Глава отдела по учету маггловских выродков

Август, 1997 Малфой Мэнор       - Милорд, вы уверены, что ей можно доверять? - в голосе Беллы слышались большие сомнения. Она стояла по правую руку от Волдеморта, сидевшего во главе своего стола, и с волнением наблюдала за тем, как он гладил громоздкую змею, коротая время до назначенной встречи. - Ещё недавно она поддерживала Фаджа, - напомнила женщина, не повышая голос, что отдавал хрипотцой. Ее глаза были устремлены на мага, объятого раздумьями. - Почему вы уверены, что она не переметнется на сторону Ордена, если завтра вы-       Женщина осеклась на полуслове, поняв, что озвучила свои самые потаённые мысли. И, поймав на себе немигающий взгляд красных глаз, смолкла.       - Продолжай, - велел волшебник с угрозой в голосе.       - Простите, Милорд, - Белла пошла на попятную, вжимая голову в плечи. - Я… неверно подобрала слова…       Темный Лорд, к счастью для неё, пребывал в хорошем расположении духа (власть над Министерством теперь была у них в руках, черт возьми - Его глаза горели от предвкушения мощнейших реформ), поэтому перестал буравить ее взглядом. Задумался на несколько секунд.       - Конечно, Амбридж не эталон преданности, - признал он и на секунду отвлёкся, погладив Нагини по голове, когда та, под опасливые взгляды Беллатрикс, заползла Хозяину на плечи. Как только он выдерживает эту махину? - Но я и не ставлю ее на руководящий пост, - проговорил он, смерив женщину многозначительным взглядом. Та опустила глаза, все равно не согласная с его решением, но боящаяся продемонстрировать ретивость. - Она не получит доступа ни к каким ценным документам, не будет принимать никаких других решений кроме тех, что отведены для нее ее должностью. А в случае неповиновения - окажется ровно там, куда будет исправно отправлять грязнокровок, - продолжал он. - Или и того дальше… - он задумчиво погладил свою питомицу по голове, усмехнувшись уголками губ. Белла, хотя уже и привыкшая к Нагини и ее неуемным аппетитам, невольно поёжилась. - Меж тем, - Волдеморт вновь обратился к своей слуге, - Амбридж - отличная кандидатура именно на эту роль. За время в Хогвартсе она выжила оттуда даже старика Дамблдора и в открытую применяла к ученикам телесные наказания. Ее рука не дрогнет в случае необходимости, она не поколеблется перед важным решением, - он вновь не мог не усмехнуться. Почему-то сцена унизительного побега бывшего директора, даже учитывая, что тот был уже мёртв, необычайно поднимала ему настроение. - И к тому же, - его голос стал ледяным, как всегда, - на счёту у нашей знакомой слишком много преступлений, чтобы безболезненно примкнуть к тому же Ордену. Нет, она не сбежит. Ей некуда бежать.       После этих слов Белла стала чувствовать себя несколько спокойнее. Ее по-прежнему не покидала уверенность, что Амбридж не более, чем лицемерная и подлая приспособленка, которая еще и нахально скрывала свое на редкость паршивое происхождение, но все же согласилась с Повелителем, что эта волшебница хорошо подходит для этой, отменно подобранной под ее скудные навыки, задачи.       В конце концов, Он все равно не разрешил ей лично принимать участие в этой работе…       - Почему я не могу возглавить этот отдел? - спрашивала она упрямо, узнав о том, что он хочет вручить ее детище кому-нибудь «более опытному». - Это же была моя идея! Мой план!       Растрепанная и тяжело передвигавшаяся из-за большого живота (на днях она должна была уже отправиться на долгожданные роды), Белла сверкала глазами и требовала справедливости, подразумевая под последней своё назначение на должность вершителя судеб. Стойко держалась на ногах, доказывая Тёмному Лорду, почему именно она должна была возглавить этот важнейший отдел. Но тот не смог сдержать смеха, услышав о ее амбициях - в итоге ему едва не пришлось успокаивать расстроенную женщину. Она присела на ближайшую к нему кушетку, надувшись, и посмотрела в сторону, сгорая от обиды.       - Белла, - он обратился к ней, присаживаясь рядом и убирая часть волос с ее плеча, чтобы увидеть ее профиль. Ведьма, стоило ей почувствовать его холодные пальцы и вообще его близость, тут же повернулась к нему, забыв обо всем. Но в глазах ее по-прежнему было чувство вселенской несправедливости, - глава отдела по учету маггловских выродков, - он проговорил каждое слово этой должности, подчёркивая ее серость и заурядность, - никогда не сможет стать моей правой рукой.       Мужчина выглядел серьезным, но при этом загадочно-лукавым, и заглядывал Белле в глаза, наблюдая, как скоро в них вспыхнет огонь. Его слова возымели эффект почти моментально. - Помни об этом, когда в следующий раз захочешь занять министерский пост, - сказал он ей весомо. Беллатрикс расцвела.       Конечно, о реальной перспективе такого «повышения» речи не шло (разве что для их дочери, которую Белла родила вскоре после этой беседы), но это не имело значения. Главное, что на данный момент он сумел совладать с бесконтрольной энергией этой фурии.       Беллатрикс, возглавляющая суд, не могла привидеться ему даже во сне. Конформистка со стажем вроде бывшей помощницы Фаджа - могла, и очень даже.       Долорес Амбридж, сопровождаемая Питером Петтигрю, чинно шествовала по коридорам Малфой Мэнора. Атмосферка в поместье была та ещё. Почти все холлы были абсолютно пусты, в залах стояла звенящая тишина. Лишь однажды им по пути встретился какой-то человек, лицо которого Долорес прежде видела на плакатах «розыск». Благо, он пробормотал в ее адрес какой-то комментарий (комплимент или оскорбление, было неясно из-за неразборчивости речи и неидеального британского произношения) и скрылся из виду.       Интерьер в доме Малфоев тоже, говоря привычным нашей гостье языком, «нуждался в доработке». Ни тебе красивых картин на стенах - только высокомерные и грубые портреты каких-то давно умерших белобрысых снобов. Ни пушистых ковров под ногами - только какие-то невзрачные и грязноватые, кое-где с землей от обуви, кое-где с остатками крови. Да и вообще, обстановка вокруг была, прямо скажем, не очень приятная.       При этом Амбридж чувствовала себя довольно уверенно. Шла, расправив плечи и ступая грузными ножками по полу, старательно скрывая отвращение к грязи вокруг. Ее яркое розовое одеяние очень гармонично, на удивление, вписалось в обстановку сырости и тоски. Она словно освещала все вокруг себя своим пестрым костюмом (или, тут как посмотреть, выделялась ядовитой окраской, как мухомор, предупреждая: не хотите проблем - держитесь подальше от меня).       Волнения женщина почти не испытывала. После недавнего знакомства с Пожирателями Смерти и чудной доверительной беседы с несколькими их представителями, Долорес была уже более чем готова броситься в объятия новым власть имущим. Надо сказать, те обращались с ней на порядок вежливее, чем со многими ее коллегами. Потому ли, что Амбридж не виделась им возможной угрозой, или потому, что ее прошлое создавало весьма благоприятное впечатление…       Сидя на табурете в полупустой и полутемной комнате напротив вооружённой группы мужчин, Долорес сохраняла такой непринуждённый вид, словно пребывала до их появления на заседании Визенгамота или завтраке в Большом зале и, вдруг переместившись в другую локацию, даже не заметила изменений.       - Я всегда разделяла ваши взгляды всецело, - заверяла Пожирателей женщина, слегка подаваясь вперёд и не сводя с главного в группе, Корбана Яксли, проникновенного взгляда.       - Отрадно слышать это, - отвечал тот, не реагируя на заискивание. - Но как мы все знаем, вы долгое время придерживались противоположной политики, - мужчина изучал чиновницу внимательным взглядом. Он оглядывал положение ее рук, ожидая увидеть в них дрожь, переводил взор на ноги, надеясь заметить хотя бы лёгкое шевеление туфель, но Амбридж, вопреки всем ожиданиям, оставалась невозмутима и не давала ни единого повода думать, что переживает за себя. Она по-прежнему не сомневалась в своей искренности, даже несмотря на то, что была, пожалуй, единственной в этой комнате, кто верил в свои слова. - И, мало того, были ближайшей соратницей Фаджа, а затем и Скримджера. Ни тот ни другой к нам душой никогда не лежал, - справедливо заметил Пожиратель. Но Амбридж нашла, что ответить на это. Она словно только и ждала момента, когда ей дадут сказать слово. Возможно, заранее продумала то, что говорила сейчас, возможно, искусно импровизировала. Но говорила она так, будто всю жизнь носила на предплечье Темную Метку и прошла через несколько пленений и тюремных сроков, и все это ради священной кровной борьбы. Лишь тот факт, что в верной службе она за последние годы поклялась числу людей большему, чем было во всем Ближнем круге, немного… смущал. Но приказ Волдеморта был поставлен перед магами весьма однозначно - Амбридж надлежало «прощупывать» с осторожностью. И без фанатизма. Приходилось исполнять.       - Поверьте, я делала все возможное, чтобы приблизить их конец! - уверяла Долорес, оглядывая поочерёдно каждого из волшебников. Те оставались бесстрастными. - Все эти годы… это было невыносимо, - тут подразумевались, вероятно, ужасы маггловского засилья. Ведьма возводила глаза к потолку. - Когда Дамблдор пал - ах, как я была счастлива… - Долорес мечтательно закрывала глаза, но совсем ненадолго. - Я знала, что Темный Лорд вот-вот вернётся к власти. Мечтала участвовать в строительстве нашей новой, свободной Британии… и вот наконец все так. И я знаю, что я могу быть вам очень полезна, - увещевала женщина своих молчаливых и вполовину не столь же воодушевленных собеседников, настойчиво посылая им сигналы глазами.       Яксли подумал, что в этой речи прекрасно все - особенно возможность использовать ее при всякой власти, просто имена меняя местами время от времени…       Но ладно, что ж, такое лицемерие все равно много лучше, чем гоняться за Скримджером и ему подобными и тратить время на пытки. Нет сопротивления - нет проблем. А надзор за подозрительными личностями несложно обеспечить.       Спустя несколько дней предварительное решение было принято, и Амбридж получила наброски нового отдела, который ей, весьма может быть, предстояло возглавить. Смысл был в том, чтобы дать ей проявить себя и поработать с незасекреченной частью планов (а противоположная ей часть тоже существовала) и выполнить тестовое задание. Белла так вообще окрестила последнее «тестом на адекватность». В общем, цель была дать Амбридж проявить креатив и предложить свои идеи по реализации работы отдела. Простор для творчества там был бесконечный.       Задача утяжелялась тем, что ведьма получила очень мало времени на раздумья, каких-то три дня, так что испытание это стало проверкой ещё и на прочность. Вдобавок, министерской чиновнице важно было, что называется, «попасть в настроение» новой власти, а то было чрезвычайно изменчивым. Вот, скажем, поцелуй дементора - это перебор или нет? А пытки на допросах, допустимы?       Долорес нужно было не перегнуть палку, чтобы не стать жертвой новой системы, но в то же время не дать слабину - тут итог был бы ровно тот же. Окончательный вердикт по всей работе же должен был быть вынесен на личной встрече с Темным Лордом, которую тот предпочел не откладывать на потом. Сроки и так поджимали.       Долорес была в предвкушении.       Суть будущей работы ее по меньшей мере не беспокоила, а по большей так и вообще вдохновляла. Сидеть в Визенгамоте, директорствовать в Хогвартсе, возглавлять отдел по репрессированию магглорожденных - чем выше должность, чем лучше. Да и не то чтобы эта как-то противоречила ее взгляду на мир…       В общем, Амбридж была весьма замотивирована и уже успела убедить себя в том, что ее шансы на должность весьма велики. Главное, найти общий язык с Волдемортом. Бояться ей, в целом, было нечего. Она как-никак училась на Слизерине когда-то давно и всегда разделяла идеи Пожирателей Смерти (в этом Амбридж ещё не удалось убедить последних в полной мере, но она была настроена решительно). Возможность познакомиться с такой легендарной личностью, как Темный Лорд, и вовсе выпадала только избранным, так что Долорес была до ужаса горда собой.       