Магия в Озерном краю

Рей любила шутить, что праздники тридцать первого октября по всей стране устраивают в ее честь. Оживленные улицы Варыкино в преддверии Хэллоуина украсили гирлянды из ярких желтых и оранжевых фонариков, а в окнах зданий появились тыквы, пауки и оскалившиеся в улыбках привидения. В кафе продавали тыквенные пирожки и пирожные в виде черепов, черных кошек и летучих мышей. Тыквенный латте и горячий шоколад с косточками из маршмеллоу стали самыми популярными напитками в “Такодане”. Многие жители города готовились к конкурсу на самую страшную тыкву, организованному в садовом центре Уотто. Дверь “Луны и звезд” увенчал венок из рябины, физалиса и дубовых листьев, который сделала Рей. Кайдел принесла из дома плюшевых кукол на игрушечных метлах и подвесила в витрине рядом со стеллажами с косметикой, усыпанными искусственными желтыми листьями. Каждый день на протяжении недели сюда наведывались школьницы и молодые девушки, чтобы купить блестки для волос и тела, яркие тени для век, красную помаду и белую пудру (или голубую, чтобы перевоплотиться в тви'лечку). Также популярностью пользовались эльфийские уши и разноцветные контактные линзы. Кайдел уже несколько дней ходила с красными вампирскими глазами, хихикая над выражением лица Роуз. Та, впрочем, сама стояла за прилавком в остроконечной шляпе ведьмы, украшенной золотыми звездами. Не в силах противостоять общей хэллоуинской лихорадке, Рей повесила над прилавком гирлянду из пластиковых тыкв и поместила сухую лаванду внутрь глиняных привидений вместо обычных ваз. Затем по настоянию Роуз она приклеила плюшевых пауков и летучих мышей к полкам с чайными смесями и сухими цветами. - Теперь у нас тут настоящая ведьмина лавка! - хихикала Роуз, довольно оглядывая преобразившийся магазин. - Может, все так и оставим? Я могу принести плюшевую черную кошку, наденем на нее такую же шляпу, как у меня. Рей удивляло и забавляло то, как люди по-прежнему могли видеть в кошках, пауках и тыквах прямую связь со сверхъестественным, но она не собиралась спорить. К тому же нельзя было не признать, что чашка в виде тыквы, которую Роуз подарила ей на прошлый день рождения, была очень милой. Впрочем, если бы злые духи и правда существовали, отогнать их ее широкая черная улыбка определенно бы не помогла. Когда утром в день Хэллоуина Рей вышла из дома, на небе ярко светило солнце. Листья растений по обе стороны от садовой дорожки были влажными от моросившего ночью дождя, и подол ее пальто усеяли крупные капли. Рей вытащила велосипед из закутка у калитки и, положив в корзинку сумку с готовыми заказами, отправилась в город. Когда велосипед звонко подпрыгнул, она не сдержала улыбки, подумав о Бене. Если верить слухам из ювелирной мастерской, встреча Люка и Бена с Хаксом прошла хорошо, однако они решили задержаться в Корусанте, чтобы встретиться с мистером и миссис Соло - те давно не видели сына. И он, судя по всему, так и не заболел во второй раз. Она надеялась, что увидит его сегодня вечером. Привидения, чучела, дряхлые волшебники и долговязые скелеты, выросшие по обе стороны брусчатой дороги, сопровождали ее на всем пути к улице Галло. Рей усмехнулась при виде колдуньи у “Дагобы”, которая отвернулась от своего котла, чтобы почитать книжку - именно так она сама провела вчерашний вечер, свернувшись клубком в кресле у камина и погрузившись в альтернативную историю Корусанта в новом романе Мон Мотмы. В этом мистер Йода не ошибся. Колдуньи тоже любили читать. Едва переступив порог “Луны и Звезд”, она увидела на своем прилавке несколько свертков в яркой оранжевой бумаге, украшенной черепами и паутинками. - А вот и именинница! - радостно воскликнула Кайдел, ставя на стол коробку с блесками для губ. Она была в белом платье, и ее вампирские красные глаза казались еще ярче. - С днем рождения, Рей. - С днем рождения! - из задней комнаты выбежала Роуз, и Рей засмеялась, заключая в искренние объятия их обеих. Уехав из Датомира, она потеряла связь со старыми школьными подругами, но благодаря хозяйкам “Луны и звезд” никогда не чувствовала себя одинокой. Роуз и Кайдел спели “С днем рождения тебя, с Хэллоуином тебя!” и позволили распаковать подарки. Еще на прошлый день рождения Кайдел шутливо заявила Рей, что не объединить два праздника в один было бы ошибкой, поэтому теплые носки с узором из тыкв, плед с привидениями и ароматическая свеча в виде черепа не стали для нее полной неожиданностью. Отложив в сторону украшенный золотыми летучими мышами сборник хэллоуинских рассказов, Рей заметила еще один сверток - совсем маленький, который помещался на ладони. - А это что такое? Роуз и Кайдел обменялись улыбками. - Еще один подарок. Внутри оказалась серебряная подвеска - изящный полумесяц, увитый цветочными побегами, где лепестки лунных пионов были инкрустированы крохотными отливающими перламутром камнями. Сердце Рей забилось очень часто - она узнала, чья это работа. - Бен сделал ее перед своим отъездом в Корусант, однако не стал брать с собой и оставил в мастерской, - пояснила Роуз. - Так мне сказал Тай. - И мы решили, что она тебе очень подойдет, - добавила Кайдел. - Пришли как раз вовремя - представляешь, когда мы выходили из магазина, Таю кто-то позвонил как раз по поводу этой самой подвески! Кажется, не обрадовался, что ее продали. Рей кивнула, проводя пальцами по лепесткам. Она не была любительницей украшений, тем более что браслеты и кольца мешали бы работать в саду, но ни за что не отказалась бы от такого подарка. Как и во все остальные украшения, Бен словно вложил в подвеску частицу самого себя. Она поблагодарила подруг, и те обняли ее еще раз. - Хочешь надеть ее сейчас или вечером на празднике в “Такодане”? - спросила Роуз. - Сейчас. Роуз помогла застегнуть замочек, и Рей подошла к зеркалу, стоявшему на их прилавке, чтобы посмотреть на себя. В мягком свете покрытых искусственной паутиной ламп казалось, что камни в подвеске сами излучают сияние. Работа Бена, как всегда, была великолепна. Рей решила, что обязательно поблагодарит его при встрече. Рабочий день сегодня был насыщенным. По Варыкино гуляли группы туристов, приехавших полюбоваться на легендарные водопады в окружении золотых осенних деревьев