Час Волков

Ворон стукнулся клювом в мутное стекло, привлекая внимание. Дэймон Таргариен покосился на спящую жену и неслышно поднялся с кровати. Стояло позднее утро, но той ночью они долго не смыкали глаз, поэтому обычно чуткая Рейнира не проснулась. К лапке ворона была привязана коротенькая записка, которую Дэймон сжег над свечой сразу после прочтения, а пепел выбросил в окно. С наступлением сумерек он, не сказав никому ни слова, оседлал Караксеса и полетел на запад. *** Аларру заперли в покоях на целый день. Когда бы она ни высовывалась наружу, всегда за дверями, помимо стражи, ее встречал мрачный Рикон. На некоторое время к нему присоединился Дамон Ланнистер. Аларра слышала их тихие голоса снаружи. Они обсуждали оружие и предстоящую охоту, старательно обходя произошедшее утром. Как ей сообщила новая служанка, яркая девица Урса, принца Эйгона по-прежнему не было в замке, а принц Эймонд по настоянию мейстеров находился в покоях, хотя, к нему пыталась прорваться Кассандра Баратеон. Серена навестила ее перед самым ужином и поведала, что о ней шепчутся на каждом углу, но уже не как о распутной подстилке принца Эймонда – Аларра кисло скривилась, – а об оболганной жертве, на которую открыли охоту неизвестные. Поговаривали на Баратеонов. Их же обвиняли в инциденте с каретой. С какого-то перепугу досталось и Ланнистерам, хотя, Мастер над монетой быстро пресек лишние разговоры. На каждого хватало своей порции гнили, кроме Серены, чем сестра невероятно гордилась. От Аларры не укрылась ее нервозность и бегающий взгляд, которые та списала на их недавнюю размолвку и запоздало попросила прощения. Напоследок они тепло обнялись, как в прежние времена. Перед закатом Аларра все же впустила Рикона. Брат виновато морщился. — Мне страшно за тебя, — с ходу начал он, только Аларра уже повисла у него на шее. — Я знаю, Рикон, знаю. — Лисенок, — он уткнулся ей в висок, крепко прижимая сестру к груди. — Я не могу потерять тебя. Особенно по вине этого патлатого… Она пихнула его в бок. Рикон тяжело вздохнул. — Что с тобой, мое солнце? — он поцеловал ее в щеку у уха, куда смог дотянуться. — Ты прежде никогда не врала мне. — Все по-прежнему, — пробубнила она ему в плечо. — Ты и Эймонд… — Рикон! — Аларра предупреждающе стрельнула в него взглядом. Он прижался лбом к ее лбу и тихо прошептал: — Я еще могу увести тебя отсюда. — Рикон… — Таргариены сделали из тебя пешку! Что такого есть у них, чего нет у… Аларра коснулась пальцами его губ, прося о молчании. — А как же Серена и Мириам? Как же Винтерфелл и Север? Ты будущий Лорд. Он закрыл глаза, щекоча ее ресницами. — Я готов отказаться от этого. Аларра тоже зажмурилась. Они были вместе, сколько она себя помнила. Из-за нее Рикон обзавелся шрамами и лютоволком. Она знала его, как себя, а потому не удивилась, почувствовав мозолистую ладонь в своих распущенных волосах. — Твоя жизнь важнее моего титула, Лисенок. Она обвила его руками за шею. С самого детства, до тех пор, пока они считали друг друга близнецами, они были одним целым. Потом все осталось почти по-прежнему, только с горьким послевкусием. — Я оставлю себе лазейки, обещаю, — шепнула она почти беззвучно. Рикон печально фыркнул. — И кто из нас больший лисенок? — ласково сказала она. — Я останусь ненадолго? Аларра со смешком потянула его за собой. — Оставайся, но спать пойдешь к себе. Чем хочешь заняться? — она толкнула его на широкую кровать. — Я утащила из библиотеки книги и карты, а еще мне очень интересно, о чем ты шептался с лордом Ланнистером! Рикон шутливо закатил глаза. Последнее, о чем он думал – это книги, карты и Ланнистеры. *** Воздух в потайном переходе отдавал гнилью и сыростью. Аларра прикрыла ладонью свечное пламя, чтобы его не задуло стылым сквозняком, треплющим ее юбку. Она помнила расположение основных ходов, но не тех, что привели бы ее к Эймонду. Земляной пол глушил шаги, поэтому второй огонек, вдруг появившийся напротив, стал для нее полной неожиданностью. Аларра поспешно задула