WILD CHERRY (ДИКАЯ ВИШНЯ)

— Понимаешь, Чонгук мне нравится, — произнес Чимин. — Но, по-моему, он слишком добр к людям, и я не хочу, чтобы он попал в беду. Тем более я не хочу, чтобы он погиб. Тэхён почувствовал себя так же, как прошлой ночью, когда его тело умирало от недостатка кислорода. Он застыл и не мог дышать. — Ты хочешь, чтобы он остался жив? — осведомился Чимин таким тоном, словно задавал самый разумный вопрос на свете. Тэхён кивнул. — Что ж, хорошо, — сказал Чимин. Наконец Тэ смог перевести дух. — О чем ты говоришь? — Не дав ему ответить, Тэ продолжал: — Ты говоришь, что его убьют, если узнают обо мне. Но они не узнают обо мне, по крайней мере пока ты не расскажешь. Чимин задумчиво уставился на свои ногти. Он скорчил гримасу, всем своим видом стараясь показать, что для него этот разговор столь же болезненный, как и для Тэхёна. — Давай посмотрим фактам в лицо, — сказал он. — Ты в прошлом человек. — Да, я действительно в прошлом человек. Он взглянул на Тэхёна с усмешкой. — Не принимай это так близко к сердцу. Важно, кем ты стал сейчас. Но Чонгук превратил тебя в вампира, ни с кем не посоветовавшись. Верно? К тому же он нарушил запрет и рассказал тебе о Вечных, прежде чем ты стал одной из нас. Так? — Откуда ты знаешь? Может, он изменил меня, ничего не рассказав, без моего согласия. Чимин погрозил ему пальцем. — Нет, Чонгук никогда не сделал бы этого. Он ведь вечно носится со своими сумасбродными идеями относительно свободы воли, которая должна быть предоставлена людям. — Если ты все знаешь, зачем спрашиваешь? — Тэхён страшно нервничал. — И если ты уловил суть... — Суть состоит в том, что он совершил два серьезных проступка, даже три, я готов в этом поклясться. — На лице Чимина снова промелькнула дикая, ослепительная улыбка. — Прежде всего, Чонгук наверняка в тебя влюблен, коли пошел на остальные преступления. Что-то беспомощно билось у Тэхёна внутри, как птичка о прутья клетки. Он едва смог вымолвить: — Не понимаю, как можно издавать законы, запрещающие любить! Этого невозможно требовать! — Неужели не понимаешь? Вот ты — прекрасный пример. Из-за любви Чонгук нарушил Закон молчания и проболтался тебе о Вечных, а затем изменил тебя. Если бы он смог обуздать свои чувства к тебе в самом начале, ничего не случилось бы. — А что, если не можешь обуздать свои чувства? Невозможно заставить разлюбить! — Конечно, нет, — сказал Чимин, и Тэхён замер, молча глядя на него. Губы Чимина застыли в презрительной гримасе, он наклонился к Тэхёну. — Я открою тебе секрет. Вечные знают, что невозможно заставить разлюбить. Зато они могут запугать тебя так, что ты не сможешь показать свои чувства, а в идеале — не сможешь признаться в них даже самому себе. Тэхён отшатнулся от него. Никогда еще Тэ не чувствовал себя таким беспомощным. Разговор с Чимином поднял в нём целую бурю, он словно стал вдруг маленьким мальчимом, глупеньким и ни в чем не уверенным. Он лишь махнул рукой в полнейшей растерянности. — Я не могу изменить прошлое... — Но у тебя есть настоящее, и в нем ты можешь действовать. — Единым легким движением он вскочил на ноги и начал быстро ходить по комнате. — Действовать немедленно. Мы должны очень быстро все обдумать. Очевидно, все здесь считают тебя мертвой. — Да, но... — Значит, ответ прост. Ты должен уехать из города и оставаться вне его как можно дольше. Уезжай туда, где тебя никто не знает, где никто не спросит тебя, настоящий ты вампир или вне закона. Ведьмы! У меня есть кузины в Лас-Вегасе, они тебя приютят. Главное — уехать как можно быстрее, немедленно. У Тэхёна голова шла кругом, он чувствовал