Попаданец в Роман о... Попаданце?!

      Цвет темного дерева окружает черную пустоту.       Там танцуют тени в вальсе под биение барабанов.       Око лениво движется за светом и то расширяет бездну, то сужает.       Щелчок и свет погас.       — Глаза нормально реагируют на свет. — Отложив кристалл на подставку, Розалин задумчиво делает пометку на планшете. — Нет никаких явных отклонений или аномалий.       Карие глаза чуть сужаются от интереса, а голова юноши слегка склоняется к плечу.       — И что дальше?       Маг поднимает глаза и улыбается. Воодушевление так и льётся из неё.       — А дальше, господин Уильям, я бы хотела, чтобы вы подержали это.       Приподняв бровь, Лиам наблюдает, как девушка быстро оглядывает стол с множеством бумаг, книг и магических предметов, прежде чем достать из самых глубин карманное зеркальце с инкрустированными кристаллами по ободку в серебряной оправе.       Протянув ему зеркальце, Розалин выжидающе уставилась на него.       Помедлив, Лиам поднял руку и принял зеркальце, после чего с интересом стал вертеть его и рассматривать со всех сторон.       — Это магический предмет. — Встав сбоку от него, девушка поправила зеркальце в его руках. — Я хочу, чтобы вы, не двигаясь, смотрели прямо в него и не отводили глаз.       Покосившись на мага, Хенитьюз вздохнул и поставил руки на стол, с зеркальцем между       ладонями, после чего принялся всматриваться в него.       — А что это должно дать?       Девушка тут же вышла из-за его плеча и подошла к столу.       — Зеркало должно как бы впитать твоё «отражение» в астральном спектре. — Сделав пальцами кавычки, Розалин добавила: — Если говорить простыми словами.       Сад, место, которое они выбрали, чтобы проводить свои опыты на заднем дворе гостиницы, пуст.       Тут, кроме них двоих, никого больше нет.       Да и рано сейчас, утро. Кто, кроме них, сейчас не спал?       Ну, кроме жителей, которым надо рано вставать и заниматься своим хозяйством?       — «Уверен, что Кэйл ещё пару часов будет спать.» — Дёрнув губой, Лиам с любопытством обратил внимание на своё отражение.       Молодое лицо с бледной, но здоровой кожей. Алые волосы обрамляют лицо несколькими прядями.       Карие глаза с интересом смотрят на него в ответ.       Пока он не замечает что-то у себя на лбу...       — Глаз..? — Его рука резко поднимается и прощупывает лоб.       Не успевает он договорить, как Розалин подскакивает и заглядывает в зеркало, практически прижимаясь щекой к его щеке.       Её глаза широко распахиваются, а зрачки резко сужаются. Она переводит взгляд от зеркальца к его лицу и обратно.       И словно насмехаясь над ними, «глаз» моргает черным цветом и щурится, будто улыбаясь им.       Моргнув в ответ, Уильям неуверенно прошептал:       — Третий глаз?       Выпрямившись, Розалин осторожно забирает у него зеркало, и отражение в нём замирает, словно оно сделало снимок.       Рука, всё ещё лежащая на краю стола, сжалась, а потом юноша собрался и встал со стула.       — Розалин?       Девушка закусывает губу. Её глаза бегают по отражению, с острым вниманием осматривая каждую деталь.       — Впервые такое вижу. — Подняв голову, она прищурилась на его лоб. — Физически ничего нет и не видно, но вот в другом спектре... — Она подняла зеркало и сравнила два лица. — Видно.       Замявшись, Хенитьюз поднял руку и снова потер лоб.       Как и раньше, ничего странного он не ощутил.       Сведя брови, он опустил руки и перевёл взгляд на зеркало в руках девушки.       — А помимо глаза там что-нибудь есть?       Маг задумалась и подняла зеркало к себе.       Лиам подошёл к ней и облокотился спиной о стол. Розалин несколько раз повернула зеркало и покачала головой.       — Помимо глаза я ничего не вижу. — Опустив зеркало на стол лицом вверх, она скрестила руки на груди. — Но мы должны учитывать, что зеркало маленькое и мы зафиксировали в нём только голову. Интересно... Именно этот глаз даёт тебе возможность видеть?       Уильям поднял руку и потёр подбородок пальцами. Он молча опустил глаза на зеркало, и они сузились.       Образ его в отражении будоражит разум.       Понимание того, что у него во лбу есть нечто такое... В голове не укладывается...       — «Третий глаз...» — Память любезно подкинула ему ассоциации и образы из прошлой жизни.       