и принять участие в народных гуляниях. Конечно, они были далеки от ежегодного Фестиваля света в Тиде, однако на центральной площади не было недостатка в каруселях и прилавках с сувенирами, едой и напитками. Там же готовились к вечерним фейерверкам, которые Рей рассчитывала посмотреть со своего балкона. В прошлом году зрелище было поистине волшебным, а сейчас ходили слухи, что покажут даже небольшое шоу дронов. Несколько часов подряд Рей встречала покупателей улыбкой и свежим ягодным отваром с корицей, предлагая чайные смеси, леденцы и снадобья. Если возникала необходимость, ей на помощь приходила Роуз или Кайдел; Рей тоже помогала им обслуживать клиентов, чтобы не возникало очередей. Кайдел решила провести эксперимент и предложить делать полный макияж за символическую плату, однако не ожидала, что желающих окажется так много. Подвеска на шее Рей была практически невесомой, и девушка то и дело подносила руку к груди, чтобы убедиться, что она не потерялась. В собравшейся в магазине толпе отыскать ее было бы практически невозможно. Когда на улице совсем стемнело, мысли людей обратились в сторону городской площади, откуда уже давно доносилась музыка, и “Луна и звезды” опустели. Выпив по стакану чая Рей, девушки заперли магазин и направились к “Такодане”, обсуждая покупателей и предвкушая праздничный ужин. Рей говорила, что могла бы собрать всех у себя дома, но Маз заявила, что сама устроит ей праздник. За большим столом в глубине ресторана уже сидели мистер Йода, Финн и По, которым принадлежала пасека, откуда Рей заказывала мед, и ювелиры из “Кристаллов Ашлы”. Они громко поздравили Рей с днем рождения и подарили ей цветы - огромный букет из астр, роз и полевых цветов. - Не все же тебе делать для нас букеты, - шутливо проворчала Во, для которой регулярно заказывал звездоцветы ее парень и по совместительству коллега, Ушар. - Это точно, - добавил Тай, обнимая за плечи Роуз. Именно Рей сделала для нее первый (анонимный) букет по его заказу, и Роуз не успокоилась, пока не узнала, кто именно был ее тайным поклонником. - Чувства как цветок порой – время нужно, чтобы распуститься, - сообщил им мистер Йода, воздев вверх узловатый палец. - Дорогу! - раздался голос Маз. Лавируя между стульями, она принесла с кухни огромную кастрюлю и поставила в центр стола, а затем заключила Рей в крепкие объятия. - Что там такое, Маз? - спросил По. - Видишь ли, не так давно, - начала Маз, отстранившись и держа руки Рей в своих, - я наконец-то уговорила эту кудесницу дать мне рецепт ее знаменитого тыквенного супа. Среди сидевших за столом раздались довольные возгласы, кто-то похлопал в ладоши. Тыквенный суп с орехами, сыром и розмарином, который Рей выращивала у себя на грядке, был ее коронным блюдом. Она использовала рецепт, который вычитала в старой кулинарной книге, и ее наставница признавала, что это была самая удачная находка в ее жизни. Рей приготовила его в начале года на день рождения Маз, и все гости остались в восторге. Роуз сняла крышку, и в воздух поднялся душистый белый пар. - Почему ты еще не повар, Рей? - спросил Финн, довольно потирая руки. - Потому что слишком люблю цветы, - отшутилась она, принимая от Маз поцелуй в щеку и садясь рядом с Кайдел. Маз призвала всех оставить место для яблочного пирога, но удержаться Рей было очень трудно. За тыквенным супом, к которому Маз подала свежий, еще теплый белый хлеб, последовали колбаски из шаака и запеченный картофель, салаты из всех возможных овощей и сыр. Рей искренне наслаждалась вечером, смеясь над шутками Ушара и другого ювелира Кардо. Мистер Йода рассказывал Финну о новой книжке про пчеловодов, которую привезли в магазин совсем недавно, а По показывал всем, кто сидел рядом, фотографии своих “полосатых малышей”. - Только послушайте, - затем он включил видео, и до Рей донеслось громкое ровное жужжание. - Правда, успокаивает? - Нет, - хором прошептали Кайдел и Тай. Роуз прыснула, послав По извиняющуюся улыбку. - Попрошу принести пирог и чашки, - сказала Маз, поднимаясь с места. - Не нужно, я сама, - заверила ее Рей. - Ты и так много сделала. Она встала со стула и начала пробираться к кухне сквозь заполненный зал. Благодаря огромным тыквам-светильникам у витрин “Такодана” была освещена ярче других кафе, притягивая посетителей к теплому золотистому свету. Рей остановила одного из официантов, Тасу, и передала просьбу Маз. - Да, конечно… Добрый вечер, все столики заняты, - с извиняющейся улыбкой сказал он вошедшей группе туристов и снова обернулся к Рей. - Я сейчас подойду к вам. Кстати, спасибо за рецепт супа - мы ели его сегодня на обед, это потрясающе вкусно. - На здоровье, - тепло улыбнулась Рей. Она остановилась, пропуская семейную пару к витрине с десертами, когда заметила краем глаза какое-то движение. Не получившие столик туристы один за другим выходили на улицу, и их место в дверном проеме занял одетый в темное человек. Высокий. Широкоплечий. С карими глазами, которые сразу же остановились на Рей. Улыбка замерла у нее на губах, а рука невольно потянулась к подвеске, словно та могла вернуть ей сбившееся дыхание. - Бен. Он не мог услышать ее из-за царящего вокруг шума, однако улыбнулся в ответ и стал прокладывать себе дорогу вперед. - С днем рождения, Рей, - мягко сказал он, остановившись рядом. Его глаза опустились к подвеске и удивленно расширились. - Она у тебя. - Да, - ответила она. - Девочки подарили. Она просто чудесная. - Ох, - на его лице проступило облегчение, словно все это время он очень переживал за судьбу украшения. - На самом деле я хотел еще немного поработать над огранкой, но, видимо, мои коллеги что-то напутали. Они здесь? - Да. Мы как раз приступаем к яблочному пирогу, - сообщила ему Рей. - Пойдем, еще должен был остаться тыквенный суп. Ты, наверное, голоден. Все внутри нее ликовало, когда она вела его к столу, не сдерживая улыбки. Скрыть его приезд не получилось - Бен все-таки возвышался над ней на целую голову. Обменявшись приветствиями со всеми гостями (и послав Таю многозначительный взгляд, который остался для Рей загадкой), Бен открыл свою сумку и осторожно вытащил небольшой пакет. - У меня для тебя подарки, - сказал он, передав его Рей. - Неужели тебе удалось