Птица счастья для неудачника

— Вы это видели? — сотрудники «Галереи» куда-то направлялись, возбуждённо переговариваясь, но Ван Ибо было не до этого. Какого хрена это вообще было? Чжань-гэ сам пригласил его в тот отель, а на утро бросил, ускакав, как небезызвестная Золушка, и даже башмачка не оставил. Не, ну Ибо всё понимал, работа, но его ведь можно было разбудить?! Если стеснялся, то мог позвонить, для чего вообще человечество изобрело телефон?? В отдел он влетел чуть ли не с ноги распахивая дверь, внутри всё клокотало от обиды и возмущения, да так и замер на входе. Он опоздал почти на час, но внутри была только госпожа Ху, она рылась в своей безразмерной сумке трясущимися руками и судорожно всхлипывала. — Он не выключается, — увидев Ибо, залепетала та, показывая на экран, голос дрожал, женщина явно была на грани истерики. «Что здесь произошло, и где остальные», — Ибо подошёл к компьютерному столу и прерывисто вздохнул, чувствуя, как от лица отхлынула кровь. На грани разума, он отметил, насколько красивым выглядел Сяо Чжань: раскрасневшийся, немного взъерошенный, с чуть припухшими губами и расстёгнутым воротом. Видимо это попало в объектив тогда, когда Ибо сходу набросился на босса. Картинка мигнула, когда они, отлипнув от стены, направились в спальню, после чего началась с самого начала. Ван Ибо взъерошил волосы, облизывая пересохшие губы, мельком глянул на рыдающую Ху Сяотин и, выдернув из розетки штекер, рванул в кабинет Сяо Чжаня. Пусто, впрочем, как он и ожидал, экран едва мерцал, раз за разом воспроизводя одну и ту же сцену. Паника накрыла с головой, мешая соображать, мало ли до чего мог додуматься Чжань-гэ, увидев подобное, а главное, как это могло произойти? Не сам же он это выложил, в самом деле, да он в компьютерах то не разбирался, всё что мог, запустить пару программ, в которых работал, ну и включить-выключить. — Где он? — рявкнул Ибо, снова влетев в общее помещение, Ху Сяотин чуть не подпрыгнула, испуганно глядя на парня. — У-ушёл. Вообще, было непривычно видеть её в таком состоянии, госпожа Ху отличалась сложным характером и громким голосом, а внешне походила на строгую учительницу, которая могла и подзатыльников отвешать. И надо же, такой резкий отход от канона, было чему поухмыляться, но сейчас его это абсолютно не заботило. За всё время он ведь ничего толком и не узнал о Сяо Чжане, все личные разговоры тот либо сразу сворачивал, меняя тему, либо молчал. Куда он мог пойти, увидев это видео? Друзей у него вроде не было, про семью тоже было неизвестно, что уж говорить о любимых. Ибо снова взъерошил волосы, мысли разбегались, словно тараканы, судорожные всхлипы сбивали. «Всем сотрудникам собраться в конференц-зале. Повторяю, всем сотрудникам срочно собраться в конференц-зале», — голос из динамиков заставил Ибо вздрогнуть и вскинуть голову. — И давно собирают? — он посмотрел на госпожу Ху, та уже начала икать. — Т-третий раз, — собравшись с силами, выдавила женщина и снова полезла в сумку, потом махнула рукой и, прижав её к груди, пошла на выход. «Может он туда пошёл?» — Ван Ибо, осторожно просочившись мимо госпожи Ху, рванул по коридору, молясь всем богам, чтобы так оно и было. Народу в коридоре почти не осталось, у входа в конференц-зал стоял директор Хуан и поторапливал опаздывающих. Увидев Ван Ибо, он резко нахмурился, потёр плохо бритый подбородок и махнул ему рукой. — Господин Хуан, это везде? — дрогнувшим голосом спросил тот, подходя к директору. — Компьютерщикам нужна помощь, ты в этом вроде неплохо разбираешься, — мрачно ответил он, прожигая парня взглядом. — Но Чжань-гэ… — Ибо осёкся, на лбу выступил пот, а взгляд забегал, — господин Сяо здесь? — Он не приходил, — ещё больше мрачнея, Цзытэн сжал кулак. — Ты… это же был ты? — Что? Нет! — Ибо замотал головой. — Я не знаю, как это произошло, но я найду и… но сейчас мне надо найти Чж… господина Сяо. На лбу Цзытэна собралась уродливая складка, широкие брови взлетели вверх, делая его похожим на злобного филина. — Ты… мальчишка, — он бросил раздраженный взгляд на проходящего мимо сотрудника, кажется, из финансового отдела, после чего, рванув на шее галстук, прохрипел. — Скорее всего, он направился домой, отравляйся туда и тащи сюда его задницу. — Да! — Ибо закивал и рванул к лестнице, костеря себя на чём свет стоит, как он сам не додумался? Куда ещё мог пойти Чжань-гэ, конечно же, домой, к Орешке и родным стенам, которые всегда помогают.

