Мы обязательно встретимся

Just a spark is enough to ignite a real flame.

— Кэтрин! — воскликнул Нотт, когда Пожирателей начали уводить. — Подождите. — она жестом остановила мракоборцев, подходя к парню. — Дайте поговорить с ним. — брюнетка холодно кивнула в сторону Тео, давая понять, что остальные приспешники Волан-де-Морта ее не интересуют. — Спасибо, Кэтрин… — проходя мимо девушки, с благодарностью кинула взгляд Нарцисса. — Я у тебя в долгу. — на это Хьюит лишь автоматически кивнула, не придавая словам Малфой значения, и повернулась обратно на бывшего друга, ожидая, когда тот заговорит. — Кэт, спасибо тебе… Правда, я очень благодарен. — в голубых глазах Нотта промелькнуло сожаление. — Прости за то, что было… — Прекрати. — Кэтрин равнодушно окинула его взглядом. — Я хочу знать про Маховик Времени и МакКиннон. — Тео понимающе кивнул. После стольких лет дружбы, его не удивляло подобное поведение девушки. Слишком хорошо ее знал. — На пятом курсе, как ты и сама знаешь, слизеринцы стали активно вступать в ряды Темного Лорда. В основном это делали из-за давления семей, а не по собственному желанию, но вот Марлин… Не знаю, чем вы ее так сильно обидели, но она сама решила стать Пожирательницей Смерти. Заявилась в гостиную Слизерина и через меня попала к Сама-Знаешь-Кому. — Какой тебе был прок помогать ей? — брюнетка презрительно сузила глаза. — Никакого. — темноволосый пожал плечами. — Она бы все равно вступила, через меня или через кого-то другого. Она словно свихнулась в тот момент. Только о Лорде и говорила… — заметив взгляд Хьюит, Тео понял, что надо переходить ближе к сути. — Не знаю, помнишь ли ты, но после вступления в Пожиратели, она стала больше общаться с нами. — между бровей у Кэт образовалась морщинка. — Случайные встречи становились неслучайными. Шаг за шагом она все больше узнавала о нас, о наших семьях… — И узнала, что у Ноттов есть доступ к Комнате Времени. — девушка понимающе кивнула. — Но зачем ты дал ей Маховик? Почему не отказался? — Ты мне нравишься, Кэтрин. — Теодор просто пожал плечами, словно это было всемирно известным фактом. — Всегда нравилась. — в его глазах на секунду возникло что-то, что Хьюит не смогла понять. — Почему молчал? — сердцебиение участилось, но брюнетка постаралась этого не показывать. Где-то в подсознании мелькнуло «Ты ведь это знала», но она не обратила на это никакого внимания. Сейчас было не до признаний. — Блэк. — коротко и ясно. Ну конечно, он не сказал из-за Сириуса. Очевидно. — И ты согласился на то, чтобы нам стерли память? — в душе снова начинала разгораться злость от ощущения предательства. — Я не знал, что она сделает это! — Тео отчаянно дернулся вперед, но Хьюит осторожно отступила, рукой показав стражнику, который все время стоял рядом, не двигаться.

