11 спичек

Мне казалось, что я счастлива в отношениях с Алексом. Первую неделю все было просто прекрасно - я съездила к нему в область и мы провели целый день вместе. С Алексом мне по-прежнему было немного неловко. Я приехала к нему в белом топе и джинсовке, и меня очень умилило, когда он, увидя, что моя джинсовка расстегнута и открыта часть живота, смущенно проговорил "прикройся" и, глядя куда-то вбок, в деревья, аккуратно застегнул мою джинсовку. Я ценила то, что он никогда не переходил черту и не прикасался ко мне. Пока мы гуляли, Алекс выдал фразу, которая меня рассмешила. -Ты стала разговорчивее. -В смысле? - непонимающе спросила я. -Когда мы сошлись, ты сказала, что я дорог тебе, - ответил Алекс с улыбкой на лице. "Че?" - подумала я. Я не говорила такого. А потом я поняла, о чем он, и попыталась сдержать смех. Моя фраза "ты придурок" послышалась ему, как "ты мне дорог", что оказалось очень забавно. Я не стала расстраивать Алекса и промолчала. Постепенно, день за днем, мои чувства переставали гореть. Через 10 дней отношений я четко поняла, что чувствую только раздражение. Я будто получила свое и мне стало неинтересно, я вообще перестала к нему что-то чувствовать. И я не понимаю, почему так происходит в моей голове? Чувства к Алексу похожи на игру разума "горячо-холодно", я качалась на эмоциональных качелях и тянула за собой Алекса. Я была в замешательстве: мне то казалось, что я хочу, чтобы он был рядом, то он был мне безразличен и вызывал раздражение. Я постепенно начала отстраняться. Алекс постоянно заикался о своих проблемах, что еще больше выводило меня. Он рассказывал о том, что его "что-то" беспокоит, что ему "плохо", но когда я спрашивала "почему?" - он молчал. "Ладно, забей" - отвечал мне он. "У меня нет настроения". Алекс всячески пытался показывать мне, что чувствует себя неважно, но его переживания не трогали моего сердца, а только выводили меня из себя. "Ну и хрен с тобой" - думала я. Уже через 11 дней после начала отношений я потеряла к нему всякий интерес. Мне казалось, что Алекс просто выставляет напоказ что ему плохо, но не для того, чтобы я попыталась помочь ему, а чтобы я просто выслушала его. Он ждал от меня определенных клишированных фраз, он искал во мне поддержку в виде утешающих слов, а я воспринимала это как "на жалость давит". Я не осознавала, что Алексу я нужна как партнерша, которая его поддержит. Я осуждала Алекса за то, что он показывал свои эмоции, а сама в свою очередь не могла поступать так же. Я держала в себе все негативные чувства, и сколько бы раз я не хотела написать ему краткое "мне плохо, Алекс", я не могла. Я часто хотела открыться ему и поговорить с ним обо мне, о моих переживаниях, как делал сам он, но я отдергивала себя и не могла себе этого позволить. Ведь тогда это будет означать, что я тоже что-то вижу, а я делала вид, что ничего не понимаю и не чувствую, чтобы избежать ответственности и смущения. Меня бесил тот факт, что Алекс был уверен, что если я ничего ему не рассказываю, то это означает, что у меня нет никаких проблем и трудностей. Он говорил, что я жизни еще не познала, потому что мне всего лишь 15 и я слишком мала для проблем. А я подкармливала его убеждение постоянными фразами, что у меня "ШИКАРНОЕ" настроение. Он называл меня ребенком, но при этом капризничал еще больше, чем я сама. Я держала в себе все свои недовольства, я не разговаривала с ним о серьезных вещах и о проблемах, потому что я не воспринимала эти отношения всерьез - я даже не думала о дальнейшем их развитии. Свадьба, дети? Я совершенно не видела себя с Алексом в будущем и из-за этого не понимала, зачем вообще я с ним начала встречаться. У меня не было к нему ни чувств, ни интереса, я не чувствовала к нему сострадания и плохо улавливала его эмоции и изменения в поведении. Он стал мне абсолютно безразличен. Но по крайней мере в этих отношениях Алекс не запрещал мне видеться с моими друзьям. Возможно, ему это не нравилось, но он не нарушал мои личные границы так сильно, как делал это раньше. Мне просто надоело то, что он хороший. Мне