***

Закрыв за собой дверь, Сяо Чжань долгое время стоял в коридоре, не замечая крутящейся под ногами Орешки. Кошка, обделённая вниманием, жалобно пискнула, пытаясь зацепить штанину короткой лапой. Сяо Чжань опустил взгляд, после чего, осторожно отодвинув ногой животное, начал снимать пиджак. Руки тряслись, даже добравшись до дома, попав в своё убежище, он никак не мог успокоиться. Это было невероятно глупо — довериться и снова так нелепо подставиться, жизнь его ничему не научила. Мелкие пуговицы на рубашке не поддавались, а ему так хотелось выкинуть всё из головы и завалиться в кровать, надеясь, что на утро, это окажется просто-напросто сном. Сяо Чжань добрался до спальни, плюнув на провальные попытки раздеться, и начал обыскивать все ящички, распахивать дверцы. Уснуть после такого было невозможно, ему нужна была помощь. Искомое нашлось в прикроватной тумбочке, где оно ещё могло быть? Но затуманенный разум успешно игнорировал очевидное. Пластиковая баночка была почти пуста, последнее время он неплохо спал и давно не проверял свои запасы. Крышка проскальзывала, не то чтобы он слишком туго её закрыл, но дрожащие руки были плохим подспорьем. Наконец, с приглушённым щелчком она поддалась, Сяо Чжань облегчённо выдохнул, но как оказалось, радовался он рано, то ли руки вспотели от нервов, то ли ослабели пальцы, но вслед за отвинтившейся крышкой на пол полетела и баночка. Отскочив пару раз от пола, она покатилась под стол, таблетки с весёлым перестуком разлетелись в разные стороны. Это было уже слишком, Сяо Чжань судорожно вздохнул, пытаясь сгрести себя в кучу и не разреветься. Последний раз он позволял себе подобное лет в десять и именно тогда понял, что слёзы бессмысленны, никто не придёт на помощь, как бы ты ни старался, как бы ни кричал. Сквозь шум в ушах пробился мерзкий звук, Сяо Чжань не сразу понял, что это дверной звонок, ещё больше времени ему понадобилось, чтобы понять — дверь нужно открыть. Когда он добрался до коридора, в неё уже долбили, явно ногами, а звонок непрекращающимся визгом ввинчивался в уши, лишая остатков рациональности и терпения, иначе он бы сначала проверил кто пришёл по домофону, ну или хотя бы глянул в глазок. — Чжань-гэ! — стоило щёлкнуть замку, как синий ураган по имени Ибо, влетел в квартиру и, стиснув его запястья, вскинул их вверх, внимательно осматривая. Он даже задрал рукав, а Сяо Чжань и не заметил, когда оторвал пуговицу, видимо это произошло во время попытки раздеться — Что ты делаешь, пусти, — он попытался выдернуть руки из чужой хватки. — Я так счастлив, Чжань-гэ, — Ибо резко отпустил запястья и вместо этого сцапал уже его, крепко обнимая за плечи, кажется, Сяо Чжань даже услышал треск костей. — Тебя нигде не было и я не знал, где тебя искать, это было так страшно, Чжань-гэ, я так испугался. Он бормотал не переставая, уткнувшись в изгиб шеи, мокро и горячо. Сяо Чжань не понимал и половины, но по коже побежали мурашки, это надо было прекращать, ведь кто кроме него мог это сделать? Зачем Ибо вообще устроил эту отвратительную сцену? Сяо Чжань снова попытался отпихнуть бормочущего парня, забился, чувствуя, как от нахлынувшей злости темнеет в глазах. — Отпусти! Какого хрена ты притворяешься?? — дальше он действовал на эмоциях, это был подлый удар, но времени на обдумывание не было. — Твою ж налево, — прохрипел Ибо, падая на колени и накрывая пах руками. — Ч-Чжань-гэ… — Какой я тебе Чжань-гэ?? — срывающимся голосом выпалил Сяо Чжань, сжимая и разжимая кулаки. Ибо судорожно сглотнул, к боли физической, добавилась моральная — ему не верили. Потом, когда всё это закончится, он обязательно припрёт Чжань-гэ к стенке и узнаёт всё, что тот скрывает, но сейчас было не время. Взяв себя в руки и, более менее перетерпев боль, Ибо поднял голову: — Это был не я, ты ведь не можешь не понимать. Мы всё это время были вместе, Чжань-гэ, — вышло хрипло и жалобно, но сейчас ему было совсем не до этого. Сяо Чжань, рефлекторно затеребив нитку от пуговицы, больно закусил губу, отводя взгляд и не находя слов. Его знаний не хватало… Как