Тайное желание

— Куда ты тащишь меня, Гермиона? — Подожди, Гарри, сейчас сам все поймешь. Вода еще капала с мокрых тел, въедаясь темными пятнами в бордовый ворс ковра. Девушка не дала парню даже пары секунд, чтобы хотя бы обтереться полотенцем, или воспользоваться палочкой. Буквально вытащила Гарри из бассейна и теперь вела за руку по коридору отеля. Сбит с толку, если не больше. Все началось с письма. Каждый из них получил такое около месяца назад. Простой конверт бежевого цвета с сургучной печатью, буквы с вензелями. Внутри приглашение на свадьбу Драко и Джинни. И колдография, на которой они были невозможно влюблены и счастливы. Библиотека Малфоев, Драко в черной рубашке и брюках, обнимает за талию и смотрит в глаза рыжей Джинни в изумрудном платье, выгодно подчеркивающем высокую грудь и тонкую талию, длинный шлейф стелется по дубовому полу. Они не могут оторвать взгляд друг от друга даже ради колдографии, он наклоняется к ее уху и что-то шепчет, она улыбается и чмокает его в губы. Молли должно быть истратила все носовые платки в доме, любуясь на эту идиллию. Но Гарри не разделял ее восторга. А Гермиона и вовсе была раздавлена этой новостью. Гарри и Джинни расстались довольно давно. По сути, кроме шестого курса ничего и не было. Несколько поцелуев и решение остаться друзьями. Гермионе было больнее. Она с 5 курса встречалась с Драко. Скрывала отношения от друзей, безумно переживала за их реакцию, если они узнают. А после войны, в тот последний год в Хогвартсе, они открыто объявили о своих отношениях. И девушка была счастлива как никогда. Казалось, на этот раз ничего не может разрушить ее счастья. Если бы не выпускной. Макгонагалл поручила организацию праздника Блейзу Забини и Луне Лавгуд. И эта чудачка решила, что будет здорово, если пару на вечер определит лотерея. Как в детской игре в фанты. И Джинни выпало идти с Драко. Гермиона сперва отнеслась к этому с юмором. Лучшая подруга и любимый человек наконец-то лучше узнают друг друга, забудут о вражде, и возможно, даже подружатся. Звучало вдохновляюще, почти как мечта. Но все покатилось в тартарары, когда оказалось, что у них до безумия много общего. Квиддич, музыка, книги, они с полуслова понимали друг друга, позабыв о том, что обещали провести вечер вчетвером с Гермионой и Невиллом, который сопровождал ее на выпускной. А после и вовсе пропали. И все было бы не так трагично, если бы через пару часов после начала бала, Гермиона не отправилась искать своего парня и лучшую подругу. И не застукала бы их целующимися прямо за дверями большого зала. Этот вечер изменил все. Гермиона смогла простить Джинни, ведь прекрасно понимала, что это не она бросилась на шею Малфоя. Уж очень хорошо его знала. Многое слышала о его похождениях, часто ревновала к Пенси и Астории. Но вот так нагло соблазнять ее лучшую подругу — это было слишком. Его она до сих пор не простила. Какое-то время Джинни и Драко не общались. А через пару лет, когда все было забыто, как страшный сон, они снова встретились на одном приеме. Она — талантливый охотник одной из лучших команд, он — благородный меценат, вступивший на путь очищения фамильной репутации. Лед и пламя. Слово за слово, бокал за бокалом, и вот уже расстояние между ними начало сокращаться, воздух вокруг нагрелся настолько, что начал плавиться, длинные рыжие волосы пускали искры и били током, заряжая молнии в серых грозовых глазах. И желание растаять в объятиях друг друга стало настолько нестерпимым, что первый оргазм настиг Джинни прямо под одним из длинных столов, накрытых скатертью до пола. Совсем не аристократично. Так грязно и неправильно. Так опасно и возбуждающе. Ночь они провели вместе. Через неделю Драко сделал предложение. И Джинни согласилась, не задумавшись ни на секунду. Они разослали приглашения на свадьбу. Разбив едва зажившее сердце Гермионы. За неделю до грандиозного события влюбленные устроили вечернику для друзей. Отель с шикарным бассейном и изысканной кухней. Все только для них. Многие прибыли парами. Но не Поттер и Грейнджер. А потому весь прошлый вечер они провели