найти растение, которое я еще не видела? - рассмеялась она, вспоминая обещание, которое он дал перед отъездом. - Надеюсь, - усмехнулся Бен. Он сел напротив и с благодарностью принял от Маз тарелку с еще теплым супом. Не замечая взгляда, которым обменялись ее друзья, Рей заглянула в пакет. Внутри оказалась упаковка кафовых зерен татуинской обжарки, о которой Бен ей уже рассказывал, большая пачка маршмеллоу в виде цветочков, заставившая ее улыбнуться, блокнот с эмблемой “Изгоев галактики” и наконец… - Вау, - выдохнула Кайдел, когда Рей вытащила герметичную стеклянную капсулу с маленьким горшком внутри и поднесла к лицу, чтобы рассмотреть получше тянущийся из земли росток. - Что это такое? - Орхидея, - отозвалась Рей, зачарованно разглядывая иссиня-черные полукруглые лепестки со светлой, почти серебряной пыльцой у основания. - Мураками, - пояснил Бен, проглотив ложку супа. - Черная орхидея. Мне сказали, что раньше они росли только в Марфе, однако специалисты из Корусанта смогли вывести новый сорт, пригодный для местного климата. Кажется, такого я у тебя в саду не видел. У Рей дома было несколько орхидей, и она изредка использовала их лепестки, заваривая чай от головной боли. Эта же орхидея, как ей подсказывало чутье, была создана для созерцания и восхищения. Она поставила ее на стол перед собой, отказываясь прятать обратно в пакет, и подняла взгляд на Бена. - Она просто чудесная, - сказала Рей. - Большое спасибо. - Я рад, что тебе нравится, - в его улыбке было нечто большее, чем простая вежливость, отчего ее сердцу стало тесно в груди. - Отличная работа, Соло, - сказал Ушар, и Рей едва не вздрогнула от неожиданности, вспомнив о присутствии остальных за столом. - Как там Корусант, рассказывай. То, что вы заключили договор с Хаксом, мы уже знаем. Роуз тихо захлопала в ладоши, и все остальные последовали ее примеру. Никто не сомневался в успехе “Кристаллов Ашлы”. - Кстати, и где Люк? - спросила Во. Бен прожевал кусок белого хлеба и зачерпнул еще супа. - Остался в Корусанте. Улаживает кое-какие вопросы. - Ничего не случилось? - поинтересовалась Маз. - Я все расскажу чуть позже. Пришли Тасу и еще один официант, чтобы убрать со стола опустевшие тарелки. Затем последний вернулся, неся в каждой руке по блюду с огромным, украшенными тыквами и летучими мышами из теста яблочным пирогом Маз. Рей втянула носом воздух, пропитавшийся ароматами корицы и кардамона, и удовлетворенно улыбнулась. - С днем рождения, Рей! - Маз подняла бокал, в котором еще оставалось вино, и все остальные присоединились к ней, нараспев повторяя поздравление. Бен улыбался, касаясь своим бокалом ее, и в этот момент мир казался идеальным. Когда они почти допили чай и каф, Ушар повторил свою просьбу к Бену рассказать о поездке. Тот положил ложку на блюдце, и, бросив взгляд на Рей, повернулся к мужчине. - Люк открывает в Корусанте новую мастерскую. За столом воцарилась гробовая тишина. Когда до Рей дошел смысл его слов, улыбка сползла с ее лица. - Все-таки решился, - вздохнул Ушар. Все взгляды тут же метнулись к нему. - Ты все знал? - спросила Кайдел. - Люк часто говорил о том, что хочет вернуться в Корусант, где все началось, - медленно объяснил Бен. - Однако со времени смерти моего деда прошло много времени, и на рынке появились другие бренды, многие из которых, кстати, копировали его идеи без зазрения совести. Наше сотрудничество с “Орденом моды” выйдет за рамки одной фотосессии. Хакс хочет, чтобы мы стали постоянными партнерами, и вслед за ним нами заинтересовались и несколько дизайнеров. Оказывается, они уже какое-то время наблюдали за “Кристаллами Ашлы”. Люк готов к плотному сотрудничеству и считает, что будет лучше, если мы окажемся ближе к будущим партнерам. - Так вы уезжаете в Корусант? - спросила Роуз, прижавшись ближе к Таю. Рей невольно подалась вперед, не сводя глаз с Бена. - Я остаюсь здесь, - спокойно сказал он, и она едва подавила вздох облегчения. - Здешняя мастерская продолжит работу под моим руководством. - Крифф! - громко воскликнул Кардо, отчего на них обернулись сразу несколько человек с соседних столов. - И Люк на это согласился? Рей вспомнила, что услышала за дверью Бена перед отъездом - Люк говорил, что на него рассчитывала вся семья, а он потом сказал ей, что стал в глазах дяди предателем. - Не сразу, - сдержанно ответил Бен, давая понять, что в Корусанте ему пришлось непросто. - Однако мы пришли к соглашению, что у меня достаточно опыта и он может передать мне часть ответственности. Он будет развивать сотрудничество с миром моды, как всегда мечтал, и привлечет внимание покупателей, не привыкших заказывать украшения через ГолоСеть. Я же буду изредка приезжать в Корусант, но работать буду здесь, параллельно думая над расширением коллекций. В конце концов, почему появление новой мастерской должно означать закрытие старой? - Вы уже решили, кто поедет работать с Люком? - спросил Тай. - Решение будет за вами, - Бен кивнул на свою команду. - Люк вернется через несколько дней, и те, кто захотят присоединиться к нему, смогут уехать с ним обратно до конца ноября. Ювелиры обменялись задумчивыми взглядами. Тай крепко сжал руку Роуз и ободряюще кивнул - он явно принял решение остаться в Варыкино вместе с Беном. - Ну дела, - присвистнул По. - Но почему ты отказался переезжать в Корусант? - спросила Маз. - Люк говорил, что именно там он видит будущее “Кристаллов Ашлы”. Бен усмехнулся. - Это не мое будущее. Я доволен своей жизнью здесь. - С легкостью что должен делает тот, кто любит, - заметил мистер Йода, подмигнув ему из-под кустистых бровей. - А твои родители? - продолжила Маз, отпивая чай. - Признали мою правоту. Знаю, сам удивился. Маз довольно хмыкнула. Рей отвела взгляд прежде, чем Бен мог поймать его, иначе бы выдала переполнявшую ее радость, и доела свой кусок пирога. Когда они наконец вышли из кафе, на небе сияли звезды. Роуз, Тай и Кайдел помахали Рей и свернули вместе с группой ювелиров, так как им было по пути, а мистер Йода, Финн и По вместе отправились в книжный магазин. - Ты сейчас не домой? - спросил Бен, заметив, что Рей пошла в другую сторону. - Забыла, что оставила велосипед у “Луны и звезд”, - объяснила Рей, покачав головой. - А