Пусть будет левая, потом следующая.       Лестница… Кошмар. Это что? Молитвенная. Какие религиозные, но икон-то нет, одна библия лежит и два стула для проповеди стоят.       Фотография! Если этот человек пытался запереть проклятие, может, и я смогу? Но как? Я об этом ничего не знаю! Это плохо! Я чувствую, как оно подбирается все ближе и ближе… Мне здесь не по себе, я едва могу дышать. Не нравится мне всё это. Похоже, здесь проводили какие-то ритуалы. Что тут произошло? Где владелец?       Так, дальше пойду. Бетонные стены, свеча, факелы — я в святилище? Еще мешочки, они задабривали духов? Всё, что мне остается — идти дальше. Надо продолжать двигаться вперед. Мне нужно узнать об этом человеке побольше. Благодаря этим запискам, я знаю, что делать дальше.       Разрезаю ножовкой доски, удерживающие дверь. Точно будут занозы, но я должен добраться до сути. Сразу на стене меня заинтересовывают плакаты. Это походит на детские рисунки. Портреты. Что это за люди на них? Это картины с коридора. Нужно запомнить их порядок, на всякий случай. Посмотрю, что наверху.       Свет? Такой ослепляющий и яркий, похож на маленькую шаровую молнию. Не буду к этому приближаться.       Нужно повернуть назад и вернуться к портретам, что я собственно и делаю. Ноги сами несут меня по прошедшему уже пути.       Вот и картины.       Это женщина, Миссис Майлз. Она выглядит изнуренной. После всего, что произошло в этом месте с этими людьми, неудивительно, что она выглядит уставшей. В газете, что я читал, было еще хуже, на той фотографии ее волосы, казались, обрамляли лицо как грязная тряпка, взгляд, направленный в пол, и лицо было безжизненным, одной рукой она обнимала дочь, и все также была одета в черное, как на этой картине, но более скромно и закрыто. Этот снимок, которые репортеры вставили в колонку новостей, был снят внезапно, вряд ли хозяйка особняка хотела бы сниматься в тот момент, это было после трагичных событий об исчезновении мужа, творилась какая-то чертовщина. Я прикоснулся к ней, и рамка повернулась с характерным звуком открывания замка.       У них было два ребенка?! Только сейчас я заметил две рамки с детьми. Помню только одну девочку из газеты, вторая кажется мне знакомой… Это же Крейси! Как я мог забыть ее? Ох, Боже… Простите, Миссис Майлз, я очень сожалею о случившемся, и за все остальное, тоже простите…       Четвертый портрет. По-видимому, она обеспокоена. Похоже, она была в курсе тяжести ситуации. Это можно понять, просто взглянув на картину. Моя девочка! Ох, ну и настрадалась же ты! Прости я не помню подробностей, но я их обязательно узнаю. Ты так выделяешься среди всей своей семьи, одна на белом фоне стоишь, в льняном платье, и с серьезным умным взглядом вдаль. Как будто, уже знаешь наперед все на свете, принимая эту реальность и тяжесть бытия. Ты всегда была целеустремленной и великолепной. Меня завораживал твой образ, я готов был отдать все, что угодно, лишь бы ты была рядом и держала меня за руку… Может, можно как-то обойти проклятие и снова быть с тобой? Я попробую!       Третий портрет. Она молода и все еще счастлива. Надеюсь, она осталась именно такой, но это маловероятно. На фото с матерью из той газеты лицо было не видно, только черное платье. Младшая сестренка Крейси, хотя бы ты, должна быть без проклятия.       Взору представилась последняя рамка. Он выглядит уставшим и испуганным. Это однозначно глава семьи, но в его глазах так много печали. Он специально нарядился так, для этой фотографии, и держится стойко, непоколебимо, но зеркало души не обманешь. Тиран и деспот, я помню тебя, хотел избавить от боли мою любимую, но не смог, не успел.       