Дитя помеченная смертью.

Когда мы приехали в дом родственников, Дядя Верном сразу забрал наши вещи: - До конца лета ваши магические безделушки полежат в под лестницей. - он убрал практически волшебные вещи, которые были у нас. - Но так нельзя. - возмутился Гарри, пока я не положила руку на его плечо. - Гарри успокойся мы в гостях, их дом, их правило. - затем я посмотрела на Дядю. - Хорошо, но можно мы возьмем питомцев они не будут выходить за пределы нашей комнаты. Дядя уже хотел отказать, но Тетя помогла: - Хорошо. - Что, но Петунья! - это его явно не устраивало. - Однако, если я увижу что они ползают или летают по дому я их сразу сдам в зоопарк. - Договорились. Пошли Гарри покажешь комнату? Мы поднялись на второй этаж под пристальным взглядом родственников. И стали разбирать вещи ожидаю спокойного лета.

***

На следующий день я проснулась раньше всех и решила спуститься вниз и приготовить завтрак, придя на кухню я стала доставать яйца, бекон и салат, пока не услышала голос за спиной: - Что ты здесь делаешь? - это была тетя Петунья выглядела довольно строгой будто поймала меня за чем то не законным. - Я хотела приготовить завтрак, и все. - объяснила показывая продукты в руках. - Ты хоть умеешь использовать плиту? - спросила немного успокоившись. - Нет, но нарезать салат могу. - Тогда займись салатом и пожарю яйца с беконом. - взяв яйца с беком, и положив их на стол, постала миску и подола ее мне. - Держи. Ее действия меня мягко говоря удивили, но я не стала ничего не говорить. Пока я занималась овощами, я не редко отводила взгляд на тетю и смотрела как она готовит. Заметив мой взгляд она посмотрела на меня, я сразу отвернулась и продолжила нарезку. - У тебя довольно неплохо получается резать. - заметила она. - Да, ну я лучшая ученица по зельеварению, и если я могу приготовить зелья то и овощи нарезать не так сложно, - поняв что я сказала я сразу повернулась к ней. - Ой простите. - Ничего, как закончишь подходи ко мне, покажу как пользоваться плитой. - О, хорошо. Когда я закончила с овощами, начала учиться пользоваться плитой и к тому времени Дядя с братьями уже пришли на кухню. - Ого ты рано встала дорогая? - спросил он смотря на стол. - Нет, Кристина помогла и довольно неплохо, садитесь сейчас чай налью, Крис ты тоже. - Хорошо. - Это меня удивила не меньше, по рассказам Гарри Тетя заставляла его делать всю грязную работу, и думала меня это не обойдет.

***

Когда все поели я помогала с мытьем посуды. - Спасибо. - решила начать разговор тетя. - За что? - спросила не понимающе. - Что помогла с готовкой, если хочешь научу пользоваться кухонной техникой. - Правда, будет интересно. - сказала с искренним интересом, мне было интересно чем отличаются маглы от волшебников, все их тонкости. - Скажи, а где ты была все это время пока не пошла в школу? - Ну как говорила ранее, в больнице "Святого Мунто", примерно за полтора года наконец нашли лекарство от моего недуга, и к школе я полостью выздоровела. - Понятно. - просто ответила она. Так мы и стояли пока не закончили уборку.