вдвоем, стараясь избегать будущих молодоженов и вспоминая, как им хорошо вместе. Вино и романтическая атмосфера заставляли окончательно забыть о боли разбитого сердца, поддаться воле случая, увидеть в хорошем друге нечто большее, и возможно, найти утешение в его объятиях. Гермиона поддавшись минутному порыву, на прощание поцеловала Гарри в щеку, но тот притянул ее к себе и оставил легкий поцелуй на ее губах. А затем одарил ее долгим взглядом в глаза, заставляющим понять, что он готов попробовать зайти дальше. Основная вечеринка должна была состояться вечером. А пока ребята отдыхали у бассейна. Почти обнаженные, в одних купальниках и плавках, они наслаждались прохладой, играли, брызгались как дети. Но случайные касания обжигали кожу, не давая забыть о том, что они давно не дети. Гарри не мог отвести глаз от Гермионы в черном бикини, подчеркивающем стройную изящную фигуру. Гермиона невольно заглядывалась на Гарри в бордовых купальных шортах. Кажется, он подкачался после школы, и уже не был тем тощим очкариком. Теперь перед ней стоял обалденный молодой мужчина с пронзительными зелеными глазами. С такими глазами он должен был колоть преступников на раз. И если уж не взгляд, то эти руки, сильные, с венками. Она заметила это, когда он поднимал ее на плечи, как делали другие пары, чтобы поиграть в игру, напоминающую волейбол, но только с квоффлом, прямо в бассейне. А после… После ее ягодицы плотно прижимались к его плечам, а его шея была прямо между ее ног. Должно быть он почувствовал, как жарко ей стало. Пытаясь отбить квоффл, она качнулась на его плечах, вжимаясь в него еще сильнее. По клитору будто прошелся разряд тока. Она слишком давно была одна. А Гарри стал слишком великолепен. И слишком близок. Непозволительно. Она не выдержала, и решила поддаться порыву. И предложить то, о чем прежде боялась думать. Он ведь просто друг. Но думала. Много и часто. — Дай мне минуту — Гермиона завела Гарри в свой номер, растерянно огляделась по сторонам, и, найдя взглядом небольшую сумку возле шкафа, поспешила взять ее в руки, — можешь пока открыть вино, — предложила девушка, скрываясь за дверью в ванную комнату. — Хорошо, — ответил Гарри закрывающейся двери. На круглом столике в углу комнаты стояла ваза с фруктами, корзинка с сыром, пара бокалов и бутылка белого вина. Выхватив палочку из кобуры, привязанной к бедру, Гарри взмахом откупорил бутылку и разлили вино по бокалам. Вообще то он не очень любил вино. Но перечить девушке не стал. Слишком необычно и неожиданно все было. Хоть и невероятно желанно. Затем, он сел на кровать, снял кобуру с ноги и положил на тумбочку. Тут дверь распахнулась и навстречу парню вышла Грейнджер в длинном белом пушистом халате. Лицо ее было почти таким же белым от волнения. Что же она задумала? Еще минуту назад парень был готов поклясться всем своим наследством, что она хотела соблазнить его, и собирался образумить девушку, убедить, что многолетняя дружба важнее случайного поцелуя. Но этот банный халат явно не укладывался в концепцию соблазна. На секунду он выдохнул, что неприятного разговора не будет. Но тут Гермиона быстро подошла, очень близко, и опустилась на колени между разведенных ног Гарри. Дыхание перехватило. Ее руки скользнули по его бедрам. Плавно, с легким нажимом, от коленей и выше. Глубокий вдох, выдох обжег грудь ошеломленного Гарри. Он не ошибся. Но… Она же его подруга. Та самая Грейнджер. — Что ты делаешь? — воскликнул в недоумении Поттер. Гермиона надавила руками, не давая ему вскочить, и практически прижалась к нему. Она начала быстро шептать куда-то чуть ниже его правой ключицы, так как, стоя на коленях, не дотягивалась до уха. Не давая времени себя перебить или задуматься. — Послушай меня, Гарри, — собственное дыхание отражалось от подтянутого торса, перемешивалось с его жаром и обжигало, — я знаю, это покажется тебе бредом. Но дай мне объяснить, — она не смотрела в глаза, слишком смущалась того, что собиралась предложить. Запнулась. Секундное молчание, чтобы сделать новый вдох и жаркий выдох. Дыхание Гарри перехватило, он ошеломленно