Как, Миссис Майлз, вы могли с ним жить? Как? А ваши дочери? Вы о них не думали? Не мне, наверное, задавать вам такие вопросы. О мертвых не говорят ничего, кроме хорошо или правды. В вашем случае, ни нахожу ничего хорошего, господин. Я должен все вспомнить и тогда уже все выскажу…       Отвернусь, не хочу видеть его лицо больше. Пришел на грабеж в дом собственной возлюбленной и даже не понял этого! Какой я идиот! Все должно было быть не так, но нам не повезло, судьба решила иначе. Нужно восстановить все потерянные фрагменты памяти для полного восприятия.       За спиной начал двигаться голубой шкаф, тот, что с окровавленным детским отпечатком руки, которую я заметил только сейчас. Ничего себе! Просто магия! Этот магический ритуал держал девочек в безопасности… и в заточении. Не хочу быть заключенным! Я должен… нет, просто обязан выбраться отсюда. Но сначала, нужно исследовать комнату за этой дверью и нижний этаж, может, это даст мне подсказку?       Две кровати с тумбочками по разные стороны стены, деревянная лошадка, качающаяся с помощью необъяснимой силы, старое потрепанное кресло, яркая красная машинка, кубики на паласе и излюбленное полотно на стене, и, самое главное, бирюзовая шкатулка на одной из тумбочек девочек с золотым обрамлением — это их детская. Их воспоминания. Ощущение как будто я сам стал маленьким мальчиком. Это место самое светлое и не оскверненное из всего этого особняка. Мне кажется, мне не место в этой комнате, я будто лишний тут, среди сестер и их прошлого. Ничего не могу с собой поделать, мне нужно услышать их мелодию, эту очаровательную музыку, что слушали они.       Я даже не заметил, как оказался у тумбочки с той драгоценной вещью и не помню, как открыл ее… Полилось нежное звучание заветной мелодии в перспективе на счастливое будущее, жаль, что оно такое короткое и омрачено ужасом, а не мечтами маленьких детей. Стало очень грустно на душе и невыносимо тяжко. Я развернулся, думая уходить, и опять увидел след детской окровавленной руки на голубом шкафу, только теперь с этой стороны комнаты и другой стороны дверцы. Они поддерживали друг друга через шкаф, это их сила, их небольшая победа. Я умилялся и смущенно улыбался, бродя по коридору, не зная плакать мне или радоваться. Почему-то это очень сильно тронуло меня.       Вернувшись, на лестничную клетку я вспомнил о картине с тумбочкой, что хотел посмотреть и пошел в ту сторону.       «Почему ты не пришел, когда был нужен?» — голос любимой отзывался болью во мне, после всего случившегося, выбивая из колеи.       Я пытался, но меня заперли… Прости, моя дорогая.       На изображении были госпожа и господин Майлз с четырьмя детьми: два мальчика и две девочки. Со временем и слоем пыли лица едва различимы, но по нарядам и облику это были точно они. Из детей я узнаю только ту, что по центру, это сестра Крейси, очень милая в платье с юбкой-солнце и заколкой в волосах, но где она сама? Может это день рождения маленькой, и они решили это запечатлеть, но где же моя дорогая? Почему ее нет на фотографиях? Другая девочка в белом платье с белокурыми волосами и большим белым бантом на голове. Мальчики-близнецы, одетые одинаково, по-простому: белая футболка, кофта и шорты. Мистер Майлз не изменяет своему стилю, он в костюме, как и его жена, она в закрытом длинном платье, разве что с другим воротником — Питер Пэном, так популярным в то время.       Все очень странно и запутанно. Как разобраться с этим клубком мыслей? Не придумал ничего лучше, как плыть по течению.       Я шел дальше, ведомый крысой, которую я так презирал мысленно, и дойдя до той комнаты, что делилась на молитвенную и святилище, понял, что описал круг. Решился пойти к тому свету, что видел на лестнице. Может оно покажет мне светлую тропу или избавит от проклятия? Мне нужны ответы на мои многочисленные вопросы! Терять, я думаю, нечего. Я уже проклят, хуже не будет.       