<center>***

</center> Прошел месяц с их прибытия и уже не впервые за завтраком разгорелась ссора. Дядя Вернон был разбужен до зари громким уханьем и карканьем, доносившимся из комнаты племянников. - Третий раз на неделе! - прорычал мистер Дурслей. - Не можете унять своих птиц, значит, скажете им до свидания! Они, тоже не впервые, попробовали объяснить: - Им скучно! Они привыкла летать где захочет. Если б вы разрешили хотя бы выпускать ее по ночам… - в который раз повторял Гарри. – Я что, похож на идиота? – фыркнул дядя Вернон, дернув кустистыми усами и прилипшим к ним ошметком яичницы. – Не знаю, по-вашему, чем все кончится, если вы выпустите эти чучела? Затем он повернулся ко мне: - А тебе я бы посоветовал держать свою рептилию в комнате я не раз видел как она выползает из углов, если я еще раз увижу как ползет по моему дому отдам в зоопарк. - не унимался дядя. За этот месяц я поняла что может только угрожать и перестала его бояться. Гарри же было хотел заспорить, но его доводы заглушила громкая отрыжка сына Дурслеев, Дудли. – Хочу еще бекона. – Возьми со сковородочки, лапушка, – сказала тетя Петуния, обласкав своего грузного сына затуманенным от нежности взором. – Нужно как следует поправиться, пока есть возможность… Судя по твоим рассказам, еда у вас в школе не слишком… – Чепуха, Петуния! Я вот в «Смылтингсе» голодным не ходил, – с жаром возразил дядя Вернон. – Дудли кушает вволю, правда, сынок? Дудли, такой большой, что его зад свешивался со стула, хмыкнул и повернулся к племяннику: – Передай сковородку. – Ты забыл волшебное слово, – раздраженно сказал Гарри. Эта простая фраза подействовала на остальных фантастически: Дудли поперхнулся и грохнулся на пол, от чего содрогнулась вся кухня; миссис Дурслей тоненько взвизгнула и зажала рот руками; мистер Дурслей подскочил, и на висках у него отчетливо выступили вены. – Он имел в виду «пожалуйста»! – быстро пояснила Кристина. – Я не в смысле… – РАЗВЕ ВАМ НЕ ГОВОРИЛИ? НЕ ТВЕРДИЛИ СТО РАЗ? – зарокотал дядя, брызгая слюной. – ЧТОБЫ НИКАКОГО ЭТОГО… НА БУКВУ «В» У НАС В ДОМЕ! – Но мы… - хотела объясниться Гарри. – КАК ВЫ СМЕЕШЬ ПУГАТЬ ДУДЛИ! – орал дядя Вернон, стуча кулаком по столу. – Он просто… - также пыталась помочь брату, чтобы этот разговор быстрее закончился. – Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ! В МОЕМ ДОМЕ – НИ СЛОВА О ВАШЕЙ НЕНОРМАЛЬНОСТИ! Они перевели взгляд с дядиной багровой физиономии на бледное лицо тети, тщетно пытавшейся поднять Дудли на ноги. – Ладно, – сказал Гарри, – ладно, всё… Кристина наконец спокойно выдохлась поскольку это закончилось. Дядя Вернон сел, пыхтя как загнанный носорог и злобно косясь на Поттеров. Эти ситуации с каждым разом выводила ее из себя, если с дядей не как могли договориться, то с тетей когда они были на едине можно было поговорить, она немного рассказывала об маме, и было видно что ей было трудно, но я не настаивала. Дадли же был невыносим, родители его явно избаловали, все что хотел родители ему сразу покупали, его поведения чем то напоминало моего знакомого со Слизеринца, насчет Драко, дядя не пускал сов которые несли нам почту, а сами письма куда то убирал. Ну да ладно. Сегодня у двойняшек день рождения и Дурслеи даже не вспомнили, им исполнялось двенадцать. Конечно, Кристина как и Гарри не рассчитывали на подарки или торт. Тут дядя Вернон важно прокашлялся и сказал: - Сегодня, как мы знаем, особенный день. Поттеры недоверчиво подняли глаза. – Очень может быть, что для меня он станет днем величайшей сделки в моей карьере, – продолжал дядя Вернон. Кристина закатила глаза вновь принялась за гренок. «Ну конечно, – горько подумала она, – опять про этот дурацкий ужин». Дядя вот уже две недели не говорил ни о чем