слабость во всем теле и казался себе совсем разбитым, как будто только что сошел с горок в Диснейленде. — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — слабым голосом сказал Тэ. — Я тебе все объясню по дороге. Собирайся. Если нужно, возьми с собой что-нибудь из одежды. Тэхён тряхнул головой, словно стараясь отогнать от себя этот кошмар. — Послушай, я не понимаю, о чем ты говоришь, и никуда не поеду. Я должен дождаться Чонгука. — Как ты не понимаешь?! — Чимин перестал кружить по комнате и остановился рядом с Тэ. Его глаза приобрели зеленоватый оттенок и гипнотический блеск. — Именно этого тебе и не следует делать. Чонгук не должен знать, где ты. — Что? — Неужели ты не понимаешь? — снова спросил Чимин. Он развел руками и заговорил с видимым сожалением: — Ты ставишь под угрозу жизнь Чонгука. Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы понять, кто ты и что с тобой произошло. Пока ты здесь, его жизнь в опасности. Ты — очевидное свидетельство совершенного им преступления. Тэхён понял все. — Но я могу дождаться Чонгука, и мы вместе с ним уедем. — Это ничего не изменит, — мягко возразил Чимин. — Куда бы вы ни направились, пока вы вместе, ты представляешь для него несомненную угрозу. Едва взглянув на тебя, любой вампир почует правду. У Тэхёна все плыло перед глазами и подкашивались ноги, а Чимин все говорил и говорил: — Я не хочу сказать, что, уехав, ты сам будешь в безопасности. Опасность будет следовать за тобой по пятам, потому что ты в прошлом человек. Но в этом случае никто не узнает о преступлениях Чонгука. Это единственный способ сохранить ему жизнь. Понимаешь? — Да, теперь понимаю. Казалось, земля уплывает у Тэхёна изпод ног и он падает в темную ледяную бездну. И ему не за что уцепиться. — Разумеется, от тебя нельзя требовать, чтобы ты покинул его навсегда. Ты не способен на такую жертву... Тэхён поднял голову. Он ничего не видел, чувствуя себя опустошенным и больным, но его слова, обращенные к Чимину, были исполнены презрения: — После всего, что Чонгук для меня сделал? Хорошего же ты обо мне мнения! Чимин склонил голову. — Ты храбрый малыш. Даже не верится, что когда-то ты был человеком. — Затем он поднял голову и холодно спросил: — Ну, так ты будешь собирать вещи? Или поедешь налегке? — У меня почти ничего нет, — помедлив, ответил Тэхён. Каждое слово и движение причиняли ему боль. Он направился в спальню, ему казалось, что весь пол под ногами усыпан осколками битого стекла. — Едва ли у меня будет багаж. Но я должен написать Чонгуку записку. — Нет-нет, ни в коем случае, — возразил Чимин. — Ты не должен этого делать. Чонгук так благороден и так тебя любит, что, если ты напишешь ему, где ты, он немедленно помчится следом за тобой. И что вы тогда будете делать? Тэхён кивнул. — Я... хорошо. Покачав головой, Тэ вошел в спальню. Он не собирался с ним спорить, но и следовать его советам тоже не считал нужным. Тэхён запер за собой дверь спальни и постарался сосредоточиться. Он представил, что его мозг окружает каменная стена. За тридцать секунд Тэхён собрал сумку, засунув в нее футболку и белый костюм. Затем взял со столика книгу и нашарил в ящике комода ручку. Вырвав из книги чистый титульный лист, он быстро написал: Дорогой Чонгук! Мне очень жаль, но если я останусь здесь, чтобы объяснить тебе все, ты постараешься меня остановить. Чимин открыл мне глаза: пока мы вместе, твоей жизни угрожает опасность. Я не могу этого допустить. Если с тобой что-то случится, я умру. Я действительно умру. Я ухожу. Чимин отвезет меня туда, где ты не сможешь меня найти. Там меня никто не знает, и я буду в