5 курс

— Так значит, ты влюбился в несносную Хьюит? — блондинка игриво пошевелила бровями, от чего Нотт недовольно надулся. — Да ладно тебе, Нотт! — гриффиндорка озорно улыбнулась. — Давно? — Марлин, избавь меня от этого разговора. — Теодор закатил глаза. — Почему ты не скажешь ей о чувствах? Из-за Блэка? — не унималась МакКиннон. — Из-за того, что он тоже в нее влюблен? — Что ты знаешь? — парень нахмурился. Нет, ну конечно, весь Хогвартс знал о том, что Сириус Блэк не ровно дышит к Кэтрин, но что-то во взгляде и интонации Марлин заставило Тео напрячься. Слишком уж странно это все выглядело. — То, о чем на утро будет знать вся школа. — гриффиндорка деловито вскинула подбородок, но после небольшой паузы все же продолжила. — Малышка Кэтрин спустя столько лет сдалась под напором Блэка. — Нотт только вдохнул, чтобы спросить, что же Марлин имеет в виду, но она тут же пояснила. — Он признался ей в чувствах, и оказалось, что они взаимны. Что-то неприятно кольнуло в груди. Неужели это правда? Но ведь Кэт сама говорила о том, что Сириус не нравится ей. Или она врала? Да нет, девушка не стала бы так поступать. Может, она не хотела в этом признаваться самой себе? — Магический мир вызывает Нотта! — МакКиннон помахала рукой перед лицом Тео, прерывая поток его мыслей. — Чего поник? — Отстань, МакКиннон. — фыркнул слизеринец, поднимаясь. — Я не хочу слушать твои глупые сплетни. — Это не сплетни, Нотт. — девушка раздраженно окинула взглядом Теодора. — Я была там и все видела. — больше самодовольной улыбки не было на лице Марлин. Случившееся явно не приносило ей удовольствия. — Пусть так. — брюнет поправил рукава рубашки. — Я не хочу лезть в её личную жизнь. — А если я скажу, что ее личной жизнью мог бы стать ты? — Нотт замер. — О чем ты? — Что если я знаю, как сделать так, чтобы этого признания никогда не случилось? — гриффиндорка подошла ближе и заговорщически продолжила. — Что если я знаю, как сделать так, чтобы стервочка Хьюит забыла о Блэке? — Я не знал тогда, что она в прямом смысле хотела, чтобы ты забыла его… — то, сколько вины было во взгляде Нотта, заставило сердце Кэтрин сжаться. — И ты дал ей Маховик… — закончила за него рассказ Хьюит, понимая, что Марлин просто воспользовалась парнем. — Не задавая вопросов? — Не задавая вопросов. — утвердительно повторил Тео. — Она сказала, что никому не навредит, а это было важнее всего. — и прирезая все будущие вопросы брюнетки, он сказал. — Что именно она делала в прошлом и как долго там была — я не знаю. Знаю лишь, что утром того же дня Маховик был снова у меня с запиской, гласящей о том, все сделано. — Мисс Хьюит… — мракоборец кашлянул, обращая на себя внимание. — Время. — Прошу, возьми его! — Теодор засуетился, впихивая в руки Хьюит Маховик Времени. — Мне он ни к чему. — Но… — Кэтрин хотела было возмутиться, но стражник подошел к Пожирателю и Тео ее перебил. — До встречи, дорогуша! — и улыбнувшись в своей манере, Тео, не оборачиваясь, ушел вместе с мракоборцем, оставив Кэтрин одну в пустом помещении. Где-то в груди неприятно ныло. Ее друга увезут в Азкабан. Она лишится еще одного близкого человека. Хотя, почему лишится? Уже лишилась. Было больно. Больно от осознания, что все это по-настоящему, что это происходит с ней. Сжав кулаки настолько сильно, что на ладонях остались следы от ногтей, она сдержала слезы. Сейчас не до них. Нельзя сейчас раскисать.