больше. На ужин пригласили владельца богатой строительной компании с женой, и дядя Вернон очень рассчитывал заключить с ним крупную сделку (дядина компания производила сверла). – Пожалуй, стоит прорепетировать еще разок, – решил дядя Вернон. – К восьми часам все занимают назначенные позиции. Петуния, ты будешь?.. – В гостиной, – с готовностью ответила та. – Я буду ждать, чтобы сразу же с милой улыбкой поприветствовать их в нашем доме. – Отлично, отлично. Дудли, ты? – Я буду ждать у двери и вежливо им открою. – Дудли скроил противную жеманную улыбочку: – Позвольте ваши плащи, мистер и миссис Мейсон? – Они в него влюбятся! – в восторге закричала тетя Петуния. – Прекрасно, Дудли, – похвалил дядя Вернон. И повернулся к Поттерам: – А вы? – Я буду у себя в комнате сидеть тихо и делать вид, что меня нет, – монотонно проговорил Гарри. - Если отдадите нам учебники. - сразу добавила Кристина. Чем получила злой взгляд дяди. - Мы уже об этом говорили. - Или вы не только можете потерять свои контракт. - продолжила настаивать Кристина. - Или мы будем сидеть в комнате, и тихо заниматься, или будем шуметь пока они нас не заметят. Мои слова сразу вызвали ряд эмоции пока он не успокоился и не сказал: - Хорошо. - согласился он. - Но ваши палочки оставите в на месте. - Идет. - сразу дала ответ. И улыбнулась брату. - будем тише воды. – Хорошо, – ядовито подтвердил дядя Вернон. – Я провожу их в гостиную, познакомлю с тобой, Петуния, и предложу напитки. В восемь пятнадцать… – Я приглашу всех за стол, – отрапортовала тетя Петуния. – А ты, Дудли, скажешь… – Позвольте проводить вас в столовую, миссис Мейсон? – заученно подал реплику Дудли, предлагая свернутую жирным кренделем руку невидимой даме. – Ах ты мой маленький джентльмен! – едва не прослезилась тетя Петуния. – А вы? – Дядя грозно прищурился на Поттер. – Мы будем заняты уроками и сделаем вид что нас нет, – скучно пробубнил Гарри. – Вот именно. Теперь подумаем, как вставить за ужином пару непринужденных комплиментов. Петуния, есть идеи? – Вернон говорил, вы великолепно играете в гольф, мистер Мейсон… Расскажите же, где вы купили это потрясающее платье, миссис Мейсон… – Чудесно… Дудли? – Может… Нам в школе задали написать сочинение на тему «Мой герой». Мистер Мейсон, я написал о вас! И для Поттеров, и для тети Петунии это оказалось чересчур. Тетя Петуния разразилась счастливыми слезами и бросилась обнимать сына, а Гарри нырнул под стол, чтобы никто не увидел, как он давится со смеху. – А вы, малышня? Вынырнув, Гарри с большим трудом состроил серьезную мину. – Мы будем заняты уроками и сделаем вид что нас нет, – ответили они в унисон. – И еще как будете, – с нажимом промолвил дядя Вернон. – Мейсоны ничего про вас не знают, и так оно и останется. Петуния, после ужина ты проводишь их назад в гостиную и предложишь кофе, а я переведу разговор на сверла. Если повезет, мы подпишем контракт еще до вечерних новостей. Завтра в это же время уже будем подыскивать летний дом на Майорке. Крис так и не поняла их счастья. Что на Майорке, что на Бирючинной улице – они в этой семейке лишний. – Так… Я поехал в город за смокингами. А вы , – окрысился он на них и пошел к чулану и достал их вещи, – вот не лезьте куда не просят и не мешайте тете приводить дом в порядок. Забрав свои вещи они сразу унесли их в комнату. Разложив все на стол Кристина заметила что брата нет посмотрев на задний двор через окно, она увидела как он грустит что его никто не поздравил, хоть сейчас у нее нет времени найти хороший подарок, но она достала свои сладости, которые она получила от Драко, (конечно она Гарри ничего не сказала), и пошла к нему. – С днем рожденья Гарри. - крикнула она рядом с ним. Пускай это было мало но для детей, которые