Mist

      Абсолютно вымотанный первым рабочим днём, Хонджун медленно брёл вниз по улице, попутно просматривая электронную почту. Перевод свитка, что прислал Сан, давал лишь информацию о легенде, которую он уже и так знал. Единственное, о чём Чхве написал дополнительно — есть кусок, который пострадал от времени больше всего, а в нём, кажется, и есть весь смысл.       Как бы Киму не хотелось побыстрее узнать весь перевод и начать, наконец, действовать, Сан был не всемогущим, так же как и его программа. Он и так бессовестно использовал своё положение и пользовался рабочими инструментами, чтобы перевести свиток, поэтому Джун даже и не думал возникать. Это ведь ему нужно было завершить эти дурацкие задания, чтобы вступить в ряды охотников на нечисть.       Весь его род на протяжении нескольких веков охотился на злых духов, демонов, всяких мифических существ, которые мешали жить людям. Конечно, это был не предел его мечтаний — ездить по стране, убивая нечисть. Но против своей семьи идти нельзя. Он и так затянул с выполнением заданий для посвящения — вместо обычных трёх лет это заняло у него все пять (просто потому, что готовить ему нравилось больше, чем ловить призраков). Для того чтобы называться охотником, ему нужно было добыть три предмета: клык вампира, прядь волос банши и голову или сердце русалки. Если с первыми двумя он справился с помощью хитрости — современные вампиры и банши жили скрытно и выдавать свои способности лишний раз не желали, поэтому разжиться клыком и волосами Джуну не составило труда. Об убийстве он даже и не помышлял.       С русалкой всё было в разы сложнее. Было мало её найти и привести, он буквально должен был казнить её, чтобы считаться достойным охотником. С помощью Сана он перерыл уже миллион преданий и легенд, в надежде найти другой способ подтвердить то, что он победил русалку. Единственное, что могло убедить его действительно причинить русалке вред это то, что не все они жили мирно. В последнее время в Японском море участились зверские убийства рыбаков, чьи конечности находили по всему побережью, списывая всё на атаки акул. Но ни одна акула не стала бы так методично выгрызать сердце и желудок…       Хонджун твёрдо решил, что поэтому он постарается поймать хотя бы одну из тех, кто творил все эти ужасы. Но ему нужно было орудие убийства, ведь русалки были на редкость живучими существами, и ни одно современное оружие (ну, кроме ядерного взрыва, наверное), не могло их убить до конца. В свитке, что они с Саном добыли на чёрном рынке у одного из шаманов, явно содержался способ, как с русалкой справиться. И теперь оставалось дождаться, пока Чхве его переведёт.       За этими невесёлыми размышлениями Ким и не заметил, как дошёл до своего нового дома. В глубине души он надеялся, что после завершения заданий он будет раз в год выбираться охотиться для галочки и продолжать жить в своё удовольствие. Хотя верилось в это с трудом.       Уже поднимаясь по лестнице он вспомнил, что надо бы как-то отблагодарить своего соседа-спасителя — тот уже сделал для него столько, что простым «спасибо» тут не отделаешься. Надо бы пригласить его на ужин. Хонджун мечтательно улыбнулся. Сонхва был таким красивым, манящим, немного пугающим, что Джун не отказался бы предложить себя в качестве закуски. Его сознание затуманилось, подкидывая картинки с фантазиями, и он застыл между лестничными пролётами.       Сонхва устало потёр лицо ладонью, медленно поднимаясь на свой этаж. После визита к Уёну он не переставая думал о Хонджуне. Что в видении был изображён именно он, не вызывало сомнений. Сознание подсказывало, что это напрямую связано с его проклятием, и Хва мог уже ясно видеть развитие событий: Хонджун в него влюбится, доверится, а потом Сонхва безжалостно убьёт его. Этот сценарий ему совершенно не нравился. Как бы ему не хотелось перестать испытывать жажду крови, он ни за что бы не избавился от этого ценой невинной человеческой жизни. Этот юноша был таким солнечным и наивным, что его хотелось прижать к себе и никогда не отпускать. Хотя здравый смысл призывал держаться от него как можно дальше.       Погружённый в размышления, Пак наткнулся на того, о ком и думал. Хонджун выпал из транса, почувствовав толчок в спину, и обернулся. От вида его покрасневших щёк и широко распахнутых глаз у Сонхва потяжелело внизу живота. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, не решаясь нарушить вязкую тишину. Первым оттаял Ким. — Сонхва-щи, з-здравствуйте, не заметил вас, — пролепетал Джун, неловко улыбаясь. Пак лишь кивнул, перехватывая в руке пакет с едой. — Здравствуйте, Хонджун-щи. Ну как, вы не опоздали сегодня? Они принялись медленно подниматься на свой этаж. — Нет, благодаря вам я пришёл ровно за минуту до начала смены, — рассмеялся юноша, и его звонкий, словно колокольчик, смех, отразился от стен. У Сонхва перехватило дыхание. Чёрт, что же такое творится… — Я рад. Надо будет как-нибудь заглянуть в ваш ресторан и попробовать ваши блюда. Ну, доброй ночи. Пак остановился перед своей дверью и стал набирать код. Хонджун рассеянно кивнул, а после спохватился и в секунду оказался рядом. Его ладонь привычно вцепилась в рукав Хва. — Сонхва-щи, кстати об этом. Я бы хотел пригласить вас на ужин как-нибудь. Вы уже столько для меня сделали, а я не знаю, чем вам отплатить… «Есть у меня одна идея, но тебе не понравится», — мелькнуло в голове Сонхва. — Не стоит благодарности. Я уверен, вы на моём месте сделали бы тоже самое, — рука Кима как будто жгла кожу сквозь свитер, посылая электрические разряды по телу, и Хва захотелось провалиться сквозь землю. — Но я настаиваю. Позвольте вас чем-нибудь угостить. Какую кухню вы предпочитаете? Корейскую, китайскую, японскую? Я готовлю почти всё, кроме индийской, — улыбнулся Хонджун, пытаясь заглянуть в лицо Пака. Сонхва мысленно взвыл. Если этот ребёнок сейчас же не отпустит его руку… — Давайте японскую, раз уж вы работаете в японском ресторане. У меня есть время завтра после семи. Аллергии у меня ни на что нет. Ким улыбнулся шире и, наконец, отпустил его локоть. — Отлично, Сонхва-щи! Тогда в 8 буду ждать вас у себя. Спокойной ночи! Сонхва и слова сказать не успел, как парень убежал в свою квартиру. Пак некоторое время смотрел на дверь напротив. — Молодец, Сонхва, план держаться подальше работает просто прекрасно, — проворчал он, заходя, наконец, домой, и бросая пакет на тумбочку. В глубине души тихий голосок предположил, что, может быть, не всё так и плохо? Видение ведь это не пророчество. А, значит, его можно изменить.