свечу и оказалась во тьме. Едва слышный скрип кожаной обуви выдавал присутствие постороннего, стремительно двинувшегося в ее сторону. Она испуганным зайцем заметалась по тоннелю и с облегчением нащупала ответвление, в которое нырнула с уверенностью, что смогла оторваться. Шумное дыхание совсем близко обдало ее вонью дешевого спиртного, и сильные руки впечатали Аларру в стену, бесцеремонно проходясь по телу. Стоило чужим пальцам впиться ей в ягодицы, как она неистово лягнулась, попав по самому ценному. — Сука, — заскулил преследователь, сгибаясь в три погибели. Его лоб с неожиданной силой ткнулся ей в поясницу, и Аларра поспешно развернулась. — Принц Эйгон? — не поверила она. Темнота перестала скулеть и фыркнула: — Леди Старк! Какая встреча. Исторгнув протяжный стон, Эйгон сместился куда-то вниз, а Аларра в это время шарила по карманам в поисках кресала. Когда ей удалось зажечь свечу, ее взору предстал принц, сидящий на земле с руками на причинном месте. — Мне очень жаль, я приняла вас за убийцу, — залепетала Аларра, — простите меня! — Поцелуй, где болит, и прощу, — пьяно хохотнул Эйгон, приглашающе разводя колени. Аларру перекосило. — Мужчины вперед. Шпилька позабавила его. — А ты остра на язык! Так и быть, задирай юбку, я тебя обласкаю, — в ответ на возмущенно поджатые губы Эйгон снова рассмеялся, продолжая потирать себя между ног. — Что же ты тут забыла? Хочешь добить моего брата, его покои в той стороне, — он ткнул пальцем в темноту. — Или ты шпионишь? — Эйгон коварно прищурился, бормоча достаточно громко, чтобы Аларра его услышала: — Что же ей выбрать? Признаться в желании запрыгнуть на член Эймонда или гордо отправиться в тюрьму? Аларра удержалась от того, чтобы засветить коленом в его ухмыляющееся лицо. — Не вижу смысла отвечать. От вас разит так, что наутро вы не вспомните о нашей встрече. — Тогда тем более облегчи душу. — Моя душа и так вот-вот воспарит. Аларра развернулась с намерением уйти, но он проворно удержал ее за запястье, стоя на коленях. — Может, секрет в обмен на секрет? Или я могу, — широкая ладонь скользнула по ее голой лодыжке вверх, — доставить тебе удо… Она все-таки пнула его, несильно, скорее мягко толкнула бедром. Достаточно, чтобы обозначить намек, и Эйгон выпустил ее. — Не хочу ничего знать. — Напрасно! После краткого размышления Аларра шумно выдохнула и решилась: — Эймонду сильно досталось по моей вине, и я хотела извиниться. В ответ на это Эйгон серьезно кивнул. — Достойно, леди Старк! Небольшой совет: я слышал, что братец любит погрубее. Бери глубже и резче двигай головой. — Невыносимо! — выпалила Аларра и кинулась по коридору, когда ее догнали слова Эйгона: — Меня все ненавидят. Она остановилась. За границей света старший сын Визериса Таргариена смеялся над самим собой. — Все знают, что я не подхожу на роль короля, а она решила бросить меня в горнило, вплавить в Железный трон, как те проклятые мечи. Неужели она не понимает, что будет бойня? Почему бы просто не посадить на трон эту шлюху и нашептывать ей на ухо свою волю, как это делает мой дед? — Эйгон задыхался от хохота. — Почему она никак не начнет думать своей башкой? Я не хочу умирать! Я жалок! Я даже сбежать нормально не могу, мой собственный дракон сбросил меня с седла. От неосторожного движения Аларры огонек погас. — Так это ты выпустил драконов? — Я увидел, что Вхагар нет, и подумал, какого Пекла? Эймонду можно шляться, где попало, ведь он у нас идеальный сын, а меня держат на коротком поводке. — Меня едва не приговорили, — произнесла она тихо. — Вот как? — тоннель погрузился в тишину. — Ну, на твоем месте я, по крайней мере, не умирал бы девственником. — Ты действительно жалок, Эйгон Таргариен. Когда ее шаги удалились достаточно далеко, Эйгон поднялся, цепляясь за стену. — Жалок или нет, а твоей сестре понравилось, — пробубнил он. В штанах было слишком тесно, чтобы прямо сейчас идти спать, и, не долго думая, принц направился в другую сторону. Туда, где его точно любили бы искренне.