ты? Бен улыбнулся, догоняя ее за несколько шагов. - Можем пойти вместе. Рей кивнула, надеясь, что румянец на ее щеках можно будет списать на вечернюю прохладу. Она сложила все подарки в корзинку и повезла велосипед рядом. Черная орхидея лежала у Бена во внутреннем кармане куртки - у пальто Рей, к сожалению, такой отсутствовал, а она не хотела, чтобы та мерзла. - Где ты нашел такой цветок? - с любопытством спросила она. - У флористки по имени Хестизо Трейс. Мне кажется, вы бы поладили. Я рассказал ей о твоем саде, и только после этого она якобы вспомнила, что у нее остались саженцы. Кто попало орхидею-мураками не получит, - рассмеялся Бен. - Сперва мне показалось, что она слишком мрачная, но затем я увидел этот серебристый блеск… - Похож на звездное небо, - подхватила Рей, задрав голову и выдыхая облачко белого пара. - Да, немного. Они прошли мимо “Дагобы”, где Финн и По были погружены в оживленную беседу с мистером Йодой. Если дело касалось пчел, Рей не сомневалась, что уйдут они далеко за полночь. Было ли дело в выпитом вине или в том, что Бен решил остаться, она широко улыбнулась при виде этой обычной сцены, чувствуя прилив нежности к Варыкино. - Скажи, - она повернулась к Бену и обнаружила, что он уже наблюдает за ней с мягким выражением лица, - а в Корусанте много зелени? Она видела фотографии города серебристых небоскребов, но никогда там не бывала. - Определенно меньше, чем здесь. Ты бы расстроилась. Там куда больше скульптур цветов и деревьев. Всю дорогу до дома Бен описывал ей улицы и здания, которые успел увидеть за время своего недельного отсутствия. В отличие от Варыкино, где преобладали кирпич, дерево и черепица теплых цветов, Корусант был городом стекла и металла, и он не мог представить там свою жизнь. Первые пару дней по утрам, признался Бен, он раздвигал шторы на окнах и упорно пытался понять, почему видит перед собой небоскребы, а не бесконечные зеленые луга Озерного края. Даже улицы, в отсутствие исторических особняков и маленьких лавочек, казались ему блеклыми и искусственными. - Ты думаешь, Люку там понравится? - спросила Рей. Бен замедлил шаг, словно не ожидал, что она вдруг вспомнит о его дяде. - Люк мечтал об этом много лет. Когда мои бабушка и дедушка умерли, его забрал к себе сводный брат дедушки, и он много лет жил в деревне Анкорхед. Ее очень сложно найти на карте. У Люка ушли годы, чтобы узнать правду о своем происхождении - не знаю, может, родственники стыдились Энакина и боялись привлечь к себе лишнее внимание, поэтому ничего ему не говорили. Но он решил во что бы то ни стало восстановить дело отца и вернуть ему былую славу. - С твоей помощью. - Ну, у моей матери нет способностей к ювелирному делу, - пожал плечами Бен. - Люк пытался ее учить в молодости, но это отнимало слишком много времени. Ей куда лучше дается руководить разными политическими обществами и комитетами. И она понимает, что человек приносит наибольшую пользу, когда находится на своем месте. К моему счастью, когда Люк был готов придушить меня, она смогла убедить его в этом. Мое место в Варыкино. Я бы не смог делать такие же украшения, как сейчас, там, - он мотнул головой в сторону. - Это не каприз, а факт. Они остановились у калитки Рей. Под ногами хрустели сухие листья. Уличный фонарь окутал высокую фигуру Бена оранжевым светом, погружая конец улицы во мрак. Вдалеке слышалась веселая музыка, позволившая Рей почувствовать атмосферу Хэллоуина даже вдали от праздника. - Я понимаю это чувство, - ответила Рей. - Никакие небоскребы не сравнятся с этим, - она бросила взгляд на возвышающиеся вдалеке горы. Звезд на небе было так много, что она могла разглядеть на их склонах очертания деревьев. - Какие у тебя планы на остаток дня? - непринужденно спросил Бен, сунув руки в карманы. - Продолжу праздновать день рождения, - Рей кивнула на пакеты в корзинке велосипеда. - Зажгу свечку-череп, которая пахнет карамелью и тыквой. Возьму новый плед с привидениями и буду смотреть фейерверки с балкона, как всегда. К тому же Маз настояла, чтобы я забрала себе эклеры-мумии и остатки яблочного пирога. А теперь у меня еще есть и вкусный каф. Позднее Рей так и не сможет объяснить себе, что конкретно заставило ее произнести следующие слова - отголоски веселья за ужином, радость от возвращения Бена или то, как он смотрел на нее сейчас, когда они остались одни. Ее разум не мог подобрать слова для эмоций, которые она видела в его глазах, но ее сердцу это было и не нужно. - Для меня одной еды точно слишком много. Хочешь присоединиться? Если ты не устал после дороги, конечно, и не против выпить еще кафа. Бен покачал головой. Уголки его губ дернулись, словно он пытался не улыбаться слишком широко. - Как я могу отказаться? С радостью. Он придержал для нее калитку и, зайдя следом, запер на засов. У Рей участился пульс, но она не чувствовала ни тени страха. В обществе Бена она всегда ощущала себя в безопасности. Однако ей было любопытно, что он скажет, увидев ее жилище. Гости у нее дома бывали крайне редко - обычно они с Роуз и Кайдел брали еду и напитки в “Такодане” и сидели в задней комнате магазина, смеясь и обмениваясь новостями. Пока Бен снимал пальто и ботинки, она проскользнула на кухню и быстро переставила на столешницу миски с сухими лепестками и листьями и мерные стаканы для приготовления снадобий. Сдвинув в сторону старые книги о свойствах растений и бумаги с пометками относительно текущих заказов, на освободившееся место на столе Рей положила пакеты с подарками. - Я знаю этот запах. Мята? - спросил Бен, заходя на кухню и пригнувшись, чтобы не задеть головой висевшие под потолком связки сушеных цветов. Рей улыбнулась, включив чайник. Кафмашины у нее не было. - И немного ромашки. - Да, точно, я ее помню. Комната была немного маловата для мужчины с телосложением как у Бена, но он явно не чувствовал дискомфорта, с интересом разглядывая деревянные полки и шкафы, заставленные банками с вареньем и целебными снадобьями. - У тебя тут здорово. Будто в сказке. Обернувшись на шорох, она увидела, как Бен изучает иллюстрированные страницы книг, склонив голову набок. Там не было ни слова о магии, поэтому она могла не бояться за свой секрет. Пробежав глазами