***

      Весь следующий день Хонджун только что не пританцовывал, размышляя о будущем ужине. Ему хотелось удивить Сонхва не привычными окономияки и суши, поэтому мысленно он делал пометки о том, что ему нужно купить. Его рабочий день заканчивался в шесть, поэтому у него оставалось ещё два часа на то, чтобы убраться в квартире и приготовить ужин.       Как только на смену заступил второй шеф, Ким быстро переоделся и, схватив сумку с вещами, вылетел из ресторана. Каждая минута была на счету — почему-то очень хотелось произвести на Сонхва хорошее впечатление.       В магазине он быстро прошёлся вдоль полок, скидывая в корзину тофу, овощи и шиитаке. Перца шишито, к сожалению, не оказалось, поэтому он решил заменить его чили — якитори не должны были пострадать из-за этого.       В мясном отделе Джун методично осмотрел представленные куски мяса, а потом купил 2 килограмма мраморной говяжьей вырезки (что прилично ударило по его кошельку, но хорошее сукияки того стоило) и бекон, после чего отправился на кассу.       Пока готовилось мясо, рис с овощами и шашлычки, Ким принялся за уборку. Все неразобранные коробки пришлось унести в кладовку, чтобы расчистить место для стола и стульев — стулья были из разных комплектов, оставшиеся от хозяев. Хонджун очень надеялся, что Сонхва не заметит.       Он уже почти домыл пол в гостиной, когда услышал громкое шипение из кухни. Ким пулей метнулся к плите и уменьшил огонь под мясом. До назначенного времени оставалось меньше получаса.

***

      Сонхва выключил рабочий компьютер и с хрустом потянулся всем телом. Настенные часы показывали половину восьмого — он на секунду застыл, удивлённо моргая, а потом подскочил со своего кресла и кинулся прочь из кабинета.       Пак ненавидел опаздывать, поэтому он буквально бежал до парковки, по дороге отмахнувшись от Уёна. Чон смотрел ему вслед, застыв посреди коридора, прижав ладонь к сердцу. На душе у него было очень скверно.       Каким-то чудом избежав пробок, Сонхва оказался дома за 15 минут до встречи. Он благоразумно рассудил, что нужно не только переодеться во что-то более неформальное (пуловер и джинсы были верхом его неформальности), но и принять душ.       Пока Хва быстро мылся под горячими струями, в голове не было ни одной мысли. Только какое-то затаённое желание узнать человека в квартире напротив поближе.       Уже на пороге он спохватился и вернулся на кухню, чтобы достать спрятанную до лучших времён бутылочку пино нуар. Очевидно, лучшие времена в его жизни настали, раз он добровольно шёл навстречу катастрофе.       Хонджун вздрогнул от неожиданности, когда раздалась трель звонка, и чуть не уронил стаканы, приготовленные для сётю. Он поправил футболку, пригладил торчащие свежевымытые голубые пряди, и пошёл открывать дверь.