Stepfather

Давай я возьму такси и выйду через пять.

Поедем с тобой тусить или просто пойдём гулять…

      Уверенным шагом, но с явной неуверенностью внутри Самойлова заходит в заведение и расстегивает куртку. К ней уже подходит одна из официанток, чтобы провести девушку к столику, но та уже сама видела, куда нужно идти. Руки дрожат, а ноги сами идут на автоматизме к мужчине. — Здравствуйте, — сказала Елизавета и не решалась сесть на кресло напротив. — Здравствуй. Садись, — кивнул он, и девушка все-таки присела, положив куртку на подоконник. — Будешь что-нибудь? — Карамельный раф, — скромно ответила Лиза и сложила руки. — Я хотела поговорить. — Да, я слушаю тебя. — Для чего Вы видитесь с мамой? Помимо разговоров обо мне, это я уже слышала, — нахмурилась она. — Этот вопрос можно решать и просто по телефону. — Хорошо, я скажу правду. Как и почти 20 лет назад, твоя мама мне симпатична. Лена осталась такой же интересной девушкой, красивой, и я понимаю, что совершил тогда ужасную ошибку. И, если это возможно, хочу исправить эту ошибку, — рассказал мужчина, видя недоверие в глазах дочери. — А Вы не считаете, что прошло слишком много времени? Что у мамы своя жизнь, молодой человек. Я выросла. И сделала это без Вас. Как в 18 лет можно вбить себе в голову, что вот сейчас передо мной сидит мой папа, которого я не помню, которого я не знаю от слова «совсем», который сейчас хочет разрушить личную жизнь моей матери, — достаточно обидно, но правдиво произнесла Самойлова. — Я понимаю твою позицию, но у нас будет много времени, чтобы все исправить. Главное ведь желание. — Почему Вы тогда ушли? В чем причина того, что Вы исчезли из жизни дочери и девушки, что родила Вам ее?       До этого момента у Елизаветы было много разговоров по поводу отца с мамой, но никогда Елена не говорила истинную причину его ухода. Всегда все останавливалось на том, что это был его выбор, который изменить она была не в силах. Но выбор в пользу чего? В пользу своего комфорта, карьеры? Может быть встретил другую? Не захотел обременять себя ребёнком в таком молодом возрасте? Вариантов много, но девушка хотела узнать настоящий.       Если он не расскажет ей причину, то им больше и разговаривать будет не о чем. Если отец не может рассказать ей правду, раскаяться и дать понять, что на самом деле ощущает вину перед ней, то о каком доверии может идти речь? Ведь только при этих условиях Лиза готова хотя бы попробовать наладить с ним связь. — Испугался. Я просто испугался ответственности, которая упала на меня. Сначала был уверен, что все у нас получится, что я сделаю все, чтобы моя семья зажила, но по итогу в какой-то момент потух, понял, что не смогу. Не знаю, говорила ли тебе Лена, но два года мы выживали — то мои родители помогали, то её. Я что-то старался, делал, потом надоело. Именно в этот момент я потерял веру. И глупый 20-летний парень решил, что лучше будет уйти. Эгоистично, да? Ведь я позаботился только о себе, оставив Лену на условиях выживания одной с маленьким ребенком. И я правда горжусь ей, что она смогла поднять тебя и подняться сама — это очень круто, — виновато улыбнулся он. — И за эти годы у меня были другие женщины, я даже не думал о ней, а встретив ее… понял, почему у меня ни с кем ничего не получилось. Не остыл. Да ещё и это убивающее чувство вины перед ней и перед тобой. Лиз, — мужчина положил свою ладонь на ее руку, — дай мне шанс наладить отношения с тобой. Я же вижу, что ты сейчас разрываешься.       