сидел, будто зачарованный под ее руками, вслушиваясь в каждое слово. — Я знаю, как ты устаешь, как хочется расслабиться, выпустить весь пыл, все эмоции, что вынужден подавлять в себе каждый раз, пересекая порог министерства, — ее руки переместились на живот и скользнули выше, — знаю, как тяжело душить в себе гнев и обиду глядя на… — она недоговорила, осеклась, чувствуя, как от одной мысли пощипывает в носу, а мышцы парня под ее руками напрягаются, — Я чувствую то же самое! И, Мерлин, ты бы знал, как я устала за все эти годы. Стараться быть лучшей во всем, все планировать, контролировать каждую мелочь в своей жизни, быть хорошей девочкой, доказывать снова и снова, что я достойна магии. Я так хочу хоть раз отпустить этот треклятый контроль и довериться кому-то. Гарри, кому я еще могу доверять, как не тебе? Давай забудем обо всем, и хоть раз сделам то, что хочется нам? Я хочу стать твоей сегодня. Раствориться в тебе без остатка. Я буду послушной, обещаю, я сделаю все, что ты пожелаешь, — ее губы были все ближе, — пожалуйста, Гарри, позволь мне! Прошептав свою просьбу, она коснулась его кожи, оставляя влажные поцелуи на ключице. Гарри, прикрыл глаза, растворяясь в чувствах и ища аргументы, чтобы вразумить пять-минут-назад-еще-подругу. Но все его «нет» таяли под ее губами. Как хотелось поддаться соблазну, поднять её, уложить на кровать, как мечтал ночами на третьем курсе, и сделать с ней все то, о чем даже не осмеливался мечтать на седьмом. — Гермиона — прошептал он, собирая волю в кулак, — что ты творишь? — Я хочу, чтобы ты забыл обо всем и трахнул меня — ответила она, глядя ему в глаза. Слова оглушили. Слышать такое от давней подруги, от правильной и занудной Гермионы Грейнджер было дико. И безумно возбуждающе. И пока Гарри искал, что ответить, девушка встала с колен, отошла на шаг назад и одним движением скинула пушистый халат на пол. Под ним было невероятно сексуальное черное белье. Первым Поттер заметил стрепы. Тонкие шелковые ремешки, переплетающие тело девушки на манер портупеи. Они очерчивали полную грудь, обхватывали под грудью, опоясывая несколько раз до талии. Затем кружевной пояс, и ремешки опускались ниже черными стрелками до самых бедер, где кружили вокруг ноги. Черная сетка белья выдавала все тайны. Соски выступали горошинами, ореолы просвечивали сквозь ткань, а на треугольнике трусиков можно было явно заметить складку половых губ. На шее красовался такой же черный шелковый чокер. Девушка распустила пучок, волосы непослушными волнами упали на плечи и скатились ниже почти до талии. Это заставило Гарри на секунду перевести взгляд и заметить, что за спиной Гермионы было зеркало. В котором он прекрасно видел ее попу, круглую, сексуальную, с тонкими ниточками стринг, соединенных прозрачным треугольничком черной сетки, и перекрещенную ремешками портупеи. — Ты нереальная, — восторженно прошептал Гарри, невольно одергивая шорты. Грейнждер дала другу минуту, насладиться видом, прежде чем подошла ближе и снова опустилась между его ног, заприметив набухший бугорок на купальных шортах. Он оценил ее образ. «Надеюсь, теперь будет проще уговорить его», — пронеслось в ее голове. Наивная. Он и сам не раз был готов забить на их дружбу и сделать первый шаг. Но она так убивалась по этому подонку Малфою, что Гарри просто не решался из уважения к ее чувствам. А теперь, когда она сама упорно шла в его объятия, забыв про все условности и наплевав на возможные последствия… Да, он был рад таком раскладу! Зеленые глаза сверкнули. — Значит, все, что я пожелаю? — Да, сэр, — с ухмылкой протянула она. — Это ты зря, — он коварно улыбнулся в ответ, и схватив ее за волосы, оттянул назад. Ее сердце сделало кульбит, — не дразни меня, Грейнджер. Едва она раскрыла рот, чтобы что-то ответить, как он накрыл ее губы поцелуем, сразу врываясь языком. Нежный, но требовательный, он ласкал ее язык. Девушка попыталась перехватить инициативу, и, облизав нижнюю губу Гарри, слегка прикусила и оттянула. Он хищно улыбнулся и потянул волосы еще ниже, заставляя прогнуться в спине. — Гарри — протянула она на