не получали подарков всю свою жизнь, это было как сокровище. Они поедали сладости вспоминая прошлый год, Крис думала и ребятах со Слизерина о Нотте, о Драко. Из мыслей ее вывел Гарри, который вскочил смотря на живую изгородь, и тут до них донесся глумливый голос. – А я знаю, какой сегодня день, – пропел Дудли, приближаясь вразвалку по газону. – Что? – переспросил Гарри, не сводя глаз изгороди. – Я знаю, какой сегодня день, – повторил Дудли, подойдя к нему. – Молодец, – похвалила Крис, разумеется издеваясь над ним. – наконец-то выучил дни недели. – Сегодня ваш день рождения , – осклабился Дудли смотря на Гарри. – Чего же вам не прислали открыток? У вас что, нет друзей в этой вашей дурке… куда вас сбагрили? – Не боишься, что мамочка услышит, как ты нашу дурку обсуждаешь? – холодно осведомился Гарри. Дудли поддернул брюки, которые так и норовили сползти с толстой задницы. – А чего ты на изгородь таращишься? – подозрительно спросил он. – Да вот думаю, каким бы заклинанием ее поджечь, – объяснил Гарри. Дудли тут же попятился – с диким ужасом на жирной физиономии. – Н-нельзя… Папа запретил вам к-колдовать… он сказал, что в-вышвырнет вас из д-дому… а вам некуда идти… у вас даже друзей нет, куда бы… – Колды-балды! – Решила наконец вмешаться Кристина. – Фокус-покус, фигли-мигли … – МА-А-А-А-А-АМ! – заорал Дудли и, спотыкаясь, помчался к дому. – МА-А-А-А-АМ! А они… сама знаешь что! Они дорого заплатил за свое невинное развлечение. Ни Дудли, ни изгородь не пострадали; тетя Петуния прекрасно понимала, что никакого колдовства не было, но им все же пришлось уворачиваться от мыльной сковородки, которой она хотела их огреть. А потом нагрузила работой, Крис помогала на кухне, Гарри работал на улице в жару. Ей было его жалко, но она сама не могла ничего поделать. В половине восьмого, когда они совершенно выдохлись, тетя Петуния наконец позвала Гарри: – Заходи в дом! Крис с облегчением смотрела на брата. На холодильнике стоял пудинг для гостей: огромная шапка взбитых сливок и сахарные фиалки. В духовке шипел большой кусок свиного филе. – Давайте ешьте по-быстрому! Мейсоны скоро придут! – гаркнула тетя Петуния и швырнула на блюдце сэндвича с сыром. Она уже надела вечернее платье цвета лосося. Они помыли руки и едва доели свой жалкий ужин как тетя выхватила у них блюдца: – Наверх! Быстро! Проходя мимо гостиной, они мельком увидел дядю Вернона и Дудли в смокингах и бабочках. Только-только он поднялся на второй этаж, как в дверь позвонили, а у подножия лестницы возникло гневное дядино лицо. – Запомните, – один раз пикнете… Крис и Гарри на цыпочках прокрались в свою комнату, скользнул внутрь, закрыли дверь и повернулись к кровати, намереваясь повалиться на нее без сил. Однако покой им только снился поскольку на кровати Гарри сидело не понятное существо. Гарри лишь чудом удержался и вскрикнул, если бы Кристина не успела раскрыть ему рот. У крохотного создания, сидевшего на кровати, были большие уши, как у летучей мыши, и зеленые глаза навыкате размером с теннисный мяч. Гарри их тотчас узнал: они-то и глядели на него утром из садовой изгороди. Поттеры и визитер молча уставились друг на друга, а в это время снизу донесся голос Дудли: - Позвольте ваши плащи, мистер и миссис Мейсон? Создание соскользнуло с кровати и отвесило поклон, такой глубокий, что кончиком длинного тонкого носа ткнулось в ковер. Крис была удивлена что домовой эльф был у них в комнате. – Э-э-э… здравствуйте, – нерешительно сказал Гарри. - Добрый вечер. - поприветствовала незваного гостя Крис. – Гарри и Кристина Поттеры! – воскликнуло существо. Его пронзительный голос наверняка долетал до первого этажа. – Столько лет Добби мечтал о знакомстве с вами… Такая великая честь… – Спа… спасибо, – сказал