***

— Аластор!.. — Кэтрин увидела в толпе мракоборца, тот неспеша повернулся и подошел к девушке. — Кэтрин. — он качнул головой в знак приветствия. — Рад, что ты добилась своего. — Я… — брюнетка на секунду замялась, поправляя рукава черной блузы. — Я хотела извиниться. — и вскинув подбородок, она продолжила. — Я не должна была кричать на тебя и уж тем более кичиться званием. Я повела себя как полная дурочка. — на последней фразе совесть все же победила, и Хьюит стыдливо опустила глаза в пол. Грозный Глаз слабо улыбнулся, пока девушка этого не видела. — Нет, ты повела себя как друг. Ты хотела помочь Нотту и это вызывает уважение. — он по-отечески похлопал ее по плечу. — Не каждый рискнет защищать Пожирателя Смерти, тем более при Министре Магии и куче журналистов. — Я… — Твой отец бы тобой гордился. — Грюм слабо усмехнулся и, не сказав больше ни слова, поковылял к остальным членам Ордена Феникса. Внутри больно кольнуло при упоминании отца. Давно же она о нем не вспоминала… Ослепительное морозное солнце совсем не подходило под атмосферу похорон. Слишком ярко, слишком жизнерадостно для такого события. Присутствовали только родственники Френка и Алисы да Орден Феникса, и тот в неполном составе. За последнее время люди стали погибать слишком часто, и многие уже не в силах прощаться. Каждая смерть, каждый потерянный друг приносили боль, ни с чем не сравнимую. Боль утраты. — Кэт… — за спиной раздался хриплый голос Блэка. — Милая, ты не можешь просто взять и уехать, не поговорив при этом. — он осторожно взял ее за руку. — Нам стоит многое обсудить. — в серых глазах мелькнула надежда. Надежда даже не на сам разговор, а на то, что Хьюит передумает. Передумает и останется с ним. Не важно где: на Гриммо двенадцать или в любом другом месте. Главное, чтобы она просто осталась. — Я ведь уже все сказала. — она отстраненно посмотрела на Бродягу. — Похороны закончатся и ноги моей больше рядом с вами не будет. — Кэтрин говорила без злости, скорее расстроенно. — Так будет безопаснее для Гарри и… Для тебя. — она слегка сжала в ответ руку парня. — Прошу, Сириус… — Я не хочу, чтобы ты уезжала. — Если понадобится моя помощь, то я буду рядом. — Но я хочу, чтобы ты была рядом всегда. — в голосе, в жестах — во всем была мольба. Парень умолял остаться. — Ты нужна мне, Кэт… — он неотрывно смотрел ей в глаза, страшась, что она вот-вот ускользнет. Отпустит его руку и уйдет. Но девушка не уходила. Не сдвинулась с места, даже не отвернулась. Просто не смогла этого сделать. Это было бы просто бесчеловечно как по отношению к нему, так и по отношению к самой себе. — Так будет лучше… — Лучше?! — Блэк словно взорвался. — Лучше для кого, Кэтрин?! Для тебя? — он закатил глаза, усмехаясь. — Не ври себе. Или может будет лучше для меня с Гарри? — Сириус от злости сжал руку сильнее, но никто не обратил на это внимания. — Для кого будет лучше, Кэтрин?! Ответь мне! — Да для всех! — весь окружающий мир отошел на второй план. Были лишь они вдвоем и их злость, появившаяся в следствии сильного волнения друг за друга. — Из-за меня погибли все эти люди! Лили, Джеймс, Доркас, Алиса, Френк! — с каждым именем в сердце словно раз за разом втыкали нож, не оставляя живого места. Ощущение дежавю не облегчало ситуацию. Вспоминалась их ссора после смерти Доркас. — И это только за последние пару месяцев! Кто следующий, Сириус?! — на глаза навернулись предательские слезы. — Я не перенесу еще одной смерти! Просто не смогу! Тео в Азкабане. Половина друзей мертвы. — брюнетка начала загибать пальцы. — На другую половину началась охота разъяренных Пожирателей. А я даже Гарри на руки взять не могу из-за того, что случилось в Малфой-мэноре! — речь шла об убийстве Рабастана. Отнять чужую жизнь, даже чтобы спасти себя и своих друзей… Это не оправдание, так считала девушка. Кэтрин винила себя. Винила за то, что сделала. Пусть даже с таким ужасным человеком как Рабастан. Она убила, а это единственное, что было важно. Обстоятельства, личность… Ничто не имеет значения. Только убийство и проклятое «Авада Кедавра» в голове. Девушка резко замолчала. Не было больше сил ни кричать, ни что-либо объяснять. Хотелось просто исчезнуть. Скрыться с лица Земли и никогда больше не появляться, чтобы не видеть ту боль на лице Сириуса, которую он испытал от ее слов. Чтобы больше никому не причинять эту боль. Не в состоянии больше стоять на месте, она выдернула руку и быстрым шагом направилась подальше от всех этих людей.