стало казаться, что я совершила ошибку, сойдясь с ним. Наши отношения, если быть честными, начались со лжи. Меня начали все чаще посещать мысли о мести - я думала бросить его, начав встречаться с другим парнем. Мне нравилось ощущать себя неправильной. Я считала, что это выделяет меня из всех тех хороших девчонок, которых можно легко обмануть. Я не хотела больше быть обманутой и потому сняла маску дружелюбия, которую носила на протяжении всей своей жизни и просто отторгала тех, кто был готов сделать ради меня что угодно, чтобы чувствовать себя в безопасности. Ведь когда нет эмоций, то появляется гарантия того, что ты не будешь выглядеть наивной. А больше всего на свете меня волновало именно то, как я выгляжу в глазах окружающих. В мои 15 у меня была достаточно низкая самооценка вследствие постоянной самокритики. Мне всегда казалось, что я "недостаточно идеальная", "можно и лучше", и я всегда сравнивала себя с другими. Я пыталась быть похожей на кого угодно, кроме себя, потому что то, какой я была настоящей, мне совершенно не нравилось, так что я перенимала модель поведения героинь сериалов, которые мне нравились и старалась выглядеть так, чтобы быть похожей на них. Моя самооценка еще с 12 лет оказалась на дне вследствие глупых шуток моих ровесников. Дети никогда не понимают, какое влияние могут оказать на окружающих. Я сама была таким ребенком, который говорил то, что думает, а задеты ли чувства окружающих для меня было второстепенным вопросом, в который я не углублялась. Кроме того я постоянно пыталась сбросить вес до определенной цифры, которая взялась укрепилась в моей голове, и каждый раз, когда я срывалась с голодовки, я обвиняла себя во всех смертных грехах и ощущала себя безвольной слабачкой. Я подпитывала нелюбовь к себе постоянными осуждениями и мыслями о том, что все вокруг лучше и красивее меня. Комплименты Алекса я не воспринимала всерьез. В моей голове была установка, что он говорит так просто потому что должен говорить, как парень, а не потому что он действительно считает меня привлекательной и интересной. К началу июня я перестала чувствовать вообще что-либо. Я чувствовала себя амебой с кашей вместо эмоций. Мои мысли витали далеко от реальности. Я даже не заметила, как написала два экзамена. Алекса задевал мой холод и он пытался понять, что не так, но я не отвечала. Я не знала, что ему ответить, потому что сама себя не понимала. Так случается, когда в отношения вступает человек, который еще слишком юн для них. Я не могла разгрести кашу в своей голове, а от меня требовалось разбирать кашу в отношениях. Я совершенно не понимала, как надо вести себя в отношениях и чем они отличаются от дружбы. И мне никто не мог объяснить просто потому что я еще не доросла до того, чтобы осознать это. Я поняла, что не испытывала к Алексу романтических чувств. Мне больше нравилось просто общаться с ним, чем видеть его, как своего парня. Но вскоре мне и общение надоело. Я просто пропадала на несколько часов, не предупреждая его. Я хотела сбежать. Я ждала поездки в лагерь, чтобы избавиться от всего, что меня тревожит. Мое отношение к Алексу перевернулось настолько, что мне казалось, что еще немного - и я просто молча уйду. Он казался мне сплошным комком бед, ребячества, нытья и агрессии. Я была уверена, что Алекс принимает меня только в хорошем настроении, потому что так я более удобна для восприятия, а сам он любит выглядеть жертвой и потому всегда делает вид, что ему плохо, когда в действительности все в порядке. Он часто говорил, что любит меня, а я ненавидела это, потому что я знала, что он просто пачкает понятие "любовь". Говоря мне, что он меня любит, он подразумевал только то, что ему нравится то, как он себя чувствует, находясь рядом со мной. Я не считала Алекса близким человеком, он был чужим для меня. Пустота снова прокралась в мое сердце. Хоть Алекс и был рядом, наши отношения трещали по швам. Я не хотела с ним ни эмоциональной близости, ни физической, я настолько запуталась в своей голове, что просто хотела чтобы Алекс ушел и не путал меня дальше. Я чувствовала себя стабильно плохо и забыла о том, когда я чувствовала себя комфортно и в хорошем настроении. Я будто жила не своей жизнью. Я начала чаще вспоминать о людях, которые покинули меня, и к списку этих людей я приписала ситуацию с Никой. Алекс ревновал меня, но я никогда не чувствовала ревность в его адрес. В один день он пошел гулять с незнакомой мне девочкой которую свали Анастасиз, на что я ответила "хорошо". Алекс считал отсутствие ревности равнодушием, а я считала ревность проявлением недоверия. 