Гарри. – Кто вы? – Добби. Просто Добби. Добби – домовый эльф, – ответил гость. - Приятно познакомиться Добби. - увидев что Гарри удивился моему спокойствию. - Домовые Эльфы - служат волшебникам, они занимаются хозяйствам и держат секреты те кому служат. - Э-э-э… слушайте, может, это грубо и все такое прочее, но… сейчас такой момент… ну, в общем… не время принимать домовых эльфов. - Гарри пытался быть не быть грубым, но даже я поняла что не выходит. В гостиной заливисто и фальшиво засмеялась тетя Петуния. Эльф повесил голову. – Мы не то чтоб не рады, – быстро добавил Гарри, – но… ммм… у вас какое-то дело? – О да, сэр, – серьезно подтвердил Добби. – Добби пришел сказать вам, обоим… это нелегко, Добби даже не знает, с чего начать… – Да вы садитесь, – любезно предложила Крис, указывая на кровать на свою кровать. К их величайшему ужасу, эльф разразился рыданиями – и очень громко. – С-с-сади-и-итесь … – завывал он, – никогда… никогда в жизни … Голоса внизу на миг притихли. – Извините, – прошептал Гарри. – Мы совсем не хотел вас обидеть, и вообще… – Обидеть Добби! – захлебнулся эльф. – Добби еще никогда не предлагали сесть… ни один колдун… как равному … Гарри, бормоча «тш-ш-ш» и корча сочувственную мину, подвел Добби к кровати, где тот уселся, икая, похожий на большую уродливую куклу. Наконец он взял себя в руки и уставил на них глазищи, полные слезливого обожания. – Вам, наверное, не часто встречались воспитанные колдуны, – сказала Крис, надеясь его приободрить, она достала волшебную сладость и предлагая ему. Добби потряс головой. Затем ни с того ни с сего вскочил и принялся колотиться головой в оконное стекло, вопя: – Плохой Добби! Плохой Добби! – Не надо… Вы что делаете? – испугалась она от неожиданных действий домовика и вместе с братом стала его отталкивать на кровать. – Добби должен наказать себя, мэм, – объяснил эльф. Глаза у него слегка съехали к переносице. – Добби едва не сказал плохого о своей семье, сэр… – О… семье? - не понимающе спросили они. – О колдовской семье, у которой Добби состоит в услужении… Добби – домовый эльф… он обязан служить одному дому веки вечные… – А они знают, что вы здесь? – поинтересовался Гарри. Добби содрогнулся: – Ой, нет, сэр, мэм, нет… Добби придется сурово себя наказать за приход сюда. Добби вынужден будет защемить себе уши дверцей духовки. Если б они узнали, сэр… – А они не заметят, что вы защемили уши? - спросил Крис приподняв бровь. – Добби в этом сомневается, мэм. Добби вечно себя наказывает за что-нибудь, сэр. Они ему не препятствуют, сэр. Иногда даже напоминают, что Добби нужно себя наказать… – Но почему вы не уйдете? Не сбежите? - спросила она с жалостью. – Домового эльфа надо отпустить на свободу, мэм. А эта семья никогда не отпустит Добби… Добби так и умрет в услужении. – Да-а-а… – протянул Гарри. – А я-то жалуюсь, что нам здесь торчать. В сравнении с вашей семейкой Дурслеи – почти люди. А помочь вам можно? Мы, например, можем? Добби разразился благодарными стенаниями. – Пожалуйста, – в отчаянии зашептала Кристина, – пожалуйста, тише. Если Дурслеи услышат… если узнают, что вы здесь… – Гарри и Кристина Поттер спрашивают, не могут ли они помочь Добби… Добби слышал о вашем величии, но о такой доброте Добби не подозревал… Они оба от этих слов покраснели. – Все, что вы слышали о нашем величии, – чушь на постном масле. Я даже не первый ученик, первая Гермиона, она… Но он тут же осекся, потому что вспоминать о Гермионе было тяжело. – Гарри Поттер застенчив и скромен, – благоговейно произнес Добби, восторженно пылая шарообразными глазами. – А Крис Поттер так добра. Вы оба умалчиваете о своей победе над Тем-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут… – Над