Весенний ветер

      Уже почти месяц Шэнь Цяо находился в Чанъане, его дни были наполнены работой и заботами строящегося храма, а ночи были наполнены Янь Уши. Усадьба в торговом квартале стала их уютным гнёздышком, в котором они наслаждались друг другом каждую ночь. Утром они проводили совместную тренировку, благо размер поместья позволял им использовать прилегающий к дому участок в качестве тренировочной площадки, а потом Янь Уши всегда готовил им завтрак на двоих в одной тарелке, это стало их маленькой традицией.       Сегодняшнее утро тоже началось с завтрака, пока Янь Уши колдовал у плиты, Шэнь Цяо в полном умиротворении сидел рядом, наблюдая за тем, как Янь-лан нарезает овощи, добавляет специи. Движения его рук вводили Шэнь Цяо в какое-то подобие лёгкого транса, он не мог оторвать от них взгляд, а в его сердце в это время царили радость и полное спокойствие. Наконец, завтрак был положен в их общую тарелку и Янь Уши поставил ее перед Шэнь Цяо, передав ему палочки для еды. -Приятного аппетита, А-Цяо!       Шэнь Цяо ему улыбнулся и принялся за еду. Янь Уши же, присев рядом и взяв свои палочки, не спешил присоединиться к нему, и вместо этого задумчиво смотрел на Шэнь Цяо. Шэнь Цяо заметил, что Янь Уши ведёт себя как-то необычно и спросил: -В чем дело, Янь-лан? Что-то случилось?       Янь Уши ему мягко улыбнулся и ответил: -Да, случилось, я понял, что не могу без тебя жить.       Шэнь Цяо удивлённо взглянул на него. –К чему ты это говоришь?       Взяв его за руку, Янь Уши медленно поднял ее к своим губам и нежно поцеловал его ладонь.       В глазах Шэнь Цяо заискрился смех: – Глава Янь, я не узнаю вас.       Внимательно взглянув на него, Янь Уши внезапно произнес: –А-Цяо, как ты смотришь на то, чтобы мы стали супругами?       Шэнь Цяо потрясённо замер. Не позволяя ему возразить, Янь Уши продолжил: -Понимаешь А-Цяо, ты слишком красивый и мягкий. Когда я вижу, как другие люди смотрят на тебя, ловя каждый взгляд, постоянно требуют твоего внимания, как ты с ними бесконечно добр и они все просто обожают тебя, я не могу сдержаться. Мне хочется навеки спрятать тебя на самой высокой горе, запереть на сто замков, чтобы ты принадлежал только мне. Ты только мой, А-Цяо, и я хочу, чтобы все остальные тоже знали об этом.       Накрыв его руку своей, Шэнь Цяо произнес: –Янь-лан, тебе не стоит беспокоиться об этом. Я буду рядом с тобой столько, сколько тебе нужно…– его голос слегка дрогнул и он отвёл взгляд.       Заметив это, Янь Уши уверенно взял его за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза: –А-Цяо, мне нужна вечность...       Глаза Шэнь Цяо заблестели: –Ты уверен? –На меньшее я не согласен...       С этими словами Янь Уши склонился к губам Шэнь Цяо и приник к ним поцелуем, стараясь вложить в него всё то, что чувствовал в этот момент–любовь, нежность и своё страстное желание неразделимо обладать этим самым прекрасным человеком в его жизни. Голова Шэнь Цяо закружилась, каждая клеточка его тела прочувствовала и поняла искренность тех чувств, которые Янь Уши вложил в этот поцелуй.       Янь Уши прошептал ему в губы: –Так что скажешь, А-Цяо, ты поклонишься со мной перед небом и землёй?       Шэнь Цяо чуть отстранился и ещё раз внимательно вгляделся в этого человека рядом с ним, ловя свое отражение в его глазах. –Хорошо, я согласен. –Отлично,–глаза Янь Уши залучились удовольствием.       Теперь, когда его цель была достигнута, он вспомнил, что они так и не успели поесть. –Давай, А-Цяо, завтрак остывает.       После этого он подхватил палочками для еды мясной шарик с их общей тарелки и поднес ко рту Шэнь Цяо. –Открой рот, будь умницей.       