А Самойлова и правда в данной ситуации разрывалась на две стороны — простить его, ведь он говорил так правдиво и искренне, или оставить все, как есть, и не подпускать к себе. Боится, что снова столкнется с предательством с его стороны. Если тогда она была маленькая и ничего не понимала, то сейчас это может оставить ей слишком глубокие и болезненные раны.       Но ей все эти годы не хватало отца в своей жизни. Отношения между дочерью и папой, которые Елизавета наблюдала у своих подруг и знакомых, вселяли в нее чувство зависти, ведь она никогда не испытывала этих эмоций и чувств. А сейчас у нее появляется возможность хотя бы попробовать испытать это. — Ладно я, хорошо, со мной можно попробовать наладить отношения. Но мама занята, у неё есть молодой человек, который, между прочим, даже не в курсе того, что происходит, — задала волнующий её вопрос Лиза. — Снова про этого футболиста… — тяжело вздохнул отец. — Лена рассказывала, что у тебя с ним натянутые отношения, что ты его никак не можешь воспринять, как её молодого человека. Почему сейчас тогда так переживаешь? — Не важно. Я переживаю в целом за личную жизнь мамы, — ушла от ответа девушка. — А тебе Лена не говорила, кем я работаю? — Елизавета нахмурилась и замотала головой. — Психолог. И достаточно квалифицированный, чтобы заметить, как ты начинаешь нервничать на вопросы о Миранчуке. Так было и в прошлый раз, и в этот. Тебе нравится он? — У меня есть молодой человек так-то, — возмутилась девушка. — Я помню. Только ты ведь испытываешь влечение к Миранчуку. Это одно из проявлений симпатии — из ненависти, непринятии. Ненависть — такое же чувство привязанности к человеку. По вот таким ситуациям можно делать выводы о том, что из неё вытекает что-то более существенное. И у тебя вытекло. Не знаю лично его, чтобы говорить о взаимности, но с твоей стороны уже все ставится слишком понятно и прозрачно, — разложил все по полочкам то, в чем самостоятельно пыталась разобраться Лиза.       Многие вопросы для неё сейчас закрылись. Но от этого не стало легче, потому что ситуация только становится тяжелее. Алексей уже признался ей в своей симпатии почти неделю назад, а в себе, видимо, она только сейчас разобралась. — Хорошо. А что по поводу мамы? Кого она любит? Лёшу или Вас? — Не знаю. Тебе стоит поговорить с ней, только на спокойной ноте, потому что я тебе не могу ответить на этот вопрос. Но если у вас с этим футболистом взаимно, то не нужно обманывать ее. Тем более у тебя у самой есть отношения, получается, и парень ходит в обмане.       Разговор уже начал перетекать в ту тему, которую Самойлова не совсем хотела бы обсуждать с человеком, которого вообще не знает. Если им и предстоит наладить эту эмоциональную связь, то уже тогда Лиза может подойти к нему, как к папе, и попросить совета, но точно не сейчас. Но за то Елизавета приняла решение, что нужно поговорить об этом с Миранчуком. Пора расставить все точки над i. Vetochka_sam: Лёш, забери меня, пожалуйста. Это важно.

