светящееся сердце.

" Миру так не хватает лета. "

© Ночь - AsteraSounds

🍃🌒🍵🪔

[17.05.1997]

Они долго шли вдоль реки. Ничего не искали, просто шли. Время медленно ползло к десяти утра. Футболки продувались теплым майским ветром. Он вдыхал в них спокойствие. Вдыхал наступление лета. Тропинка со временем становилась все хуже, пока не исчезла совсем. Дальше они пробирались переменно то через камыши, то через осоку, переодически натыкаясь на ростки тростника. Они остановились, лишь когда увидели ее. Ива - огромное дерево, растущее на берегу реки. Ее ветви сильно опущены, настолько, что касаются воды и оставляют круги на ее глади. Ее ветви отбрасывают огромную тень, в которой подростки укрываются от наступающей, почти летней жары. Медленно вдыхают ветер, сливаются со мхом, водой и осокой. Ива не похожа на остальных. Остальные деревья никогда не отдадут частицу себя магии. А она отдала всю себя. Пропиталась магией, смехом, любовью, дружбой. Стала частицей чего-то большого, теплого, солнечного. Неотъемлемой частью чьей-то истории.

***

Малфой сидел чуть поодаль остальных. Прикрыв глаза, сосредоточился на ощущениях. На мыслях. Они были странными: он не видит друзей, но слышит и чувствует. Чувствует каждого из них. Это стало новинкой: он пусть и жил в магическом мире, но такое ее проявление почувствовал впервые. Какой-то немыслимый уровень эмпатии. — "Интересно, они тоже это чувствуют?" — думает парень, прикасаясь к нитке, повязанной вокруг запястья. На нитке есть бусина, но ее старается не трогать - мало ли, сотрет все обещания, что на нее нашептали. Откидывает голову назад, опираясь на ствол дерева. Все ощущения будто усиливаются в миллионы раз: он чувствует каждую травинку, чувствует мох, божьих коровок, которые ползают по его ногам, чувствует тепло, солнце, радость. Не свою, конечно. Их радость. Из вороха новых ощущений его вытаскивают прикосновения Пэнси. Она осторожно садится на корточки рядом и трогает блондина за плечо. Открывая глаза, первым делом тот видит веснушчатое лицо, разбитые коленки в пластырях, заношенные кеды и венки из одуванчиков. Один уже красуется на голове девушки. Второй она, конечно, одевает на голову Малфоя. — Помню, когда-то обещала тебе корону. — Она улыбается, поправляя венок. Хочет, чтобы выглядело лучше. — Думаю, это даже лучше. — Лучше. Намного. Улыбаясь, брюнетка полуложится рядом, кладя голову на плечо Малфоя. Под руками остается мягкий мох. — Тоже почувствовала это? — уточняет у нее Малфой. Мало ли, он начинает сходить с ума. Хотя, честно говоря, он бы вряд ли удивился. — Да. Оба улыбаются, но никто из них этого не видит - через закрытые веки пробиваются только солнечные лучи с левой стороны. Критически не хватало музыки. — У меня плеер с собой, если что. — говорит девушка, очевидно, снова уловив еще не произнесенные слова. — Доставай. Через время из одного уха Драко тянулся провод наушника, уползая в карман Паркинсон. Второй принадлежал ей самой. На улице становилось все жарче, даже несмотря на то, что они сидят у воды. Но никто не жалуется. Кудрявые волосы лезут в глаза от ветра. Парень снимает венок и кладет на колени. Убирает волосы назад, и придерживая их одной рукой, одевает корону обратно. Честно, сам себе напоминает Нотта. Такой же кудрявый, постоянно убирающий волосы куда попало. Вдруг слышится голос: — Эй, купаться идете? Малфой открывает глаза и поворачивается к толпе. Две пары кед и носков уже валяются на берегу. Забини уже не видно - видимо, нырнул сразу с головой, а Нотт стоит по щиколотку в воде. — Иду. — Малфой вытаскивает наушник из уха и встает. Паркинсон ложится на траву, потеряв опору в виде плеча блондина, и остается лежать так. Лишь наблюдает, как тот торопливо скидывает обувь и стягивает майку. Признаться, эта майка была как три ее олимпийки. Пока Нотт пытается медленно заходить в явно холодную воду, Блейз и Драко, уже будучи полностью мокрыми, начинают в него брызгаться, подгоняя. Тот начинает судорожно просить их прекратить, закрываясь, но парни и не думают этого делать. В конце концов Теодору не остается ничего, кроме как с места нырнуть под воду. Малфой и Забини победно смеются и воют, после чего дают друг другу пять обеими руками. Нотт выныривает, хватая ртом воздух и притворно обиженно смотря на них. Малфой улыбается и начинает потирать руки, чтобы согреться - все же, вода в мае еще ледяная. — Ладно, выходим. Не хотелось бы сдохнуть от переохлаждения. Тео и Блейз не противятся, а первый лишь поддерживает эту идею и первый выбегает из воды. Забини отпускает еще несколько усмешек, смотря на судорожно бегающего от воды Нотта. — Как кот. — Нет, он у нас явно не кот. Вот кто-нибудь вроде пантеры ему больше подходит. Блейз закусывает губу, сдерживая смех. — Тео? Пантера? — Забини бросает взгляд на друга. — Ты смеешься? Он же котенок беспомощный. Малфой только примирительно поднимает руки. — Ну, знаешь, вы дольше знакомы. И вообще дружите лучше. Я с ним и общаюсь-то не так много. — Ага, зато либидо у тебя выше крыши. — Отшучивается Забини, кинув взгляд на Пэнси, все так же лежавшую под ивой. — Вы встречаетесь? — Мы?... Что? — Малфой усмехается и дает Блейзу несильный подзатыльник. — Ты абсолютно бестактный. Блондин отходит от него и падает в траву, в место, где сильнее всего жарит солнце, чтобы быстрее обсохнуть. Хотя торопиться ему некуда... Забини зачем-то влазит на дерево. Хотя, кажется, ему там более чем комфортно. Листва оказывается довольно густой, так что остаются видны только худые щиколотки, кеды и висящие развязанные шнурки. Дафна и Астория сидят у воды, еле касаясь ее края ногами, обсуждая что-то свое. Пэнси, возможно, уже спит - закрыла глаза предплечьем. Из уха все еще торчит провод наушника. Тео рисует что-то на песке. Звезды, кажется. Малфой медленно сливается с травой. Может, уже сгорает на солнце. Плачущее дерево медленно впитывает это. Впитывает их молчание, звучащее громче, чем многие разговоры. Они возвращаются туда все чаще и приносят все больше вещей - пледы, кружки, плееры, кассеты. Тео даже умудряется сделать палатку из пледов, которая держится по больше части на ветвях ивы и магии. Май остался в привыкании. К месту и друг к другу. К чему-то новому - солнечному, теплому, многоголосому и крепкому. Астория и Дафна, кажется, перестают враждовать. Медленно, конечно, но перестают. Тео и Блейз становятся почти что братьями - понимают друг друга с полуслова и не идут друг против друга. А Малфой проводит все больше времени с Пэнси. Ему просто приятно чувствовать, что рядом с ним есть маленькое солнце. И теплит в себе крохи любви, чтобы без остатка отдать ей, друзьям, иве, макам.