Наблюдатель

Хитоши смотрел на Изуми удивлённо подняв брови. Прочистив горло, он осторожно спросил: — Ты чего тут лежишь? Коляска стояла где-то в отдалении, а девушка лежала на земле. Она перевернулась на бок, подложив одну руку под голову, а другую на талию. — Не видно? Тебя соблазняю, — невозмутимо ответила она. — А, — протянул парень. — Извиняюсь, не соблазнился. — Ничего, бывает, — также равнодушно ответила Изуми. Хитоши прикрыл глаза, досчитал молча до десяти и снова обратил внимание на зелёноволосую. — Где Хагакуре? — спросил он. — Разве не она тут тренируется? — Где-то здесь прячется. Кажется, она не заметила, что толкнула меня прямо на кочку. — Никто, судя по всему, этого не заметил, — вздохнул он. — Ладно, сейчас, — подошёл чтобы помочь подняться Хитоши. — Не, — отмахнулась от его рук. — Ещё подождём. — Зачем? — Посмотрим, кто всё же заметит, — ухмыльнулась. — Ещё минута. Если нет, то минус балл всем, кроме тебя, дорогой. — Оу, — сложил руки на груди. — Я чуть не прервал важный эксперимент? — Ну, — хмыкнула, — меня всё же не просто для помощи в раскрытии причуд позвали сюда. Незу всё же та ещё крыса, запряг меня на проверку социальных навыков. Пока что-то выходит у вас не очень. — Что поделать? Подростки больше на себе зациклены, — развёл руками. — Возвращайся к Каминари, я позже тоже присоединюсь, — сказала девушка. — Да-да, моя госпожа, — шутливо отдал честь и ушёл обратно к светловолосому электрическому парню. Через минут пять всё же кто-то заметил, что она упала. Сёдзи Мезо. Мальчик с самыми классными объятиями как его решила прозвать сама Изуми. Она даже пошутила, когда он помог усесться ей в кресло, что если бы не встречалась с Хитоши, то приударила бы за многоруким парнем, вгоняя беднягу в краску. Эх, девчата, зачем вы засматриваетесь на Тодороки, когда есть такой кадр? Ну, идеальный же. Умный, милый, хозяйственный, рукастый. Не парень, а мечта. Она посмеялась над быстро ретировавшимся Мезо и решила присоединиться к Айзаве, наблюдающим за учениками на краю поляны. — Заметила что-то? — спросил учитель. — Плюс балл Хитоши и Мезо. Минус два Хагакуре, — просто проинформировала Изуми. — Ей стоит поработать над ситуационной осведомлённостью и ловкостью. — Что произошло? — вздохнул мужчина. — Ну, она свалила меня. — И? — И не заметила. По крайней мере, мне так кажется, — почесала затылок. — Другой вариант, что она всё же заметила, но устыдилась и решила сбежать. А третий… — Третий? — заинтересованно прогудел герой. — Возможно, мне за что-то мстят, — шутливо сказала она. Айзава нахмурился, отвёл взгляд от девушки, несколько раз моргнул, словно что-то просчитал и ответил: — Возможно. Изуми уставилась на него. Понятно. Догадался в чём соль, но натура гада не раскроет, в чём секрет. Хотя она догадывается в чём дело. Точнее, заметила недовольные взгляды хвостатого парня в сторону Хитоши и нежные отношения между ним и невидимой девушкой (но, похоже, что не официальные). — Пока это не причиняет серьёзных проблем, меня не касается, — решила сразу же обозначить свою позицию. — Хотите, сами разъясните им по новой рабочую этику. Айзава хмыкнул. — Тодороки всё ещё отказывается работать с огнём? — перевела тему. — Да, если так продолжится, то я поставлю вопрос об отчислении и выведу его из лагеря, — ответил мужчина, с силой потерев шею, показывая насколько его задолбало такое отношение. — Перед отбоем позовите его на разговор со мной. Попытаюсь что-нибудь с этим сделать, жаль терять такую причуду, — сделала нажим на последнюю фразу, как бы показывая, что понимает ради чего вообще парня держат. — Ты решила побыть «открывашкой»? Видел твои успехи с Мономой, — весело посмотрел на Изуми. — Чисто с исследовательской точки зрения, — останавливая все намёки на альтруизм. — Мне не интересны их мотивы. Я хочу узнать, что будет, если выжать из них максимум. Но кто ж знал, что для этого мне придётся вправлять мозги, — закатила глаза. — Вообще, это ваша работа. — Подростки редко доверяют своим учителям, — горьковато подметил мужчина. Видимо, он тоже был немного раздосадован этим фактом. — Ну, знаете. Вы как-то не вызываете доверия, — припечатала она. — Туше, — высказался герой. — Ладно, я к Хитоши, пока он там Каминари не убил, — сказала зелёноволосая. — Надо с нашей «электростанцией» кое-что обговорить. — Иди-иди, — подогнал мужчина. Что-то ей подсказывало, что он на это и надеялся. Зачем? Он что, сам не может