Волдемортом? – ляпнул Гарри. Добби зажал ладошками свои уши-лопухи и простонал: – Ах, не произносите имени, сэр! Не произносите имени! – Простите, – поспешно извинилась Крис, косо посмотрела на брата – я знаю, многим не нравится. Добби наклонился поближе к ним, светя глазищами. – Добби слыхал, – хрипло заговорил он, – что всего несколько недель назад Гарри и Кристина Поттеры встретились с Черным Лордом… и вновь избежали гибели. Поттеры кивнули, и глаза Добби заблистали слезами. – Ах, сэр, мэм – выдохнул он, промокая лицо уголком своей засаленной наволочки. – Гарри Поттер доблестный и храбрый! И Кристина Поттер хитрая и умная! Он смело встретил столько опасностей! Но Добби пришел, чтобы защитить вас, предостеречь вас, даже если потом придется щемить уши дверцей духовки… Гарри и Кристине Поттерам нельзя возвращаться в «Хогварц» . Наступила тишина, нарушаемая лишь раскатами голоса дяди Вернона и позвякиванием ножей и вилок внизу. – Ч-что? – пролепетал Гарри. – Но нам нужно вернуться – семестр начинается первого сентября. Да мы без этого не выживем! Вы не представляете, каково нам тут. Мы здесь чужие! Мы должны быть в вашем мире – в «Хогварце». - Я согласна с Гарри, там наши друзья, и там наша жизнь. – Нет, нет, нет, – пропищал Добби и затряс головой так, что уши захлопали по щекам. – Гарри и кристина Поттеры должны оставаться в безопасности. Они слишком велики, слишком благородны, нам нельзя вас потерять. Если Поттеры вернуться в «Хогварц», им будет грозить смертельная опасность. – Почему? – удивился Гарри. – Заговор, Гарри Поттер. Заговор – в этом году в «Хогварце», школе колдовства и ведьминских искусств, произойдут ужаснейшие события, – прошептал Добби, внезапно задрожав всем телом. – Добби знает уже давно. Гарри и Кристина Поттеры не смейте подвергать себя риску. Они слишком важны для нас! – Какие еще ужаснейшие события? – сразу спросила с переживанием Крис. – Чей заговор? Добби задушенно всхлипнул и с силой заколотил головой об стену. – Ладно! – Гарри схватил эльфа за руку. – Не можете сказать – не надо. Мы поняли. Но зачем предупреждать нас? – Внезапно малоприятная мысль посетила его. – Постойте-ка! Это что, касается Воль… простите!.. Сами-Знаете-Кого? Да? Кивните или покачайте головой, – торопливо добавил он, так как лоб Добби вновь оказался в опасной близости от стены. Добби медленно покачал головой: – Нет, не Того-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут, сэр… Но Добби расширил глаза и явно пытался на что-то намекнуть. Гарри тем не менее растерялся. – У него ведь нет брата, верно? - решила спросить Кристина одну из вариантов. Добби потряс головой и выпучил глаза сильнее. – Ну тогда я и не знаю, кому еще хватит силы натворить в «Хогварце» ужаснейшего, – сказал Гарри. – Во-первых, там Дамбльдор… Вы же знаете, кто такой Дамбльдор? Добби почтительно склонил голову: – Альбус Дамбльдор – величайший директор в истории «Хогварца». Добби знает, сэр. Добби слышал, что как маг Дамбльдор мог посоперничать с Тем-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут в его лучшие времена. Но, сэр… – голос Добби упал до настойчивого шепота, – есть вещи, которыми Дамбльдор не посмеет… силы, к которым ни один приличный колдун… И, не успели дети помешать, Добби спрыгнул с кровати, схватил настольную лампу и с душераздирающими воплями принялся колошматить себя по голове. Внизу воцарилось молчание. Спустя две секунды Поттеры, услышали, как дядя Вернон идет к лестнице, крича на ходу: – Должно быть, наш шалунишка опять забыл выключить телевизор! – Быстро в шкаф! – прошипела Крис, запихивая Добби и закрывая за ним створку. Гарри успел броситься на кровать, а сама Крис едва взяла первопопавшуюся книгу. Дверная ручка повернулась. – Вы – что – себе – позволяете! – разъяренно процедил дядя Вернон в лица своих племянников. – Вы, негодяй, испортил мне анекдот про японского гольфиста! Еще один звук – и вы пожалеете, что на свет родились. Поняли? И он по-слоновьи затопал прочь из комнаты. Все еще дрожа, они выпустили беспокойного гостя из шкафа. – Видите, как мы здесь живем? – спросил он. – Понимаете, почему нам надо в «Хогварц»? Только там у нас есть друзья. – Друзья, которые даже не пишут вам? – хитро прищурился эльф. – Наверное, они просто… Подождите-ка, – нахмурилась Крис. – А вы откуда знаете, что они не пишут? Добби переминался с ноги на ногу. – Поттеры не должны сердиться на Добби. Добби хотел как лучше… – Вы перехватывали наши письма? - спросила Крис прищурившись. – Они у Добби с собой, – сказал эльф. Проворно отступив подальше, он вытащил из-за пазухи толстую пачку конвертов. Кристина нашла среди них Письма от Драко и Нотта, и еще пару от Хагрида. Добби встревоженно заморгал. – Поттеры не должны сердиться… Добби надеялся… если Гарри и Кристина Поттеры подумают, что друзья забыли их… они, может быть, не захотят возвращаться в школу. Гарри цапнул было письма, но Добби отпрянул. – Гарри и Кристина Поттеры получат их, если дадут Добби слово, что не вернутся в «Хогварц». Ах, вам нельзя подвергать себя опасности! Обещайте, что не вернетесь в школу! – Нет, – сердито сказали они в унисон. – Отдайте письма! – В таком случае Гарри и Крис Поттеры не оставляет Добби выбора, – печально произнес эльф. Они и пошевелиться не успели – Добби бросился к двери, распахнул ее и припустил вниз по лестнице. Они не долго думая, стараясь не шуметь, бросились вдогонку. Перепрыгнул шесть последних ступенек, они осматривались в поисках Добби. Из столовой донеслись слова дяди Вернона: – Расскажите Петунии тот анекдот про американских сантехников, мистер Мейсон. Она до смерти хотела послушать… Они промчались через коридор в кухню. Пудинг, шедевр тети Петунии, восхитительная гора взбитых сливок с сахарными фиалками, парил под потолком. На шкафу в уголке сгорбился Добби. – Нет, – простонал Гарри, – пожалуйста… они нас убьют! – Пусть Поттеры пообещают, что не вернется в школу… – Добби… прошу вас… - пыталась его переубедить Крис. – Поклянитесь! – Мы не можем! - сказали они тихо. Добби глянул трагически: – В таком случае Добби вынужден, для блага Гарри и Кристины Поттер. Пудинг шлепнулся на пол – от грохота у Крис едва сердце не выпрыгнула из груди. Блюдо разбилось, сливки разлетелись по окнам и стенам. С щелчком – будто хлыст стегнул – Добби исчез. Из столовой раздались крики, в кухню ворвался дядя Вернон и увидел остолбеневших Поттеров в пудинге с ног до головы. Сначала казалось, что дяде Вернону удастся замять неприятность («Наши племянники – очень нервный дети »). Он загнал Мейсонов обратно в столовую, как разбежавшихся кур, и, выдав им швабру и ведро, пообещал содрать с них шкуру, как только уйдут гости. Тетя Петуния порылась в холодильнике и достала мороженое, а они, все еще не в силах унять дрожь, принялись драить кухню. У дяди Вернона еще был шанс заключить договор – если бы не сова. Тетя Петуния как раз протягивала гостям коробку мятных конфет, но тут в окно, хлопая крыльями, влетела здоровенная сипуха – она бросила письмо на голову миссис Мейсон и вылетела на улицу. Миссис Мейсон издала леденящий душу вопль и побежала из дома с криками: «Дурдом! Дурдом!» Мистер Мейсон задержался, исключительно дабы довести до сведения Дурслеев, что его жена панически боится птиц всех форм и размеров, и поинтересоваться, считают ли они сами, что их идиотские шутки смешны. Поттеры стояли посреди кухни, отчаянно хватаясь за швабру, а дядя Вернон наступал на них, и его глаза блистали сатанинским