Всё началось из-за дождя

Ночь зияла светом тысячи снежинок-звёзд. Вглядываясь в космическое полотно, я перестала чувствовать расстояние меж мной и звёздами. Каждую минуту мои глаза находили новую для зрения, но такую давнюю для мироздания звезду. Шёл третий день моего так называемого путешествия. Газ давно закончился, клинки затупились. Невообразимо хотелось есть. Мы с Жаном договорились встретиться у лагеря, но я уже опаздываю на два дня. Он вряд ли дождётся меня. В разведке меня и так считают мёртвой. Может хотя бы он достоин права на жизнь. С Жаном мы были знакомы с самого детства. Вместе выросли и поступили в училище. Не думала я, что пустяки смогут сломить меня, оставив на пороге смерти. А всё дело в том, что я была довольно сильным и способным человеком всю свою жизнь. Смерть в бою с Титаном, шанс быть перемолотой и съеденной заживо, момент, когда ты сможешь ощутить мерзкий запах тысячи трупов из пасти огромной твари. Всё это для меня было чуждо. Это были не менее, чем детские пугалки и страшилки, которыми держали в узде новобранцев, заставляя тех без малейшего упрёка выполнять все поручения и следовать идиотским правилам. Я никогда не была такой. На очередной миссии за стенами я и Жан играли одну роль в этом погорелом театре. Нам надо было заманить одного титана в ловушку, а дальше командир Ханжи обездвижила бы его и смогла изучить. Поймать десять метров бездушной смеси мяса и костей не составляло большого труда. Но этот титан не был похож на других: Бледная кожа, окроплённая в некоторых местах редкими нежно-фиолетовыми пятнами, огромные жёлтые зубы, двое передних напоминали заячьи резцы. Мутные голубые глаза и тусклые рыжие волосы. Он был медлителен. Наш дуэт даже не напрягался, и лошади могли спокойно переходить на размеренную рысь. Мы справлялись ровно до тех пор, пока не начался дождь. Облака превратились в чёрные сгустки в синем небе, а солнце, что совсем недавно лизало наши лица мягкими лучиками, исчезло во мраке. Раздался грохот - и полились мягкие тёплые капли. После этого титан взбесился. Глаза налились кровью, он опустился к земле вставая на четыре конечности. Взгляд был направлен на нас. Мы ринулись вперёд забывая буквально все правила. Он с первых минут догнал меня, титан замахнулся желая прижать, но я вовремя взлетела на УПМ. В тот момент я благодарила бога за лес и огромные деревья. Когтистая лапа рухнула на моего коня, оставив после него лишь кровавую лужу с вязкими остатками органов. Я приземлилась на лошадь Жана. Нам оставалось двадцать мучительных километров. Лес сгущался - титан начал медлить. — У меня есть план! — Жан чуть ли не перешёл на истеричный крик. — Кто-то из нас на УПМ проведёт его через лес, а кто-то будет ждать на выходе, дабы была небольшая фора! Тогда мы сможем выполнить миссию! — Я хорошо чувствовала, как в каждом слове Жана хозяйничала паника, пожирая остатки самообладания. Я вызвалась добровольцем, дабы Жан не натворил глупостей. Страх холодной сталью полоснул по хребту когда я спрыгнув с лошади, оказалась перед самой мордой титана. Острые зубы сомкнулись в тот момент, когда я кинулась в бок приземляясь на дерево. Тварь бодро полезла за мной, тяжестью взгромоздившись на дереве. Я никогда не видела, что бы титан мог лазать по деревьям. Смирив угасающий силуэт Жана последним взглядом и обернувшись, всё моё существо охватило оцепенение: титан начал рвать себе брюхо. Кровь вязкими брызгами, что летели мне на лицо, заставила содержимое желудка выйти наружу. Из дыры вывалились трупы. Это были люди из разведкорпуса. Закончив всё, титан посмотрел на меня. Взгляд перестал сиять безумием, казалось словно смотришь в лицо человека. Затем он открыл рот. Через мгновение из его уст начал доноситься еле различимый голос: — Эльдийцы скоро падут, — он указал когтистым пальцем на гору трупов. А затем его глаза снова стали пылать яростью На УПМ я долетела до Жана, хотя тот был ещё на четверти пути из леса. — Т-титан! Он говорил со мной! — Я запиналась, жадно цеплялась за слова, пытаясь сохранить мысли о произошедшем, пока