Когда Петтигрю довёл ее до нужного кабинета, женщина, даже не глядя на мужчину, мановением руки велела ему убраться. Тот буквально рот открыл от такой наглости, но возмутиться не успел - Амбридж уже постучала в дверь, а устраивать разборки (то есть пищать что-то нечленораздельное, ибо на большее смелости ему бы все равно не хватило) перед Волдемортом было чревато. Мужчина ретировался, мысленно браня и нахальную гостью и вообще женской пол, а вместе с ними заодно и всех бюрократов.       Но Долорес было уже не до него. Услышав голос по ту сторону двери (антипрослушивающие чары Он снял ровно перед своим ответом), она уверенно толкнула дверь и ступила в полутемную комнату.       Ее нового хозяина было сложно не заметить - он сидел за широким столом прямо напротив входа, в отдалении. Левая часть комнаты при этом была погружена во мрак (там скрывалась ещё одна женщина, желавшая сперва понаблюдать за «министерской зверушкой»), в то время как правая оставалась освещена большим зажженным камином.       У Амбридж была возможность осмотреть волшебника. Он величественно восседал на высоком стуле, окаймленный огромным телом чудовищной пятнистой змеи, и тоже наблюдал за вошедшей со сдержанным любопытством. Выглядел он… как человек, к которому нелегко будет найти надлежащий подход.       То был не Фадж, падкий на лесть и распираемый от непомерной гордыни, да и не Скримджер, что был скуп на слова, но всегда поощрял действия и инициативу коллег. Волдеморт был тайной в человеческом обличии - понять, что было у него на уме, не представлялось возможным. Впрочем, Долорес не спешила отчаиваться.       - Мой Лорд, - произнесла ведьма своим привычным приторным голосом, склонив голову в знак уважения.       - Вы прибыли точь-в-точь ко времени, - заметил маг, бросая взгляд на часы, стоящие недалеко от него. - Надеюсь, с такой же ответственностью вы отнесетесь и к своей новой должности, - произнес он многозначительно. Он обращался к ней на «вы» не потому, само собой, что пожелал быть учтивым или выказать уважение. Какой сюр. То было лишь особенно хорошее настроение, которое выливалось у него обычно в иронию или злые шутки над слугами. В случае с Амбридж же, которая напрямую его слугой не являлась, это было скорее насмехательство. Еще вполне себе сдержанное, к слову. Та же Белла прекрасно знала, что Он мог быть куда жёстче, когда дело доходило до слуг.       - Можете не сомневаться, Милорд, - заверила Долорес. - Я уверена, что наше с вами сотрудничество окажется весьма плодотворным, - заявила она с лукавой улыбкой, заставив Беллу скривиться. Такой самонадеянности она стерпеть не смогла.       - Я лично в этом сомневаюсь, - проговорила женщина с нескрываемым презрением и, поднявшись из кресла, вышла из тьмы во свет, являя себя заметно удивленной Долорес. Ее тёмные кудри напоминали дьявольские силки, в любой момент готовые к атаке. Глаза метали молнии, губы кривились, - но уповаю на ваше главное и единственное умение: четко следовать инструкции, - ведьма проговорила это с расстановкой, выделяя последние слова.       Амбридж они, впрочем, не разозлили. Во всяком случае, на то, чтобы подумать так, не было ни малейших причин. Женщина лишь продолжала гнусненько улыбаться и стреляла своими мелкими жабьими глазками то на Волдеморта, то на Беллатрикс. Видимо, это было ее персональной тактикой в доведении оппонента, вроде Беллы, до белой горячки.       - Мне очень лестно, что вы так внимательны к моей работе, мадам, - проговорила женщина слова, полные учтивости, тоном, полным учтивости, помноженной на трое. В общем, тоном, от которого у Беллы едва повторно не начался токсикоз. - Но я уже внесла в проект небольшие коррективы, - добавила она, бросив короткий взгляд на Беллатрикс. Та едва пятнами не пошла, услышав об этом. Какие, черт ее дери, коррективы?! В мой проект? В мой идеальный проект?!       Перед Беллой словно ленту сорвали, давая команду на старт. Но в следующую секунду Амбридж усугубила своё положение ещё больше: достала из миниатюрной сумочки какой-то свернутый пергамент. - Позволила себе оставить несколько комментариев, - усмехнулась она, поглядывая на Темного Лорда и прощупывая почву. Тот оставался невозмутим, но в мыслях уже посмеивался над происходящим.       Эх, если бы речь сейчас шла о должности Министра или хотя бы главы Визенгамота, Лестрейндж бы уже валялась на полу под каким-нибудь пыточным… хотя что это он, ее бы вообще не было в этой комнате при таком раскладе. Ну а так, легкие отступления от правил были вполне допустимы. Да и в конце концов, идея-то это и вправду была ее. Пусть поучаствует, посмотрит…       - Интересно взглянуть, - буквально выплюнула Беллатрикс, понимая, что их собеседница покажет свои каракули при любых обстоятельствах. Да и Темный Лорд был совсем не против. Или просто насмехался над своей верной слугой?       Подойдя к столу и разложив на нем исписанный пергамент, Долорес повернулась к Волдеморту. Беллу она отныне игнорировала, быстро догадавшись, что реального значения ее мнение не имеет, а выпады ее продиктованы исключительно ревностью.       - Я внимательно изучила все планы, - проговорила она. - Но так и не смогла найти информацию по ряду обязательных процедур. В частности, по процессу конфискации у подсудимых волшебных палочек. А также по процедуре их заключения, - продолжала министерская работница. - На тех планах, что я получила, последняя описывается лишь в пункте «Арест». Но там почти нет никакой информации по, - женщина прервалась на несколько секунд, доставая маленькую свёрнутую бумажку, оказавшуюся довольно длинным пергаментом с ее замечаниями, - срокам всех следственно-розыскных мероприятий; времени, отводящемуся для проведения допросов и транспортировки обвиняемых, - тут она прервалась, чтобы сделать дополнительную ремарку, - от этого будет напрямую зависеть бюджет, который потребуется для содержания штата, - проговорила ведьма, бросив лукавый взгляд на Темного Лорда. Тот не сдержал ухмылки: Как же удивительно устроен мозг у этих бюрократов, - а также, - ведьма вновь взялась за своё (то есть за листочек), - по нормативно-правовой базе каждого обвинения и его смягчающих обстоятель- - тут она уже больше не смогла продолжать, так как была прервана взбесившейся Беллатрикс.       - А вы считаете, что есть хоть какое-то оправдание для посягательства на магию? - вопросила Пожирательница, свирепеющая с каждым новым словом Долорес. Не будь рядом Темного Лорда, она бы уже вцепилась руками в ее мерзкую толстую шею. - Нет и не может быть ни единого повода выносить оправдательный приговор магглорожденному, - отчеканила она, не сводя с Амбридж ненавистного взгляда. - А если вы не знаете, что делать с их волшебными палочками - можете сжигать их в зале суда!       - Беллатрикс, поспокойнее, - произнес Темный Лорд, поднимая руку. - В уничтожении палочек нет необходимости. Напротив, их разумнее будет использовать при дальнейшем изучении проблемы. Для выявления причин проникновения магии в мир магглов, как минимум.       - О да, Повелитель, это ровно то, что я хотела вам предложить! - тут же воодушевилась Долорес. Беллатрикс едва не взорвалась, услышав такое обращение к своему Господину.       Повелитель?! - женщина сверкала глазами, неистово желая испепелить Амбридж одним взглядом и смести ее прах в камин за ее же спиной. - Да как эта жаба смеет так к Нему обращаться?! Кто она такая?! Только Его приближенные имеют право так его называть! - женщина была вне себя от злости и посмотрела на Волдеморта глазами, полными растерянности и непонимания, но тот сделал вид, что не заметил ее.       