описание рыжих колокольчиков, Бен обошел круглый стол и остановился у окна, перед которым выстроились орхидеи. - А вот и место для новичка, - заметил он, поставив на край подоконника капсулу и снимая крышку. Рей прищурилась, чувствуя, как энергия нового цветка начинает переплетаться с другими, и удовлетворенно кивнула. Здесь не Корусант, но ей будет хорошо. - Флористка оставила мне инструкции по пересадке, - сказал Бен, прерывая ее размышления. - Хотя, наверное, ты и так все знаешь, - он протянул ей листок бумаги. - Да, все как обычно, - откликнулась Рей, пробежав его глазами, и положила рядом с горшком. - Займусь через пару недель. Она шагнула в сторону и распахнула дверцы шкафа над раковиной. - Есть предпочтения по рисунку на кружке? Себе она, как и планировала, достала тыквенную. Бен, подумав мгновение, выбрал из множества разрисованных разными цветами ту, что была украшена постером “Изгоев галактики”. - Она шла в комплекте с сиропом, - весело заметила Рей, готовя им каф. - Если он не испортит вкус татуинской обжарки, предлагаю воспользоваться. - Только в честь твоего дня рождения, - судя по голосу, Бен улыбался, и Рей почувствовала, как по ее телу разливается уже знакомое тепло. Прошедшая неделя показалась почти вечностью. Прикусив губу, она поставила кружки, блюдца и ложки на деревянный поднос, а рядом положила коробки со сладостями. Бен не позволил ей взять поднос самой, и, захватив с собой новые плед, спички и свечу, Рей повела его на второй этаж. Дверь, выходившая на балкон, была прямо напротив винтовой лестницы. Пройдя по короткому коридору мимо своей комнаты, она повернула ручку и переступила порог первой. - Ого, - выдохнул Бен. За стеклом, извиваясь подобно серебристой атласной ленте, река Соллеу делила пейзаж перед ними на две части. С одной стороны был город, озаренный яркими уличными и праздничными огнями, с другой, по ту сторону мостов, темнота накрыла поля и леса, оставив лунному свету лишь верхушки деревьев. Вдалеке можно было разглядеть горы. Рей нащупала выключатель, и над потолком зажглись нити оранжевых гирлянд, осветившие круглый стол и кованую скамейку с подушками и пледом. У стен с двух сторон стояли стеллажи, куда она потихоньку начала переносить из сада душистые травы, чтобы использовать их и зимой. Новая ароматическая свеча оказалась на подоконнике, между горшками с суккулентами; во-первых, на столике едва нашлось место для сладостей, которые Рей принесла из “Такоданы”, а во-вторых, она невольно наводила на мысли о свидании - хотя что конкретно значила это спонтанная встреча для каждого из них, сказать было сложно. Бен вежливо отказался от предложенного ему пледа, зато Рей с удовольствием закуталась в новый, поджав под себя ноги и опершись плечом о спинку скамейки. Между ними оставалось немного свободного пространства. - Очень уютно, - заметил Бен, размешивая сироп в своем кафе. - Ты всегда проводишь здесь свободное время? Рей поднесла к губам дымящуюся чашку и сделала глоток. Бен говорил правду - в татуинской обжарке действительно было нечто особенное. - Стараюсь как можно чаще. Иногда мне недостаточно просто отойти от рабочего стола на кухне, чтобы сделать передышку. Бен растянул губы в усмешке и сказал без намека на самодовольство: - Понимаю - у меня для этого спортзал. Давно пора разгрести балкон и устроить свою зону отдыха, - добавил он. - Я поделюсь суккулентами, - хихикнула Рей, и его усмешка стала шире. - Я успел заметить, что мой сад отлично выглядит. Спасибо, что присмотрела за ним. Он поднял свою чашку. - С днем рождения, Рей. Рей коснулась ее своей и отвела взгляд, борясь с искушением придвинуться ближе. Ее удивляло, как рядом с Беном она могла чувствовать покой, но в то же время все внутри нее трепетало. Они угощались сладостями и сравнивали корусантскую кухню с кулинарными талантами Маз, когда вдали на реке появился крохотный огонек. Он рос и рос, пока не замер на месте, и спустя несколько минут небо над Варыкино озарила оранжевая вспышка. - Начинается, - воскликнула Рей, оборвав себя на полуслове, спешно дожевала последний кусочек эклера и подалась вперед. За годы жизни в Варыкино она успела узнать, что, в отличие от Датомира, для каждого праздника у местных жителей был предусмотрен свой сценарий фейерверков. Озарение неба было одной из важнейших местных традиций на протяжении нескольких столетий, и в зависимости от времени года его цветовая гамма менялась. Зимой это были золотые олени и имбирные человечки и серебряные снеговики, летом пестрые цветы и бабочки, весной - яркие птицы и дикие звери. В этот раз их ожидали летучие мыши, окружившие несколько тыкв (и напомнившие Рей и Бену о Бэтмене), пауки, белоснежные призраки, кошки и черепа. Наконец, когда в небе замигали странные огни, Рей поняла, что начинается вторая часть представления. - Ты это видишь? Видишь, как красиво? - возбужденно спрашивала она Бена, вытягивая шею и едва не задевая его плечом. - Да, - мягко отвечал он, с трудом отводя взгляд от ее лица. Дроны выстроились в форму замка с покосившимися окнами, рядом с которым зависла ведьма на метле и в остроконечной шляпе - эхо восторженных криков с площади донеслось даже до ее дома, - а затем они собрались в огромный хрустальный шар, в центре которого хищно оскалилась тыква. Прошло несколько мгновений - и над Варыкино завис огромный серебряный призрак, взмахнувший простыней, прежде чем медленно раствориться в ночном небе. В эту минуту Рей почти забыла о своем отношении к традиционным символам Хэллоуина - она обожала фейерверки, пришла в восторг от шоу дронов, и по ее телу до сих пор бегали мурашки. Не верилось, что прошло всего лишь несколько минут. Даже ее каф еще не успел остыть. - Это было великолепно, - сказала она, оглядываясь на Бена и поправляя сползший с плеч плед. - В Корусанте такое бывает? - Даже если и бывает, с тем, что было сейчас, никогда не сравнится, - негромко ответил он, с тихим звоном касаясь своей чашкой ее. На этот раз Рей удержала его взгляд, и ее охватило предвкушение куда более сильное, чем когда она ждала начала фейерверков. Его карие глаза были так близко, в них искрами отражались окружавшие их теплые огоньки гирлянд, а в воздухе витал