Шаг навстречу

Утром мы позволили себе поваляться в кровати подольше, хотя Стивен и распланировал наш отпуск заранее. Он хотел сплавиться по горной реке на лодке, устроить пикник в лесу, съездить в поместье Рокфеллеров и даже на виноградники. Но мы лежали, смотрели через панорамную крышу на проплывающие по небу облака и просто болтали. Стивен щурил глаза от солнечных лучей и смеялся. Я пытался поймать его руку, которой он активно размахивал у меня перед носом. Поймал, чмокнул раскрытую ладонь и прижался к ней щекой. Омега моментально затих и погладил меня большим пальцем. — Эй, — негромко позвал он, — все хорошо? Вместо ответа я потерся о его руку, подкатился ближе и обнял Стивена поперек живота. Все было хорошо, очень хорошо. Из постели мы вылезли ближе к полудню, потому что захотели есть. Потом умывались вместе, а чтобы я не разглядывал свои волосы и не искал седые, Стивен уселся на столик рядом с раковиной, обхватил мою талию ногами и корчил смешные рожицы. Я не мог спокойно почистить зубы — муж кривлялся слишком уморительно. Но зато в зеркало я смотрел куда меньше обычного. Оделся я быстрее мужа и уже стоял в прихожей, когда у меня зазвонил телефон. — Мистер Бейкер, — это был мой секретарь. — Господин Пауль очень хочет с вами поговорить. — Джеймс, я вернусь во вторник. Скажи, чтобы перезвонил. — Это срочно! — М-м-м… — я поморщился и потер лоб. — Соедини его с Коулманом. — Мистер Коулман не берет трубку. Мистер Бейкер… В этот момент рядом со мной возник Стивен и вопросительно уставился на телефон в моих руках. — Джеймс, позвони Коулману еще раз, — я виновато глянул на мужа. В отпуске у нас было правило — никаких разговоров о работе. — Мистер Бейкер, я звонил ему пять раз. Он или не берет трубку, или сбрасывает звонок! — воскликнул секретарь. — А господин Пауль ждет. Стивен демонстративно посмотрел на часы, сложил руки на груди и принялся постукивать ногой по полу. — Хорошо, я поговорю с ним, — выдохнул я, предчувствуя, что мне достанется от мужа. Секретарь чем-то зашуршал, защелкал, видимо, связывался с Паулем, и не успел я и слова сказать, как Стивен выхватил у меня трубку: — Господин Пауль! Добрый день. Рад вас слышать! К сожалению, Эван не сможет с вами поговорить, потому что у нас отпуск. Он вернется во вторник, и вы решите все ваши вопросы. А сейчас нам пора обедать. Извините! И муж завершил звонок. — Стивен… — виновато начал я. — Пф! — он выключил мой телефон и сунул себе в карман. — Я тебя поймал, и теперь ты мне должен. Так что от виноградников ты не отвертишься! А сейчас я хочу есть, пойдем. Он первый пошел на выход, а я незаметно выдохнул — виноградники лучше, чем сплав по холодной горной реке. Мы пообедали в небольшом уютном ресторанчике, взяли машину напрокат и отправились в крошечную деревушку Вашингтонвилл, на самую старую винодельню Америки. Стивен решил быть великодушным и напомнил мне про рабочий звонок лишь триджи. На третий раз я попробовал на него порычать и получил полный недоумения взгляд. Потом муж потрепал меня по голове и заметил, что я слишком милый, и он не боится моего гнева. Не ахти какой комплимент, но у меня потеплело в груди: Стивен мне доверяет и знает, что я не причиню ему вреда. — Я отдам тебе телефон вечером, — заметил омега напоследок. — Я не вредничаю, просто мне хочется провести с тобой время. Только с тобой, без твоей работы. — Извини, — я сжал его руку, поцеловал пальцы. — Никакой больше работы. Стивен чмокнул воздух, посылая мне воздушный поцелуй. На виноградниках было жарко. Такое впечатление, что лозы и земля целый день копили солнечные лучи и наполнялись теплом, сейчас же отдавали этот жар. Было пыльно, сухо, и хотелось чихать. А еще было нестерпимо скучно. Экскурсовод перечислил все сорта винограда, что росли в долине реки Гудзон, рассказал про состав почвы, про количество дождей, что тут выпадают в зависимости от сезона. Я зевал, совсем не таясь, Стивен делал вид, что ему интересно, но тайком поглядывал на часы, и я позлорадствовал по