безопасности. А тебе ничто не будет угрожать здесь. И все же, несмотря на то что мы не вместе, мы никогда не будем чужими. Я люблю тебя, и буду любить всегда. Но я должен это сделать. Попрощайся за меня с Тэоном. Твой духовный супруг Тэхён. Тэ поставил подпись, слезы капали на бумагу. Он положил листок на подушку и вышел к Чимину. — Ну полно, хватит, не плачь. Ты поступаешь правильно. Он обнял Тэхёна за плечи, а Тэ чувствовал себя слишком несчастным и слабым, чтобы его оттолкнуть. Вдруг Тэхён поднял глаза на Чимина. — Кстати, ты ведь тоже подвергаешь себя опасности. Что, если кто-нибудь решит, будто это ты превратил меня в вампира? Он посмотрел на Тэ широко открытыми серьезными глазами. Теперь они казались синими. — Я рискну, — ответил он, — я очень тебя уважаю. Чонгук перепрыгивал через две ступеньки, посылая телепатические послания. Он отказывался поверить в то, что подсказывали ему его чувства. Тэ должен быть там. Должен... Он открыл дверь в одно мгновение и уже с порога позвал: Тэхён! Тэхён, отзовись! Тэхён! И даже теперь, когда дверь была распахнута? и его мысли отскакивали от стен пустой квартиры, он по-прежнему не мог в это поверить. Он осмотрел все комнаты. Сердце громко колотилось в груди. Его сумка исчезла, одежда тоже. Тэхёна нет. Чонгук выглянул в окно гостиной — из него была видна вся улица, — но и там Тэхёна не было. Не было там и Чтмина, разумеется. Чон был в отчаянии. Весь день он гнался за матерью с одного объекта на другой, стараясь ее перехватить. А найдя, он узнал, что Чимин уже прибыл в Сеул, получил ключ от его квартиры и отправился к нему несколько часов назад. Он наедине с Тэхёном?! Об этом даже страшно подумать. Чонгук сразу же позвонил домой, ему никто не ответил. Он побил все рекорды скорости, но оказалось слишком поздно. Ах, Чимин, змей! Если ты его хотя бы пальцем тронешь... Он понял, что снова и снова обходит квартиру, пытаясь найти хоть что-нибудь, что помогло бы ему восстановить ход событий. Вдруг в спальне он увидел светлый листок, выделявшийся на яркой цветной наволочке. Записка. Он схватил ее и пробежал глазами. Дочитав до конца, Чонгук похолодел. Его охватила ярость, сейчас он мог бы убить. На бумаге виднелись светлые круглые пятна. Слезы. Он переломает Чимину все кости, медленно и методично, одну за другой. Чон аккуратно свернул записку и положил в карман. Взяв из шкафа кое-какие вещи, он вышел из квартиры и, спускаясь по лестнице, позвонил по мобильному телефону матери. — Мам, это я, — сказал он, услышав гудок автоответчика. — Мне нужно уехать на несколько дней, уладить кое-какие дела. Если увидишь Чтмина, позвони мне. Я хочу с ним поговорить. Он не сказал «пожалуйста». Он знал, что его голос звучит резко и зло. Но ему это было безразлично. Он надеялся, что его тон напугает родителей. В эту минуту он готов был убить одним большим осиновым колом и мать, и отца, и Старейшин Вечных. Детство кончилось. За неделю он пережил столько потрясений, видел лицо смерти и обрел любовь. Он стал взрослым. Чонгука переполняла холодная ярость, готовая смести все на своем пути. Все, что помешало бы ему вернуть Тэхёна. Он быстро и аккуратно вел машину по улицам Сеула, по пути сделал еще несколько телефонных звонков. Он связался с «Черным завитком», чтобы убедиться, что Чимина там нет. Он обзвонил еще несколько клубов, хотя и не был уверен, что застанет его там. Тэхён написал, что Чимин намерен увезти его далеко. Но куда? «Будь ты проклят, Чимин! Куда ты его увез?» Тэон упрямо пялился на экран телевизора, не видя изображения. Как он мог вникнуть в суть ток-шоу или выпусков новостей, если