сладкий аромат карамели и тыквы. Губы, коснувшиеся ее щеки и задевшие уголок рта, были теплыми и мягкими, и Рей, которую никогда так не целовали, испытала несколько чувств одновременно. Удивление. Радость, подобную ослепительной вспышке фейерверка в небе. И сожаление оттого, что Бен отстранился так быстро, глядя на нее со смесью восхищения и едва ли не страха - будто он боялся, что она оттолкнет его. Если бы у нее не перехватило дыхание, она бы смогла произнести его имя. Спросить, значило ли все это, что он хотел… что они... Вместо этого ее ладонь легла ему на плечо, и она поймала его губы своими, успев увидеть, как его глаза закрываются. Что-то словно подтолкнуло ее со спины, его рука обвилась вокруг ее талии, и Рей слепо прижалась к его груди, зарываясь пальцами в густые черные волосы. За первым поцелуем спустя мгновение последовал еще один, затем другой, более страстный, и Рей едва сдержала недовольный звук, когда ей пришлось отстраниться, чтобы перевести дыхание. Она понятия не имела, как должны себя чувствовать люди, впервые поцеловавшие кого-то, кто им очень нравится, но для нее это было сродни магии. Незнакомой. Завораживающей. Прекрасной. И ее совсем не хотелось отпускать. Глаза Бена бегали между ее, и он нежно улыбнулся, погладив ее по волосам. - Я очень давно хотел это сделать. - Я тоже, - призналась Рей, чувствуя, как горят щеки. Она положила голову ему на плечо и свернулась клубком под пледом, чувствуя тепло руки Бена и вдыхая знакомый запах кедра и бергамота. Это был лучший день рождения из всех, что у нее были. - Ого, твои суккуленты начинают цвести в определенный час? Как интересно. Она нахмурилась и подняла взгляд. У некоторых из ее растений действительно росли тонкие стебельки с бутонами на концах, но им точно оставалось расти еще несколько недель, и они не должны были распуститься сейчас. Бен непринужденно провел рукой по ее боку, поцеловал в лоб, прижался щекой к макушке, и еще три белых цветка - на необычайно высоких стеблях - распустились прямо у них на глазах. Ее магия вышла из-под контроля, осознала Рей и почувствовала, как по телу разливается холод. - Что за… - Бен повернул голову и вздрогнул всем телом. Висячий суккулент Рей, который она ласково называла Коло из-за схожести лепестков с туловищем известного в Набу морского хищника, отрастил пару стеблей еще на несколько сантиметров и обвил подлокотник скамейки прямо перед его носом. Последний листик как раз прижимался к кованой поверхности. О нет. Нет, нет, нет. Рей попыталась выпутаться из пледа, но поняла, что что-то упирается ей в спину. Оглянувшись, она вскрикнула. Подушка сзади топорщилась, и причиной тому была выпуклость в металлической спинке - словно та сама изогнулась, чтобы подтолкнуть ее вперед. К Бену. Когда они… Их взгляды встретились, но на этот раз там не было былой теплоты. Они заговорили одновременно. - Ты колдун! - Ты колдунья! Бен вскочил со скамейки, чудом не порвав стебли суккулента, и сделал шаг назад, глядя на нее так, точно впервые видел. Как это возможно? Наставница Рей как-то сказала, что не знает ни одного живого колдуна, и та с тех пор не поднимала эту тему, постигая основы травничества и учась обращаться с целебными травами. Порой Рей фантазировала о встрече с другими колдунами, но шли годы, и она поверила, что подобного никогда не случится. Оказывается, все это время колдун был у нее перед глазами. В буквальном смысле. - Ты… - Бен резко откинул с лица волосы, его голос был твердым. И уязвленным. - Все твои цветы. Снадобья. Это порождение твоей магии? Рей сжала губы и ответила ровным голосом: - Обычные снадобья не помогли бы тебе выздороветь так быстро. Ты не мог бы починить мою скамейку? Бен медленно обошел ее кругом и положил руку на кованый узор. Рей широко раскрыла глаза, глядя, как металл выпрямляется обратно, и подняла на мужчину взгляд, который он не поймал. Упорно глядя себе под ноги, он вернулся на место. Что-то в груди Рей оборвалось, но она заставила себя держаться невозмутимо. - В голове не укладывается, - помолчав какое-то время, сказал Бен и вдруг горько рассмеялся. - Я могу попросить тебя ответить честно на мои вопросы? - Можешь. Рей знала, что он скажет. Она видела достаточно фантастических фильмов и слышала о шарлатанах, не имеющих понятия о колдовстве. - То, что я к тебе чувствую - тоже порождение твоей магии? И если да, - он с трудом сглотнул, наконец глядя ей в глаза и почти шепча, - то почему ты ждала так долго, чтобы окончательно влюбить меня в себя? Рей была настолько шокирована происходящим, что пропустила его последние слова мимо ушей. Она думала, что услышит гневные крики и проклятия. Но Бен казался попросту разбитым. Даже удрученным, хотя отчаянно пытался это скрыть, сжав челюсти и выпрямившись во весь свой внушительный рост. Он ничего не знал о ее способностях, зато слышал много нелепых историй. Возможно, именно осознание этого факта подавило вспыхнувшую в ней обиду. Но ведь и она в свою очередь ничего не знала о его магии, и по ее спине пробежал холодок страха потерять будущее, которому, как ей казалось, они сегодня положили прекрасное начало. - Я могу, - начала Рей, вставая с места и спуская плед с плеч, чтобы он увидел подвеску на ее шее, - спросить тебя о том же. Это ведь ты звонил в магазин, потому что хотел вручить ее мне лично, верно? Это была часть ритуала? - Считаешь, я наложил на нее какие-то приворотные чары?! - в изумлении спросил он. - Ты ведь думаешь так обо мне, - парировала Рей, скрестив руки на груди. - В чем между нами разница - в том, что про приворотные зелья в ГолоСети пишут чаще? Бен открыл рот, чтобы ответить, но все же промолчал, нахмурив брови. Рей тяжело вздохнула: что и требовалось доказать. Будь прокляты горе-целители, обещающие вернуть мужа за три дня. - Так ты это сделал? - спросила Рей, так и не дождавшись ответа. К горлу подкатил комок, и она крепче запахнула плед, заставляя себя стоять прямо. - Я тоже имею право знать, Бен. Про зачарованные вещи, знаешь ли, есть немало историй. - Нет! Я на такое не способен, - горячо выпалил Бен. - Я не могу повлиять на мысли или чувства тех, кто носит мои украшения. Не могу навредить через них или заставить сделать