Да она из кожи вон лезет, чтобы Ему угодить! Это же просто возмутительно! Как она смеет…       - Прекрасно, - прохладно ответил волшебник. Он видел стремления Амбридж не хуже своей верной сторонницы, что не могла сдержать поток брани в адрес «лживой министерской проходимки», но относился к ним спокойно. В конце концов, он знал о Долорес немало (не стал же бы он приглашать на разговор кого попало), и представлял, как та потенциально будет себя вести. Пока что ничего критичного он не видел. Напротив, с любопытством наблюдал за женщиной, что стояла напротив него. - Продолжайте, - велел он, вновь обращаясь к Амбридж. - У вас есть еще комментарии, как я вижу, - заметил мужчина, кивнув на нескончаемый лист из каракулей, что Долорес держала в руках.       - Вы правы, Милорд, - та вновь удостоила его своей поразительно мерзкой улыбки. - У меня есть еще один вопрос, - сказала женщина, переводя взгляд с Темного Лорда на Беллатрикс и обратно. Все уже озвученные пункты, очевидно, обсудить предстояло позднее. Обстановка мало располагала к продуктивной беседе. - Каков должен быть штат отдела? Его размер, критерии отбора сотрудников? - Амбридж повернулась к Беллатрикс, которая все так же стояла рядом со столом справа от Милорда, скрестив руки на груди и время от времени начиная невольно трястись от злости и негодования.       - Это очень хороший вопрос, - задумчиво протянул Волдеморт, тоже взглянув на Беллу, что поймала его взор с заметным волнением в собственном. - Ты же упоминала этот пункт в плане, Беллатрикс? - то ли спросил, то ли напомнил он об обратном побледневшей женщине - та упустила этот момент, сочтя его не особенно важным.       - Я- - ведьма уже не обращала внимания на Долорес и смотрела только на Темного Лорда. Их гостья, поняв, что создала не самую комфортную обстановку, лишь приторно улыбалась и тихо стояла в стороне, избегая взглядов на Хозяина и его слугу и всем своим видом изображая неловкость. В глазах Беллатрикс же читалось что-то близкое к «Простите меня, Милорд, я очень виновата» и вместе с тем «Пожалуйста», которое и без дополнений говорило само за себя.       Волдеморт услышал ее. Он и сам не хотел ставить Беллу в унизительное положение, стыдя на глазах у бывшей помощницы Фаджа, что даже в Ближний Круг не входила. Вот после окончания встречи - да. Беллу ждала целая лекция по тому, как ей следовало себя вести и как нужно было расставлять приоритеты.       - Насколько я помню, Рабастан должен был заниматься подсчётами? - спросил Темный Лорд у Беллы, которая смогла лишь кивнуть. - Но раз он так и не представил нам свои труды… - протянул мужчина, недвусмысленно намекая Долорес.       - Я с удовольствием возьмусь за это задание, - уверила его та, улыбаясь.       Мерлин, как же у неё ещё скулы не свело от этой гримасы? Пикси министерская… - снова гневно подумала Белла, но Темный Лорд, в очередной раз услышавший ее мысли, смерил женщину строгим взглядом, как бы говоря: Ты сейчас совсем не в той ситуации, чтобы позволять себе вольности, Беллатрикс. Держи себя в руках и не усугубляй своё положение.       Белла сникла, опустив взгляд в пол и сгорая от стыда и вины. Благо, Долорес вроде бы не обращала на нее внимания, вернувшись к диалогу с Темным Лордом.       - По правде говоря, я уже озадачилась расчетами минимального количества сотрудников, так как не нашла этой информации в готовом виде, - поделилась мыслями инициативная женщина. Волдеморт не удержался от того, чтобы хмыкнуть и бросить многозначительный взгляд на Беллатрикс, у которой глаза от обиды уже и так были на мокром месте.       Та, заметив, что он смотрит на неё, вновь опустила глаза в пол, хотя до этого робко поглядывала на мужчину исподлобья. Она даже сделала полшага назад, ближе к тёмной части комнаты, чтобы не злить его своим видом лишний раз. В мыслях она уже готовилась к долгой и гневной отповеди, очень надеясь, что после нее сможет побороться за его прощение вновь…       - Похвально, - ответил Темный Лорд. - И к каким же выводам вы пришли? - спросил он Долорес, намеренно подпуская в голос побольше интереса.       