мысли его постоянно возвращались к брату? Может быть, он сейчас смотрит те же ток-шоу или вгрызается в горло случайным прохожим... Он услышал визг тормозов на стоянке рядом с домом. Как-то так вышло, что он вскочил раньше, чем его ухо уловило звук работавшего мотора. Удивительно, но он сразу понял, кого увидит спустя мгновение. Вероятно, мотор машины Чонгука очень легко узнать. Тэо открыл дверь, когда Чон еще только подходил к дому. — Что случилось? — Пошли. Чонгук направился к машине. Его движения были исполнены энергии и едва сдерживаемой властности. Тэон никогда раньше не видел его таким. Он был словно окутан облаком белой раскаленной ярости. — Что с тобой? Чон взялся за ручку дверцы. — Тэхён исчез. Тэо в ужасе оглянулся по сторонам. На улице никого не было, но дверь дома была открыта. А Чонгук кричал так, будто забыл о том, что его могут услышать. Наконец Тэон обрел дар речи: — Что ты имеешь в виду... Тэо замолчал, захлопнул дверь дома и направился к машине Чона. Тот распахнул перед ним дверцу. — Что ты имеешь в виду? Что значит «исчез»? — переспросил Тэон, едва оказавшись в машине. Чон нажал на газ. — Мой кузен Чимин увез его куда-то. — Чимин? Кто это? — Покойник, — отрезал Чонгук, и Тэо сразу понял, что речь идет не о ходячем зомби. Слова Чона означали, что Чимин станет покойником, настоящим покойником и, очевидно, очень скоро. — Ну и куда он его увез? — Я не знаю, — процедил Чонгук сквозь зубы, — не имею ни малейшего представления. Помедлив минуту, Тэон сказал: — Что ж, ладно. Он не понимал, что происходит, но одно было очевидно. Чон слишком зол и слишком сильно жаждет мести, чтобы рассуждать здраво. Он казался вполне рассудительным, но в то же время вел машину в городской черте со скоростью сто сорок километров в час и при этом не знал, куда направляется. Удивительно, но Тэон был довольно спокоен, хотя, если вспомнить всю прошедшую неделю, у него постоянно сдавали нервы, в то время как Чон ни на минуту не потерял самоконтроля. Однако стоило Тэону оказаться рядом с человеком, совершенно не владеющим собой, как он тут же успокаивался. — Слушай, погоди, — сказал он. — Не гони так, притормози, слышишь? Может быть, мы едем в совершенно неверном направлении. Чонгук нажал на тормоз. — Расскажи мне об этом Чимине. Зачем ему понадобилось увозить Тэхёна? Он что, его похитил? — Нет. Он его убедил. Он доказал ему, что рядом с ним мне постоянно будет грозить опасность. Это единственное, что могло Тэ убедить уехать. Держась одной рукой за руль, Чон залез в карман и отдал Тэо сложенный листок. Это была страницa, вырванная из книги. Тэон прочитал записку и судорожно сглотнул. Он бросил взгляд на Чонгука, который смотрел прямо перед собой на дорогу. Тэо вздрогнул, ему было не по себе оттого, что он невольно заглянул в чужую душу, оттого, что он увидел боль в глазах Чонгук «Твой духовный супруг Тэхён»? Ну и ну. — Он очень тебя любит, — неуверенно сказал Тэо. — И я рад, что он хочет попрощаться со мной. Тэо аккуратно сложил записку и положил ее в бардачок. Чон взял ее и снова сунул в карман. — Чимин сыграл на его чувствах, чтобы заставить уехать. Он, как никто, умеет заговаривать зубы. — Но зачем ему это? — Во-первых, он любит парней, особенно красивых. Он настоящий Дон Жуан. — Чонгук выразительно посмотрел на Тэона. — Теперь Тэхён принадлежит ему одному. Во-вторых, он просто любит манипулировать людьми, играть ими, как кошка с мышью. Он немного поморочит Тэхёну голову, а затем отдаст. — Кому? — Тэон похолодел. — Старейшинам. Кому-нибудь, кто поймет, что Тэ не рожденный вампир. — А потом? — Потом они