Глаз, что видит то, чего не видят другие.       Око.       — «Третье Око.» — Его глаза на миг расширились, но тут же стали спокойными. — «Помню, на тему мистики часто использовали образ третьего глаза у людей, которые якобы открыли его и потом видят то, что скрыто за гранью.» — Он прикусил щёку. — «Мне что, на старые слухи теперь полагаться?»       — Господин Уильям?       Моргнув, юноша поднял голову от зеркала и встретился с взволнованными глазами девушки.       — Вы как?       — Ну... — Лиам ещё раз потер подбородок и, опустив руки на скрещённые колени, пожал плечами. — В целом хорошо.       — Вас не волнует «это»? — Розалин выразительно покосилась на зеркало, на котором уже начало растворяться его зафиксированное отражение.       — Волнует. — Кивнув, Хенитьюз оттолкнулся от стола и подошёл к стулу, чтобы сесть на него. — Только я сейчас ничего не могу с этим сделать и даже не знаю пока, что это. — Закинув ногу на колено, он положил руки в замок. — Поэтому не вижу смысла разводить излишнюю панику.       Закончив говорить, Уильям повернул голову к девушке и смущённо дёрнул бровью.       Маг смотрит на него то ли воодушевлённо, то ли опечаленно.       Юноша уже хотел открыть рот, чтобы вывести Розалин из этого странного состояния, как та вдруг загорелась и подскочила к нему.       Её глаза горят почти так же ярко, как и волосы.       — Я обещаю, что узнаю, что это такое, и помогу вам, господин Уильям!       — А... хорошо. — Отклонившись назад от девушки, Лиам краем губ улыбнулся. Хотя наверняка по нему видно, что он отдаёт нервозностью. — Тогда полагаюсь на вас...       — Я не подведу!       Мана в девушке на миг вспыхнула, словно вторя её энергии в голосе, и тут же успокоилась, когда Розалин быстро отскочила от Хенитьюза, чтобы почти впечататься в стол и зарыться в бумаги.       Проводив данное действие взглядом, Уильям смущённо почесал пальцем скулу.       — «Как понимаю... Тесты на сегодня закончены.»       Медленно встав, он тихо пошёл к двери гостиницы, ведущей в сад.       Взявшись за ручку двери, он оглянулся на девушку, что даже не заметила, как он ушёл. С весельем качнув головой, он открыл дверь.       Дверь за ним с тихим щелчком закрылась.

***

      Красная луна над головой.       Тёмные облака с алым отливом.       Скопление звёзд на ночном небе меркнет на этом полотне.       Виктор лениво водит пальцем по краю кружки.       Мужчина, облокотившись о проём между кухней и гостиной, с лёгкой ностальгией смотрит в забитое досками окно кухни с небольшими прорехами для глаз.       Заросший огород с еле заметными протоптанными дорожками между грядок...       — Если бы бабушка это увидела... — Мужчина с толикой улыбки отпил чёрный чай. — Головы бы нам открутила.       Его глаза невольно поднимаются на угол кухни, где стоят бабушкины иконы, которые никто и не подумал убрать после её смерти.       Дедушка не был верующим, но не дал никому их убрать.       Незамысловато покрутив кружку в руках, он допил чай и пошёл к раковине, чтобы быстро ополоснуть её и поставить сушиться.       Военные сапоги отбивают деревянный пол при каждом шаге.       Рулоны ковров лежат кучкой в кладовке с того момента, как Воронов впервые добрался до деревни и дома деда.       Витю в дрожь бросает только при упоминании первого месяца всего этого кошмара.       Поведя плечами, мужчина побрёл к выходу, чтобы проверить, заперта ли дверь и надёжно ли висит замок.       Пол скрипит под ногами, когда он выходит в прихожую. Света как никогда не хватает в такое тёмное время.       Но риск не стоит свеч.       Он не хочет гостей к себе на огонёк.       Недовольно сведя брови в темноте, Виктор прищурился и быстро проверил замок, окна и прибитые к ним доски.       Довольно кивнув, он покинул прихожую и прикрыл за собой вторую дверь, что соединяет кухню и прихожую.       Пройдя в зал, он зашёл в спальню и уже там сел в кресло напротив кровати.       Рука потянулась к столику и, взяв нож, другой рукой достала точильный камень.       Откинувшись назад, он привычным движением расположил нож и камень над грудью.       Тихий скрежет металла наполняет комнату.       Рыжеватый свет луны с трудом пробивается через маленькие щели между досками на окнах.       