Птица счастья для неудачника

Было раннее утро, но аэропорт, кажется, никогда не затихал. После тишины пляжного домика, где кроме шума моря и криков чаек почти ничего не было слышно, он оглушал. Забрав вещи с ленты — чемодан на колёсиках и объёмную сумку, Ван Ибо направился на выход. Обходя людей, он с тоской вспоминал отпуск: неспешные прогулки по пляжу, звёздное небо, долгие часы проведённые в постели. А самое главное, там ни от кого не надо было прятаться и можно было не только держаться за руки, но и целоваться, когда захочется. Выходя из здания аэропорта, он заулыбался, увидев разговаривающего по телефону Сяо Чжаня. Из-за шума дождя ничего не было слышно, а когда он подошёл к нему, тот уже отключился. — Чжань-гэ, — Ван Ибо подтянул чемодан за ручку, притираясь плечом к плечу. — Кто звонил? — Господин Хуан, — Сяо Чжань сунул телефон во внутренний карман куртки и, забрав с плеча Ибо сумку, перекинул её через своё. — Ей богу, порой ощущение, что у меня появился дедушка. — Хорошо, что господин Хуан тебя не слышит, — прыснул Ван Ибо. — Как ты говоришь, он не настолько стар. — Но ты же меня не сдашь? — Сяо Чжань прищурился, глядя на своего уже мужа. — Нет, конечно, не хочу становиться вдовцом, — рассмеявшись, Ибо пихнул его плечом. — Ну что, домой? Это «домой» отдалось в груди теплом и Сяо Чжань довольно улыбнулся, раскрывая зонт. Они не были там почти месяц, Орешка, наверное, уже забыла, как выглядят ее хозяева и привыкла к новым. Но за ней они отправятся позже, не сегодня и даже не завтра. Город выглядел серым, особенно после бесконечных пляжей и яркого солнца. Он встретил их дождём и сильным ветром. Раньше, Сяо Чжань бы, наверное, воспринял бы это в негативном ключе, но не теперь. Не тогда, когда рядом с ним его вторая половинка. — Хочу горячего шоколада, — сев в такси, Ван Ибо зевнул, тут же приваливаясь к плечу Сяо Чжаня. — В такую погоду без него никуда, или глинтвейн? И сидеть дома. Хорошо, что Орешку забирать только на выходных. — Думаешь к тому времени распогодится? — Сяо Чжань переплёл их пальцы, прикрывая глаза и откидываясь на спинку. — В любом случае в понедельник на работу, — проворчал Ван Ибо. — Так что придётся встряхнуться. Да, отпуск заканчивался. Впереди снова ранний подъём, разбор кучи документов, которые накопились за медовый месяц, шепотки коллег. Хотя, тут проблем оказалось намного меньше, чем ожидалось. Даже на свадьбе, которую они хотели провести тихо, собралось пара десятков коллег с работы. Родственников не было ни с одной стороны, зато приехал декан Лу и они с директором Хуаном, несмотря на все возражения, взяли на себя роль отцов. Это было жутко неловко, особенно речь, которую те явно готовили вместе. Целых полчаса они расхваливали каждый своего «сына», под довольный смех гостей. Такси остановилось, Ван Ибо поежился, забирая у Сяо Чжаня зонт: — Посиди тут, я багаж достану, — поцеловав его в щёку, он выскочил под дождь. — Я бы не растаял, — Чжань потёр колени, в такси было тесно, как и в самолёте до этого, так что ноги затекли от невозможности их нормально вытянуть. Оглянувшись, он тихо рассмеялся, Ибо крутился около багажника, воюя с зонтиком, который пытался унестись вслед за ветром. Подобная забота была во всём, но до сих пор заставляла сердце биться быстрее. Ван Ибо, вытащив их вещи, закрыл багажник и, обойдя машину, стукнул костяшками пальцев по стеклу. Чжань повесил через плечо сумку с ноутом и выбрался наружу. — Ну и поливает, — Ибо передал Чжаню зонтик и они зашагали к подъезду. — Наверное, всё же лучше