его убьют. Тэон схватился за приборную доску. — Подожди, ты хочешь сказать, что твой кузен отдаст Тэхёна на смерть? — Таков Закон. Любой рожденный вампир сделал бы то же самое. Моя мать поступила бы так не задумываясь. — В его голосе слышалась горечь. — А Чимин, он вампир? — тупо спросил Тэо. — Все мои кузены вампиры, — ответил Чонгук с коротким смешком. Вдруг выражение его лица изменилось, и он резко нажал на педаль тормоза. — Какого черта, Чон, здесь же есть знак! — закричал Тэон. Чонгук вывернул руль и машина, развернувшись на середине улицы, проехала по чьей-то лужайке. — В чем дело? — властно спросил Тэо, все еще не в силах оторваться от приборной панели. Чон действовал как во сне. — Я понял, где они могут быть. Куда он отвез Тэ. Он рассказывал ему о безопасном месте, где никому до него не будет дела. Но вампиры — они сразу заинтересуются им. — Так Тэхён среди людей? — Нет, Чимин ненавидит людей. Он наверняка отвез его в место, связанное с Вечными, туда, где он играет видную роль. А ближайший город, который контролируют вампиры, — Лас-Вегас. У Тэона челюсть отвисла: Лас-Вегас контролируется вампирами? Он чуть не рассмеялся. Ну конечно же, это очень похоже на правду. — А я всегда думал, что там заправляет мафия, — сказал он. — Так и есть, — серьезно ответил Чонгук, выезжая на автостраду, — просто это другая мафия. — Постой, но ведь Лас-Вегас — большой город. — Да нет, не очень. Но это не имеет значения. Я знаю, где они могут быть. Не все в моей родне вампиры, есть еще и ведьмы. Тэон поднял брови. — Неужели? И как же ты это устроил? — Это не я устроил, а мой прапрадедушка около четырехсот лет назад. Он кровно породнился с семьей ведьм. На самом деле они мне не родные, они дальние родственницы. Им, вероятно, и в голову не придет, что Тэхён превращённый вампир. Чимин точно поехал к ним. — Это наши дальние родственники, — разглагольствовал Чимин. Они с Тэхёном ехали в золотом мерседесе. Чимин настоял, чтобы тетя позволила ему ездить на этой машине. — Они не станут тебя подозревать. Ведьмы не могут отличить рожденного вампира от превращённого. Тэхён молча смотрел в окно. Смеркалось, у них за спиной садилось красное солнце. Все вокруг казалось таинственным и чужим. Тэ ожидал увидеть пустыню желто-коричневой, но здесь оказалось много растений, и в ландшафте преобладали серо-зеленые тона. Все растения здесь украшали шипы. Странное убежище для изгнанника. Тэхён чувствовал, что он оставил позади не только свою прежнюю жизнь, но и все, что когда-либо знал о ней. — Я позабочусь о тебе, — нежно сказал Чимин. Тэхён даже не повернул головы. Города пролетали перед глазами Тэона как вереница ярких огней во тьме. По мере приближения огни увеличивались в размере и мигали, посылая им яркие неоновые послания. Туда, в это море огней, увозит Тэхёна какой-то парень с репутацией Дон Жуана. — Прибавь скорость, — сказал он Чону, когда огни остались позади и они выехали в темную и безлюдную пустыню. — Давай, эта машина способна на большее. — Ну, вот мы и в Лас-Вегасе, — сказал Чимин таким тоном, будто намеревался положить к ногам Тэхёна весь город. Но он видел лишь огни на облаках, огни, напоминавшие отсвет восходящей луны. Только когда они уже катили по улицам города, Тэ понял, что это не луна, а огни города, освещавшие облака. Лас-Вегас походил на блестящий водоем среди высоких гор. Что-то всколыхнулось в Тэхёне, вопреки его воле. Ему всегда хотелось посмотреть мир. Дальние страны, экзотические земли. И все было бы замечательно, если бы рядом был Чонгук. Но это настроение быстро улетучилось, едва Тэхён рассмотрел город