Амбридж просияла и принялась рассказывать ему, сколько человек ей нужно на каждой из ступеней системы. Какими навыками каждый из сотрудников должен обладать, какие обязанности лягут на их плечи, наконец, сколько средств из бюджета уйдёт на финансирование всех этих процессов - в общем, говорила много и очень подробно и красочно. Возможно, не так красочно, как Белла первоначально, впрочем…       - Изымать палочки прямо перед обыском! Подвешивать мерзавцев за ноги и пытать до тех пор, пока не признаются во всех преступлениях! - рассказывала она о своих соображениях с настоящим дьявольским пламенем во взгляде, когда впервые презентовала проект (рождённый под влиянием гормональных скачков и постоянных перепадов настроения, по всей видимости). - Доставлять их в зал суда в железных клетках и обязательно связанными! Как диких животных! А после суда вести в Азкабан, провозя по улицам Лондона! - тут она прерывалась, остановленная Милордом.       - По-моему, это уже перебор, - заявлял он, осматривая женщину взглядом опытного психиатра. - Мы находимся ещё не на том этапе, чтобы это было возможным, - напоминал он ей, вынуждая с собой согласиться.       - А если… только клетки… Можно? - спрашивала Белла после недолгой паузы, теряя в громкости, но еще не в решимости его уговорить.       - Нет, Беллатрикс, - Темный Лорд не собирался идти на уступки.       - А цеп-       Немигающий взгляд.       - Простите, - женщина шла на попятную, вжимая голову в плечи.       «Да, ждать от Амбридж такого же запала было бы глупо», - проносилось в мыслях у Волдеморта, пока он слушал Долорес и наблюдал, как она водит своими крупными пальцами по исчириканному пергаменту с иерархией отдела и самыми разнообразными подробностями.       Хотя это, пожалуй, было к лучшему - можно было не сомневаться, что разбирательства будут идти как положено быстро, а на заседаниях не случится ничего вопиющего. Да и люди на улицах Лондона не будут шарахаться и прятаться по углам от пролетающих с закованными узниками кортежей…       Беллатрикс стояла все так же тихо, не смея вмешаться и боясь лишний раз Его разозлить, но тоже с интересом слушала рассказ своей, как она считала, соперницы.       Вот та принялась описывать процедуру ареста. Упомянула, что для него потребуется минимум три человека в конвой. Зачем, если можно обойтись Ступефаем? - не понимала Беллатрикс. - Грязнокровки будут в отключке и не доставят хлопот. Да и работа пойдет быстрее.       Но это ещё пол беды. Стоило Долорес дойти до описания судебного процесса, так Белла и вовсе опешила. В ее собственных представлениях вся процедура укладывалась в три предложения максимум: «Грязнокровку приводят в зал суда. Судья зачитывает приговор. Грязнокровку уводят.» Какие ещё звенья могли быть между этим? Но Амбридж настаивала на полноценном судопроизводстве. Бред.       Потом наказание. В планах Беллы этот пункт был буквально последним пристанищем. Ничто не могло так скрасить тяжкие будни беременной женщины, как размышления о казнях и каторгах. Все предыдущие стадии (поиск потенциальных преступников, их физическая поимка, аресты, обыски) не доставляли ей такого удовольствия и потому шибко подробно не расписывались, без проблем подвергаясь доработкам. Но вопрос казней и заключения был для Беллатрикс самым главным. Ему она посвятила несколько футов текста, расписав в точности абсолютно все процедуры и все реформы, которые хотела провести в Британии. То были, конечно, не только фильтрационные учреждения, созданные для содержания всех главных врагов, но и множество специализированных институтов, каждый из которых должен был лечь в основу организации тяжёлого физического труда тех, кого следовало.       