глинтвейн, плед и кино. — Только не Марвел, я уже в этих супер-как-их-там запутался, — Сяо Чжань достал телефон и, открыв приложение, открыл подъездную дверь. — Можно какую-нибудь романтическую комедию, в такую погоду самое оно, — Ван Ибо прошёл первым, пока Чжань придерживал дверь. — А потом… Он не успел договорить, потому что завидев их, со своего места подорвался консьерж. — Господин Сяо! — он подбежал к ним, радостно улыбаясь. — Вы, наконец, вернулись, у нас тут уже завал! — Завал? — удивлённо переспросил Сяо Чжань, пытаясь сложить зонтик, кажется, от ветра немного погнулись спицы. — Вам пришли посылки, — пояснил тот и поманил за собой. — Вы уехали, а через неделю они как посыпались. Сяо Чжань и Ван Ибо переглянулись и тихо вздохнули. Они всем говорили, что никаких подарков не надо, но, как впрочем и обычно, никто не слушал. — Простите за беспокойство, господин Чжан… — начал Сяо Чжань. — Да всё в порядке, у вас событие какое-то было? Поздравляю, — с улыбкой спросил тот, выкладывая на стол коробки. Их и правда было много, почти все ярко-красные с золотистой вязью, но хватало и других. — Мы всё проверили, ничего опасного, вскрывать, конечно, не стали, но как смогли. — Благодарю, — Сяо Чжань совсем скис, за один раз они всё это не унесут. — Спасибо, — ярко улыбнулся Ван Ибо и начал складывать коробки друг на друга. — Упадут же, — зашипел Сяо Чжань, но тот отмахнулся — Всё под контролем, просто возьми на себя наш багаж. — Я помогу, — рассмеялся господин Чжан. — До лифта донесём, а там разберётесь. — Ещё раз спасибо, — вежливо ответил Сяо Чжань, забирая у Ибо поклажу и цепляя зонт к ручке чемодана. В четыре руки господин Чжан и Ван Ибо донесли коробки до лифта, поднявшись на свой этаж, они выставили их на площадку и уже после, открыв дверь в квартиру, перетащили всё внутрь. — Я надеялся, без этого обойдётся, — опускаясь на пуфик у дверей, пробормотал Сяо Чжань. — А теперь всем придётся писать благодарственные письма. — Хочешь, я напишу? — Ван Ибо присел у его ног и погладил колени. — А мне потом переводчиком подрабатывать? — проворчал Сяо Чжань, обнимая его за шею и утыкаясь в макушку. — Нет уж, сам напишу. — Такое количество подарков значит, что ты многим дорог, гордись, — Ибо потёрся носом о ключицу. — Давай, ты сходишь в душ, смоешь усталость, а я пока всё в гостиную перенесу? Только вещи давай завтра разберём? — В стирку надо сразу, — Сяо Чжань ласково поерошил его волосы и отстранился. — Чжань-гэ, — Ибо сморщился. — Ладно, хотя бы начну. Пока Сяо Чжань принимал душ, Ибо успел перенести подарки к журнальному столику и разобрать сумку. Потом ванную занял он, Сяо Чжань же, отмыв чемодан и колёсики, вытащил оттуда одежду и успел раскидать по ящикам остальное. До подарков они добрались уже после обеда, всё оттягивая. Пили глинтвейн, валялись, и не только, в кровати, правда до фильма так и не добрались. — Ну что… с какого начнём? — усевшись на пол около Сяо Чжаня, Ибо повертел в руках один в ярко-синей упаковке. — Нашёл, так… это у нас от Чо Сынёна? Надо же, сто лет его не видел. — Кто это? — Сяо Чжань наклонился к нему, чтобы рассмотреть визитку. — Мы вместе на танцы ходили, думаю, это не на свадьбу, — он отложил коробку. — Ты им не говорил? — Говорил, — Ван Ибо заржал. — Выслушал кучу советов про первую брачную ночь и про способы предохранения. Сказал, что выхожу за парня, советов стало ещё больше. Сяо Чжань прыснул и, потянувшись через него, взял одну из коробок, по пути получив быстрый поцелуй в висок. — Чувствую, мы с этим и за пару дней не