6 июня мы расстались. Я ничего не почувствовала. Внутри меня была абсолютная пустота. Он позвонил мне по телефону вечером, бросил краткое "мы расстаемся, я начал встречаться с Анастасиз" и сбросил трубку. Я даже не стала ничего выяснять - настолько мне было все равно. Ну начал встречаться и начал, мне то что? Я даже не обратила внимания на уход Алекса. Но на следующий день я почувствовала нотки грусти в своей душе. Я взяла телефон, по привычке хотела написать Алексу, но... Не могла. "Я ношу тебя в сердце полгода и иногда по привычке хочу тебе написать". Хоть я сама желала расставания, я начала чувствовать злость и обиду. Я не хотела, чтобы он просто взял и так просто ушел, я хотела, чтобы он страдал. Я хотела поиграть с ним. Я хотела уничтожить его, хотела, чтобы ему было больно, чтобы он осознал тяжесть своего преступления, когда называл свои чувства ко мне "любовью". Я должна была быть тем человеком, который проучит его за то, что он говорил кому попало о любви, тем самым обесценивая сильные слова. Я прекрасно осознавала, что сама довела все до расставания и что мне просто стало скучно с ним. Мне было плевать где он, с кем и что чувствует, но я чувствовала себя брошенной и потому хотела подергать за ниточки. Он был привязан ко мне и я хотела это использовать. Не такого Алекс просил у меня внимания в отношениях, но другого я ему дать не могла. Я приняла позицию нападающего и гнев полностью затмил мой разум, создавая все больше и больше идей мести. Вслед за гневом пришла и печаль. Уже спустя несколько часов моя злость утихла и я почувствовала грусть. Я не любила Алекса, но я настолько привыкла, что он рядом, что просыпаться без его сообщений было тоскливо. Я привыкла, что он принадлежит мне. Я чувствовала и гнев и раздражение в один момент. Ненавидеть его стало очень просто. Я начала скучать по Алексу, и чтобы не чувствовать грусть, я просто превращала ее в ненависть. -Серьезные намерения?! - возмущалась я, переписываясь с Мэри, - Он говорил о любви и серьезных намерениях, а в итоге взял и начал встречаться с Анастасиз, даже со мной не расставшись! Спустя неделю тоска накрыла меня с большей силой. Она раздавила меня и я дала волю чувствам. Я ощутила боль разлуки. Мне стало казаться, что я все таки любила Алекса, ведь иначе я бы не чувствовала тоски. В инстаграме я увидела фотографию с его новой девушкой. И тогда меня накрыло с большей силой. Мне не хватало воздуха, когда я увидела это фото. Я еле сдерживала слезы от обиды. Я поняла, что не могу видеть его с другой. Одна мысль о том, что он смотрит на кого-то так же, как смотрел на меня, или касается кого-то, сводила меня с ума. Ведь я же особенная для него?... Сейчас я очень пожалела о своем поведении и о том, что не ценила Алекса, когда тот был рядом со мной. Мои чувства брали надо мной контроль и я начала бояться, что Алекс может сделать мне по-настоящему больно. Мы с Алексом остались в дружеских отношениях, и потому на его интерес о том, в порядке ли я, я ответила "конечно". А что я еще могла ответить? "Я внезапно передумала и снова хочу быть вместе?" Я ненавидела в себе свою непостоянность. Мои чувства были как американские горки. Когда Алекс был идеальным - мне становилось все равно на него, с ним становилось неинтересно, но как только в наших взаимоотношениях появлялась трещина или конкуренция, то ко мне снова возвращались былые чувства. Я не понимала, как мне стабилизировать свои чувства, поэтому просто жила так, как получалось. Я никогда не была сломлена. Отношения показались мне