Игра в жизнь

Глава 2 «Так говорит красный судья: Но ради чего убил этот преступник? Он хотел ограбить. Но я говорю вам: душа его хотела крови, а не грабежа – он жаждал счастья ножа!» (Ф.Ницше)

      Пока Анна Сергеевна наслаждалась радужными снами, Андрей тем временем, расположившись в отведённой комнате, занимался давно полюбившимся занятием: ходил из угла в угол, смотрел в окно и ждал. Ждал, когда снова появится он. Голос. Этот Голос появился несколько месяцев назад, когда он посреди ночи снова сидел на окне, вглядываясь в ночное небо, слушал тишину. Пытаясь постичь законы мироздания, Андрей бросил короткий взгляд на тёмное небо, где сияли далёкие точки звёзд. Он часто смотрел на звёзды в тщетных попытках найти покой своей истерзанной вопросами душе, но эти звёзды всегда молчали, отвечая лишь мёртвым, холодным сиянием. И вот, наконец, он услышал его. – Почему ты еще здесь?, – задал Голос вопрос. Он задавал этот вопрос почти всегда, когда Андрей, оставшись в одиночестве, выходил на балкон понаблюдать за ночной жизнью. – Оставь меня, – отвечал Андрей привычной фразой. – Так почему ты ещё здесь? Что мешает закончить всё в один миг?, – снова спрашивал Голос. И в этом вопросе всегда чувствовалась скрытая угроза или скорее приказ, что необходимо «всё закончить» незамедлительно. На этот раз Андрей не ответил, молча отошёл от окна, сел на мягкое кресло и стал слушать тишину. – Я, наверное, безумен и схожу с ума, – произнёс он вслух. – Что ты знаешь о безумии? – спросил его Голос.       Андрей не ответил. – Это-повтор. Повтор одних и тех же действий день за днём, неделя за неделей, год за годом. Вся жизнь людей, само человеческое бытие суть безумие. Оглянись вокруг и посмотри: все живут одинаковой жизнью, все делают одно и то же, все идут проторенной дорогой. И мыслят тоже все одинаково: стандартным, шаблонным мышлением. Сейчас мало людей мыслят, но все хотят иметь мнение¹ . И под их черепной коробкой не гнездится ни одной оригинальной идеи. Теперь время пришло. Тебе пора наконец выбрать: приобрести разум или петлю.       – Решайся. Сейчас. – произнёс Голос в тишине.       – Оставь меня!, – крикнул Андрей во всё горло и выбежал из комнаты. Резкий толчок плечом об дорогую дверь напомнил ему о том, что покои пожилой королевы закончились. Холодный ночной воздух отрезвил метущийся разум. «Если пойду я дорогой смертной тени, не убоюсь я зла, потому, что ты со мной. Твой жезл и твой посох – они успокаивают меня². О Боже. Так. Ладно. В бар. Мне надо в бар. Прямо сейчас» – шептал на ходу Андрей.

***

Чуть ли не бегом добравшись до ближайшего отеля, Андрей подошёл на ресепшен, положил перед девушкой толстую пачку связанных резинкой купюр и сказал: – Я не постоялец отеля, но я хочу выпить. Может, мы договоримся? – Да, я вас поняла. Бар прямо по коридору и налево. Удачного вечера, – раздался в ответ фальшивый голос девушки.       «Удачного вечера – какое лицемерие! Зачем она несёт эту чушь, если и так понятно, что ей наплевать на вечер гостей. Сейчас она сидит и думает, когда же наконец закончится её смена, уйдут гости и она пойдёт домой заниматься своим вечером» – подумал Андрей, с улыбкой проходя мимо неё.       Быстрым шагом подошел к стойке и заказал два бокала виски, а потом ещё и ещё. Медленно потягивая холодный обжигающий горло напиток, он пересчитывал оставшиеся одолженные ему деньги: на удивление, осталось ещё много, очень много, – на этот раз Анна Сергеевна превзошла сама себя, разорившись на «любимого» племянника. – Извините, а где тут у вас кухня?, – спросил Андрей у бармена. – Выходите из бара и направо – там у нас ресторан. – Спасибо. Сдачи не нужно.       Допив последний бокал, Андрей двинулся в указанном направлении.