этому поводу: — Согласись, что это то еще развлечение! — Но-но! — цокнул Стивен языком. — У меня впереди дегустация вина. Десять сортов за десятку! — А как же я? — возмутился я. — А ты за рулем, — безапелляционно заявил муж и пошел следом за группой туристов. Дегустация немного оживила всех заскучавших, люди даже шаг прибавили, желая побыстрее оказаться в кондиционированной прохладе винодельни. Нас отвели в погреб, напоследок показав огромные дубовые бочки, прорекламировали местный магазин и оставили на попечение сомелье. Вот тут уже стало гораздо веселее. Сомелье красиво открывал бутылки, быстро наполнял бокалы и предлагал распробовать очередной фантастический аромат вина. Люди отпивали из маленьких стаканчиков, кивали с умным видом и соглашались, что сладость очень хорошо сбалансирована с кислотой. Некоторые сорта мне понравились, парочка показались слишком слабыми, а один сильно отдавал винным спиртом. Стивен выпил все десять порций и под конец очень задорно заблестел глазами. Он бросал на меня коварные взгляды и провокационно облизывался, явно замышляя что-то непристойное. Я на всякий случай погрозил ему пальцем, но омега никак не отреагировал — как обдумывал что-то, так и продолжал смотреть на меня со странным выражением лица. — Эван! — выдал наконец Стивен. — Мы должны купить что-то домой. Я незаметно выдохнул. Так вот о чем он думал! Что ж, это вполне закономерная просьба. — Хорошо. Что именно ты хочешь? — Все! — Стивен махнул рукой, словно намекал на всю винодельню. — Ладно, — протянул я и все же решил уточнить: — Но зачем все? Ты же вроде не пьешь. — Не пью, — согласился муж. — Но иногда очень тянет. — Э, нет-нет-нет, — я притянул его к себе, омега тут же устроил голову у меня на плече. — Мы купим пару бутылок, но пообещай мне, пожалуйста, что тебя не будет к ним тянуть. — Хорошо, — покладисто пообещал Стивен. Я вздохнул и погладил его по спине. Я слишком много работаю и мало времени провожу дома. На обратном пути Стивен спал. Как только мы отъехали, он некоторое время пытался что-то рассказывать заплетающимся языком, но вскоре просто сполз по сидению и засопел. Я периодически смотрел на его лицо, изредка подсвечиваемое отблесками едущих навстречу машин, на покрасневшее ухо, приоткрытые губы и улыбался. Он рядом со мной, и я безмерно этому счастлив, даже несмотря на то, что пахнет от него сейчас совсем не лимонами. Десять сортов вина смешались в организме Стивена и дали такой ядреный букет, что хотелось зажать нос, а еще лучше — открыть окно и поехать побыстрее, чтобы это амбре выветрилось. Но я этого не делал, ведь Стивена могло продуть. Я морщился и терпел, лишь смотрел на мужа почаще — это отвлекало. Мое тело алкоголь уже успело переработать. Всё сгорело в горячей альфьей крови. Стивен не проснулся, когда машина остановилась около нашего отпускного домика, не проснулся, когда я нес его на руках в спальню. Лишь когда раздевал, муж вскинулся с вопросом: — Эван, это ты? — Я-я, — проворчал я, стаскивая с него рубашку. Омега кивнул, не открывая глаз, и повалился назад на спину. Я затолкал его под одеяло, настроил кондиционер на приемлемую температуру и пошел в душ. Хотелось смыть с себя сегодняшний пыльный и жаркий день. А еще мне казалось, что вся моя одежда и волосы пахнут спиртом, поэтому я довольно долго простоял под водой, намыливая голову и смывая пену. Стивен спал, свернувшись калачиком, на моей половине кровати. Он подмял под себя подушку и полностью завернулся в одеяло, как в кокон. Пришлось немного повозиться, чтобы распутать этот клубок, но я отвоевал и свое место, и подушку. Впрочем, далеко мужа не двигал — сразу же притянул к себе, повернул набок и захватил в объятия. Омега завозился и наконец удобно устроился, дыша мне в шею. Я пару раз поцеловал его в лоб, потерся щекой о волосы и довольно вздохнул. Можно было засыпать. — Эван, — вдруг хрипло выдал Стивен. — Я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю, журавлик, — улыбнулся я. Вот теперь точно можно.