болезненной штукой. Какой-то мазохизм. Почему так больно любить? Позже я узнала, как Алекс отзывается обо мне, пока я не слышу, и к моей тоске присоединилось отвращение. "Мои планы на нее были исполнены" - говорил Алекс Мэри. Его отношение к любви было таким же нахальным, как и к обещаниям. Мои чувства были угрозой для самой себя. Я почувствовала себя плохо. Настолько тоскливо мне еще никогда не было. Я считала унизительным сам факт того, что я чувствую себя разбито из-за Алекса. Я жила и дышала нашими воспоминаниями, забывая о кислороде. Я так хотела сделать больно Алексу, но он опередил меня. Я чувствовала к тему теплоту, но как только представляла, как он касается другой, меня наполняла злость. Я поняла, что он никогда не был моей игрушкой. Это я была его игрушкой и это я была привязана к нему. Я не знала, это конец истории с Алексом или у нас еще будет продолжение? Я безумно захотела поговорить с ним. Я хотела, чтобы однажды мы снова были вместе и однажды просто вместе посмеялись с этой ситуации. Мое настроение напрямую стало зависеть от его присутствия в моей жизни. Я не понимала, как могла так легко отказаться от него, как он вообще мог бесить меня, если сейчас он так нужен. Тоска не стихла и на следующий день. Не стихла и через два. Когда Алекс написал мне, мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Это было 14 июня. У нас произошел неоднозначный диалог. -Ты любила? -В какой промежуток времени? -Когда мы общались. -Да. -А сейчас? Я похлопала глазами, перечитывая вопрос. Стоило ли мне говорить ему правду о том, что я чувствую? -О как легко в неловкое положение поставить, - пошутил Алекс, - Честно, да или нет? Я все приму. Лучше чтоб я сейчас услышал, чем когда ты выпьешь. Ни с кем не советуйся, никому не говори. Честно от сердца. -Я не советуюсь. -Ну я просто к слову. Любишь еще? Несколько секунд размышляя над ответом я, собравшись с духом, ответила на его сообщение. -Еще да, но... Но что? Я не сумела закончить мысль. -Понял. -Не парься, - моментально написала я. Я почувствовала себя идиоткой и хотела, чтобы этот разговор не имел никакой значимости. -Несси, - начал Алекс. -Извини. Это глупо. -Несси, да что глупо то? - успокоил меня Алекс, - Успокойся. Все хорошо, слышишь? Я положила телефон вниз экраном, чтобы не видеть его сообщения. Я поняла, какую глупость совершила. Я извинилась за собственные чувства? А зачем я вообще о них заговорила, если у него есть девушка? Но еще больше мне было непонятно, почему он спрашивал это у меня, будучи в отношениях. После этого разговора мне стало спокойнее. Я не могу сказать, что ревновала его. Я чувствовала себя преданной. Алекс больше не был "моим", но я по прежнему чувствовала, что он предает меня. Предает каждый день, встречаясь с другой. Лезвие не касалось моей кожи около трех месяцев, но мое беспокойство было настолько сильным, что я не знала, чем могу себя успокоить. Я сказала каждой подруге, какой Алекс мудак, что я больше с ним когда не сойдусь и все в этом роде. Но я понимала, что соврала им. Стоит ему поманить пальцем и я тут же поддамся. Я чувствовала себя то безумно плохо, то мне снова было все равно. Я снова перестала есть, из-за стресса я не чувствовала голод. Мы переписывались с Алексом после нашего диалога как ни в чем ни бывало. Но ближе к ночи, 15 июня, Алекс сказал мне, что мы не должны с ним общаться. Это было правильной позицией - наше общение было неуважительным по отношению к его новой девушке. Но Алекс не позволил мне ничего сказать на прощание. Он просто заблокировал меня. И меня затрясло. Боль, которую я почувствовала, была расползающейся по всему телу. Я смотрела на надпись "Пользователь добавил вас в черный список" и не могла поверить, что это все. Из глаз потекли слезы. Мои руки тряслись, мне стало холодно и я никак не могла согреться. Биение моего сердца отзывалось гулом в ушах, в груди ныло. У меня помутнело сознание и я больше не видела перед собой ни телефона, ни комнаты, ничего. В глазах была полная пелена. Я не могла встать со стула, пройтись, уйти, закричать, я не могла