***

      Светлое просторное помещение выглядело богато и манило своими роскошными обитыми серой кожей диванами. Белые резные колонны упирались в высокий потолок, как древние титаны они держали на своих каменных плечах мраморное «небо». Возле каждой колонны в больших плетёных вазах красовались букеты из искусственных цветов, но сделаны они были настолько изящно, настолько кропотливо, что сложно было отличить хоть один из них от настоящего. Небольшие идеально круглые столики окружали титанов, соблазняя их покинуть свой пост, маня запахами разноцветных цветов, выглядывающих на мир из хрустальных прозрачных ваз. Глянцевый потолок отражал в себе многообразие изысканных картин, украшавших серебристые стены.       Андрей выбрал неприметный столик в углу, заказал ужин и стал ждать, рассматривая огромное пространство. Посидев минут двадцать, не выдержал и пошел на кухню. Он много выпил, и больше не мог ждать своей закуски. – Извините, но вам сюда нельзя. Это помещение только для персонала, – услышал за спиной голос кухонного рабочего. – Но я только хотел спросить, где мой заказ. – Я всё понимаю, но вам нельзя находиться здесь, – не дожидаясь ответа гостя, повар взял Андрея под локоть и повёл в сторону выхода. И как-то так странно взял, что Андрею это не понравилось. –Ты чего творишь, гадёныш?! Нашёл себе подружку по вызову!, – крикнул Андрей.       Он понимал, что это явно было лишним, что он был пьян, сильно пьян, но изрядно выпившее тело напрочь отказывалось слушать расколотый разум. Вырвавшись из объятий повара, Андрей со всего размаху ударил его по лицу. Из разбитого носа показалась тёмная струя крови. Не дожидаясь пока тот опомниться, Андрей побежал. Повар за ним.       Перепрыгнув через разделочный стол, Андрей заметил нож. Рукоятка большого мясного ножа заманчиво выглядывала из недорезанной туши. Андрей вытащил его, повертел в руке: нож на удивление хорошо сидел в его измазанной в чужой крови ладони, словно был создан именно для его руки. Собственный нож, индивидуально изготовленный под ладонь молодого человека. – Ну всё, урод, ты у меня попался!, – раздалось сзади.       Андрей резко повернулся, повар прыгнул на него. Не успев завершить начатое, человек безвольной тушей обвис на Андрее. Тихий стон и бешено скользящие по стенам глаза замерли, уставившись на "гостя".       Андрей отошел от него и только спустя несколько секунд понял, что так и держал в руке нож. Мертвое тело осело на пол. –Ты испачкал меня! Ты, говнюк, ты испачкал меня своей грязной кровищей!, – удивительно резко крикнул на него Андрей. Повар молчал. Больше он не мог говорить. –Эй, Макс, где ты, чёрт побери! Ты работать будешь сегодня, я не пойму?!       «О чёрт, его ищут. Удивительно, но даже мёртвый человек может оказаться нужным» – подумал Андрей.       Суматошно пытаясь придумать, что делать с «нужным Максом», он не заметил подкравшиеся сзади чужие шаги. – А ты ещё кто такой?, – спросил второй повар. – Я? Вообще-то я никто. И я вроде бы гость вашего отеля. Я хотел у него узнать, когда будет готов мой заказ, а он – вот. Лежит и не двигается, – запинаясь произнес «гость».       