***

Эймонд метался под тяжелым одеялом. Его покрытая потом и мерзкими мазями кожа сгорала в лихорадке. Ему мерещились смазанные образы, слишком громкие голоса, вспышки огня, не дававшие погрузиться в полноценный исцеляющий сон. Непостижимым образом он различил осторожные шаги у постели и ощутил чужое присутствие так ясно, словно в спальне горели тысячи свечей. Убийца. Или глупец, поплатившийся за свою недальновидность. Никто не смеет подкрадываться к Эймонду во сне. Стоило фигуре склониться над ним, как он выхватил из под подушки кинжал и полоснул по горлу. Человек всхлипнул и завалился на Эймонда, чьи повязки мигом пропитались кровью. Остро запахло железом. Принц хотел уже спихнуть тело, как в слабом лунном свете узнал россыпь белых прядей в темной копне волос. — Аларра? — его собственное горло перехватило ледяной рукой. Не веря до конца, Эймонд сквозь боль притянул к себе отяжелевшее тело. Широко распахнутые синие глаза зловеще мерцали в темноте, слепо глядя сквозь него. Из глубокой черной раны продолжала медленно вытекать кровь. — Нет! — закричал Эймонд и сел на постели. Комната была пуста. Удушающий мрак оседал горечью на губах, жег легкие вместе со смрадом целительных благовоний, которыми кругом обставили его септоны. Словно таким образом изгоряли из него монстра. Эймонд провел рукой по покрытому испариной лицу, затем нащупал под подушкой кинжал. Лишь сон. Он откинулся назад, все еще ощущая липкий страх, засевший глубоко во внутренностях. Аларры не могло быть здесь. Не пойдет же она ночью к нему после… Потайная дверь сдвинулась с тихим скрежетом. Кто-то, скрытый ночью, осторожно вошел в его покои и тут же приглушенно чихнул. Эймонд разобрал отборную брань, щедро сдобренную северными словечками. — Леди Аларра, — вместо язвительности получилась столь неприкрытая жажда, что он пожалел, что вообще раскрыл рот. — Ты не спишь? — она пробралась ближе, неловко задела вазочку с благовониями, чертыхнулась, снова чихнула и кинулась открывать окна. Ниспосланный небесами свежий ветер несколько остудил мысли Эймонда. — Я могу убрать хотя бы пару этих палочек? — спросила Аларра. Соблазнительный силуэт на фоне луны. — Избавься от всех. Ее не нужно было просить дважды: курящиеся палочки мигом полетели из окна на прибрежные скалы. Затем она залезла за ширму, уронила что-то и вернулась с тазом, полным воды. — От меня настолько несет? — Эймонд скрыл уязвленную гордость за насмешкой. — Меня обмазали той же дрянью, — Аларра поставила таз на табурет у изголовья и намочила несколько чистых тряпок. — Я сначала подумала, что это месть королевы. Чиркнуло кресало, и на тонкой свечке затанцевал теплый огонек. — Что она решила? — Насчет меня? — Аларра протянула ему ткань, а когда он не отреагировал, вскинула бровь. — Я не служанка. Эймонд отмер и выхватил тряпку у нее из рук. — Мы сошлись на том, — продолжила она, — что я больше не приближаюсь к тебе, а во избежание пресуд, меня осмотрит мейстер. Принц задел свежий ожог на щеке и зашипел. — Тебя кто-то касался?! "Прежде меня?" — обрывок фразы удалось вовремя проглотить. Аларра со вздохом забрала у него мокрую ткань, сполоснула в чистой воде и принялась сама обмывать его лицо и шею. — Немного, — она хмуро прикусила губу, — это было неприятно. Но сплетни обо мне несколько поутихли. Если я не буду давать повод… Она многозначительно замолчала, с особой осторожностью обходя шрам и мертвый глаз. — Не бойся, я ничего не чувствую, — заверил Эймонд, усиленно отводя взгляд от подсвеченного золотым светом лица Аларры. Как тогда в библиотеке, только теперь ему был известен вкус ее горячей кожи. Слабо затянутая шнуровка на груди