сделать ничего. Я была в полном ступоре от резкой боли, которая пронзила мое сердце. Я плакала и не могла успокоиться. В течение двух часов у меня была такая сильная истерика, что я не могла остановить ее. Меня не переставало трясти, я будто оказалась на морозе в нижнем белье. Было ощущение, будто у меня вырвали из рук что-то очень важное или на моих руках кто-то умер. Боль была такой, какой никогда не было ранее. Но я не взяла в руки лезвие. Я не перенесла душевную боль на свое тело. Успокоившись, я решила, что срочно должна изменить себя и все вокруг себя. Я начала с места, которое я посещаю чаще всего - с социальных сетей. Я поменяла все оформление, фотографии, потом я выбросила все старые тетради, сменила обои на телефоне. Удалить переписку с Алексом я не смогла. Я хотела избавиться от всех воспоминаний о нем, оказаться в новой атмосфере, но переписка была как ценная вещь, от которой я еще не могла избавиться. До 5 утра я прокопалась в старых вещах, избавляясь от всего ненужного, после чего я попыталась уснуть. Хотелось уснуть и не проснуться на следующий день, чтобы ничего не решать. Я почувствовала себя очень уставшей и почти сразу же вырубилась. Но, к сожалению, я все таки проснулась. Днем я съездила в торговый центр. Пытаясь "изменить себя" мы с мамой прошлись по магазинам и обновили мой гардероб, купили новые духи. Я купила ту одежду, которую не надела бы раньше. На удивление, у меня появились силы, мне хотелось начать жизнь "с чистого листа". Я пообещала себе больше никогда не взаимодействовать с Алексом. И я пообещала себе держаться подальше от отношений и от парней. Я не хотела, чтобы он возвращался - он переворачивал мои чувства с ног на голову. Я боялась и не хотела видеть его. Я ненавидела себя за то, что позволила себе влюбиться в него. Алекс дал мне эфемерную надежду на то, что мы будем вместе, а спустя несколько часов просто прекратил со мной общение. Из-за этого я ненавидела себя еще больше - за доверие. Я чувствовала себя вновь обманутой и не могла вспомнить ничего радостного из-за обиды и гнева. Я вспоминала только прошлую ночь, когда я плакала, задыхаясь. Я четко решила для себя, что больше никогда не окунусь в пропасть отношений. Я то чувствовала себя на высоте, то была полностью разбитой, и мне это, честно говоря, ВООБЩЕ не нравилось. Но я не понимала, что мне делать дальше, после покупки одежды. Чем мне заниматься, чтобы отвлечься? Я решила поехать к Мэри. С ней я всегда чувствовала себя лучше, чем в одиночестве. За всей этой ситуацией с Алексом я упустила, что все экзамены позади, а через несколько дней мы с Мэри уезжаем в лагерь. На улице было очень тепло, солнце обжигало плечи. Был идеальный день для того чтобы поехать купаться. Мы гуляли с Коулом, Томом и Мэри. Я не понимала, как Мэри может находиться в одном обществе с Коулом, мне было бы на ее месте не по себе. Но она вела себя спокойно и они общались как старые друзья. Но Коул очень скоро покинул нас и ушел по своим делам. Гуляя по городу, мы подошли к фонтану. Там я вздрогнула, увидев сидящего на лавочке Алекса. Но сердце, как ни странно, не екнуло, хоть он и был там со своей девушкой. Она была симпатичной голубоглазой блондинкой низкого роста и выглядела как невинный ангел. Я не почувствовала к ней никакого негатива и не почувствовала ничего, когда Алекс сидел с ней на лавке, держа ее за руку. Будто все так и должно быть. Мне было некомфортно поймать его взгляд, но я думала, что сойду с ума от боли, когда увижу его, а на самом деле я ничего не почувствовала. Будто вся боль унеслась вместе со вчерашней истерикой. Мы просто ушли гулять в другое место. Но далее произошло следующее: Том решил предложить Алексу поехать купаться вместе с нами. Я испуганно посмотрела на Мэри, и та поняла, что я ОЧЕНЬ не хочу ехать вместе с Алексом, тем более с его девушкой. -Нет, Том, не надо, - сказала Мэри. -Я не хочу с ним ехать! - воскликнула я. Но Том уже написал Алексу. Алекс согласился. Я закатила глаза и отвернулась от Тома. -Я не хочу с ним ехать, не хочу и все, я не поеду, - начала