Увы, на текущий момент ничего из этого не представлялось возможным. Речь ведь шла о перестройке вообще всей экономики и о развороте на сто восемьдесят градусов. Это было трудно представить себе сейчас - сперва надлежало расчистить остатки сопротивления.       Скрыть гневные мысли и ненавистнические комментарии в адрес Амбридж Беллатрикс не могла, но озвучивать их уже не решалась. Время от времени только осмеливалась бросить взгляд на Волдеморта - но тот либо намеренно игнорировал ее карие глаза, отчаянно ищущие встречи с его, либо обдавал таким взглядом, от которого по телу ведьмы проходила крупная дрожь.       Лишь под конец, вполне довольный своим удачным выбором главы столь важного департамента, он бросил на Беллу взгляд, в котором прослеживался упрёк, но и задел на прощение. Та слегка приободрилась, но пока не осмеливалась предпринимать шаги к примирению, с нетерпением ожидая, когда рядом с ними не останется посторонней.       - Что ж, ваш план составлен очень даже неплохо, - признал маг, обращаясь к польщенной Долорес. Ее приторная улыбочка все ещё была при ней в этот момент. «Все же ее огромный опыт в Министерстве нам очень на руку в этом вопросе», - думал Волдеморт. - Со следующей недели нужно начать процессы по всем, кто уже доставлен в Министерство. Это дело не терпит отлагательств, - сказал волшебник. Обе женщины согласно закивали. - В ваших интересах сделать так, - на сей раз он обратился персонально к Амбридж, и та поймала его взгляд с таким заискивающим видом, которому и Беллатрикс иной раз позавидовала бы, - чтобы воплощение плана в точности соответствовало изложенному, - мужчина даже не кивнул в сторону бумаг, но Долорес мигом кивнула, поняв все без лишних указаний. - В таком случае наше сотрудничество, - он произнес это слово, уже использованное ею ранее, с легкой, но в то же время весомой усмешкой. Вкупе с тишиной вокруг последняя стала особенно выразительной, - действительно пройдёт плодотворно.       Амбридж открыла было рот, чтобы рассыпаться в обещаниях, но Волдеморт ещё не закончил.       - И конечно, вы всегда сможете обратиться за помощью, если она вам потребуется, - проговорил волшебник, буквально лучась добродетелью. - Наши общие друзья, - он отпустил очевидный намек, - будут сопровождать вас везде. И будут готовы вмешаться, если только заметят, что вам это нужно, - на этом моменте Долорес все же ощутила, как по коже у неё пробежал холодок. Особенно когда случайно покосившись на Беллатрикс, она заметила на ее лице злорадную (и даже кровожадную) улыбку, слегка обнажившую не только небелоснежные зубы ведьмы, но и все ее тайные фантазии.       - Я сделаю все возможное, чтобы не тревожить никого лишний раз, - ответила Амбридж с самой очаровательной улыбкой, на которую только была способна - взять себя в руки она, впрочем, смогла даже в такой ситуации. Волдеморт кивнул, отметив, что соображает женщина и вправду достаточно быстро.       Вскоре он попросил Долорес на выход, оставшись с Беллой наедине. Ему нужно было ещё много чего осмыслить после этого разговора. Беллатрикс присела за стол перед ним, но не решалась приблизиться, тоже погружённая в мысли.       - Что скажешь? - обратился он к ней, наконец, спустя некоторое время молчания. Ведьма встрепенулась и подняла на него глаза. - Все ещё не согласна, что Амбридж может сослужить нам хорошую службу? - голос Волдеморта был насмешливым и поучающим одновременно.       - Пожалуй, может, Милорд, - признала женщина, вновь опуская взгляд. Ее по-прежнему одолевали сомнения. - Вы сказали, что она всегда будет под присмотром, - вспомнила ведьма то, что больше всего волновало ее. - Могу я тоже..? - она взглянула на Волдеморта с надеждой.       - Можешь, - тот согласился. - Но не постоянно. У меня есть для тебя немало других задач, - на этих словах Беллатрикс просияла, и, почувствовав, что нужный момент настал, попробовала пойти на сближение.