Давай я налью вина, ты выпей, а я с вокзала,

И с крепким я завязала, а с тобою не суждено…

      На улице уже стемнело и шёл снег, затрудняя видимость. Самойлова стоит у дороги и ждёт Алексея, который написал, что уже подъезжает. С отцом девушка провела ещё некоторое время, пока парень находился на тренировке. Разговор шёл тяжело, но Елизавета старалась откинуть все сомнения и презрения, пытаясь принять, что это ее папа. И на мгновенье это получилось, когда она начала рассказывать об учебе ещё в школе, а теперь универе. Мужчина интересовался ей, поэтому Лиза старалась открыться.       Со свистом колёс гелик останавливается около Самойловой. Елизавета открывает дверь и садится на пассажирское сиденье, сразу же поворачиваясь к Алексею. Парень чуть улыбнулся и снова тронулся с места. — Странно, что ты оказалась практически на другом конце города от своего универа. Егор куда-то так далеко водил? — спросил футболист, смотря на дорогу. — Видимо, придётся это сказать. Я виделась с отцом, — Лёша аж замер и расширил глаза, но после собрался, так как все-таки за рулём. — Я все сейчас расскажу, а как реагировать — решать тебе.       Далее пошёл длинный рассказ, начиная с того, как Лиза ещё в парке видела ту картину с мамой, прям до сегодняшнего дня. Единственное, что девушка упускала, это намерения отца по отношению к матери. Пока нужно выяснить совершенно другое. — Ну, ладно. Я просто не понимаю, где я в этой истории. Это же хорошо, что ты будешь налаживать отношения с отцом, — пожал плечами парень. — Единственное, что мне неприятно, что Лена не рассказывала, да ещё и врала, что на работе. — Лёш, скажи, пожалуйста, ты что-то чувствуешь ко мне? — напрямую спросила Самойлова. — Или тебе просто хотелось развести малолетку?       Теперь у Миранчука пошла вторая волна удивления. Благо они стояли в пробке, поэтому то, что парень отвлекся, не понесло за собой серьёзных последствий на дороге. — Я тебе уже сказал все, по-моему, — тихо ответил Лёша и повернулся к ней. Но Лиза молча смотрела на него, ожидая конкретики. — Да чувствую. Довольна? — Просто влечение или что-то более значимое? — Если бы это было банальное влечение, то я бы давно довёл все до более серьёзного уровня. К чему ты сейчас ведёшь? — К тому, что, кажется, я влюбилась в тебя, — тихо призналась Елизавета.       Но это было признание, в первую очередь, себе. Признание в том, что он смог проникнуть в ее сердце, несмотря на неприязнь в самом начале. Признание в том, что влюблена в парня своей матери. Признание в том, что Егор, как оказалось, и не играет большой роли в ее жизни. Не Миронов вызывает у нее кучу мурашек по телу.       Миранчук видел, что Лиза сама боится этих чувств, потому что она испуганно смотрела куда угодно, только не на него, комкала в руках ткань своей худи и тяжело дышала. Алексей взял девушку за руку и практически заставил посмотреть на себя. Другая его рука переместилась на щеку Самойловой, мягко поглаживая кожу лица, аккуратно касаясь нижней губы. Стоило Елизавете приоткрыть рот от такого тактильного момента, как Алексей целует ее.       Лиза быстро начала отвечать, приподнимаясь со своего места. Поцелуй начал набирать обороты. Он не был нежным, он был с ноткой лёгкой грубости, страсти. Рука девушки зарывается в непослушные волосы футболиста, сжимая их у корней. — Подожди, — она прервала поцелуй. — Тогда я должна рассказать все до конца.