капризничать я. Я скрестила на груди руки и глубоко вдохнула. -Во сколько он подойдет? - спросила я, повернувшись к Тому. -Мы с ним встретимся минут через 20, вы идите пока домой, соберите вещи, - ответил Том, не отрываясь от экрана телефона. Мы с Мэри посмотрели друг на друга и пошли домой. -Мэри, я боюсь с ним ехать, ты понимаешь? - начала говорить я. -Я понимаю, просто забей. Мы от них отойдем и просто с девчонками будем. Ника с Кэтти тоже поедут. Эта информация облегчила мне восприятие ситуации. Мы с Никой остались в дружелюбных отношениях после ситуации с Алексом и пару раз общались. Она произвела на меня хорошее впечатление - Ника была улыбчивой и доброжелательной по отношению ко мне, у нее было развито чувство юмора. Кэтти была ее лучшей подругой и бывшей девушкой Тома. Ника и Кэтти ждали уже нас на речке, а мы с Мэри должны были поехать вместе с Томом и Алексом на маршрутке. Разумеется, мы опаздывали, к тому же у Мэри в совершенно неподходящее время начались месячные, так что купаться она не планировала, но Том и Алекс уже ждали нас у остановки. Увидя их злые лица на остановке мы не испугались, а напротив - рассмеялись, потому что в гневе они выглядели очень забавно. Они были вдвоем и сели на передние места в маршрутке, мы с Мэри сели позади. Во время дороги мы с Алексом не сказали друг другу не слова. Я чувствовала себя неуютно в его обществе и не знала, стоит ли нам разговаривать. Мы сидели поодаль друг от друга и не обменивались взглядами. По приезде на речку я стала чувствовать себя более уверенно и комфортно, потому что там мы пересеклись с Никой и Кэтти и проводили время с ними, отстраняясь от ребят. Я позабыла об Алексе. Мы прыгали с моста, купались и смеялись, пока Мэри загорала на полотенце. Когда я присоединилась к Мэри, чтобы отдохнуть, к нам подошли ребята. Увидев, что мы мирно загораем на солнце, Том поделился с Алексом своей идеей. -А вы че лежите? Надо их в речку скинуть. Мы с Мэри переглянулись и начали протестовать. -Я не могу! - панически замахала руками Мэри. -А мы тебя и не спросим, - ответил Том с ухмылкой. Он подошел к Мэри и уже хотел поднять ее за руки, но тут Мэри, поняв, что простых криков "НЕТ" Тому мало, она напрямую сказала, что у нее месячные и ей нельзя в воду. -Да сразу бы и сказала, - смеясь, ответил Том, - Ну тебе то можно купаться, так что мы тебя и скинем! - посмотрел на меня Том. -Нет, я не хочу, - ответила я, глядя на Тома. Том посмотрел на Алекса. Они подошли ко мне и Алекс поднял меня за ноги, а Том - за руки, будто я вообще нисколько не весила. Я начала кричать и пыталась вырываться. Я с детства панически боялась утонуть и глубины, поэтому спрыгнуть с моста для меня было целым подвигом, а тут они собирались скинуть меня в воду, а я даже не видела, куда я буду падать. -Нет! Отпустите! - кричала я, скрывая панику. Конечно, им было смешно, потому что я смеялась, но я перепугалась не на шутку, - Серьезно, хватит! Прямо возле обрыва они все таки решили остановиться и поставили меня на землю. -Вы дебилы, - нервно смеясь, сказала я им и ушла к Мэри. Мне показалось, что стена ненависти между мной и Алексом была разрушена. Он сел рядом со мной, больше не избегая моего взгляда, а я перестала делать вид, что его не существует. -Да ладно, искупалась бы, - сказал он, внимательно посмотрев на меня. -Я накупалась уже, - с улыбкой ответила я. Через пару часов начало темнеть и на улице похолодало. Мы пошли в сторону электрички. Там мы с Алексом уже сидели рядом друг с другом. Я чувствовала тепло его тела и мокрую одежду, которая едва задевала мои ноги. Я чувствовала облегчение от того, что мне больше не надо игнорировать Алекса, и в какие-то моменты, из-за шуток Тома в наш с Алексом адрес, мне казалось, что мы снова вместе. Перед тем, как разойтись по домам, Алекс в шутку спросил меня: -Вынесешь из чс? Я ответила со смехом, что подумаю. Попрощавшись с ребятами мы просто разошлись по домам. Вечером Алекс написал мне. Мое сердце было согрето его сообщениями. Сначала диалог был отстраненным, но, будто прощупав почву, Алекс