Быстро глянув сначала на окровавленный блестящий нож, потом на развалившегося в луже собственной крови Макса, шеф-повар наклонился к коллеге, потрогал пульс и тихо произнес: –Ах ты падла! Ты убил его! – Это не я, нет. Он сам! Как-то так…, – договорить Андрей не успел. Коллега Макса накинулся на него и, обхватив широкими ручищами, начал душить. Его глаза налились яростью, белки, казалось, вот-вот вывалятся из глазниц, лицо побагровело от напряжения и злобы. Судорожно хватая воздух сухими губами, Андрей попытался его оттолкнуть, но тот ещё сильнее сжал шею. Понимая, что силы неравны, Андрей начал бить его руками по корпусу, нанося удары то в шею, то в живот противнику. Стальная хватка крепких рук резко ослабла, повар отошёл от Андрея, схватившись руками за живот. Посмотрел удивлённо своими большими глазами и повалился на колени. И так и замер, не желая ни падать на пол, ни пытаться встать, чтобы додушить «гостя». – Старик! Поверь, смерть вовсе не страшна… ³ – глядя на безымянное умирающее тело, шёпотом произнёс Андрей.       Осознав, что натворил, быстро засунул нож во внутренний карман пиджака и начал медленно пятиться назад. Словно в тумане, обошел столы, попутно сбивая стоявшие напротив них стулья, впопыхах ударил стоявший на плите суп, всё содержимое которого с грохотом оказалось на полу. Андрей бы ещё долго пятился, если бы не наткнулся на что-то спиной. На что-то мягкое, живое. Обернувшись, увидел перед собой официантку: молоденькая девушка со злобным удивлением смотрела на него, видимо, своим спонтанным появлением «гость» нарушил её обеденный перерыв. – Извините, а где тут выход? Я… я потерялся, – задыхаясь произнёс Андрей. – Пройдете через «холодильник» и направо по лестнице. Это там, – указала она рукой.       Не успел он дойти до двери выхода, как сзади раздался писклявый крик, а затем шаги: быстрые торопливые шаги – она чуть ли не бегом бежала к нему, видимо, в попытке остановить непрошенного убийцу. Андрей повернулся и в этот миг увидел, как девушка, поскользнувшись на пролитом супе, ударяется головой об стол. Прямиком об острый угол разделочного стола. В голубых глазах застыло дикое изумление, будто наличие этого стола она смогла ощутить лишь сейчас, на грани собственной жизни и смерти. – О… черт…, – только и смог выдохнуть Андрей.       Подойдя, он слегка дотронулся до тела ногой – она не двигалась, тогда он повернул голову и увидел медленно расплывающуюся из-под затылка кровь. Тёплая кровь медленно заливала белоснежный кафель.       «Она сказала холодильники... Так, значит надо спрятать их. В холодильнике»       Андрей поднял бледное тело девушки и понёс в другую комнату. Запах холода, мяса и замороженных овощей донёсся до его опьяненного сознания. Прислонив официантку спиной к стене, открыл первый попавшийся ящик, аккуратно положил внутрь девушку и заложил сверху замороженными продуктами.       Быстрым шагом Андрей направился на кухню, но дойдя до первого несчастного, услышал чьи-то шаги и, не раздумывая, побежал обратно. «Не успел! Всё, теперь точно пора валить отсюда к чёрту» – пронеслось в голове.       Проходя мимо холодного гроба официантки, Андрей не смог удержаться, чтобы не заглянуть внутрь. Любопытство было велико, но разум уже был не в состоянии адекватно воспринимать происходящее. И то, что увидели глаза, сохранилось в памяти лишь маленьким фрагментом из калейдоскопа событий, ярких, но почти нереальных. Мёртвое тело неподвижно лежало вперемешку с продуктами, одежда испачкалась в крови замороженного мяса, а лёд начал медленно сползать к краям одежды. Официантка выглядела на удивление живо, и ещё не успела сильно измениться после смерти. Лишь роговицы ясных голубых глаз заметно помутнели да кое-где начали выступать жёлто-бурые «пергаментные» пятна.       Андрей дотронулся до лица девушки, оно было холодным и сухим. В последний раз взглянув на нее, он захлопнул крышку и побежал прочь.