***

      В автомобиле повисла тишина. Каждый обдумывал сложившуюся ситуацию и не понимал, что сказать. Миранчук не ожидал такого поворота, а Самойлова боялась его реакции. Хоть факта измены матери не было, все-таки подробности раскрылись достаточно интересные. — Я не могу утверждать, что мама что-то испытывает к нему, но, видимо, там тоже не все так просто. По крайней мере, отец мне так все разложил, что готов, так сказать, воссоединить семью, — тихо проговорила Елизавета, смотря, как парень нервно стучит пальцами по рулю. — Может скажешь что-нибудь? — А чего говорить? У нас какой-то блять семейный квадрат, — усмехнулся Алексей, останавливаясь у одного из кафе с панорамными окнами, планируя взять там кофе, чтобы хоть немного расслабиться. — Пятиугольник. Ещё есть Егор, — саркастично улыбнулась Лиза и повернула голову к зданию, но ее улыбка вмиг слезла с лица.       Настолько все странно происходит в ее жизни. Влюбиться в молодого человека своей мамы, а после увидеть ее с другим мужчиной, который оказался ее отцом. А сейчас, когда Лёша практически случайно остановился на этом месте, девушка увидела за окном этого самого кафе Миронова. Но не одного, а в компании другой девушки, видимо, той самой блондинки, о которой говорил футболист. Парень сидел с ней на диванчике, обнимая и улыбаясь, а после поцеловал ее в щеку.       Внутри были такие противоречивые чувства. Вроде бы и так понятно, что у Лизы с ним ничего не получится, а с другой стороны — вот так узнать об его обмане… Больно и обидно. И получается, что ещё зря Лёшу обвинила в том, что он врет. — Лёш, прошу, поехали, — неожиданно произнесла Самойлова, беря трясущимися руками свой телефон. — Ты чего? — нахмурился Алексей, не понимая такой резкой смены ее настроения. — В кафе посмотри, — ответила она и уже открыла переписку с молодым человеком. Vetochka_sam: Приятного проведения времени с той блондинкой. Можешь не оправдываться, я вижу вас сейчас собственными глазами. Больше не смей ко мне подходить. Ты мне противен.       Пока девушка быстро набирала сообщение Миронову, постоянно нажимая не на те буквы, Миранчук вглядывался в людей заведения. И, когда его взгляд остановился на Егоре, лишь усмехнулся, мотая головой. Все таки квадрат, ведь этого парня больше нет в жизни Лизы.       И Алексей наконец тронулся с места, чтобы побыстрее уехать отсюда. Чтобы хоть как-то поддержать, парень взял Елизавету за руку, показывая так, что рядом. Он чувствовал ее дрожь, холод, что проходил до кончиков пальцев. Футболист прекрасно понимал ее чувства, ведь когда-то сам находился в подобной ситуации. Только у нее она сейчас была куда сложнее.       И пускай Миранчук тогда яро кричал, что не нужно будет никому плакаться по этому поводу, не может оставить ее одну с этим чувством обиды. Но Лизе даже плакать не хотелось. Просто неприятное ощущение внутри, которое затмевает все.

Мурашки по спине, и курточка на плечо.

На твоих коленях мне даже от холода горячо…

      Уже дома Самойлова сидела на кровати, уткнувшись в плечо Алексея. Ужасное чувство обиды и досады съедало все изнутри. И самое страшное, что девушка не проявляла никаких эмоций. Она просто вдыхала запах тела Лёши и закрытыми глазами пыталась смириться с тем, что не только с ней единственной в мире произошло предательство и что и с этим возможно жить дальше. — Лучше говори. Говори, что на душе, что думаешь, что ощущаешь. Покричи, разбей что-нибудь. Такое спокойное состояние слишком меня пугает, — аккуратно проговорил парень и поднял ее лицо. — Нормально все, — тяжело вздохнула Елизавета и посмотрела в его глаза. — Просто можно было разойтись на нормальной ноте, а не вот так. Лучше бы я не знала ничего, все равно бы из этих отношений ничего не вышло бы. Но все получилось как обычно… — Я мог бы сказать, что я был прав и надо было послушать, но вспоминаю себя в 18 лет, че сам только не творил, — девушка чуть засмеялась и шмыгнула носом. — Ну вот, уже лучше. — Ты поговоришь с мамой? Кажется, уже нет смысла тянуть, когда уже все и так понятно, — Самойлова смотрела в его глаза и пыталась найти там ответ. — Думаю, да, пора уже решить все. Самойловы, вы сводите меня с ума, — проговорил Лёша и уткнулся ей в макушку. — А ты, видимо, нас.       Молодые люди засмеялась, но это больше был истерический смех. Ведь так все необычно выходит. Но успокоившись, они застыли на глазах друг друга, не отрываясь ни на секунду. Первой не выдержала Лиза и резко припала к губам футболиста. Тот немного даже опешил от такого, но вовремя пришёл в себя.       Руки Миранчука легли на талию девушки, переходя к ее бедрам. Решившись, Алексей потянул ее на себя, заставляя сесть к себе на колени, и начал углублять поцелуй. Самойлова обняла ладонями парня за шею, притягивая к себе ближе, и выгнулась в спине, ощущая его руки на своем теле, которые начали поднимать ее худи. Лёша перешёл поцелуями на нежную кожу шеи, от чего Елизавета громко выдохнула, ощущая приятные мурашки по телу.       Ей хотелось этого, но присутствовал страх. У неё ещё никого не было в постели. С Егором у них так и не дошло до этого, хотя один раз они были близки. Отец Миронова вернулся раньше с работы, что заставило пару оторваться друг от друга и не совершить то, на что они уже почти были готовы.       И вот сейчас она сидит на коленях уже опытного парня, который явно знает, что и как лучше в этом деле. Но это не меняет того факта, что первый раз всегда волнителен для любой девушки.       Миранчук начинает стягивать кофту с тела Лизы, оставляя ее в лифчике. Девушка сдавленно стонет, когда чувствует мокрые губы на своих ключицах. «Так приятно» — пронеслось в ее голове. — Лёш, — прошептала Самойлова, но не отрывала его от дела. — У меня никого не было.       Молодой человек резко остановился и поднял свои глаза на неё. Видит, как она волнительно кусает губы и смотрит с неким страхом на него. — Если ты не готова, то я понимаю, — спокойно ответил Лёша, хотя внутри творился ураган из чувств. — Нет, я готова и хочу. Просто будь аккуратнее.