вновь заговорил о чувствах, которые у него ко мне остались. Мне снова будто стерли память и я позабыла обо всем плохом, что к нему испытывала, забыла про истерику, про его новую девушку. Мы общались весь следующий день напролет. Все шло к возобновлению отношений - он расстался с Анастейшей. Я все же не знала, правильно ли будет снова начинать отношения - я поклялась себе, подругам, да всем, что мы больше не будем вместе, потому что он обманул меня. Я не смогла сдержать слово, которое дала сама себе. Я пыталась убедить себя в том, что не приму его назад, но знала, что это неправда. Пускай я еще и не подпустила его близко, я понимала, что это неизбежно. Это казалось все ошибкой все больше и больше. Когда я поняла, что Алекс действительно хочет вернуть отношения, МЕНЯ СНОВА ПЕРЕКЛИНИЛО! И снова это ощущение, что все, чего я хотела я уже получила, и он мне больше не нужен. Странное ощущение, будто я должна была что-то чувствовать - как минимум, радость, облегчение, хоть что-то, а я вообще ничего не чувствовала. Было ощущение, что я перегорела. Чувства не живут долго, если их не питать, а я их питала ненавистью. Я снова запуталась в своих чувствах, я чувствовала себя потерянной в собственной голове. Я не могу точно сказать, что чувствовала, было похоже на обиду и злобу. В одну минуту я была зла на него, а в другую мне уже было все равно. Я не хотела с ним начинать все заново как только поняла, что он хочет вернуться. Я задумалась о причине таких чувств и предположила что это из-за того, что в глубине души я все еще обижена на него. Мы договорились, чтобы он проводил нас с Мэри на вокзал вместе с Коулом. Мы уезжали в лагерь и меня очень радовал тот факт, что я еще долго не встречусь с Алексом и наконец-то забуду обо всей суете и проблемах, которые так долго нагружали мой разум. Я просто хотела отстраниться и жить как раньше. Я не хотела, чтобы они нас провожали. Я не хотела чтобы его видела моя мать, я не хотела смазливых прощаний и слов о том, как все будут скучать. Когда Алекс и Коул приехали то Алекс (ожидаемо) предложил мне снова быть вместе. Я, даже не понимая, зачем мне это нужно, согласилась, после чего мы поцеловались. Для меня это не было значимым событием. Мне было все равно и я хотела поскорее уехать. Мне было настолько все равно на Алекса, что мое безразличие переросло в нахальство - я бесцеремонно закинула на Алекса ноги, когда мы сидели в зале ожидания. Мне было плевать, как я выгляжу и что он обо мне подумает. Он сказал мне что-то на прощание перед тем, как поцеловать меня, но я даже не услышала, что именно. Попрощавшись со всеми, мы с Мэри сели в поезд и отъехали. Мы были невероятно счастливы в этот момент - мы наконец-то покинули всю эту суету, где нам постоянно делали больно. Коул был в отношениях с Вероной и не говорил ей, что он провожает Мэри. А наглость Коула была настолько высока, что он попросил Мэри ни с кем не целоваться в лагере. Я в шоке была, если честно, человек и так предал ее, так еще и что-то от нее требует. Он делал больно сразу двум девушкам, а сам оставался в выигрыше. Чтобы Верона узнала, что Коул провожал нас, мы сняли историю и выложили ее, отметив Коула и Алекса. После этого я редко возвращалась в соц сети, потому что общалась там только с Алексом, а желание общаться с ним у меня было на нуле. Он уже успел мне надоесть и снова вызывал отвращение. По пути я совершенно о нем не вспоминала. Мы с Мэри познакомились с ребятами в поезде и дорога прошла быстро, весело и незаметно. Атмосфера поезда, который мчится в Анапу, была невероятной! Я чувствовала себя свободной, счастливой, и все, что меня волновало ранее отошло на задний план. Экзамены, Алекс, поступление, загоны - я позабыла обо всем, сев в поезд с Мэри. За долгое время я впервые чувствовала себя счастливой, без пустоты в груди и без сожалений о прошлом. Поехать в лагерь было прекрасным решением. ************* Это была вторая спичка. Звали ее Анастейша, ей было 14 лет. Тогда мне впервые было больно. Но это была мелочь по сравнению тем, что было дальше. *************