провисла, стоило Аларре наклониться ниже, пока она с особой аккуратностью промакивала зарубцевавшиеся раны. — Я бы поспорила, — пробормотала она. На контрасте с грубой тканью ее влажные пальцы казались изощренной пыткой, когда спускались по острому кадыку в ямку между ключиц. Прохладные капли бежали вниз, посылая мурашки. Аларра потянула одеяло, открывая своему взору его стянутую повязками грудь, мощный торс, и остановилась только у пупка. Эймонд возблагодарил небеса за то, что Коль гонял его по плацу до изнеможения, не позволяя терять форму. — Так что насчет нашей близости? — хрипло спросил он и лишь потом понял, насколько двусмысленно прозвучала фраза. Аларра бросила на него острый взгляд из-под ресниц. — Алисенты здесь нет. Мокрая ткань скользила вниз, а сердце Эймонда билось все быстрее. Аларра потянулась сполоснуть ее – платье обласкало ее, словно невесомый шелк. Затем она принялась поправлять стянутые лентой волосы, и тонкие дорожки воды пробежали по ее шее на мерно вздымающуюся грудь, оставляя темные следы. — Я встретила твоего брата в тайном ходе. Он признался, что выпустил Солнечного Огня. — Подонок. Вечно думает тем, чем трахается. Аларра глубоко вздохнула. — Он завидует твоей свободе. — Моей, чему? — Эймонд расхохотался. — Мне, в отличие от него, не позволено праздно проводить дни за пьянками и дебошем. Вместо ответа она склонилась и прикоснулась губами к щеке прямо над ожогом, затем шепнула, поколебав дыханием волосы на виске: — Это моя вина. — Чушь, Аларра, — имя оставило на языке вкус сладостной кислинки северных ягод. — Кто виноват, так это Эйгон. Ты пострадала не меньше. Он поискал взглядом ее руки и с удивлением отметил, что раны от падения в карете превратились в едва заметные розовые шрамы. — На мне все быстро заживает, — улыбнулась она. — Не верю. Его показное удивление переросло в настоящее, когда Аларра, с вызовом глядя ему в глаза, потянула шнуровку. Мягкая ткань с готовностью разошлась в стороны, открывая плечи и растущий вырез. Однако леди Старк не позволила ему так просто насладиться зрелищем: прежде, чем платье сползло с груди, Аларра отвернулась, садясь к нему спиной. Эймонд поднялся, не отрывая взгляда от немногочисленных ссадин на ее нежной коже. Он уводил ткань все ниже, до самой поясницы, а после накрыл ладонями обнаженные плечи. Единственная свеча давала слишком мало света. Тени целомудренно вырисовывали контуры черной тушью. Эймонд повел руками вниз, самыми кончиками пальцев касаясь манящей груди, так просившей поцелуев и укусов. Аларра откинула голову ему на плечо, невольно подставляя шею, и Эймонд тут же впился в нее, срывая низкий стон. — Эймонд… Собственное имя, выжгло дотла все разумные мысли. Принц сжал ее грудь в ладонях, безжалостно сминая нежные соски между пальцами, и Аларра задохнулась, умоляя его продолжать. Бесстыдный шепот и мольбы смешивались меж их губ, томящихся ожиданием поцелуя. Эймонд потянул ее юбку, а когда она напряглась, властно произнес: — Доверься мне. Ощущая, как послушно расслабляется ее распаленное тело, он с нажимом развел ее дрогнувшие бедра в стороны и наткнулся на закрепленные ножны. Чувственно оглаживая ремешок за ремешком, Эймонд поинтересовался: — Зачем же вы принесли в мои покои кинжал, леди Старк? Аларра прикрыла глаза и облизнула губы, задев языком и Эймонда. — Чтобы вы его нашли, мой принц. Она подалась вперед, надеясь на поцелуй, но Эймонд коварно отстранился ровно настолько, чтобы подразнить ее, как она прежде дразнила его. Его пальцы коснулись мягких волосков, не спеша двигаться дальше, растягивая пытку. — Эймонд, — выдохнула Аларра, требовательно сжимая его запястье. Почти