что бы то ни было. Человек принимает все решения сам. Рей внимательно разглядывала его лицо. Если бы, рассудила она, у Бена действительно были недобрые скрытые намерения, ее растения показали бы ей это. Они не стали бы расцветать сейчас, когда он целовал ее, и не разрослись бы раньше, оказавшись в его саду. Она помнила, как тщетно пыталась вырастить в Датомире ирисы у самого забора, и как хорошо они начали расти, когда их сосед, пьяница и мошенник, наконец-то продал свой участок. От Уотто, как-то заглянувшего к ней, петунии и вовсе отвернули свои цветки. Бен не лгал ей, и, сделав вдох, она осознала, что тяжесть в груди стала легче. - А ты? - спросил он ее, глядя так же пристально. - Моя магия имеет схожие ограничения, - сказала Рей. - Если в человеке нет зачатков симпатии или теплоты к другому, даже самый мощный афродизиак вроде розы, ириса или жасмина не заставит его потерять голову. И потом, растения никогда не подчинятся мне, если я задумаю навредить кому-то. Они чисты и непорочны по своей натуре, свободны от предрассудков. - С драгоценными камнями то же самое, - заметил Бен. Он посмотрел на ее подвеску, затем на скамейку, и Рей поняла, что он тоже опирается на магию, ища подтверждение тому, что она говорит правду. Рей села на его место, протянув руку к суккуленту, и листочки ласково, успокаивающе прильнули к ее пальцам. Поколебавшись мгновение, Бен сел рядом, сцепив руки в замок, без опаски, но с осторожностью. - Голова идет кругом. Честно говоря, я всегда думал, что колдунов с другими силами не существует, - сказал он, намного мягче, чем раньше, и бросил любопытный взгляд на распустившиеся на подоконнике цветы. - Мне о таких никогда не рассказывали. - И мне тоже, - невесело откликнулась Рей. - Я никогда не встречала никого подобного себе или тебе. Поэтому и не знала, что думать. Бен фыркнул, но в этом звуке не было ни обиды, ни презрения. - Кто знает о твоем даре? - Только ты. А о твоем? - Моя семья. Люк считает, он и я унаследовали его от Энакина, - признался он. - Несмотря на разницу в возрасте, мы с ним уже сравнялись по силе. - Поэтому он все-таки доверил тебе мастерскую, - предположила Рей. Бен кивнул. - А как к твоему дару относятся родители? - спросила она, повернувшись к нему. Теперь, когда первоначальный шок прошел, в ней проснулось любопытство. - Сперва они решили, что их маленький сын обладает какой-то сверхъестественной силой, раз может без труда скрутить в узел ложку, если не хочет есть суп, - не спеша начал Бен. - Затем, когда мне было десять, я сказал маме, что ее собеседник лжет, потому что об этом меня предупредили сапфиры в ее золотом кольце. Это был какой-то официальный прием, и я даже не слышал, о чем они говорили. Тогда она поняла, что я унаследовал семейный дар, и сообщила об этом Люку. Он вскоре забрал меня к себе, и я начал учиться на ювелира и изучать драгоценные камни без каникул и выходных. Звал его лишь своим мастером. Я несколько раз делал для родителей украшения, какие-то фигурки из кварца, чтобы усилить их любовь ко мне и вернуться домой. Но, конечно же, ничего не сработало, - он невесело усмехнулся. - Люк был недоволен и до сих пор иногда мне это припоминает. Хотя мои изделия были красивыми, родители настаивали, что не смогли бы помочь мне справиться с моим даром, что они хотели как лучше. Я их понимаю, но в то же время… Бен умолк, так и не закончив фразу, но Рей все равно поняла, что он имеет в виду. Они отослали его учиться, предположив, что так будет лучше для его дара, не подумав о том, каково будет ему самому. - А твои родители так ни о чем и не узнали? - спросил он, бросив на нее сочувственный взгляд. - Нет, узнали, - глухо отозвалась Рей. Ее главный секрет был раскрыт, и впервые в жизни она чувствовала, что могла рассказать свою полную историю. Правда, ей было легче делать это, глядя в окно. - Мне было пять, когда я оживила засохший цветок и принесла домой похвастаться. Я надеялась, что так родители станут больше меня любить - они часто ссорились и кричали, что я разрушаю их жизнь. Однако они решили, что я одержима дьяволом или чем-то вроде того, и бросили цветок в печку. Они попросили Тенениэль Дьо, местную травницу, взять меня к себе, пока они будут в отъезде, но так и не вернулись. Было время, когда я винила во всем себя и не хотела даже смотреть на цветы. Краем глаза она заметила, что Бен понимающе кивнул, и это придало ей сил. - Затем все стало наоборот. Я прочла все книги Тенениэль от корки до корки, стремясь найти эликсир, который помог бы им полюбить меня, хотя она говорила мне, что это невозможно. Когда я не смогла ничего найти в книгах, то начала каждый день гулять по лесам и полям, прислушиваясь к растениям, но тщетно. Годы спустя я узнала, что они возвращаются, чтобы разрешить какой-то спор с людьми, купившими наш старый дом - уж не знаю, в чем там было дело. Я приготовила травяной отвар с ромашкой, мелиссой и шалфеем, который должен был успокоить волнение после нашей встречи и сделать их более… приветливыми. В тот момент я верила, что это возможно, и наставница подтвердила, что, только если они готовы, это поможет нам хотя бы поговорить. Они его выпили. Поблагодарили Тенениэль за то, что так хорошо заботится обо мне, и уехали не оглядываясь. Я навсегда запомнила, что никакая магия не сможет создать любовь на пустом месте и не избавит от одиночества. Так что, - она посмотрела на Бена, - твое сердце всегда было в полной безопасности. Он покачал головой. В его глазах она видела то же облегчение, которое чувствовала сама - наконец-то нашелся человек, который мог понять и принять тот дар, которым Вселенная наградила каждого из них, и сопутствующие ему сложности. - Ты не одинока, - сказал Бен, бегая взглядом по ее лицу, и его карие глаза подозрительно заблестели. - Ты тоже не одинок, - ответила Рей. Она положила руку на скамейку, и Бен, помедлив всего мгновение, накрыл ее своей, крепко сжав ладонь. - Прости, что я так бурно отреагировал. Я должен был убедиться, что все между нами по-настоящему. - Я понимаю. - Мое сердце не было в безопасности с тех пор, как ты окликнула меня в первый день и улыбнулась, - признался Бен со смущенной ухмылкой. Рей слабо хихикнула, бросив