Узник

Мгновение спустя он оказался рядом с девушками, склонился над животом Насти и схватил её за бёдра. Опустился совсем близко, провёл носом по её киске, интенсивно вдыхая: ⁃ Ммм, этот запах опьяняет меня, - промычал он. Громко чмокая, он стал вылизывать её. Быстро. Жадно. Слюни стекали по его подбородку. Его руки всё крепче сжимали её бёдра, ногти всё сильнее впивались в нежную тонкую кожу. Его ногти… Огромные от продолжительного отсутствия обработки, местами обломанные, обгрызанные… Они оказались в ней. Пальцами он елозил туда-сюда, когти царапали её изнутри. Насте хотелось кричать, но тряпка, закрывающая рот, не давала ей этого делать. Нина играла с грудью девушки: мяла её, теребила сосочки. Вдруг Настя почувствовала резкую боль, а через мгновение заметила разливающуюся по своим рёбрам кровь: Нина провела лезвием по коже шатенки, чётко очертив нижнюю границу её правой груди. Запах железа заставил Женьку оторваться от сладкой киски юной шатенки. Он принялся слизывать с неё кровь. ⁃ Дай же и мне попробовать, - усмехаясь, проговорила Нина. В её голосе промелькнула нотка восторга. Узник мигом слизнул с рёбер девушки внушительную порцию крови, смешал её со своей слюной и через нежный и чувственный поцелуй передал этот коктейль Нине. ⁃ Анастасия, Вы неповторимы. Но хорошего понемножку… Пора заканчивать с ней, - с восторженного её голос сменился на холодно спокойный. ⁃ Можно ещё немного поиграть? Пожалуйста! - казалось, Женьку очень возбуждала перспектива подольше помучить девушку. Нина молча кивнула, нежно положила девушку на пол, а сама поднялась и вышла в соседнюю комнату. ⁃ Теперь ты только моя, - прорычал парень. Настя уже не могла кричать: каждая клеточка её гортани невыносимо ныла. У девушки совсем не осталось сил, кажется, она была готова смирно принять эти муки. Она закрыла глаза, сильно сжала веки и выдавила из себя несколько слёз. Женька набросился на неё, словно изголодавшийся. Он резко вошёл, вызвав у мученицы непроизвольный стон. Ей было больно. Снова. Очень больно. Он оказался огромным. Настолько, что, казалось, рвал её изнутри. Или не казалось: с каждым движением царапины, оставленные его когтями, становились всё больше. В Насте было тепло и мокро. То ли она имела мазохисткие наклонности, то ли царапины внутри неё превратились в глубокие раны, обильно смазывая её кровью. Девушка не кричала. Она вся напряглась, плотно стиснув зубы. Из её глаз градом падали слёзы. Цепь на его шее невыносимо гремела, а он всё прибавлял темп. Ещё и ещё. Каждая секунда казалось шатенке вечностью… С каждым толчком ей думалось, что больнее быть уже не может… В комнату вернулась Нина. Окинув быстрым взглядом происходящее, она ухмыльнулась.