огнем. – Прочтите! – злобно просипел он, размахивая письмом. – Давайте, давайте – читайте! Кристина взяла письмо со страхом. И была права: <i>Уважаемые мистер и миссис Поттер! Мы получили донесение, что по месту вашего жительства в 21:12 сегодня вечером имело место наложение невесомой чары. Как вам известно, несовершеннолетним колдунам запрещается использование заклинаний вне стен учебного заведения и любая дальнейшая колдовская деятельность может привести к вашему исключению из вышеупомянутого учебного заведения (Декрет о рациональных ограничениях колдовства среди несовершеннолетних, 1875, параграф С). Также напоминаем, что любая колдовская деятельность, влекущая за собой опасность обнаружения членами немагического сообщества (маглами), является серьезным нарушением согласно разделу 13 Закона о секретности Международной Конфедерации Чародейства. Желаем приятно провести каникулы! Искренне Ваша, Мафальда Хопкёрк Отдел неправомочного использования колдовства Министерство магии Гарри оторвал взгляд от письма которое держала сестра судорожно сглотнул. – А вы не говорили, что вам запрещается колдовать вне школы, - пробормотал дядя Вернон, и его глаза озарились тусклым сумасшедшим светом. - Забыли, видать… выскочило из головы… – Оскалившись, он навис над ними, как гигантский бульдог. – Что ж, у меня есть новости, ребята… я запру вас наверху… вы больше не пойдете в свою школу… никогда… а попытаетесь применить свои штучки и удрать – вас исключат! И, хохоча как маньяк, он поволок Поттеров наверх. Дядя Вернон исполнил угрозы в точности. Наутро он вызвал мастера, и тот поставил им на окно решетку. Сам дядя Вернон установил в дверь откидную кошачью дверцу, чтобы три раза в день совать в комнату скудную еду. В туалет выпускали два раза, утром и вечером. Все остальное время они сидел взаперти. Через три дня порядки не смягчились, и выхода они не видели. Гарри лежал на животе, а Крис читала один из учебников по заклятьям. Слова богу дядя не забрал их книги под предлогом что мы не можем колдовать без палочек. Роуз за это время много думала как им выбраться, но все ее планы были повершены. Какой смысл колдовать, чтобы освободиться, если за это их исключат из «Хогварца»? Но жить на Бирючинной улице тоже больше невозможно. Дурслеи узнали, что им не грозит проснуться однажды утром мышами или лягушками, – Поттеры лишились последнего своего оружия. Может, Добби и удалось спасти его от ужаснейших событий в «Хогварце», но, если дела пойдут так и дальше, он все равно помрет с голоду. Хлопнула дверца – рука тети Петунии протолкнула внутрь миски супа из консервов. У них подводило живот, Гарри соскочил с кровати и взяв миски отдал одну мне. Суп был холодный как лед, но они все равно выпили залпом половину. Потом вывалили птицам в кормушку овощи, похожие на мокрые тряпки. Птицы нахохлились и посмотрели на хозяинов с глубочайшим отвращением. – Нечего клюв воротить – ешьте что дают, – сурово сказал Гарри им. Они поставили пустые миски на пол рядом с дверцей и снова легли на кровать. Но это "ядство" не убрала чувство голода у Крис. Предположим, через месяц они еще будет жить. Но если они не приедет в «Хогварц»? Пришлют кого-нибудь узнать, что с ними случилось? Смогут заставить Дурслеев их отпустить? Комната погружалась в темноту. Истерзанный бесплодными размышлениями, вопросами без ответов и голодным бурчанием в животе, Поттеры легли спать. Крис разбудил голос Гарри который пытался ее разбудить: – Прекрати, – бормотала она, – оставь меня в покое… я спать хочу… Открыв наконец глаза и посмотрев в в окно куда показывал Гарри она увидела что кто-то пытается к ним проникнуть. Встав с кровати подошли к окну и увидели кто к нам ломиться и им оказался Рон Уизли.