Глаза юноши, давно привыкшие к такому освещению, легко видят предметы, расставленные по всей комнате.       От оружия до простой мебели с одеждой, висящей на ней или в ней.       Коробка с инструментами невинно стоит у стула с парой сломанных досок у двери. Молоток — самый яркий герой в этом ящике за последнее время, вместе с гвоздями.       Как ни печально, но шуруповёрт просто сдох в первые дни. А так как зарядить его не было возможности...       Пришлось Виктору возвращаться к дедушкиному методу и прибивать доски простыми гвоздями.       Скрежет, скрежет, скрежет.       На столе мигнул экран телефона с новым сообщением. [От: 전쟁의 신] [Виктор Воронов, не смотри на "Него".]       На миг скосив глаза, мужчина вернулся к ножу и камню.       Зрачок на миг сузился, когда тот перестал точить нож и поднял глаза к заколоченному окну.       То же время. Тот же отправитель. Тот же текст.       Это сообщение каждый раз со своим приходом приносит непонятное опасение.       Да и телефон странный.       Уже много дней прошло с того дня, как он его подобрал, а он всё никак не разрядится.       Опустив голову, он сдвинул камень и опустил его вниз.       Скрежет, скрежет, скрежет.       Нож с каждым движением становится всё острее.       Как и нож в его руках, по мере движения камня его разум заостряется.       Остановив движение, Витя прищурился и поднял глаза на небо между досок на окне.       Его глаза остро и быстро пробежались по тёмному небу с алыми бликами.       Трещины по краям небесного покрова стали больше, а дыры — шире, с острыми краями, что словно свисают вниз к земле.       И никто, кроме него, этого не видит.       Даже Никита, сколько бы ни вглядывался в небо, не видел того же, что и он.       А эти сообщения? Они стали преследовать его со смерти.       Иногда ему кажется, что он спятил.       Потому что слушается этих сообщений и не смотрит на глаз.       На глаз, что время от времени заглядывает в этот мир через трещины на небосводе.       Самоуничижительный фырк сорвался с его губ, а в груди заворочалась усталость.       Опустив голову, он устало отложил нож с камнем на стол.       — До чего я докатился? — Рука поднялась и накрыла глаза. — Слушаюсь непонятно кого.       Мир чуть содрогнулся, а в воздухе разнёсся звон.       Витя даже не дрогнул.       Этот звук стал для него привычным.       Просто в небосводе появилась ещё одна дыра.       Рык последовал за звоном и добрался до самой души.       Глаз снова не нашёл свою добычу.       Резкий вздох. Дрожь под кожей.       Карие глаза распахиваются, и дыхание замирает.       Лицо теряет всякие эмоции, а тело признаки жизни.       Кожа стала светлее, а глаза пустыми.       Пока зрачки не расширились, уставившись вперёд.       — «Это уже не смешно.» — Зрачок сузился, а жизнь вернулась в тело.       Кожа приобрела привычный цвет, а грудь снова свободно стала подниматься при каждом вдохе.       Медленно выпрямившись, Уильям потёр затёкшую шею. Спина чуть ноет от короткого сна в кресле.       — Кха...       Дёрнувшись, юноша резко оглянулся на звук и замер.       Карие глаза, прищурившись, смотрят на него. Обладатель этих глаз, уместив скулу на подставленную руку, наблюдает за ним с дивана, с книгой в руках.       Одна бровь немного приподнята.       — О, это ты, Хен. — Спина утратила напряжение, а сердце отмерло от испуга. Поднявшись с кресла, Лиам нашёл глазами графин с водой и двинулся к нему. — Давно ты тут?       — Не очень.       Тихий хлопок сопроводил закрывшуюся книгу. Кэйл отложил её в сторону на диване и лениво продолжил наблюдать за ним.       Как тот берёт керамический графин, а потом выбирает стакан и наливает в него воду.       — А дети где? — Взяв стакан с водой, младший близнец отпил и обернулся лицом к старшему.       — В саду. — Опустив руку, Кэйл скрестил ноги на диване и закинул руку за голову.       — Угу. — Кивнув, Лиам поглядел в окно с небольшим видом на сад из своей спальни и нахмурился. — «А что он у меня тут делает?»       Оглянувшись на дремавшего Хенитьюза, Уильям чуть выгнул бровь.       Безмятежное лицо близнеца только чуть дрогнуло, словно ощутив его взгляд.       — Тут тихо.       Хмыкнув, юноша отставил пустой стакан на поднос с кувшином.       — Как скажешь. — Поправив рубашку, Лиам с интересом снова выглянул в окно, когда тёмное крылатое пятно пронеслось мимо.       Потом резко вниз, горизонтально, поперёк и просто снова вверх.       — Пять минут, полёт нормальный. — Невозмутимо отвернувшись от окна, Лиам сел обратно в своё кресло.       Кэйл открыл глаза, поглядел на него и моргнул.       Приподняв бровь, Уильям кивнул на окно.       — Раон воздушное пространство покоряет.       Старший перевёл глаза с него на окно и немного сощурился, когда тёмное пятно снова пронеслось мимо.       — Хм. — Опустив глаза, Кэйл прикрыл их.       — Спать будешь?       В ответ Лиам получил тишину. Хмыкнув, младший поднялся и лениво зашагал по комнате.       Сидеть не хочется, как и спать.       Наспался он на сегодня.       Алый глаз в разбитых небесах.       Дёрнувшись, Уильям чертыхнулся, когда почти споткнулся о ножку кровати, мимо которой проходил.       Чуть согнувшись, он стал тереть глаза.       — «Да что за напасть?» — Отпустив руку, он выпрямился и медленно снова стал наворачивать круги по комнате.       Только на этот раз чужой взгляд стал сопровождать его.       Нетрудно догадаться, что это Кэйл, лёжа и услышав ругательства донсена, вышел из дремоты.       Волнение за странное поведение Уильяма комком внутри нарастает и давит на разум.       Он ещё не забыл, как Таша чего-то испугалась, когда они поняли, что он видит тёмный туман в песках.       Провожая того глазами, Кэйл переложил руку с головы на грудь и скрестил пальцы другой руки.       — «Надо узнать, почему Уильям видит то, что не могут другие.» — Закусив на миг нижнюю губу, старший Хенитьюз, сощурившись, присмотрелся к голове своего братца.       Уильям стоит к нему спиной за креслом и напряжённо смотрит на небо. Или, точнее, на потолок пещеры.       Потом младший оглянулся на него и выгнул бровь, увидев, что Кэйл смотрит на него.       Ничего не сказав, тот прикрыл глаза и отвернулся.

***

      Спальня пуста.       Кэйл быстро это понимает, когда просыпается и видит пустую комнату.       Медленно сев, юноша сонно потёр лицо, прежде чем с тихим стоном встать.       Поправив одежду, он побрёл из комнаты, по дороге приметив время на часах.       Выйдя в коридор, он отметил, что уже вечер.       Проходя мимо своей спальни, он заглянул туда, чтобы быстро воспользоваться ванной, прежде чем спуститься на первый этаж.       На первом этаже, в подобии зала, он увидел почти всех своих людей.       Кроме Уильяма. Его он среди остальных не увидел.       Обведя комнату глазами, Хенитьюз поставил руку на бедро и еле заметно нахмурился.       Он не видит Лиама.       — Человек! — Дракон, заметив его, тут же подлетел и вцепился в его плечи. — Ты наконец-то проснулся!       — Кэйл! — Котята тоже подбежали и стали тереться у его ног. — Ты долго спал.       Чуть нагнувшись от веса ребёнка, Кэйл встретился с чёрными глазами мечника.       — Чхве Хан, где Лиам?       На его вопрос мечник моргнул.       — А разве он не был с вами, молодой господин?       Розалин, Бикрос и Рон обернулись и поглядели на Кэйла, а потом — на Чхве Хана.       Хенитьюз покачал головой.       — Его не было в комнате, когда я проснулся. — А потом, подумав, добавил: — Как и у меня.       Пустые лица заполнили комнату.       Кэйл раздражённо ущипнул переносицу.       Рон тихо выдохнул с очень тёплой улыбкой.       Бровь Розалин дёрнулась.       У Чхве Хана расширились глаза, а понимание в них быстро обернулось смирением.       А дети, услышав ответ Кэйла, переглянулись.       — Руби пошёл гулять? — наклонил голову Хонг.       — Я не видела. — Пожала плечами Онг.       — Он точно был в доме. — Важно кивнул Раон. — Я видел его в окне, когда летал в саду час назад.       Отпустив переносицу, Кэйл оглядел людей.       И вздохнул.       — Не думаю, что нужно поднимать тревогу сейчас. — Он погладил дракона по головке, когда тот боднул его в челюсть. — Если он не вернётся до темноты, тогда и пойдём его искать.       Все кивнули.       Кэйл, перестав гладить Раона, мысленно проворчал:       — «Лучше ему не влезать ни в какие проблемы, пока мы тут.» — Повернувшись к повару, Хенитьюз двинулся в столовую. — Я хочу поужинать.       Бикросу больше слов и не надо.       Тот быстро скрылся в недрах кухни, как только прозвучали первые слова.