с мальчиком поговорить насчёт его проблем? А, нет. Её же просто эксплуатируют, пока могут. Действительно. Почему бы нет? Ха-ха, какое веселье. Изуми вздохнула и покатила в ту сторону, где что-то начало искриться, а когда добралась… — А ну электричество в землю направил! Живо! — приказала она. Хитоши стоял чуть в отдалении и с ужасом смотрел на заискрившегося блондина. Что произошло? Не понятно, но пора брать дело в свои руки. Каминари почти плакал от безысходности, когда услышал приказ девушки и поспешил выполнить его, пока не случилось что похуже. Идея с заземлением помогла. Искры почти сразу же исчезли, затихнув где-то в земле и парень тут же рухнул в облегчении. — Что здесь произошло? — спросила Изуми. — Мы тренировались и он вдруг заискрился, — ответил Хитоши. — Я не знаю! Такое впервые! — у Каминари почти была истерика. — Успокойся, я уже поняла, что это явно не было планируемо, — сказала она блондину. Она переглянулась с Хитоши и он чуть погодя сказал: — Мне кажется, ты была права. — Думаешь, он поэтому заискрил? — нахмурилась девушка, мысленно соглашаясь с парнем. — Э-э, вы о чём? — Каминари переводил растерянный заплаканный взгляд с Хитоши на Изуми. — Сядь поудобнее, смотреть на тебя больно, — скрючился тут на земле и полёживает. — А? Да, конечно, — похлопал глазами и уселся ровнее. — Хороший мальчик, — похвалила она. Хитоши прыснул: — Как собаку… — Хей! — обиделся блондин. — Хитоши, либо подойди ближе, либо вали нафиг, — обратилась она к своему парню, на что тот хмыкнул и подошёл к ней. — Каминари, если я правильно помню, то ты привык проводить сквозь своё тело огромное количество электричества? — Да? — А, простите, нахрена ты это делал? — миленько поинтересовалась Изуми. — Эм, ну мне сказали, что я должен и так повысится моя сопротивляемость замыканию собственного мозга, — почесал затылок. — Кто сказал? — у неё начал дёргаться глаз. — Мой доктор по причудам, — как само собой разумеющееся. — Уволить неуча надо, — фейспалм. — Каминари, ты прости, но твой доктор фуфло. — Э-э-э… — словил экзистенциальный кризис. — Объясняю. Уже по описанию твоей причуды понятно, что ты не просто проводишь и выпускаешь ток, ты его создаёшь. Что ты нам сейчас и продемонстрировал, — намекнула на шоу искр пару минут назад. — Ох, но это впервые… — Конечно впервые. Раньше ты всё время старался выпустить ток, как только представится возможность. Но скорее всего ты не мог его воспроизводить в таком количестве, как сейчас до начала тренировок на героя. — А можно для тупых? Я не очень понимаю, что ты имеешь в виду, — прервал парень. — Короче, ты — электростанция, но раньше ты воспроизводил не так много электричества, чтобы это заметить. С началом тренировок на геройском курсе ты увеличил время использования своей причуды и количество проводимого тока, что соответственно увеличило вырабатывание тока в твоём теле. Если ещё короче, то раньше ты был маленькой электростанцией, которая работала только на себя, а сейчас ты стал большой электростанцией, и теперь тобой можно питать весь город, — объяснила она. — А так как ты электростанция, то и электричество нужно выпускать тебе, а не через тебя. — То есть всё это время я неправильно понимал свою причуду? — нахмурился блондин. — Не только ты, — вздох. — Количество причуд, основанных на электричестве — огромно. И большинство работает именно с проводимостью тока, а не его производством. Не удивительно, что тебя пытались подставить под эти критерии и учили твоё тело «не замыкать себя», — хмыкнула. — У твоих родителей тоже электрическая причуда? И наверняка они могут проводить ток через себя? — Ага! Маму как-то молния шибанула, а она как ни в чём не бывало пошла за продуктами, — рассмеялся Каминари. — Вау, — сказать на такое было нечего. — В общем, смени причудливого доктора, а лучше вообще засуди его за такую халатность. Он должен был сразу распознать другую категорию, а не присваивать тебе категорию твоих родителей. Дилетант, — фыркнула. — Я, конечно, не могу быть уверена, и лучше бы тебе по возвращению из лагеря сходить на консультацию в Юуэй или к какому-нибудь другому доктору, но твоё «шоу искр» только что наводит на мысль, что я пиздец как права. — Эм-м-м? — пытался вычленить мысль Каминари, которую до него пытались донести. — Вообще, я хотела об этом с тобой поговорить ранее, но ты уже устроил такое, так что… Извини, я проводила эксперимент, чтобы понять к какому типу ты