***

Я проснулся один в кровати, вытянулся во весь рост, раскинул руки-ноги в стороны. По ощущениям было еще слишком рано, но мой неугомонный похмельный муж уже куда-то исчез. Как бы ни хорошо было лежать одному, я уже соскучился по Стивену и пошел его искать. Муж нашелся на террасе. Он сидел на полу в позе лотоса, повернув лицо к восходящему солнцу. Я постоял некоторое время, разглядывая его прямую узкую спину, и уселся рядом, привычно прикоснувшись к затылку омеги. — С днем рождения. Стивен улыбнулся, посмотрел на меня: — Спасибо. Он снова отвернулся и прикрыл глаза, ловя солнечные лучи. — Какой ты хочешь подарок? — Мне ничего не надо, — омега чуть встряхнулся. — Главное я уже получил — уикэнд с моим мужем. Я дотянулся и погладил его по щеке, теплой и гладкой. Стивен потянулся за лаской, не открывая глаз, поймал мою руку, переплел наши пальцы. Мы сидели на террасе пока солнце медленно выкатывалось из-за горизонта, и было еще не жарко, а потом собрались и пошли завтракать в ресторан. У нас оставался один день наедине вдали от большого города, больших дел и большой ответственности.

***

Сентябрь был теплый и солнечный. И особенный для нас, потому что Стивен решил провести свою течку традиционным способом, без блокаторов и подавителей. За двенадцать лет нашей совместной жизни было лишь три таких случая, и я с нетерпением ждал этой особой недели. Примерно за месяц Стивен прекратил принимать блокаторы, чтобы его организм пришел в норму. Из-за этого у омеги шалили гормоны, и настроение скакало вверх и вниз по сто раз на дню. Но чем ближе был сентябрь, тем больше Стивен успокаивался и расслаблялся. Становился более чувственным и томным. Его запах постепенно возвращался и потихоньку наполнял нашу квартиру. Я приходил по вечерам домой и будто попадал в цитрусовый сад. Свежий запах лимонов бодрил и кислил на языке. Стивен неизменно встречал меня в прихожей, и мы долго обнимались. Я нюхал шею мужа, балдел и тоненько поскуливал от возбуждения, будто подросток какой-то. Омега тыкался носом мне в грудь, но ощущал лишь запах одеколона, который сам же мне и покупал. — Альфа! — хныкал обычно в такие моменты Стивен. — Почему ты не пахнешь? — Я пахну Боттега Венета, — отвечал я, получал пару подзатыльников, и больше этим вечером мы к теме ароматов не возвращались. Но на следующий день я приходил домой, обнимал в прихожей мужа, и разговор повторялся. До волшебной недели оставалось совсем чуть-чуть. Мы основательно подготовились: закупили еды, я уладил все рабочие вопросы, Стивен подчистил свои хвосты, — ему осталось провести последний Комик Кон в Нью-Йорке, и мы были свободны. Я снова был рядом с мужем, как и двенадцать лет назад в Сан-Диего, хотя ему уже не требовалась группа поддержки. Он прошел через множество таких фестивалей, провел не один десяток панелей, ответил на сотни вопросов и подписал уже, наверное, тысячу книг с комиксами, но все равно звал меня с собой. — Когда ты в зале, я чувствую себя супер-уверенным. Даже если ты просто сидишь в дальнем углу и смотришь на меня, — сказал как-то Стивен. Поэтому-то я и был на каждой его конвенции. В этот же раз пошел еще и потому, что Стивен накануне течки выглядел просто роскошно: светился изнутри, дивно пах, говорил немного хриплым сексуальным голосом и двигался с ленивой грацией. Это все меня дико возбуждало, я хотел любоваться мужем круглые сутки. Он рассказывал про очередной свой комикс. Не так давно Стивен начал новую серию, отступив от привычной супергероики и выбрав темную сторону. Он изменил стиль рисовки, добавил много черного и серого цветов, теперь его герои страдали от своего окружения, от мира и от самих себя. Это был довольно смелый эксперимент, мне, конечно же, все нравилось, но муж переживал, что фанаты не примут