взгляд на их соединенные руки. - Ты в тот момент выглядел таким суровым, что мне показалось, что я тебя оскорбила. - Ну, мне всегда было легче взаимодействовать с металлом и драгоценным камнями, чем с людьми. И потребовалось много времени, чтобы признать, что у меня к тебе не просто добрососедские чувства. Но, - он придвинулся ближе, посерьезнев, - даже если бы я мог, я бы никогда не стал использовать магию, чтобы повлиять на твои чувства ко мне. Я готов поклясться в этом на языке джедаев. Ты знаешь, что это такое? Рей кивнула. Значит, их обучение началось с одного и того же. Джедаи были героями легенд, древними колдунами, и наставница объясняла ей, что клятву на их языке следует давать только в самых крайних случаях и четко соблюдая правила сопутствующего ритуала, иначе магия могла лишить своего носителя разума. Это было подобно сделке с магической сущностью мира как таковой. - Я верю тебе, - сказала она. - Я бы тоже не сделала ничего подобного. Бен кивнул, показывая, что верит ей. Пламя свечи затрепетало, и окружавшие их растения зашелестели, точно от теплого сквозняка. В Хэллоуин духи джедаев были особенно восприимчивы к словам колдунов, однако сейчас они явно не испытывали гнева - все вещи остались на своих местах, а в мелодиях растений, соединившихся в ушах Рей в гул магии, не появилось ни тени опасности. Напротив, духи как будто… одобряли их открытость и честность друг перед другом. Когда все стихло, плечи Бена расслабились, и он притянул Рей к себе, поставив подбородок на макушку. Какое-то время они сидели молча, пытаясь осознать, что произошло между ними за последние несколько минут. Сколько бы еще они жили в неведении, если бы в этот вечер Бен, очарованный искренней радостью Рей в свете гирлянд, не решился бы поцеловать ее? Если бы она остановила его? - Я должна сказать еще кое-что, - проговорила Рей, прикусив губу. - Дай угадаю. У тебя все-таки живет парочка садовых гномов? - судя по голосу, Бен улыбался. Она качнула головой. - Нет. Я про цветы в твоем саду. Маргаритки… васильки… - Растут благодаря тебе? - его тон не изменился. - Я видела, как ты смотрел на мой сад, как ты любишь цветы, и решила тебя порадовать, - пояснила Рей. - Если бы заметила, что тебе не нравится, тут же прекратила бы, обещаю. - Ты и правда мой ангел, - тихо рассмеялся он, и этот звук отозвался в ее груди. - Я едва сдержался, когда помогал тебе с опорой в саду, чтобы не сотворить на сетке пару узоров. - Ты можешь сделать это завтра, - осмелев, предложила Рей. - Когда придешь ко мне на завтрак. Бен поднял ее лицо за подбородок. В его глазах было столько нежности, что ее сердце подскочило в горлу. - Только если ты присоединишься ко мне за обедом. И за ужином. Он закрыл ей рот поцелуем, и Рей буквально услышала, как по стеллажу слева ползут вверх отросшие стебли суккулентов - крифф! - но решила, что они могли подождать. - Нужно понять, что делать дальше, - позже вздохнул Бен, когда они вместе разглядывали стену, практически невидимую за зелеными побегами. Скамейка, слава звездам, в этот раз осталась невредимой - Рей уже практически сидела у него на коленях. - Если мы хотим иметь возможность целоваться, не оказываясь при этом в джунглях и металлических капканах. - Что ты предлагаешь? - спросила Рей. - В книгах я ничего подобного не встречала. - Полагаю, все дело в концентрации. Мы должны научиться не пускать магию в наши мысли, когда оказываемся наедине. Думать только друг о друге и ни о чем больше, в любое время суток. Она не удержалась от хитрой улыбки. - Что предполагает много практики. - Как и при любом обучении, милая, - глаза Бена сверкнули, и он коснулся подвески на ее шее. Металл слегка потеплел. Держась за руки, они спустились по лестнице и прошли в прихожую. За окном стояла глубокая ночь, а завтра им обоим нужно было возвращаться к работе. - Ты расскажешь о нас Люку? - спросила Рей. - Может, он знает какой-то магический секрет или что-то в этом роде. - Этот старый холостяк скажет, чтобы я думал о работе и ничем больше, - проворчал Бен, надевая ботинки и выпрямляясь во весь рост. Он запустил руку в волосы и спросил с неожиданной робостью: - Надеюсь, это не прозвучит слишком рано, но… ты не хотела бы провести Рождество в Хосниан-Прайм? Родители пригласили меня погостить. - О, - Рей тоже смутилась. Возможно, для подобных приглашений и правда было слишком рано. - Там очень красиво. Я бы показал тебе свои любимые места, - пообещал он. - Просто подумай, хорошо? - Договорились. Надев пальто, Бен притянул ее к себе и прошептал: - Попробуем ничего не заколдовать напоследок? В последующие дни сад Рей Ниима продолжал восхищать жителей Варыкино - наступали холода, а гортензии, георгины и даже лилии не думали отцветать. Ее осенние букеты пользовались большой популярностью и еще никогда не были такими красочными. Несколько недель в “Луне и звездах” проходила распродажа отростков суккулентов, которых у Рей, как она смущенно призналась однажды, было в избытке. Несомненно, все дело было в каких-то секретных удобрениях, о которых она никому не рассказывала. Судя по довольной улыбке, ее секрет мог знать Бен Соло, но он бы никогда не предал доверие своей девушки. Его новые изделия становились все смелее и ярче, и вскоре к нему приехала целая делегация из журнала “Орден моды” вместе с Люком, чтобы провести фотосессию и взять у гениальных наследников Энакина Скайуокера интервью. Люк привез с собой новую знакомую, Мару Джейд, талантливого пилота, которую иногда звали небесной волшебницей. Новость о романе Бена и Рей разлетелась по городу в мгновение ока, и многие говорили открыто, что всегда знали - рано или поздно это случится. Кто, как не Рей Ниима, цветочная фея Варыкино, могла стать музой талантливого ювелира (и выдержать его характер, шутили его коллеги)? Кто, как не Бен Соло, всегда ценивший красоту цветов (такой понимающий и нежный, замечали хозяйки “Луны и звезд”), мог бы покорить ее сердце? Ну а если время от времени после их свиданий в “Такодане” любимые герани Маз отращивали новый листочек или даже два, а изгиб чайной ложки Бена немного отличался от остальных, то кто бы обратил на это внимание? Магии, как всем известно, не существует.