вблизи. Из драгоценности он превратился в аляповатую дешевку, наполненную цветом, огнями и движением. — Стрип, — объявил Чимин. — Ты наверняка знаешь, что на этой улице расположены знаменитые казино. На свете нет другого такого места. — Наверное, это так, — ответил Тэ, глядя по сторонам. С одной стороны от него темнела пирамида отеля с огромным сфинксом у входа. В глазах сфинкса горели лазеры: По другую сторону дороги виднелась гостиница на колесах, с объявлением «18 долларов за ночь». — Вот оно, Вечное, — сказал Тэ с ироничной улыбкой и почувствовал себя очень взрослым. — Да, только для туристов, — отозвался Чимин. — Но это хороший бизнес, и ты можешь вступить в долю. Хотя лучше я покажу тебе настоящее Вечность. Но сначала мы навестим моих кузин. Тэхён решил не говорить Чимину, что не хочет знакомиться с Вечными в его обществе. Что-то в его манерах начинало его раздражать. Чимин вел себя так, будто назначил Тэ свидание, а не сопровождал в изгнание. «Но он единственный, кого я здесь знаю, — подумал Тэхён, ощутив предательский спазм в желудке.— И у меня ничего нет, даже восемнадцати долларов за ночь в этой трущобе на колесах». Было в этой ситуации и кое-что похуже. Тэхён проголодался и уже начинал ощущать недостаток кислорода, но не хотел ни на кого нападать на улице, потому что не был больше тем страшным бездумным животным, которое набросилось прошлой ночью на случайного прохожего. — Приехали, — объявил Чимин. Они въехали на боковую улицу, темную и не такую людную, как Стрип. Чимин вел машину по переулку. — Что ж, давай посмотрим, дома они или нет. По обеим сторонам узкой улочки стояли высокие дома из железобетонных блоков. На фоне неба темнели линии электропередачи. Чимин постучал в дверь одного из блоков. На двери с наружной стороны не было ни ручки, ни каких-либо надписей или отличительных знаков, только граффити. На рисунке был изображен черный замысловатый орнамент. Тэхён смотрел на машину и пытался контролировать свое дыхание: вдох, выдох, медленно и глубоко. Все в порядке, он еще может дышать. Дверь открылась, и Чимин в нее заглянул. — Это Тэхён, — сказал он, обвивая рукой его талию. Помещение, куда они вошли, напоминало магазин, где продаются травы, свечи и кристаллы. И множество других странных вещей, назначения которых Тэхён не знал. — А это мои кузины. Одна была поразительно красивой девушкой с копной темных кудрявых волос, a Другая — худенькой блондинкой. И обе они начали расплываться у Тэхёна перед глазами. — Привет. Тэ произнёс самое длинное приветствие, на которое был способен. — Чимин, что с ним? Ему плохо. Что ты с ним сделал? Большие карие глаза смотрели на Тэхёна с состраданием. — Ерунда, ничего особенного, — ответил Чимин, всем своим видом выражая искреннее удивление, словно только что заметил, что с Тэхёном что-то неладно. Тэ понял, что он из тех, кого ничуть не интересуют окружающие. — Думаю, он просто голоден. Сейчас мы выйдем и покормимся... — О нет, только не здесь. Кроме того, он не сможет, — сказала кузина. — Давай, Тэхён. Сегодня я буду твоим донором. Она взяла Тэ под руку и повела его в соседнюю комнату. Тэхён позволил уложить себя на диван. Он не способен был думать, у Тэ болело в груди, и даже слово «кормиться» заставляло его клыки увеличиваться в размере. «Мне нужно... Я должен...» Тэхён не знал, что делать. В зеркале напротив он видел отражение своего лица, серебристый блеск глаз и хищные клыки. Но он не хотел вести себя как животное, не хотел впиваться зубами в горло девушки. И спросить не мог, не выдав себя как превращённый вампир. Тэхён дрожал, боясь пошевелиться.