выдохе, испуганно посмотрев в его глаза. Он молча отпустил волосы девушки, завел руки ниже подмышек и поднял ее, усадив на колени. Гермиона послушно развела ноги, опускаясь на бедра парня, не разрывая зрительного контакта, будто чувствуя, как сильно это возбуждает Поттера. Они снова начали целоваться. Он дал ей возможность насладиться своим положением. Его руки жадно гладили ее спину, слегка сжимая кожу. Ее руки скользили по его плечам, шее, зарывались в непослушные волосы. С каждой секундой им становилось жарче, и дышать становилось сложнее. Громкий выдох со стоном и резкий короткий вдох. Гарри это заводило. Она была сладкой и пахла летом. Но ему хотелось большего. Его руки скользнули ниже к ягодицам, под шелковые ремешки, смяли их, заставляя девушку чуть приподняться. Парень подтолкнул ее к себе, и подчинившись Гермиона придвинулась так близко, что прижалась к его члену. Он был тверд. Мерлин, он хочет ее, и пути назад уже нет. На секунду девушкой завладела паника. Смогут ли они остаться друзьями после такого? В один миг, она поняла, что сейчас это не важно. Все ее волнения таяли под его руками, изучавшими каждый сантиметр ее тела. Все страхи испарялись на его члене, упирающемся в ее промежность. Девушка качнулась вперед, дразня и себя, и его. Неожиданно Гарри разорвал поцелуй, и приподняв Гермиону за бока, спустил ее на пол. Девушка встала перед ним, тяжело дыша и растерянно пытаясь понять, чего он хочет. Парень тоже встал. Коснулся ладонью её щеки, провел пальцами вдоль линии подбородка. — Ты обещала. Все, что захочу. Она согласно кивнула. — На колени, Гермиона. — Да, сэр, — на этот раз без улыбки. Его тон не оставлял права на колебания. Приказ, а не просьба. И она была рада подчиниться, опускаясь на пол. Он возвышался над ней. Властный. Безупречный. Избранный. Он медленно, глядя в ее глаза, развязал шнурок на шортах, и спустил их вниз. Ткань скользнула на пол. Перед носом Гермионы покачивался его член. Девушка ожидала, что природа не обидела ее друга. Но, и тут Гарри был слишком хорош. Ровный, красивый, твердый. И чего греха таить, толще чем у Драко. Гарри перешагнул через упавшие шорты, отшвырнул их ногой в сторону. Он заметил, как Гермиона облизнула распухшие от поцелуев губы, глядя на его пенис, и перевела взгляд на лицо, как бы спрашивая разрешения прикоснуться. Ну, конечно, можно, глупышка. — Ты великолепен, Гарри. Он такой… — девушка запнулась, не найдя слов, опустила взгляд и покраснела от смущения. Видимо ее смелости хватило лишь на слово «трахнуть». Так даже интереснее. — Гермиона, — снова зрительный контакт, — оближи головку. Она приоткрыла рот, чуть высунула язык, и, проведя по головке широкую полосу, слизала каплю солёной смазки. Разряд тока по телу Поттера. — Хорошо. Теперь повтори и погрузи его в рот. Девушка облизала губы и снова провела языком по головке, затем взяла ее в рот и, сомкнув влажные губы, скользнула назад, выпуская ее под громкий выдох парня. — Умница. Продолжай. Минимум фраз. Но столько силы в голосе, что Гермиона буквально текла от одного его тона. И взгляда зеленых глаз, пожиравших ее губы, ее грудь, ее бедра. До мурашек по коже. Девушка улыбнулась, обхватила ствол рукой и начала нежно облизывать и сосать, постепенно набирая темп. Второй рукой она массировала яички, пока Гарри наслаждался ее ртом. — Смотри мне в глаза, Гермиона. Он сводил ее с ума. А она его. В какой-то момент девушка опустила руки на колени, лаская его лишь ртом, глубоко насаживаясь на член. Гарри потерял контроль, и положив ладонь на затылок Гермионы, начал толкаться в ее горло, увеличивая темп. Едва не задохнувшись от его натиска, Гермиона закашлялась, и вернула руку на ствол, чтобы стало комфортнее. Водя ладошкой вверх-вниз в след за губами, и отгибая по очереди пальцы, девушка принимала его всё глубже. Гарри следил за ней, не отрывая глаз. Лучшая волшебница современности на коленях перед ним, покорная, сосет и стонет от удовольствия. Левую руку она опустила в трусики и, собрав на пальцы собственную смазку, нежно водила по клитору. Гарри это заметил и вынул член из