такие кардинальные изменения. Первый комикс долго не раскупали в магазинах, но Роберт, издатель Стивена, создал искусственный ажиотаж, запустил довольно провокационную рекламу, и книгу смели с полок. Продолжение покупали уже охотнее, и вот сейчас Стивен презентовал третью часть. Народ в зале подобрался заинтересованный и какой-то разномастный. Были и молодые люди, и наши со Стивеном ровесники. Они задавали вопросы, выдвигали свои теории про сюжет и главных героев и даже спорили со Стивеном, доказывая ему, что он в некоторых моментах неправ. Стивен сначала сидел за столом, но потом в пылу спора вскочил и заходил по сцене, рассказывая, на мой взгляд, слишком много про свои задумки. Но смотреть на него было одно удовольствие: омега раскраснелся, блестел глазами и часто облизывал губы. Он взмахивал руками, запускал пальцы в волосы, а когда привалился бедрами к столу, и его брюки немного натянулись, я заметил легкий стояк. И ухмыльнулся — Стивен так горел своей работой, что возбудился от одного невинного обсуждения комиксов. Он был в идеальной форме и полностью готов к течной неделе. Не удивлюсь, если мы начнем уже этим вечером. В конце встречи благодарные фанаты с книжками, блокнотами, плакатами в руках выстроились в длинную очередь, чтобы получить автограф автора. Я тоже подобрался поближе, чтобы слышать, что Стивен говорит. Он всегда старался сказать каждому своему читателю хоть что-то, пусть небольшое, но значительное, а я любил за ним наблюдать в эти моменты. Стивен светил улыбкой и смотрел на фанатов, как на своих друзей, и они уходили крайне счастливые. Очередь постепенно редела, отчего омега улыбался лишь шире. — Привет, — он подался чуть вперед навстречу молодому восторженному альфе. — Что тебе подписать? — Это вы? — выдал парень, уставившись на Стивена круглыми глазами. — Ну да, я, — хмыкнул омега. — Собственной персоной. — Это и правда вы! — не унимался альфа. — Ребята мне не поверят! — Да-да, — помахал Стивен рукой в воздухе. — Это и правда я. Так что тебе подписать? Комикс, блокнот? Давай я напишу тебе «Привет от Стивена Бейкера». Твои друзья тогда точно обзавидуются. — Это просто уму непостижимо! — альфа запустил руки в волосы. — Это двойная удача! Ну кто бы мог подумать. Что мой любимый художник комиксов окажется моим истинным! Ребята точно все полопаются от зависти. — Что? — дернулся всем телом Стивен, и я заметил, что улыбка сползает с его лица. — Истинный! — повторил парень счастливо. Он смотрел на омегу горящими, абсолютно влюбленными глазами. — Я и мечтать о таком не мог, это просто подарок судьбы. Лимоны, вы пахнете лимонами. Очень ярко и вкусно. И альфа показательно потянул носом воздух. Стивен отшатнулся, прижал руку к груди, как бы отгораживаясь от навязчивого парня. Но потом сам осторожно принюхался, и на его лице отразился такой ужас, будто он попал в свой самый страшный кошмар. Но истинность и есть самое страшное в жизни Стивена. Он всё ждал, что истинный появится у меня, и я уйду от него, как его первый муж, но повезло ему. — Нет… — с расширенными глазами прошептал Стивен. — Нет, не может этого быть. Нет! Я не верю. — Может! — воскликнул альфа, сжимая кулаки и волнуясь. Он не понимал, почему его омега дрожит и кривится и все повторяет, что это ошибка. — Это так и есть! Я ваш альфа! — Нет-нет-нет, — Стивен вскочил, стул зацепился ножками на ковролин и упал за его спиной. — Нет! У меня есть альфа! И он ткнул парню в лицо руку с кольцом. — Я замужем. Мне не нужен другой альфа. — Но это неправильно, — нахмурился парень. — Мы же истинные. У него сейчас просто рушилась картина мира. Он привык, что концепция истинности нерушима, над ней невластна никакая логика, все преклоняются перед истинностью, потому что она задумана самой природой, и считается, что