Шэнь Цяо подчинился. Когда с завтраком было покончено, Шэнь Цяо сказал: – Мне пора возвращаться в храм, сегодня должны привезти ещё некоторые материалы для строительства, нужно проследить за этим.       Вернувший себе хорошее настроение Янь Уши на миг задумался, а затем в его глазах появились хитринки, словно он задумал какую-то шалость. –Я пойду с тобой, но по дороге мне нужно кое-куда зайти за некоторыми покупками. –Хорошо,–кивнул Шэнь Цяо.       Собравшись, они вышли на улицы торгового квартала, пешком они направились мимо множества лавок, практически, к центру города в район, где строился даосский храм. По дороге Янь Уши заскочил в одежную лавку, вернувшись из нее со свертком, обернутым в кусок ткани, а через некоторое время в таверну, которая находилась на первом этаже одной из гостиниц. Шэнь Цао лишь услышал негромкое постукивание глиняной посуды из рукавов его ханьфу.       Шэнь Цяо не спрашивал Янь Уши, что за покупки он делал в таких странных местах, если Глава секты Хуаньюэ что-то задумал и не хотел об этом говорить, бесполезно было пытаться что-то у него узнать. Шэнь Цяо лишь заметил, что с каждой покупкой глаза Янь Уши становились все хитрее, а ухмылка всё довольнее.       Вскоре они пришли к возводящемуся храму секты Сюаньду. Зайдя в ворота, можно было заметить, что перед ними раскинулась большая строительная площадка, наполненная шумом и гомоном.       Завидев двух величайших мастеров боевых искусств, глав секты Сюаньду и Хуаньюэ, рабочие на площадке глубоким поклоном приветствовали их, пока они с Янь Уши продвигались к центру храмового комплекса. По дороге им встретился один из старших учеников, из тех, которые приехали с Главой Сюаньду.       Заметив Шэнь Цяо и Янь Уши вместе этим утром, юноша слегка смутился, близкий круг Шэнь-даочжана знал, что тот, практически, не ночует на территории храма, слухи ходили разные, однако, глубоко уважающие и любящие своего Главу ученики и старейшины старались не обращать на сплетни внимания. Придав себе достойный вид, ученик направился к ним.       Поприветствовав мастеров, как положено ученику, юноша обратился к Шэнь Цяо: –Шэнь-даочжань, центральный храм практически готов, осталось только завершить внутреннюю отделку и установить украшения. Вы можете пойти и осмотреть здание.       Шэнь Цяо кивнул: -Спасибо, Ли Нянь, я так и сделаю.       С этими словами Шэнь Цяо направился к центральному храму, Янь Уши следовал за ним. Войдя в храм, они заметили, что тот, действительно, уже практически готов, украшений и статуй ещё не было, но центральный алтарь был уже установлен. Они оказались здесь единственными присутствующими, все остальные рабочие и ученики были заняты на других площадках.       В этот момент, Янь Уши обошел храм по периметру, осмотрелся и убедился, что здесь они были совершенно одни. Шэнь Цяо заметил, что взгляд Янь Уши после этого действия стал абсолютно довольным и на его лице расцвела улыбка. Завернув в одну из боковых ниш возле центрального алтаря, Янь Уши освободил свои карманы, доставая купленный свёрток, сосуд вина и две небольших чаши. –А-Цяо, подойди сюда, –позвал он Шэнь Цяо.       Подойдя к нише, Шэнь Цао замер на месте, его глаза расширились, когда он понял, что в развернутом свертке, купленном Янь Уши, находились два ярко-красных свадебных наряда с вышитыми фениксами и драконами, и длинная красная лента. Шэнь Цяо перевел на Янь Уши непонимающий взгляд. Янь Уши расхохотался и привлек Шэнь Цяо к себе. –А-Цяо, я удивил тебя? Я хочу совершить нашу свадебную церемонию прямо сейчас.       Шэнь Цяо сглотнул, пытаясь избавиться от сухости в горле, и ошеломленно спросил: –Прямо здесь?       