язык заплетался в восьмёрку. — В смысле?! — Жан чуть было не потерял управление. Вдали послышался грохот, тварь прыгала по деревьям словно белка. Рывок. Она нацелена на нас. Мы взлетели в воздух. Очередная лошадь была раздавлена телом титана. Жан хотел что-то мне сказать, но я жестом указала ему, что это будет величайшей ошибкой. Посмотрев вниз, Жан понял о чём я. Титан рыскал ища нас под каждым кустом. Издавал громкие хрюканья. И пачкал землю багряной кровью. Мы затаили дыхание. В момент когда титан запрыгнул на очередное дерево Жан перелетел ко мне. Мы поднимались всё выше и выше. Не так уж и далеко зелёным морем ласкало взор поле. — Надо прирезать его, — шёпотом промолвила я, еле как сохраняя самообладание. Я была готова хвататься за жизнь чего бы мне это не стоило. Казалось, если бы мне надо было ухватиться за лезвие, дабы меня вытащили из этого кошмара - я бы без мыслей о боли, сделала бы это. Ситуация бросала в холод. Словно кто-то рукой между лёгкими поглаживает, ледяными пальцами поднимается выше, сжимает трахею, стоит только вспомнить о том, что произошло. — Нет, нельзя ослушаться приказа командира, Ханжи знает, что титан не такой, как все, возможно это поможет избавить мир от этих уродов! — Он с силой вжал меня в дерево держа за плечи. Дождь беспощадно лил. Его волосы намокли, как и он сам. Сейчас он выглядел изумительно, почему именно в такой ситуации я обратила внимание на его красоту? — Жан... — Я запнулась, — тогда я отвлеку его, а ты беги к нашим. Главное ведь не убить его, да? Продержусь как можно дольше. Я прибуду к лагерю завтра утром, мы ведь возвращаемся именно в это время? — Эти слова явно говорила не я. Я всеми силами хотела добиться безопасности, но сейчас мной двигало совсем не желание жить. Чувство похожее на тревогу, медленно давило сначала на область выше желудка, а потом перебралось на низ живота. — София! Это глупо! — Но тогда выживешь хотя бы ты! — К чему я говорила это? Он ведь любит Микасу. Я никогда не чувствовала жгучей зависти, но всегда мечтала, что бы именно мои портреты он рисовал, кропотливо нанося каждый штрих на белую бумагу. Посмотрев в глаза столь дорогого мне человека, я сорвалась с места, пока Жан пытался схватить руками пространство где я стояла. Развернувшись к нему в воздухе, я грустно улыбнулась и приставив два пальца к виску я сымитировала выстрел. Я любила так делать когда мне читали очередные морали. Жан так же грустно улыбнулся мне. Ну всё, вот теперь точно хватит шуток. Мои брови сместились к переносице. Надо было отрезать ему конечности, тогда бы я смогла уйти без лишних проблем. А возможно даже догнать Жана. Ох, если бы мы только знали, что этот титан как-то странно реагирует на дождь - не согласились бы или действовали аккуратнее. Но увы второй шанс даётся слишком редко Что бы не подохнуть - мне надо было покромсать титана не убив его. У меня получалось паршиво. Он был слишком быстрым, пару раз чуть ли не хватал меня, но я успевала уворачиваться, больно ударяясь плечом о боковую сторону руки. Я была уже готова распрощаться с жизнью, прильнуть в объятья смерти, лаская мысль о счастливой жизни с Жаном лишь в мечтах, но дождь закончился в тот момент, пока я переводила дыхание. Ярость титана высохла вместе с водой. Он снова поднялся на две ноги, стал медлить. Перерезав твари все сухожилия и мышцы на конечностях, я полетела к Жану. Я не была готова волочить этого урода за собой. Газа было мало, а терпеть и отбивать выходки твари всё моё существо уже не могло. Я ловко скакала по деревьям пока взор не упал на фигуру Жана. Парень бежал уже по полю, окунал ноги в зелёные волны клевера. Я была готова разреветься от счастья. Мне надо было сделать всего пару прыжков и я бы оказалась рядом с ним. Но моя нога соскользнула по ветке вместе с неустойчивой, мокрой корой. Желая быстрее перескочить на дерево, я зацепившись не за тот ствол, влетела лбом прямо в огромную ветку. В глазах зарябило. Я повисла на УПМ как ненужная, тряпичная кукла. Мои глаза начали медленно закрываться. А последней мыслью было лицо Жана.