относишься, — извинилась она. — Эксперимент? — нахмурился Денки. — Да, мы с учителями подумали, что будет лучше, если мы попытаемся не дать тебе использовать причуду в бою, заодно подтянуть твою рукопашку. Если бы ты не проявил никаких признаков накопления электричества, то твои тренировки прошли бы по старому плану и тебе предоставили бы мощный электрогенератор, чтобы повысить проводимость, но теперь мне надо вернуться к Айзаве, чтобы поменять записи в твоём деле, — потёрла переносицу. — На всякий, у тебя случайно не бывает эпилептических припадков? — А зачем такой вопрос? — неуверенно спросил Каминари. — Ты думаешь, что неправильные советы доктора по использованию причуды… — неожиданно понял Хитоши. — «Замыкание» связано?... — Ага, — кивнула девушка. — Если он долго проводил через себя ток, будучи его «генератором», то скорее всего замыкание связано с эпилептическими припадками, вызванными неправильным использованием причуды. — Простите, что прерываю, но мне никогда не ставили эпилепсию, только дислексию, — вмешался в их разговор. — Ага, и явное СДВГ в придачу, но почему-то этого нет в твоём деле, — ответила она чуть нахмурившись. — А эпилепсию тебе не ставили как раз потому что неправильно понимали твою причуду. Твои «замыкания», скорее всего, ничто иное как припадки эпилепсии, но в необычной форме из-за причуды. Их бы не было, если бы ты не проводил через себя чужеродный ток. Нет, ты можешь его проводить, но только тогда, когда у тебя наступает причудливое истощение. Это как аварийный генератор при отключении электростанции. Но в обычном режиме? Не знаю сколько бы ты ещё продержался, не спалив себе мозги, — невесело подметила девушка. — Как же так? Я думал… — расстроился Каминари. Но Изуми его прервала: — Наверняка ты думал, что просто неудачник и тупица, который ни учиться, ни пользоваться причудой без проблем не может. А на деле оказалась врачебная халатность. Но, опять же, повторюсь, я не врач и могу лишь предполагать, что оказалось не так. Поэтому сейчас пойду к Айзаве-сенсею, чтобы поговорить на счёт тебя. Скорее всего, мы не будем особо менять твои тренировки и пока оставим обучение ближнему бою с Хитоши, но придётся подключить сенсея, чтобы не было больше таких казусов, а по возвращению из лагеря тебя отправят к докторам, чтобы понять весь масштаб бедствия, если таковой найдётся. — Может с Мик-сенсеем поговорить? — вставил в диалог свою мысль Хитоши. — Хорошая идея, — кивнула девушка. — Он же специализируется на этом, если я правильно помню? Каминари, он тебе заявление на стажировку не посылал? — Он в этот раз занят со второгодками был, — ответил за одноклассника Шинсо. — Ну, надо будет подойти к нему. — Зачем? — робко спросил Каминари уже смирившись, что его судьбу без его же участия решают. — А как думаешь, причуда Сущего Мика опасная? — с улыбкой задала вопрос девушка. — Да? — Вот тебе и ответ, — хмыкнула она. — Айзава-сенсей специализируется на обучении подростков с опасными причудами, а Мик-сенсей разбирает опасные причуды. Он сам обладает сложной в управлении причудой, так что понимает всю сложность твоего положения. — Но у него же голосовая причуда! — вскрикнул. — А у Айзавы не действует на мутантов, но он всё же обучает Хагакуре, Асуи, Ашидо, Оджиро, Мезо и Коду. Улавливаешь профессионализм? — Простите, я понял. Конечно понял. Как тут не понять, когда смотрят таким властным взглядом. Да и Шинсо одним взглядом подавал знаки, мол, не спорь, проиграешь, жалеть будешь. — Ладно, передохните чуток, а я пойду обратно, — отмахнулась от подростков. — Ты хотела сказать уползёшь? — неудачно пошутил Хитоши. — Где там был Мезо-кун, мне так понравилось в его объятиях, — притворно оглянулась по сторонам. — Только посмей, — тут же прорычал парень, вцепившись руками в подлокотники кресла так, что почти был слышен скрежет металла и опасно наклонившись над её лицом. — Тогда не смей шутить так, дорогой, а то ведь и правда уползу, от тебя, — ухмыльнулась ему в лицо. — Я бы посмотрел на это, дорогая, но тебе пора, — повернул её к себе спиной и подтолкнул коляску. Изуми хмыкнула и поехала обратно к учителю. Хитоши сделал глубокий вдох и выдох, а потом повернулся к Каминари, который… Который закрыл руками алое лицо? — Ты чего? — спросил его Хитоши. — Ничего, — сквозь ладони, — забудь. Не говорить же, что последняя сцена ревнующего парня была слишком горяча для невинных глаз шестнадцатилетнего подростка.