кто будет сторожить самих сторожей

Ян спокойно пьет кофе — размеренный утренний ритуал. Короткий кусочек дня, в который он предоставлен только себе и своим мыслям, а не всему Петербургу, чьи проблемы нужно срочно решать, поэтому Яну нравится его смаковать. Медленно наслаждаться. За окном вдруг темнеет, тучи накатывают на солнце, и Ян недовольно жмурится, как кот, который вдруг обнаружил, что теплое световое пятно на нагретом линолеуме куда-то переползло. Чуть встревоженнее он выглядит, когда под самым потолком распахивается пролом — брешь между мирами, из которой дышит холодом. Раздается странный скрежещущий звук, и на пол кухни валится какой-то визжащий комок переплетенных щупалец… только для того, чтобы следом из бреши сиганул Корак, вонзивший дымящийся мраком клинок куда-то в середину мерзкой твари. Плиту окатывает фиолетовой кровью, и ненадолго становится тихо, пока взъерошенный Корак не выглядывает из-за стола, криво ухмыляясь. — Эй, надеюсь, вы по мне соскучились? Извиняй за беспорядок, я нанялся убить пару этих уебищ, но… в общем, ткань мира немного истончилась. И вот я здесь! За окном распахивается еще с десяток брешей, сквозь которые вываливаются чудовища из иного измерения. Где-то там грохочет зарождающаяся гроза, быстро завоевывает недавно чистое светлое небо. «Сейчас придет Войцек и будет шутить про тентакли, Бездна, спаси меня от этого», — обреченно думает Ян, прикрывая глаза. Утро только начинается. От кофе, как и от его терпения, остается несколько глотков.