***

Моё лицо было всего в сантиметре от лица блондина. Он смотрел на меня тем взглядом, которым смотрел на Микасу. Я чувствовала себя защищённой. Медный вечер ласкал нас языками плавно заходившего солнца. Улыбка счастья расползалась по моему лицу, ни один титан не ходил рядом, казалось все они вымерли. Жан открыл рот желая что-то сказать мне, но у него не выходило ни слова. Вдруг я начала проваливаться во тьму. Пространство вокруг начало заполняться водой, конечно, я начала задыхаться. Всё было очень реалистично, вплоть до предсмертной агонии.

***

Пробуждение моё было не самым приятным. Сгущались сумерки. В воздухе воняло страхом и смертью. Всхлип. По виску потекла слеза. Ещё всхлип. В голове отзывается глухая боль. Вытираю слёзы рукой, на УПМ приземляюсь на землю. Голова болела не только от запрокинутого положения, но и от тупого удара. На миг я пыталась вспомнить кто я и почему здесь. Осознание. Я была на грани истерики. Шансы на выживание уменьшались в геометрической прогрессии. В пространстве плотной пылью повисла атмосфера отчаяния. Я шла вперёд. Дойдя до точки, где должны были находиться Ханжи и Жан, я обнаружила только притоптанную траву. До лагеря без лошади добираться примерно часов пять. В потёмках я не дошла бы до лагеря. Мне конец. Утром же я попыталась добраться как можно скорее, но в глазах темнело, а голова раскалывалась. Через час блужданий я поняла, что заблудилась. Я пару раз встречала титанов, но легко обходила их на УПМ, однако потом газ закончился, и вот сейчас я лежу на каком-то холме, гляжу на небо и молю о скорейшей смерти. Но глаза слипаются сами по себе, я не в силах это контролировать. Утро заставило открыть опухшие веки. Бледная кожа едва блестела на солнце. Мой поникший взгляд зацепился за едва различимый блеск стекла чуть глубже в лесу. Подойдя ближе я обнаружила очки. Повертев их в руках я вернула предмет на место. Выпрямляясь во весь рост я увидела то, что повергло меня в шок. Мох и лесная подстилка были безобразно раскиданы и открывали взору деревянный люк с мелкими дырками. Я совершенно не осознавая ситуации, подошла ближе. Прильнув лицом к люку я заглянула в одну из дыр. Вниз спускалась не длинная лестница. Я подняла люк, плавно опускаясь вниз по лестнице. Внизу меня встретил мерзкий и стойкий запах мочи с плотным оттенком аммиака. В помещении было довольно светло из-за факелов. Похоже, что кто-то был здесь совсем не давно, а возможно и сейчас находится тут. Помещение представляло собой туннель, по правой стороне находились факелы, а по левой - огромные клетки. Потолок состоял из деревянных досок. А пол был каменным. Внутри клеток на стенах запеклась кровь. Страшно представить, что тут было. Дойдя до конца туннеля я упёрлась носом в дверь. По левой и правой стороне тоже стояли дубовые двери. Первая, что находилась передо мной, была закрыта. А вот дверь слева открылась без усилий. В комнате меня встретил запах хлеба и вяленого мяса. Вот чудо! На стенах вялились огромные куски мяса. А на столах по бокам комнаты лежали буханки хлеба. Они не были чёрствыми, скорее слегка сухие на корочке и мягковатые внутри. Я с жадностью накинулась на еду. Наевшись досыта и повернув голову ,я взглянула на левый угол. Там стояла бочка. Принюхавшись я поняла, что это вино. Ох, вино, именно его мне не хватало. Откупорив крышку и окунувшись лицом в бочку словно котёнок мордой в молоко, я принялась пить живительный напиток, постепенно пьянея. Выходя из комнаты и подходя в лестнице я невольно начала прислушиваться к тому, что происходит. Слух у меня всегда был отличный. — Ах, так вот где они, — совершенно незнакомый голос эхом дошёл до ушей. Внутри заныло, что-то подсказывало, что всё это не к добру. Я побежала назад, прячась за угол. Скрип старой лестницы. Тихие