Снова рассмеявшись, Янь Уши взял его за руку, а другой рукой погладил его по щеке. –А почему нет? Здесь только мы с тобой, алтарь есть, все необходимое для церемонии я купил по дороге, что нам может помешать? Или мой А-Цяо хочет большой праздник с множеством гостей?       Немного придя в себя, Шэнь Цяо нахмурил брови и спросил: –Так вот почему ты хотел пойти со мной? Ты ещё во время завтрака это всё спланировал?       Янь Уши прикоснулся пальцами к его лицу и нежно поцеловал его в губы. –Конечно, это же так весело, и кроме того, я ещё утром сказал тебе, я не могу без тебя жить. Хочу, как можно быстрее, заявить на тебя свои права. – Тебе не кажется, что это несколько поспешно? – А-Цяо, я не хочу тратить время впустую, кроме того, ты ведь уже дал своё согласие, так зачем ждать?       После этих слов Шэнь Цяо нечего было ответить.       Увидев, что возражений больше нет, Янь Уши передал Шэнь Цяо одно из купленных одеяний. Они помогли друг другу одеться, после этого Янь Уши направился к алтарю, держа в руках красную ленту, две чаши и сосуд с вином. Наполнив чаши, он отставил их в сторону, а затем сделал две скользящих петли на красной ленте. Шэнь Цяо молча наблюдал за его манипуляциями, он не мог поверить в то, что они сейчас собирались сделать. Закончив с лентой, Янь Уши поднял правую руку Шэнь Цяо и накинул на нее петлю, слегка затягивая её, вторую петлю набросил на свою левую руку. Так они оказались связаны друг с другом длинной красной свадебной лентой.       Во взгляде Янь Уши, направленном на Шэнь Цяо, появилась нежность и заплясали яркие искорки. –А-Цяо, прошу тебя совершить со мной этот свадебный обряд.       После этих слов он встал на колени, потянув за собой Шэнь Цяо, мужчины опустились на каменный пол перед алтарем.       Встретившись взглядами, и прочитав в глазах друг друга все обещания и клятвы, которые они готовы были друг другу принести здесь и сейчас, мужчины повернулись лицом к алтарю. Каждый из них сложил свои ладони в обрядовом жесте, они подняли руки на уровень груди, натягивая соединяющую их красную ленту, и совершили первый поклон–поклон небесам, второй поклон– поклон земле, повернувшись друг к другу, они почувствовали, как воздух вокруг них закрутился и зазвенел. Двое мужчин, соединённые красной лентой, были переполнены эмоциями, их сердца забились в унисон, а две души, устремляясь навстречу друг другу, сплелись в одну. –Шэнь Цяо, –торжественно произнес Янь Уши,– здесь и сейчас, перед небесами и землёй, я обещаю любить тебя в каждой из моих жизней, нынешней и будущей, пока этот мир не рассыплется и мы не исчезнем в вечности.       У Шэнь Цяо от этих слов сбилось дыхание. Янь Уши смотрел на него, и в его глазах полыхал огонь, Шэнь Цяо почувствовал, как в этом огне сгорают все его страхи, пережитые беды, и испытанная за эти годы боль. Душа Шэнь Цяо запела, он ощутил необычайную лёгкость и повторил за Янь Уши: –Янь Уши, здесь и сейчас, перед небесами и землёй, я обещаю любить тебя в каждой из моих жизней, нынешней и будущей, пока этот мир не рассыплется и мы не исчезнем в вечности.       Взгляд Янь Уши не отрывался от Шэнь Цяо, услышав повторенные слова, он лишь на миг резко вздохнул и улыбнулся.       Третий поклон–друг другу.       После этого Янь Уши взял ранее отставленную чашу с вином и передал ее Шэнь Цяо, вторую поднял сам.       