Mist

      Сонхва никогда не жаловался на свою не совсем обычную жизнь. Никогда. Никто не виноват, что он родился таким. Ни родители, ни природа, ни он сам. Тем более с этим точно ничего не поделаешь. Пак тяжело вздохнул и повернул вентиль, пуская воду. Сегодня был один из редких выходных без судебных разбирательств, когда он мог спокойно принять ванну и снять, наконец, этот дурацкий кулон с шеи.       Пока ванна наполнялась, Сонхва достал с полки заначенную пену и добавил в воду. По ванной комнате тут же распространился лёгкий аромат моря. Пак блаженно вдохнул и прикрыл глаза. В прошлое полнолуние у него не получилось никуда выбраться, и он провёл его примерно, как сейчас, в собственной ванне, упиваясь искусственным морским запахом и слушая записанный шум волн. В этом месяце он планировал выехать хотя бы за город и поплавать хотя бы в озере — ну или в реке Хан на худой конец.       Хва выключил воду, с удовольствием отмечая голубоватые хлопья пены, и принялся раздеваться. Сперва домашние брюки, затем старая растянутая футболка, потом весёленькие "семейники" в мелкую ромашку. Последним он снял заветный кулон, который ещё в детстве ему на шею надела мама и наказала снимать только по редким случаям и в полнолуние. С того момента прошло уже 18 лет, но голос матери до сих пор звучал в голове, когда он смотрел на маленький бутылёк из зелёного стекла, внутри которого плескалась тёмная жидкость.       Аккуратно положив кулон в шкатулку, Хва опустил руку в воду, проверяя температуру. Кожа местами мгновенно покрылась серебристыми чешуйками. Но только Сонхва занёс ногу, чтобы переступить борт и опуститься в ароматную пену, как раздался настойчивый звонок в дверь. Звонящий, видимо, очень хотел, чтобы его услышали, потому что трель лилась не переставая. Пак досадливо поморщился и, завернувшись в тёмно-синий махровый халат, пошёл открывать.       Некто за дверью всё также мучил звонок и останавливаться явно не собирался. Закипая всё больше, брюнет распахнул дверь. Перед ним предстал невысокий молодой человек на вид лет 20-ти с небольшим, занёсший руку, видимо, чтобы позвонить ещё раз. Драные джинсы, низко сидящие на бедрах, красная футболка, распахнутая джинсовая рубашка с подвёрнутыми рукавами, старые конверсы и голубая, почти бирюзовая шевелюра — всё это Сонхва рассмотрел буквально секунд за 15, уставившись на нарушителя спокойствия. Нарушитель распахнул глаза и широко, но как-то неловко улыбнулся. — Здравствуйте, я ваш новый сосед из квартиры напротив, — оповестил он, бодро кланяясь, и кивнул на ту самую квартиру. Хва краем глаза увидел распахнутую дверь и стоящие в дверном проёме коробки. Пак перевёл взгляд на парня. — И? — знакомиться с новым, пусть и симпатичным соседом не было ни малейшего желания, когда его ждала прекрасная горячая ванна с самой чудесной морской солью на свете. Сосед смутился, это было видно по его заалевшим щекам, и переступил с ноги на ногу. — У меня ещё не подключён телефон, а с мобильного не могу дозвониться... Мои вещи должны были уже привезти, но то ли в пробке, то ли ещё что... — пробормотал он так быстро и неразборчиво, что Сонхва сперва ничего не понял. Затем отступил в сторону, давая пройти в свою квартиру. — Заходите, позвоните с моего, — смирившись со своей участью, вздохнул Пак. Сосед расцвел, и сыпя на ходу благодарностями, резво заскочил внутрь. Сонхва лишь молча закрыл за ним дверь и дал тапочки — парень тут же сбросил свои кеды. Хва прошёл в гостиную за телефоном, сосед устремился следом. — Держите. — Спасибо, огромное Вам спасибо! — воскликнул парень, и стал набирать номер. Сонхва же еле видно поморщился и ушёл на кухню, решая не мешать. Заваривая себе чай, Пак вдруг понял, что за все пять лет, что он тут живёт, никто не жил в соседней квартире, хотя в подъезде он регулярно натыкался на объявления о её сдаче. Он жил на последнем этаже, и тут было всего две квартиры — его и постоянно пустующая. Такие резкие перемены не могли не настораживать, но тут уж ничего нельзя было сделат: новый сосед хоть и был чересчур эмоциональным и активным, по крайней мере внушал доверие, был недурен собой, и голос у него был очень приятный — звонкий, как колокольчик, с хорошим диапазоном, — как будто специально для чувствительных ушей Сонхва. Пак помотал головой и сделал глоток, отгоняя глупые мысли — ещё не хватало на него запасть. Сосед тем временем закончил разговор и явно остался им доволен, поэтому высунулся из дверного проёма, сияя улыбкой. — Спасибо, я всё. Сказали, привезут в течение часа. У них там с машиной что-то было, — он подошёл к Сонхва. Пак же лишь кивнул, делая ещё глоток. — Мы всё ещё не знакомы. Я Ким Хонджун, новый повар в японском ресторане ниже по улице, мне 23. А Вы? Сонхва такая прямая искренность немного удивила, но он списал всё на нервозность от перемен. — Пак Сонхва, адвокат по бракоразводным процессам, 28 лет, — также честно ответил он, хотя раскрывать все карты сразу он не собирался. — Очень приятно с вами познакомиться! — радостно воскликнул Хонджун, лучезарно улыбаясь и протягивая руку для пожатия. — Да, мне тоже, — кивнул Пак в ответ, отставляя полупустую кружку и пожимая протянутую ладонь. На его ладони блеснула чешуя, и это не укрылось от Кима, глаза которого расширились. Хва быстренько одёрнул рукав халата и сунул руку в карман. — Вам пора, я думаю, — отводя взгляд, добавил он. Хонджун будто бы оттаял и согласно закивал. — Да-да, конечно, ещё вещи разбирать, дел много, — он поспешил к двери, на ходу снимая махровые тапочки и залезая в свои конверсы. — Ещё раз спасибо за помощь, до свидания! — бросил он напоследок и вылетел в коридор. — До встречи, — сказал в пустоту Сонхва, озадаченно щёлкая замком и направляясь обратно в ванную. Что-то было не так, но что, он ещё не мог понять.       Вода уже остыла, но для Пака не составило труда подогреть её — он провёл ладонями над ванной, и вода снова стала прежней температуры. Он скинул халат и наконец опустился в голубую пену, невольно отмечая, что она такого же цвета, как и волосы Хонджуна. Он прикрыл глаза и сполз в воду глубже, расслабленно выдыхая. С другого края ванны свесился длинный, серебристый, словно у рыбы, хвост.