направляя. — Осмелишься приказать мне? — рыкнул он на валирийском. — Да! — воскликнула она, и Эймонд сжал ее горло, выдыхая: — Будь тише, иначе нас услышат. — Если ты не продолжишь, я пущу в ход кинжал! — выпалила Аларра, вцепляясь в его руку ногтями. Свеча с треском вспыхнула и погасла. В следующий миг Эймонд запечатал ее рот глубоким поцелуем, одновременно проникая в горячую, нежную плоть, поддатливо расходящуются под его напором. Аларра возбужденно застонала ему в губы и чувствительно прикусила язык, лишь распаляя. Это походило на безумие. Эймонд клялся себе не оставлять следов, но когда его палец проник в тесную мокрую глубину, Аларра так чудесно сжалась вокруг него, отзываясь на малейшее движение! Он впился в ее шею, оставляя россыпь отметин, ярко представляя, каково будет овладеть ею, двигаться в едином ритме. Прямо сейчас. Аларра содрогнулась в его руках, учащенно дыша и беспрестанно повторяя его имя. Слабый вскрик – стоило ему покинуть ее – едва не подвел к грани его самого. Удерживая ее пьяный взгляд, Эймонд слизал с пальцев терпкую влагу, и Аларра притянула его к себе для поцелуя, тотчас сплетаясь языками. Не отрываясь друг от друга, они упали на постель, и Эймонд парой движений подвел себя к краю. Лишившись сил, они лениво целовались, обмениваясь трепетными ласками. — Я выйду к завтраку, — произнес Эймонд, нехотя отрываясь от ее груди. — Я, пожалуй, останусь у себя. Чтобы не вызывать подозрений. Аларра пропускала сквозь пальцы его длинные спутанные волосы. Ее стремительно охватывало желание. Забывшись, она выдохнула в полустоне: — Эймонд… боже, как же хорошо. Он в ответ довольно куснул ее в шею за ухом, затем улегся рядом. — Скоро королевская охота. — Знаю, мы с Ланнистером заключили пари, на то, кто поймает больше дичи, — сонно пробормотала Аларра. — С Ланнистером? — холодно осведомился Эймонд. Его внезапно посетила весьма неприятная мысль, от которой захотелось убивать: несмотря на шаткое положение Дома, Аларра оставалась желанной невестой. Кто-то другой будет проводить с ней ночи и дни, обладать ее телом, подчинять себе, может, заставлять, даже жестко принуждать. Она удивленно пискнула, когда Эймонд порывисто прижал ее к себе. — Да, с Дамоном Ланнистером. Мой брат вызвал его на дуэль, помнишь? — А, тот выскочка, — фыркнул принц. Аларра выбралась из его объятий. — Ты ревнуешь? Выражение лица выдало его с головой, тем не менее он нагло соврал: — Ничуть. Аларра склонилась и невесомо поцеловала его шрам над бровью, затем под глазом, где тонкая кожа соприкасалась с холодным камнем. — Не помешай мне! Я намерена выиграть, — она коснулась его губ в прощальном поцелуе. — Мне пора. — Я провожу тебя, — безапелляционно заявил Эймонд. Негу волнующей ночи выжгло осознание близкой свадьбы с другой женщиной. Ведя Аларру по лабиринту тоннелей – рука об руку, – Эймонд мучительно размышлял, что ему теперь делать.

***

Луна выхватила еще одного неспящего, призраком летящего по коридорам. Ларис Стронг уже улегся в постель, когда в его покои тихо поскреблись. Не утруждая себя лишней одеждой, он впустил неожиданного гостя. — Признаться, не ждал вас, леди Баратеон. Она откинула капюшон, смело проходя внутрь. — Я прошу вашей помощи, Лорд Стронг. Грядет война, и мне бы не хотелось оказаться на стороне проигравшего. — Что же заставило вас изменить мнение? — искренне поинтересовался он. Ларис очень редко ошибался в людях, и вот настал очередной такой момент. — Звучит глупо, но драконы… оказались не всемогущи, — произнесла она. — Как бы мне ни хотелось быть первой среди равных, быть живой все же куда приятнее. — Соглашусь. Так чего же именно вы хотите от меня, леди Флорис?