А как же мне не везло до встречи с тобой, прости,

Учи меня мудрости, не делай другим назло…

      Это стало неким звоночком для Алексея, который вновь начал целовать открытые участки ее тела. Самойлова сама уже полезла под его футболку, оглаживая еле заметные кубики пресса. Набравшись смелости, Елизавета стягивает с него вещь и проводит ладонями по сильной груди.       Не отрываясь от своего дела, футболист расстегивает застежку нижнего белья и откидывает его в сторону. Лицо девушки вмиг заливается алой краской, ведь прежде она никогда ни перед кем не была в таком открытом виде. Парень начинает оставлять аккуратные поцелуи на ее груди, стараясь не напугать ещё больше. — Не стесняйся. У тебя красивое тело, — прошептал Миранчук и начал ее подталкивать на поверхность кровати. — Минута. Я сейчас приду.       Оставив Самойлову лежать на кровати, Лёша вышел из комнаты. Тяжело дыша, Елизавета смотрела в потолок и думала о том, что все точно должно пройти хорошо. Он ведь должен знать, как действовать в таком случае?       Алексей быстро вернулся обратно, держа в одной руке блестящий квадратик из фольги. Сев на кровати на колени, парень поцеловал верх животика Лизы и начал расстегивать пуговицу на ее джинсах. Невольно девушка сжала в руках одеяло, понимая, что все близится к тому самому моменту.       Хватило буквально пару минут, чтобы молодые люди полностью остались без одежды. Самойлова боялась даже опустить взгляд, пока футболист разбирался с презервативом. Но все же интерес поборол страх, и глаза сами посмотрели на его тело. Она нервно засмеялась, пытаясь скрыть свое смущение. — Все будет хорошо. Ты доверяешь мне? — спросил Миранчук, гладя ее волосы. — Да, я доверяю тебе, — кивнула Лиза.       Одна секунда, и она чувствует неприятное тянущее ощущение внизу живота. Из губ невольно вылетает болезненный стон, но Алексей быстро прерывает его поцелуем. Не двигается, дает время привыкнуть и отпустить эту боль. Замечая, что девушка более менее расслабилась, Лёше начинает медленные движения, при этом оставляя мокрые поцелуи на скулах, щеках, шее.       Но через время Елизавета уже сама задвигала бёдрами ему в такт, громче выпуская стоны удовольствия. На лице уже появляется улыбка от приятных ощущений. Руки обвивают сильные плечи, опускаясь к предплечьям.       Движения становились быстрее и жёстче, а стоны все громче. Именно сейчас Лиза ощутила весь кайф процесса и перестала стесняться. Из-за своих же стонов и тяжёлого дыхания Миранчука она уже не слышала вибрацию своего айфона, что лежал на столе. Егор уже который раз набирает девушке в надежде объясниться. Только пока не знает, что сегодня вечером ему никто так и не ответит.

Но ты же видишь, какая я,

Не как они, и может быть даже зря.

По себе сама, по тебе с ума

И при всех не такая, с другими плохая…