Этот поток лучистой энергии поглотил меня, когда я закрыл глаза не в силах лицезреть это и шагнул в неизвестность, тепло разлилось по моему телу, но очень быстро бросило в холод, к запаху пыли добавился дух чего-то жженного. Открыв глаза, я оказался не пойми где. Передо мной были катушки кинолент на ржавых полках и деревянное ограждение — все это сопровождали стены в пеноблоке и бетонный пол. Нужно выбираться отсюда, где бы я ни был. Особняк сам меня ведет, он рассказывает мне прошлое и я понял это только сейчас. Что еще меня ждет?       В этом помещении четыре двери в стене, они не поддаются мне, может потом откроются? Лопата… Многообещающе. Для сада Миссис Майлз будет большевата, зачем она? Ладно, надо продолжить исследовать.       Еще одна дверь, она открывается. Собачий корм? Я не помню у них собаки… Ну, хорошо. Крысиный яд. Я сам начинаю чувствовать себя мышью в лабиринте.       Деревянный ящик, труба — я решил повернуть направо — коробки, бочки, какие-то вещи, снова крыса. Бесполезный хлам, я продолжал идти вперед, пока не увидел дверь в решетку.       «Огонь, он жжет, он причиняет боль.»       Пожалуйста, выпусти меня! Мне очень жаль. Мне нужно узнать! Моя Крейси, я знаю, я пытался и буду делать это снова и снова.       Похоже на клетку или однокамерную тюрьму. Я дернул, оказалось закрыто, вспомнил про ключ, что нашел в одной из комнат и решил попробовать. Угадал, щелчок и предстало небольшое помещение, что, в принципе, я видел в расстоянии между металлическими прутьями.       Старый матрасик, придвинутый к стене, на котором живого места не осталось практически, набивка вылезала наружу и веревка в форме петли наверху. Кто же тут спал и почему петля? Использовали ли ее по назначению или для других целей? Много вопросов, мало ответов. Пойду дальше.       Больше здесь ничего нет. Лучше продолжить поиски в другом месте.       Всё! Здесь мне больше нечего делать. Нужно искать подсказки в другом месте.       «Нет нам спасения — лишь геенна огненная»       Понимаю. Я заслужил это. Ведь я обещал, но не смог.       Она всегда трезво оценивала ситуацию и говорила правильные вещи, реалистичные. Как и сейчас.       Мой путь сопровождали: бетонная труба, открытый шкаф, веревки, коробки, мусор, бочки — я продолжал ходить кругами, пока не вышел на лестницу. Я был в подвале.       «Я любила тебя… Ты меня уничтожил.»       Я… Я тоже тебя любил. Пожалуй, ты права. Ты во всем права, прости, я хочу исправить ошибку или хотя бы попытаться это сделать. Я не смогу жить так.       Покинув особняк, мысли и все знания, полученные за сегодня, прокручивались в моей голове. Это была она! Я точно уверен. Это здание заброшено, что она здесь забыла?! Не могу избавиться от чувства, что она зовёт меня, куда-то к себе, в тень… Что же делать?! Как тебя вызволить? Я найду способ!       Появилось много загадок, я знаю куда пойду дальше.       Крейси... Дождись меня... Примечание       Decker Brothers* - американский производитель пианино, расположенный в здании Decker в Нью-Йорке, включенном в национальный реестр исторических мест. Компания начала производить пианино в 1865 году, созданное Дэвидом Декером и Джоном Декером, после того, как братья получили множество патентов на фортепиано. Упоминалась в New York Times благодаря своему превосходному качеству и известности. Компания прекратила свою деятельность в связи со смертью одного из братьев на рубеже 20-го века.       