***

      Миниатюрная девушка смотрит на юношу.       Юноша смотрит на молодую девушку.       А точнее на очень плотный сгусток чёрного тумана, что окружает её.       — «Вот тебе и погулял.» — Немного улыбаясь, Уильям приветственно помахал девушке, стоящей на противоположной стороне речки.       Мэри — а это, как юноша уверен, была именно она — одетая в тёмное платье и плащ с накинутым капюшоном, поглядывает на него из-под тени и, замешкавшись, машет в ответ рукой в тёмной перчатке.       — Привет, я Уильям. — Опустив руку, он положил её на сердце и чуть поклонился.       — Приветствую. — Перебирая пальцами и закусывая губу, она склонилась так же, как и он. — Меня зовут Мэри.       Выпрямившись, Хенитьюз поставил руку на бедро и лениво поднял голову к потолку.       Света стало меньше, и он уже не был таким ярким. Они что, тут как-то регулируют яркость света по типу дня и ночи?       — Вы новый житель?       Опустив голову, Лиам покачал ею Мэри. Хотя он по голосу уже понял, что девушка это знает, но всё же решила уточнить.       — Нет. Я тут с братом по делам. — Сказав это, он снова поднял голову к потолку.       Всё же интересно, как именно они управляют этими кристаллами? Как проводами и током в его мире?       — Скажите...       — Хммм? — Моргнув, юноша заинтересованно обратил внимание на девушку.       Та встала чуть ближе к воде. Одна её рука держится за запястье другой.       Пальцы ритмично поглаживают ткань перчатки.       — Как выглядит небо?       — Небо? — проговорив это, юноша на миг поднял глаза к потолку.       Каменное небо с кристаллами, что заменяют и солнце, и луну, и звёзды.       — Ну, небо... — Он опускает голову. Девушка подаётся вперёд на его голос, как заворожённая. — Это то, чего невозможно достичь, но чего хотят все. По нему плывёт огненный шар, который мы зовём солнцем. — Он разводит руками. — Небо непостоянно. Днём оно то ярко-голубое, то серое и тёмное от облаков, похожих на шерсть баранов. — Он сводит руки и указывает на цветы.       Девушка опускает глаза на них.       — На рассвете и на закате оно окрашивается в разные цвета. От оранжевого до розового, а может стать вообще красным. — Юноша переводит руку на свои волосы, а потом указывает на девушку, и та, всё ещё заворожённая, чуть дёргается, подняв глаза. — А ночью оно становится чёрным, но имеет луну со звёздами. Луна каждую ночь чуть меняет свою форму, но это циклично, и она всегда возвращается к прежнему виду. — Он замолчал, карие глаза с интересом наблюдают за девушкой.       Руки сложены вместе и прижаты к груди. Они дрожат и взволнованно сжимаются. Сама Мэри наклонилась вперёд, и видно, как она удерживает себя, чтобы не приблизиться к нему ещё ближе.       Если она это сделает, то попросту упадёт в речку. Она и так стоит на самом краю пляжа, и вода омывает носки её ботинок.       — Одним словом могу сказать, что небо — это то, что есть и чего нет. Мы его видим, но потрогать не можем. — Уильям наклоняет голову и улыбается ей. — Как тебе ответ?       Тёплая улыбка и мягкий взгляд девушки сопровождаются тихим кивком.       — Очень нравится. — Она опускает руки и взволнованно проводит ладонями по бокам. — Хочу сама увидеть его.       — Я уверен, увидишь.       Девушка вскидывает голову и склоняет её набок. Шёпот доносится до его ушей.       — Вы в это верите?       Усмехнувшись, Уильям кивает.       — Я это знаю.