природа не ошибается. Парнишке повезло встретить своего истинного омегу, вот только омега не горел желанием признавать его своим альфой. Эта внезапная встреча шарахнула и по мне. Я тупо застыл на месте, не в силах пошевелиться, и просто смотрел и слушал. Очнулся, только когда Стивен вскрикнул в очередной раз: «Нет!», прижал ладонь к губам, будто его тошнит, и убежал в сторону служебных помещений. — Стивен! — рванулся я за ним, но столкнулся с молодым соперником, который тоже хотел последовать за омегой. Мы ударились плечами и замерли друг напротив друга, раздувая крылья носа. — Не лезь к моему мужу, — прорычал я. — Недолго он будет твоим мужем, — сузил парень глаза и сжал кулаки. — Он мой истинный, и я не отступлюсь. — Эван, что тут такое творится? Где Стивен? — из ниоткуда появился Роберт и отвлек нас. Парень тут же испарился, я не успел его остановить. — Роберт, — я попытался отодвинуть издателя с дороги, но сделать это было непросто, — сейчас не время. Мне надо догнать Стивена. — Эван, — Роберт неожиданно сильно сжал мое плечо, удерживая на месте, — что случилось? — Этот парень сказал, что они со Стивеном истинные, — выдохнул я. — Стивен испугался и убежал. Мне надо его догнать. Роберт, отпусти! — Как дети, — фыркнул он, но все же разжал пальцы. Я бежал через павильоны и залы, задевая людей и слыша «Идиот» и «Куда прешь?!» в спину, но мне было наплевать на это. Все мои мысли были только про мужа, и я корил себя, что не среагировал вовремя, не остановил его, не защитил. Конечно Стивен испугался, услышав неожиданную новость про истинность. Но мне самому было сейчас страшно. Этот молодой альфа был настроен решительно. В гримерной Стивена не оказалось. Я заметался по служебным помещениям, но никто его не видел. Мне надо было успокоиться, выдохнуть и начать мыслить логически. И первым делом позвонить мужу. Гудки в трубке шли, однако Стивен не спешил отвечать. Это было плохо. Судя по тому, как быстро он сбежал, омегу просто затопила паника. Я отвесил себе очередную мысленную оплеуху — мне надо было тщательнее следить за обстановкой и после первых слов молодого альфы про истинность вышвырнуть его вон. Но я даже представить себе не мог, что получится именно так. Я все еще пытался дозвониться мужу, он все еще не отвечал, а значит мне придется искать его по городу, полагаясь на интуицию. Где Стивен может быть? Куда может обратиться человек в панике? К близким людям. Из близких у Стивена только я и Шейн Кларк. Но Шейн в Лос-Анджелесе, снимается в очередном блокбастере. Все остальные из нашего окружения не более, чем приятели или добрые знакомые. С ними хорошо пропустить стаканчик-другой на выходных, но искать поддержку в трудную минуту — нет. Роберт тоже отпадал, потому что он был здесь, в зале для пресс-конференций, и Стивен бросился не к нему. Оставалась только наша квартира. Мне повезло попасть в «зеленую волну», добрался я до дома очень быстро и в фойе смог относительно спокойно выдохнуть, потому что консьерж подтвердил, что Стивен дома. — Пролетел мимо меня минут двадцать назад. Как ураган, даже не поздоровался, — с легкой обидой в голосе поведал бета. — Я его окликнул, но без толку. — Хорошо, спасибо. И извините его за это, — попросил я. — Просто тяжелый день. Бета покивал и чуть улыбнулся, а я заскочил в лифт. В квартире было тихо и темно. Пришлось даже взмахнуть рукой, чтобы сенсоры побыстрее сработали. — Стивен! — позвал я и прошел в гостиную. Муж появился из кухни. Он был бледный и трясущийся, с всклокоченными волосами и поджатыми губами. Он сразу же бросился ко мне, прижался всем телом и спрятал лицо у меня на груди. Я обхватил его руками так крепко, как мог, ткнулся носом в волосы. Прекрасного аромата лимонов как не бывало. Стивен пах стерильной чистотой.