Группа рабочих тянула в центральный храм позолоченную статую Нефритового Императора, двое старших учеников секты Сюаньду приглядывали за процессом. Открыв двери в храм и пройдя некоторое расстояние, группа людей резко остановилась. Пока те, кто шел сзади пытались докричаться до тех, кто шел спереди, пытаясь выяснить, в чем причина задержки, стоявшие впереди люди, уже успевшие вступить в храм, застыли на месте в глубочайшем потрясении. Перед собой они увидели необычайную, ошеломительную картину. Всем известные в Поднебесной мастера мира боевых искусств даочжан Шэнь Цяо и глава демонической секты Янь Уши в ярко-красных свадебных нарядах, с руками, соединёнными красной лентой, обменивались чашами с вином, стоя на коленях у ещё не украшенного храмового алтаря.       Наблюдающие эту сцену люди, не могли поверить своим глазам. Никто не мог произнести ни слова. Тем временем, те, кто находился сзади, наконец протиснулись вперёд, с шумом и руганью, но увидев то, что открывалось их глазам, они тоже застыли в полном изумлении.       Разумеется, двое у алтаря заранее почувствовали, что к храму направляется множество людей, однако, проводимый ими обряд, был слишком важен для обоих, поэтому, когда в глазах Янь Уши заплясали искорки от того, что сейчас должно было произойти, Шэнь Цяо лишь немного покраснел и смущённо улыбнулся.       Когда изумленная толпа ввалилась в храм, мужчины не спеша завершили обряд, и лишь потом с достоинством поднялись, повернувшись к людям лицом. Весь их облик являл собой такое благородство и уверенность в своей силе и праве делать всё, что они посчитали бы нужным, что любой из зрителей, кто захотел бы съязвить по поводу того, что увидел перед собой у алтаря в этом храме, просто не смог бы произнести ни слова от ощущения своей ничтожности перед этими великолепными, так похожими сейчас на демона и небожителя мужчинами.       Стоя рядом с Шэнь Цяо, со всё ещё связанными красной лентой запястьями, Янь Уши вдруг взмахнул рукой, словно актер на сцене, как будто приветствуя людей, стоявших перед ними и произнёс: –Достопочтенные судари, мы с даочжаном Шэнь Цяо бесконечно благодарны вам за посещение нашей скромной церемонии, и с удовольствием примем все ваши поздравления, но несколько позже. К нашему большому сожалению, мы вынуждены сейчас покинуть вас, поскольку нас ждут срочные дела. Поэтому позвольте откланяться.       Когда Янь Уши с достоинством перехватил рукав праздничного ханьфу Шэнь Цяо, подхватив их немногие вещи, оставленные ранее в нише, и потянул его на улицу через боковую дверь, Шэнь Цяо едва сдерживал, так и норовивший вырваться из него смех. В одно мгновение, перед все ещё не смевшей произнести ни слова толпой, промелькнули две неясные тени и в следующее мгновение двое мужчин исчезли, оставив после себя только две не до конца осушенные свадебные чаши у алтаря.       Выскочив на улицу, Янь Уши мгновенно обхватил Шэнь Цяо за талию и используя цингун, они запрыгнули на ближайшую крышу, со скоростью летящей стрелы они перелетели несколько зданий и опустились на заднем дворе одного из гостевых домов прихрамовой территории. Не в силах больше сдерживаться, мужчины расхохотались. Повлияло ли так на них пригубленное во время обряда вино или просто абсурдность ситуации, но двое ещё долго не могли перестать смеяться. Наконец, они смогли перевести дух и, встретившись взглядами, заключили друг друга в объятия. Оставив лёгкий поцелуй на волосах Шэнь Цяо, Янь Уши негромко произнес: –Мой А-Цяо, я бесконечно счастлив сегодня, ведь теперь ты принадлежишь только мне и весь остальной мир скоро узнает об этом.       Шэнь Цяо поднял на него свои дымчато-серые глаза, словно наполненные светом, и ответил: –Мой Янь-лан, ты такой глупый, я всегда принадлежал тебе, с дня нашей первой встречи...       Красная лента легко развевалась на их руках, связывая две души невидимой нитью для одной общей жизни...