***

      Андрей не помнил, как пришёл домой, как приполз или кто его довёл, но точно помнил, что запер двери на все замки и щеколды, плотно закрыл окна шторами и сейчас, с выключенным светом сидел в тёткиной комнате и пил холодный чай, тот самый чай, которым она окатила его несколько часов назад. – О чёрт... Весёлая ночка выдалась… Блин, я же убил их! Я убил троих человек. Я один убил их троих, – прошептал Андрей и от этой мысли ему почему-то стало смешно. Какой-то нервный истерический смех начал закрадываться внутрь. – Это не ты. И ты не виноват в их смерти, – услышал Андрей знакомое звучание в ночной тишине. – Разве? Разве это не я? – Они же люди. Они бы всё равно умерли. Все люди умирают. И смерть каждого можно ускорить в своих интересах. – Да, точно, они бы всё равно умерли… Только, наверное, позже. – Ты не знал, что повар наброситься. Он что-то хотел сделать с тобой, и ты был вынужден защищаться. – Да, точно. Ты прав, это всё он, тот извращенец виноват. Это он начал. – А тот второй? Он вообще хотел тебя убить, верно? Значит, твоей вины в том, что произошло нет. – А официантка? С ней что? Она вроде ничего была... Была. – А что официантка? С ней вообще всё просто. Несчастный случай. Она поскользнулась на супе и ударилась головой об стол – это был несчастный случай. –Да. Я не виноват, я её не трогал. Я был жертвой: на меня напали, и я защищался – это была самооборона. А что мне делать дальше? Что будет теперь, что будет со мной?

Но ответа Андрей не дождался. Он уже привык, что Голос появлялся, когда сам этого хотел и также сам исчезал, очень часто оставляя последний вопрос без ответа.

Андрей прошёлся из одного угла комнаты в другой, руки тряслись, а окровавленный нож приятно согревал продрогшее тело. И вдруг неожиданно для себя Андрей осознал, что так, наверное, и называется прозрение: когда в полной тишине в твой уставший от непрерывных размышлений мозг закрадывается одна единственно верная мысль. Она, как яркая вспышка, пронзает предыдущие размышления, затмевая их собой. Этой «вспышкой» было резкое осознание того, что ему срочно, незамедлительно необходимо приобрести пистолет. Не успев довести до завершения, до целостного, грандиозного финала свои разрозненные мысли, Андрей различил иной, совершенно чуждый этой атмосфере звук: звук поворачиваемой дверной ручки. Кто-то хотел вторгнуться в комнату, прорваться сквозь невидимый заслон мыслительного процесса. «Любимая» тётка. Ну, конечно, Анна Сергеевна. Кто же ещё это мог быть. Заметив племянника, женщина без лишних предисловий заявила: – Через час я уезжаю. С тобой или без тебя. Поедем туда, где моё состояние придётся как нельзя кстати. Андрей помолчал, а затем добавил в ответ: – Я еду с вами. – Да помню я, помню. Слышала, не глухая. «Нет. Эта сварливая старая бестия никогда не умрёт» – подумал Андрей

***

И вот, через несколько часов он и его богатая попечительница сидели за большим столом и резались в рулетку. Точнее резалась Анна Сергеевна, а Андрей напивался в баре. ¹ Дж. Беркли. Англо-ирландский философ, основным достижением которого было обоснование теории «‎имматериализма». Эта теория отрицает существование материальной субстанции, утверждая, что привычные объекты, такие как столы и стулья, являются идеями, воспринимаемыми разумом, и, как следствие, не могут существовать без восприятия. Беркли также известен своей критикой абстракции и системой спиритуалистической философии. ² Псалом Давида, 22:4 ³ Д. Г. Байрон, поэма «Манфред», акт III, сцена 4.