Plavtima* - при поиске в интернете есть только упоминания о билбордах и в «Малых филологических сочинений». (Ничего существенного там нет, много слов на иностранном языке на две тысячи страниц, было проверено вручную, похоже в написании на программный код, но цифр не так много, чтобы это был он, вот и загадка) С переводчика самое подходящее с хорватского, может переводится как синий в форме (-plava-). Исполнитель и краткая информация:       Мистенгет (фр. Mistinguett), или Мистангет, настоящее имя — Жанна-Флорентина Буржуа (фр. Jeanne Florentine Bourgeois) — французская певица, актриса кино, клоунесса-конферансье.       В возрасте 10 лет она дебютировала на сцене под псевдонимом Мисс Эльет (Miss Helyett), который затем сменила на псевдоним Мисс Тенгетт (Miss Tinguette) и затем на Мистенгет.       Её называли «королевой парижского Мюзик-холла». Ей довелось придумать огромные головные уборы из перьев, ставшие атрибутом кабаре во всем мире, а также популярный жест в виде неторопливого спуска по лестнице к публике. В 1919 году ноги Мистенгет — «самые красивые ноги Парижа» — были застрахованы на огромную по тем временам сумму в 500 000 французских франков.       Она стали известной благодаря песне «Mon Homme» (с фр. — «Мой мужчина»), которую она исполнила в «Фоли-Бержер» после расставания с Морисом Шевалье. Мистенгет выпустила книгу мемуаров «Вся моя жизнь» («Toute ma vie», в 2-х томах). Разбор песни:       Чарльстон. Танец, названный в честь города Чарльстон в Южной Каролине. Ритм получил распространение после премьеры на Бродвее шоу под названием «Runnin' Wild», в которой дебютировала песня «Чарльстон», написанная Джеймсом Пейтоном Мурмайер и немедленно ставшая хитом.       Вальс-бостон - американский салонный парный танец лирического характера. Свое название получил от столицы штата Массачусетс города Бостон.       Черное дно. Танец возник в Новом Орлеане в первом десятилетии 20-го века. Джазовый пианист и композитор Джелли Ролл Мортон написал мелодию "Топот черного дна", название которой отсылает к району Блэк Боттом в Детройте.       В песне не прописывается, что запрашивает певица, какой конкретно танец. В оригинале это выглядит так: (et l' ???). Если слушать песню, то Mistinguett берет ноту выше и не особо понятно, что поется. Поэтому я предположила, что это Фанданго. Оно подходит под смысл и рифму. Фанда́нго — испанский народный танец, исполняемый в паре под пение фанданго в сопровождении гитары и кастаньет. В танце изображается романтическое ухаживание мужчины и флирт женщины. Выражая страсть и любовь, партнеры непрерывно дразнят друг друга.       Шимми (от англ. shimmy — рубашка). В танце тело в целом удерживается на месте, за исключением плеч, которые быстро двигаются туда и обратно. Появился в 1917 году на основе танцев американских индейцев. Широкое распространение получил в 1920-е годы.       Я провален! – имеется  в виду, никогда не говори, что не танцуешь или не умеешь танцевать. Певица очень любит танцы и просто пылает желанием делать это. Это ее страсть, и она не поверит, что кто-то не умеет танцевать или не хочет.       Если бы я слишком много оскорбляла своего танцора – имеется в виду ругательства по поводу танца, его неправильности движений и тому подобное. Вместо плохих слов, что могут ранить душу, она оставляет поцелуй и благодарит за подаренные эмоции, не слушая критику в свою сторону, ибо ей это не интересно.       Та́нго (исп. tango) — парный социальный танец свободной композиции, исполняемый под характерную музыку. Возник на Южно-Американском континенте в 1880-е годы в Ла-Плата.       Фокстрот (англ. foxtrot, fox-trot, fox trot, от fox – лиса и trot – быстрый шаг) — парный танец, связанный с регтаймом (жанр фортепианный американской музыки). Зародился в 1910-е годы в США.       Бегин (исп. beguine) — латиноамериканский танец (предположительно с о. Мартиника). Имеет некоторые черты сходства с танго и румбой. В 1930-е годы стал известен благодаря мюзиклу Коула Портера «Jubilee» (1935).