шорканья. Приближающиеся звуки шагов. — А если бы кто-то обнаружил это место? — знакомый женский голос. — Не стоит переживать, люди разведки либо уходят назад за стены, либо их сжирают титаны. Да и разведка не ходит в эти места. — А этот голос принадлежал мужчине. — Не стоит переживать, Энни. Райнер! Внутри всё похолодело, тревога птицей забилась в теле. Ноги совершенно не слушаясь разум повели меня на голос. — Райнер... Что ты тут делаешь? — я прижала руки к груди. На глазах выступили слёзы. Взгляд ходил по всем людям по очереди цепляясь на мужчине со светлыми волосами и бородой. На нём были те самые очки, что лежали на земле. — И кто этот мужчина? Что это за место!? Почему Энни и Бертольд с тобой!? — Я сорвалась на крик. — София, что с тобой? — он подошёл ко мне, положив руку мне на макушку Райнер продолжил, — этого человека зовут Зик, он помогает нам, обеспечивая продуктами. А мы его помощники, понимаешь, сейчас очень сложно делать что-либо внутри стен. — Что это за клетки? — Клетки? Это загоны для животных. А почему ты тут одна? — Парень приобнял меня рукой за плечо, выводя к лестнице. — Я пожертвовала собой дабы спасти Жана... Сражаясь с титаном я не смогла догнать всех и осталась за стенами. Райнер! — Я резко остановилась, хватая парня за плечи, — я сражалась с говорящим титаном! Он говорил что Эльдийцы скоро падут! Что это значит!? Глаза Райнера расширились, зрачки сузились, но он быстро пришёл в себя и улыбнулся. — Эльдийцы, хм, может это фамилия? — Райнер... Ты врёшь мне? — Да... — он вмиг стал серьёзным. Я почувствовала, как по щеке потекла капля пота. Меня словно током ударило. А затем меня за руки схватили Энни и Бертольд. А у противоположной стены стоял Зик закуривая сигарету. Голос задрожал не давая сказать ни слова. Все механизмы самообладания безвозвратно рухнули со всеми понятиями реальности. — Ты поверишь мне, если я скажу что мы на свете не одни? Поверишь, если скажу, что море действительно существует? И поверишь, что я Бронированный титан? — Райнер провёл указательным пальцем по боковой стороне ножа, глядя на своё отражение в холодном металле. — Заканчивай, Райнер, — Энни посильнее сжала мою руку. — Пусть она знает. Место где ты живёшь это Парадиз, а люди, что живут тут - эльдийцы. А так же мир населяют марлийцы. И так получилось, что марлийцы и эльдийцы ведут войну в Марлии. И все мы собственно марлийцы. Извини, но я ничего не могу поделать, ты слишком много знаешь. — Райнер приставил нож к моему горлу. — Твои последние слова? — Если ты когда-нибудь увидишь Жана, прошу, скажи ему, что я любила его, и скажи, что бы он лучше относился к своей маме. — Я взглянула парню в глаза, мысленно прощаясь с этим миром. — Хорошо, ты была отличным солдатом, — лицо Райнера приняло более снисходительный вид. После этих слов я почувствовала ужасную нарастающею боль и хруст разрезанной плоти. Силы стали покидать меня. Глаза закатились, медленно закрываясь навсегда. Вечер внутри стен. События после первой встречи с женской особью. — Жан! — Рейнер подбежал к парню. — Чего тебе, Райнер? — Ты не поверишь, но я видел Софию. — Что?! Где она!? — Жан вмиг оживился, забывая обо всех насущных проблемах. — Она умерла у меня на руках. Я нашёл её в лесу. Она была измучена, вся в тяжёлых ранах. Софи уже умирала. Она пыталась найти вас очень долго, но ничего не выходило. Она знала, что умрёт и поэтому просила передать, что бы ты был помягче с матерью, — парень развернулся на пятках, уходя восвояси, но напоследок кинув через плечо: Ах, и ещё кое-что, она просила передать, что любила тебя всё это время. По щекам Жана потекли слёзы. Внутри всё разрывалось на мельчайшие кусочки. Он ещё долго смотрел на угасающий силуэт Райнера пустыми глазами. Парень явно не думал, что всё закончится именно так.