Связанные/Bonded

      — Она опаздывает.       Драко стоял, опершись о столб на вокзале, и даже не отвел глаз от своей газеты, чтобы ответить матери:       — Сомневаюсь, что задержка поезда это вина Гермионы, мама.       Он заметил, что это было одно из основных изменений за последние пару месяцев. Думать и говорить не о Грейнджер, а о Гермионе. Теперь она была Малфой, и, будучи ее мужем, он считал неправильным звать ее по девичьей фамилии. Но это давалось чертовски тяжело. Раньше она всегда была «Грейнджер».       Гораздо большим изменением в его жизни была рабочая загруженность. Драко понятия не имел, как много обязанностей было у его отца, а в добавок к этому на плечи Драко еще падали и обязанности Блэка.       Конечно, с ответственностью приходит власть. Так он думал. Но, пусть даже должность главы семьи и давала безграничную силу и свободу, Драко все еще был уверен, что вес всех его обязанностей оттягивал чашу весов вниз.       Ему пришлось потрудиться, чтобы изменить свое поведение. А также осанку и манеры.       Теперь он был Лордом.       Главой семьи.       И он должен был вести себя со всей серьезностью, что требовало его положение, все время.       Поначалу это было утомительно.       А затем это стало скучно.       Когда гудок поезда уведомил о своем прибытии, он сложил выпуск "Пророка" и сунул его во внутренний карман своего пальто.       А когда платформа заполнилась учениками, некоторые приветствовали его с любопытством, а Драко пытался вспомнить. какой была формальная причина его отсутствия.       Дафна, конечно же, знала. Она и Астория были первыми, кто прислал письма в самую первую неделю с вопросами, где он и куда пропал.       Девочки были первыми, кто прислал письма, потому что Тео и Блейз решили отправиться в поместье сразу на следующий день после его «женитьбы». Они хотели поинтересоваться у Нарциссы о причине, по которой все вещи Драко отсутствовали в их общей комнате в подземельях.       В этом году они были втроем. Драко подозревал что он больше никогда не услышит о Гойле. Присутствие Драко слишком сильно напоминало ему о Крэббе. Нотт же пришел поговорить с Драко прямо после битвы, опираясь на опыт своего отца в службе Темному Лорду как на связь между ними.       Вместе с Тео пришел Блейз.       И они заключили негласное соглашение присматривать друг за другом, которое длилось лишь те три недели, что Драко был в Хогвартсе в этом учебном году. Так что в воскресенье они отправились в Мэнор спросить мать Драко о нем.       Каково же было их удивление, когда их отвели в кабинет Люциуса.       А когда Драко в деталях объяснил, что же все-таки произошло, они вообще потеряли дар речи.       — Так, получается, ты теперь не только стал главой семьи, но и мужем Грейнджер?       — В обратном порядке, Тео, но да.       Все трое молчали, но Блейз нарушил тишину:       — Могло быть и хуже.       — Что, прости? — обиженно сказал Драко, он одновременно с Тео посмотрел на Блейза, не веря, что он мог сказать такое — Разве это не ты весь шестой курс называл ее «грязнокровкой»?       — Да, но это лишь потому, что я знаю, как выживать. — серьезно ответил Блейз — Мой отец был полукровкой, никто об этом не знает в Англии. Моя итальянская семья слеплена из ведьм всех видов крови, и я полукровка. Но, конечно, на Слизерине и во время восхождения Темного Лорда я знал как вести себя. Я не тупой.       Драко погрузился в воспоминания и, действительно, он вспомнил, что Блейз только присоединялся к полной ненависти речи, которую Драко, Крэбб и Гойл декламировали весь шестой курс.       — Но не в этом дело, а в том, что Грейнджер умна, привлекательна и полна страсти. Ты не заскучаешь, живя с ней, приятель. — сказал Блейз, улыбаясь.       — Я вообще не хочу с ней жить! — почти кричал Драко.       Он не мог сказать, почему, но речь Блейза в защиту Гермионы чрезвычайно его раздражала.       — А еще она героиня войны. Это очень хорошо для репутации твоей семьи, разве нет? — вмешался Тео.       Блейз покачал головой.       — Не совсем. Это могло бы даже выглядеть хорошо для стороны победителей и позволить Драко извлечь выгоду, но священные двадцать восемь будут в бешенстве. Она маглорожденная, даже не полукровка. Но политическая выгода перевешивает урон, я полагаю.       Драко кивнул, соглашаясь.       — Что ж, есть ли в этом кабинете алкоголь? Думаю, нам нужно напиться, чтобы переварить все это, — произнес Тео, проводя рукой по своим волосам.       Когда поезд остановился, первым делом оттуда выбежали младшие, как всегда взволнованные тем, чтобы увидеть свои семьи и рассказать о Хогвартсе.       Драко улыбнулся, увидев, как мимо него пробегает парочка маленьких Слизеринцев.       Только потом вышли старшие, лениво переговариваясь, планируя встречи и путешествия на лето.       Джинни Уизли и Луна Лавгуд были среди них.       Драко увидел, как эти двое обнимаются, они попрощались друг с другом, затем Луна отошла к своему отцу, проходя мимо Драко и Нарциссы.       Она подняла свою руку и дружелюбно ему помахала, Драко без особого энтузиазма ответил тем же.       Уизли же, наоборот, едва ли сделала пару шагов в обратном направлении, как из ниоткуда появился Поттер, обнял ее, поднял на руки и закружил в воздухе.       Драко закатил глаза от нелепого проявления чувств на публике.       Совершенно неприемлемо.       Было к лучшему, что Гермиона даже не пыталась провернуть с ним чего-то подобного, подумал Драко.       Сзади Поттера подошел Рональд-Жалкий-Уизли и его мать. Драко отвернулся от этой семейки, чтобы поискать свою жену.       А вот и она. Конечно, она должна была быть последним человеком, покинувшим чертов поезд. Она взяла кота в охапку, а чемодан парил следом. Эта гребаная ведьма шла так, будто у нее было все время этого чертового мира.       Краем глаза он заметил суматоху, когда Уизел попытался догнать ее, но его мать потянула его за руку, шепча что-то на ухо.       Умная ведьма.       Гермиона Джин Малфой тихо подошла к Драко и Нарциссе.       Затем, остановившись перед ними, вежливо поприветствовала Нарциссу и выдавила из себя легкую улыбку для Драко.       Оба приветствия были наигранной любезностью, все-таки они все еще были на публике.       На едине Драко не собирался быть дружелюбным с ведьмой, которая присвоила место, что должно было принадлежать правильной и законной Леди Малфой.       Вежливым, да. Выполняющим свои обязанности, всегда.       Но дружелюбным или милым с ней он никогда не будет.       Это создало бы у нее неправильное впечатление; впечатление, будто он принимает ее в качестве своей жены. Ничего бы не смогло быть так далеко от правды.       Драко достал свою палочку и забрал контроль над ее парящим чемоданом, затем предложил свое предплечье ведьме, которая немедленно его приняла, и они исчезли.       Последним, что он увидел перед тем, как они аппарировали, был злой Рональд Уизли, шагающий по направлению к ним.