We Are The Marauders

В канун Хэллоуина, Римус пытался занять себя уборкой своей затхлой и одинокой квартиры. В принципе, здесь даже убирать особо было нечего, но если бы он сидел на своем зелёном диване и ничего не делал, мысли могли бы проломить ему череп своим истошным набатом. Римус потянулся с тряпкой к верхним полкам своего большого шкафа и его пальцы нащупали что-то округлое. По ощущениям винил, но ведь все его пластинки стояли около проигрывателя, аккуратной стопочкой, как же эта неизвестная оказалась здесь? Чёрный винил мягко скользнул в руку Люпина, открывая вид на название. «The Marauders.» Из легких Римуса вышел весь воздух, резко толкая его в воспоминания. * * * — Ребята! Я только встретил какого-то хиппи, у которого своя студия. Он дал мне травки и предложил записаться! Горящие глаза Джеймса бегали по квартире Римуса и Сириуса, губы расплылись в безумной улыбке, а волосы торчали во все стороны. — Джеймс, у нас даже нет песен, а твое увлечение вокалом, проявляющееся только под градусом, делу не поможет. Сириус выскакивает из объятий своей родственной души и чуть не прыгает от возбуждения. Блэк и Поттер буквально являются примером того, насколько энергия одного заразна для другого. Цепная реакция. Его серые глаза наполняются вдохновением и поток нескончаемых идей уже ждёт своего всплеска. — Мы можем написать песню! Хотя бы одну! Спасибо дяде Альфи за возможность. Если есть деньги, тогда у нас получится записать одну песню на одной пластинке! Ну, что скажете? — Брат, это блестяще! Джеймс и Сириус переглядываются. Предвкушение просачивается в воздух сквозь их улыбки. А потом взгляды стреляют в долговязого парня, сидящего на диване и привыкшего к подобным безумствам от своих друзей. Он, впрочем, и не был против, только вот нужно иногда показательно поддерживать репутацию. Римус вздыхает, протирает глаза левой рукой и наконец, поднимает голову. На лице расплывается хитрая улыбка, такая же, как Хогвартсе, когда он брал на себя новый план относительно еще одного гениального розыгрыша. — Я в деле. Визг Сириуса был слышен по всему кварталу. * * * Спустя четыре недели упорной работы, посиделок со стаканами огневиски, множества рифм и домашних репетиций они оказались здесь. Всего лишь в шаге от войны, но по юному бесстрашные и ничего не подозревающие. Четверо друзей стояли перед дверьми студии того парня Зена. — Погнали. Джеймс вошел первым. Он всегда и во всем был первым. За его спиной никогда не было так страшно. Именно поэтому остальные парни последовали за ним. Беспрекословно. Сириус раскрытыми от любви глазами рассматривал все приборы для записи. Сердце Римуса было готово выпрыгнуть из груди, разбивая в щепки ребра. Он прекрасно знал, как Блэк горит музыкой и как мечтает однажды, после окончания школы, начать выпускать свои песни, написанные в разные моменты жизни. Люпин был главным и самым частым свидетелем его одержимости вдохновением. То, как Сириус отрывался от его губ и судорожно искал небольшой блокнотик, который везде таскал с собой, и писал, писал, писал. Он словно находился совсем не в реальности. Где-то далеко, но Римус нежно разглядывал эту интимную часть жизни Сириуса. Он любил то, как горят глаза Бродяги. Любил то, как руки не успевают записывать за крутящимися на задворках мыслями. Любил то, как Сириус на автомате забирал у него только что подожженную сигарету и не отрывая взгляд от бумаги, затягивался. Любил то, как его волосы пребывали в творческом беспорядке и струились волнами по плечам. Римус любил его всего. * * * Гитарный риф от Сириуса заслуживал восхищения. Питер, играющий на барабанах, был хорош и вправду имел чувство ритма. Римус же считал, что в игре на басу не было ничего сложного, хотя втайне обожал видеть искрящиеся любовью глаза своего парня, который наблюдал за его игрой с раскрасневшимися щеками. Джеймс, чьей голос был поставленным и обладал красивым звучанием, просто наслаждался музыкой, которая витала в воздухе. Он был здесь, со своими друзьями. Со своей семьей. И они делают историю, прямо сейчас. * * * Пение Джеймса, доносящиеся из проигрывателя, заполонило гостиную. ♪We are the Marauders We’ve come to steal your daughters We like our booze and our rock n roll We’ll break your heart and we’ll steal your soul We don’t buy that two-bit rap♪ ♪Мы — Мародеры Мы пришли украсть ваших дочерей Нам нравится наша выпивка и наш рок-н-ролл Мы разобьем тебе сердце и украдем твою душу Мы не покупаемся на этот двухбитный рэп♪ О Боже. О Боже. Он не слышал его так давно. И никогда больше не услышит. Если бы звон разбивающегося на кусочки сердца существовал, скорее всего сейчас он был бы даже громче, чем записанный голос Поттера. ♪ We are the Marauders It’s nothing no one taught us ♪ ♪Мы — Мародеры Этому нас никто не учил♪ Две холодные слезы скатились по растерзанным шрамами щекам. Руки Римуса затряслись в до боли знакомом треморе. Он вспоминал все. То, как они все напились после получения долгожданной пластинки. То, как Сириус шептал в поцелуи о том, что они творят историю и им определенно, блять, нужно написать целый альбом. То, как краснели щеки Питера от полученных комплиментов по поводу его скрытого таланта игры на барабанах. То, как Джеймс впал в ступор после того, как Лили искренне восхитилась их песней. ♪We’ve got this music in our soul It’s nothing you can hear on the radio We are the Marauders We’ll never obey your orders Right now they think you’re a fool Next year they’ll be following you♪ ♪У нас есть эта музыка в нашей душе Этого не слышно по радио Мы — Мародеры Мы никогда не будем подчиняться вашим приказам Прямо сейчас они думают, что ты дурак В следующем году они будут следовать за вами♪ Перед глазами Римуса проносились моменты, словно фильм, с гриффиндорских вечеринок на седьмом курсе Хогвартса. Почти каждый выпускник их курса все первое полугодие напевал эту песню себе под нос. Страсть была вирусной, скрепляющей и ощущаемой. Этот мотив стал для всех родным. Историческим. Однажды Мародеры придумали заклинание, чтобы их песню пели все портреты, гобелены и доспехи. Надо было видеть пылающее лицо Филча в тот момент. Но, как сказал Сириус, начищая грязные котлы и вовсе не унывая:"Улыбка Минни того стоила.” ♪We are the Marauders Life is one tall order You gotta do what you wanna do You gotta do what you’re born to do But this whole life is way to short If it feels right to you Well, there’s the start ♪ ♪Мы — Мародеры Жизнь — это одна сложная задача Ты должен делать то, что хочешь Вы должны делать то, для чего рождены Но вся эта жизнь коротка Если это кажется вам правильным Ну вот и начало♪ Жизнь слишком коротка. Слезы неумолимо текли из глаз Римуса. Всегда, когда Сириусу было больно, он танцевал. Включал самые громкие и энергичные песни. Дрыгался абы как и выплескивал свою энергию, позволяя телу вести и избавляться от грусти, злости и боли. Римус впервые сделал также. Он наложил заклинание громкости на проигрыватель и начал кричать во все горло. Римус кружился по всей квартире и плакал. Навзрыд, да так, что грозился упасть на колени от навалившейся истерики, но он продолжал танцевать и петь, петь, петь. Их песню. Мы мародеры. И он, блять, никогда не подведет свое звание Мародера. Ради своих друзей, ради своей семьи. И ради своей любви. До самого конца.