ее рта. Тонкая ниточка слюны потянулась от ее губ к головке, оборвалась и упала на грудь девушки, намочив черную сетку бюстгалтера. Не решаясь отвести взгляд от зеленых глаз, Гермиона почувствовала, как кожа вокруг затвердевшего соска покрылась мурашками. Волшебник стер слюну с ее подбородка большим пальцем и протянул ей руку. Вложив свою ладонь в его, она поднялась, провела свободной рукой от локтя до плеча Гарри. Он притянул ее ближе и начал целовать, жадно, страстно, всасывая и прикусывая губы, оттягивая их, вылизывал ее рот. Он обнимал ее одной рукой, скользя ладонью по спине. Вторую положил на ее грудь, нежно сжимая сосок между вытянутых пальцев через тонкую ткань. У Гермионы перехватило дыхание, когда он резко развернул ее и подтолкнул к кровати. Потеряв равновесие, она упала на мягкий матрас и засмеялась. Он упал рядом с ней, любуясь ее улыбкой. Убрал локон с лица. Провел пальцами, едва касаясь, от плеча, через шелковые ремешки портупеи и сетку белья. Положил руку на ее живот, придвинулся ближе и поцеловал в шею. Нежные влажные поцелуи сменялись страстными, от которых наверняка останутся засосы. Девушка вздохнула со всхлипом, когда почувствовала первый легкий укус. И протяжно застонала от второго. Губы Гарри спускались все ниже. Как и его рука, скользнувшая с живота к тонким трусикам. Девушка слегка развела ноги, чтобы позволить парню прикоснуться к клитору. Ткань была мокрой насквозь. Он начал кружить пальцами вокруг возбужденной точки, отчего Гермиона откинула голову и закрыла глаза, проваливаясь в бесконечную негу. Он лизнул ее сосок прямо через сетку, а затем отодвинул ткань в сторону, чтобы получить полный доступ. Втянул сосок, оставлял засосы рядом сперва на одной груди, потом на второй, лаская ее пальцами. Неожиданно от отстранился от нее и потянулся к тумбе за палочкой. Проведя ее концом по лямкам бюстгалтера и трусиков, он разрезал их, и снял сетку с ее тела, оставляя только стрепы и чокер. Положив палочку обратно и откинув белье, он тут же опустился к ее промежности и нежно лизнул клитор. Дыхание перехватило. «Гарри» — слетело с ее губ на вдохе. Она шире развела ноги, и он начал целовать ее нижние губы, вылизывать складочки, кружить языком вокруг клитора. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя пальцами? — Да, — протяжно на выдохе. — Попроси, — от властного тона заныло внизу живота. — Прошу, Гарри, сунь в меня паль… И он медленно ввел в нее палец, нежно всосал клитор не дав договорить. Услышал невнятный шепот, проложил ласкать ее языком и пальцами, доводя до экстаза. Все что она могла — это выгибать спину, тяжело дышать, прижимать рукой его голову ближе, цепляясь за волосы, и стонать его имя. Когда напряжение достигло высшей точки, взрыв в голове разослал миллионы импульсов до каждой клеточки её тела, заставляя утонуть в удовольствии. Лизнув ее еще раз, Гарри приподнялся на локтях и наблюдал за ее оргазмом. Безумно возбуждающее зрелище. Он подполз ближе и начал осыпать ее лицо поцелуями пока она окончательно не пришла в себя. — Я хочу трахнуть тебя, Гермиона. И снова, не дав времени на ответ, он привстал, перекинул ее ногу через себя, и притянул за бедра ближе. Сердце Гермионы совершило очередной кульбит, а в животе завязался узел, снова разжигая желание. Девушка почувствовала, как член уперся в ее промежность. Несколько поцелуев в грудь, один страстный укус, и он вошел в нее. Мягко, плавно, на всю длину. Глядя в ее глаза. Оба заметили, как расширились зрачки, съедая радужки. Гарри начал двигаться, набирая темп. Гермиона потянулась за поцелуем, прильнула к его губам, легко укусила нижнюю. Гарри разорвал поцелуй. — Смотри мне в глаза! Он жестко набирал темп. Прижимая локтем к себе ее согнутую ногу, он жадно впивался пальцами в ягодицу. Второй рукой опирался на кровать, чтобы не терять зрительного контакта. Гермиона впивалась в его спину ногтями, пытаясь притянуть его ближе. Останутся царапины. Не важно. Она теряла контроль. Желание закрыть глаза и раствориться в моменте было слишком велико. Член Гарри настолько идеально заполнял ее, что даже не нужна была дополнительная стимуляция клитора. Когда ее глаза закатились от удовольствия, властный голос почти рычанием потребовал: — В глаза!!! Она распахнула глаза, облизнула губы. Он не сдержался. Прошелся губами по ее шее, там, где уже красовались засосы, еще раз втянул кожу, и снова посмотрел на нее. Румянец горячил ее щеки, карие глаза казались черными и блестели диким огнем. Она никогда не была так красива, как сейчас под ним, стонущая от удовольствия, и не смевшая нарушить его приказ. Сегодня она на все согласна. Она его. А может, и не только сегодня. Дыхание учащалось. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, Гарри сбивался с ритма, толчки становили глубже и сильнее. Его рука сжимала бок до боли. Тонкие зеленые радужки вокруг неестественно огромных черных зрачков пронзали сознание девушки, не позволяя думать ни о чем и ни о ком, кроме него. Он гипнотизировал ее, будто трахал в самую душу. От нее ничего не осталось. Ни воли, ни контроля, только желание. И мокрое пятно на простыне. Она растворялась в ощущениях, что-то шептала, повторяла его имя. Пока волна оргазма не накрыла ее с головой. Гарри ощутил знакомую пульсацию ее влагалища, и кончил за ней, изливаясь в ее лоно, позволяя на мгновение разорвать зрительный контакт и забыться от удовольствия. Глаза в глаза. Улыбка в улыбку. Близкий друг стал еще ближе. Как они будут дружить после этого? Ей было все равно. С ним рядом всегда было хорошо и спокойно. Но так хорошо еще никогда не было. Он легко поцеловал ее, озорно лизнул раскрытые губы, вышел и рухнул рядом, переворачиваясь на спину. Они вновь посмотрели друг на друга и рассмеялись. Так хорошо и спокойно обоим. — Кстати, я там вино налил, как ты просила. Хотя сейчас предпочел бы просто воду. — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, — Гермиона сморщила носик и заливаясь смехом потянулась к тумбочке за палочкой. И только наколдовав стакан воды, она поняла, что взяла палочку Гарри. Она протянула воду парню, виновато посмотрев. Но он лишь хитро улыбнулся и взял стакан, опустошив его в несколько больших глотков. Пока он пил, его кадык поднимался и опускался, тонкая струйка воды стекла по подбородку к шее. Девушка не удержалась и слизала ее снизу вверх до губ, вновь оставив поцелуй. Как от него теперь оторваться? — Мне кажется, нас потеряли, Гермиона. Нам надо возвращаться. Дай мне палочку, я сотру засосы, — сказал Гарри вставая с кровати. — Держи. Только оставь один, вот тут, под купальником не будет видно. Хочу помнить, — она села, поджав под себя ноги, и указала на бордовое пятно на левой груди, чуть выше соска. Гарри взял из ее рук палочку. — Не глупи, я тебе еще оставлю. Ты же не думала, что мне хватит одного раза? Этот день еще не закончен. И впереди вся ночь. Щеки девушки вспыхнули, но на последних словах ее лицо стало серьезным. Даже будто немного грустным. Она посмотрела на него с надеждой. — А после? — И все после, какое только бывает. Если захочешь, Гермиона, — улыбнулся Гарри. Он оперся на кровать руками и чмокнул кончик ее носа. И, еще раз оценив ее формы, выгодно подчеркнутые стрепами, Поттер прикусил нижнюю губу. Нереальная. И сегодня вся для него. Он положил палочку на тумбу и выпрямился. — Я в душ, — Гарри развернулся на пятках и направился в сторону ванной комнаты. У волшебницы перехватило дыхание при виде его округлой упругой задницы. Она мечтательно наклонила голову и, любуясь, провожала его взглядом. Парень почти закрыл дверь, когда неожиданно распахнул ее и выглянул. Его лицо явно было озарено супер идеей, только что пришедшей в голову, глаза горели зеленым огнем. — Кстати, Гермиона. Ты будешь моим «плюс один» на свадьбе? В смысле, не хотела бы ты пойти со мной? Как пара? — Ты сейчас про чью свадьбу? — затуманенный оргазмами мозг тормозил и не хотел соображать. Улыбка Гарри стала шире. Смешок сорвался с губ. — Ой, — спохватилась девушка, — Джинни. Конечно, Гарри, я буду рада пойти с тобой. Как пара. Поттер скрылся в ванной. А Гермиона упала на подушки, мечтательно представляя их общее счастливое «после».