это вообще должно было выглядеть? Ведь и правда, они были рядом до самого утра, пока оба не провалились в сон, а потом первым встал он сам, а Ибо будить не стал. — Чжань-гэ? — снова позвал Ибо, он всё ещё стоял на коленях, только руку от паха убрал. Но боль всё ещё была видна в чуть сведённых бровях и дрожащих пальцах. — Я не знаю, — севшим голосом ответил Сяо Чжань, помолчал, а потом покачал головой. — Мы ведь по сути совсем друг друга не знаем… — О, — Ибо на секунду смутился, ведь и правда, кроме работы их ничего не связывало, ну и охренительный секс, целый один раз. — Это легко исправить. Меня зовут Ван Ибо, двадцать три года, холост. Люблю экстремальные виды спорта, а ещё собирать лего, обожаю кошек, ну и вообще животных. Сяо Чжань растерянно заморгал, слушая этот льющийся поток сознания. Чего Ибо добивался? Решил утопить все подозрения в своей болтовне? — По… — Два года ходил к психиатру, потому что родители считали, что гомосексуализм это болезнь и она лечится. Не помогло, они махнули рукой, оставив меня в покое. А ещё мне нравится Чжань-гэ. В комнате воцарилась тишина, только в углу скреблась Орешка, пытаясь выцарапать оттуда пилюлю. Сяо Чжань, пытаясь хоть как-то заполнить опустевшую голову, подумал о том, что таблетки стоило бы собрать. — Чжань-гэ? — Ибо склонил голову к плечу. — Мне повторить? Сяо Чжань резко помотал головой, обхватывая себя за плечи. — К чему ты всё это наговорил? Ибо поднялся, по дороге подхватывая пару таблеток с пола, сжал их в кулаке. — К тому, что мы должны узнать друг друга получше, ты ведь сам это сказал? Но времени совсем нет, мне надо найти того урода, что выложил это в локалку, но я не могу оставить тебя одного. Не хочу, — поправился он, глядя исподлобья. — Нам нужно вернуться в отель и найти камеру, узнать, кто селился там до этого, а потом проверить все компьютеры и найти, откуда пошла эта зараза. Чжань-гэ, пожалуйста, идём со мной, не варись во всём этом один… — Подожди, — Сяо Чжань потёр лоб, жмурясь и пытаясь отстраниться от нарастающей головной боли. — Не можешь оставить меня одного? Что за ерунду ты себе напридумывал? Ибо замялся, опустив взгляд и переминаясь с ноги на ногу, потом глубоко вздохнул и снова затараторил. — Ты бросил меня там одного и ушёл, я думал, что ты жалеешь о случившемся. А потом пришёл на работу, а там… сам знаешь. И на месте тебя не было, я столько всего передумал… Потом ты дверь не открывал и я надумал ещё больше, а ещё это, — он стиснул кулак, нервно облизывая губы, с трудом разжал, прилипшие к влажной ладони таблетки заставили Чжаня поморщиться. — Да как я смогу сосредоточиться на деле, если буду думать о том, что с тобой происходит? — Да не собирался я с собой кончать, — выдохнул Сяо Чжань и застонал, хлопая себя по лбу. — Ты меня за истеричную малолетку принимаешь что ли? — Нет, — Ибо виновато посмотрел из-под синей чёлки. — Просто… мало ли. — Идиотизм, — Сяо Чжань покачал головой и начал собирать с пола пилюли. — Дай мне минут десять, сядь куда-нибудь. Была ли причиной неожиданная забота или бредовость происходящего, но его неожиданно отпустило. Даже тиски вокруг головы будто ослабли, осталась только ноющая тяжесть где-то в висках. Сяо Чжань собрал рассыпанные таблетки, отогнав Орешку, вытащил последнюю пилюлю из-под шкафа, куда кошка её загнала. Запихивать их обратно он уже не стал, решив выкинуть в туалет. Достав из-под стола баночку, поставил её около монитора и глянул на Ибо. — Мне нужно принять душ и переодеться… Сделай пока чай, всё на кухне. Ибо часто закивал, подскакивая с краешка кресла, где до этого примостился. Ему было неловко. Пусть его вины в происходящем не было, но всё же внутри было муторно, не так он себе представлял утро после крышесносного секса. Мало того, пока Сяо Чжань собирал таблетки, мысли в голове Ибо оставляли желать лучшего. Например, как тот себя чувствует или насколько же у него классная… От этого в паху ощутимо тяжелело. — Сделаю, — чуть ли не отдав честь, он ринулся на кухню, следом бросилась Орешка, надеясь на то, что её, наконец, покормят.