управимся. Это от господина Хуана, — стянув ленту, он вытащил из коробки другую, запакованную в пакет из пузырчатой плёнки. — Ого, видимо что-то хрупкое, — оживился Ибо. Сяо Чжань кивнул, открывая пакет и извлекая из него содержимое. — Вау, — он кинул на Ибо сияющий взгляд и осторожно достал камеру. — Зум-зум-зум… О, ручная настройка и дисплей удобный… — Чжань-гэ-э, — протянул Ибо, когда ему в лицо уставился объектив. — Вот так мы точно за сегодня ничего не успеем. — Да-да, но она правда прекрасна, — почти промурлыкал Сяо Чжань, возвращая подарок в упаковку. — Жаль он не подарил её заранее, мы бы столько всего наснимали. — И весь медовый месяц пошёл бы… — Ван Ибо кашлянул, хватая первую попавшуюся коробочку. — Так, это от госпожи Ху. Переговариваясь и смеясь, они некоторое время занимались распаковкой. Сяо Чжань всё записывал в телефон, чтобы потом можно было не искать кого и за что благодарить. — Оу… — внезапно, подтянув один из самых больших и тяжелых даров, Ибо напрягся. — Это от моих родителей… — Ты им говорил? — спросил Сяо Чжань. — Ну, сообщение отправлял, — промямлил Ибо, глядя на коробку, будто на ядовитую змею. — Давая я, — Сяо Чжань перетащил её к себе на колени и, убрав бумагу и ленты, открыл крышку. — Оу… мило. Он положил на стол две тряпичные куклы в красных свадебных нарядах, в отличии от обычных наборов, обе были мужские. — Мгм… — Ибо повертел одну из них в руках. — Симпатично, но что это значит? Они приняли? Сяо Чжань заглянул в коробку и вытащил стопку тонких папочек. Пролистав парочку, он сдавленно хрюкнул: — Видимо да, но и про внуков забывать не собираются, — раскрыв одну из папок, он кашлянул и зачитал. — Го Чэн, родился 18 августа 2015 года, так, это ему сейчас семь. Возможные формы устройства: усыновление, опека. Так… родственников нет, здоровье… ммм, вот. Увлекается спортом… Хватит ржать. Ван Ибо помотал головой, утыкаясь ему в плечо и заливаясь икающим смехом. — И таких тут штук двадцать, — вздохнул Сяо Чжань, обнимая его и похлопывая по плечу. — Вот им благодарность будешь писать сам. — Не надо, — застонал Ибо, — я понятия не имею, что на этот подарок ответить. — Будто я знаю, — фыркнул Сяо Чжань, после чего начал убирать всё обратно. — Ну, одно ясно, они вроде как не особо против. — А ведь они ещё не знакомы с тобой, — улыбнулся Ибо, выбирая какой из подарков открыть следующим. — Чжань-гэ… — Да? — тот отставил коробку в сторону и обернулся. — Это… он от твоей мамы, — Ибо положил на журнальный столик пухлый пакет. — А она то как узнала, — слегка бледнея, выдохнул Сяо Чжань. — Будем открывать? — осторожно спросил Ибо. — Да, конечно, — несмотря на сказанное, он ещё некоторое время сидел прямо, будто линейку проглотил и расслабился только тогда, когда Ибо погладил его по руке. — Да, откроем. Руки подрагивали, так что пакет он всё-таки порвал. Махнув на упаковку рукой, он дёрнул сильнее и замер, глядя на то, как по журнальному столику растекается красный шёлк покрытый золотистой вышивкой. Ибо, встав на ноги, потянул его наверх и склонил голову, разглядывая рисунки. — Кажется, это постельное, надо растянуть и посмотреть, — решил он и потянул шёлковую ткань на диван, на столике осталась ещё одна стопочка. — Тут два дракона, типа мы с тобой? — Да, — сглотнув, Сяо Чжань провёл пальцами по вышивке. — И на наволочках тоже. — Вау, я получил благословение, — Ван Ибо, завернувшись в пододеяльник на манер плаща и, заставив Сяо Чжань сдвинуться вперёд, уселся позади и крепко обнял, обволакивая его алой тканью. — И я очень рад, Чжань-гэ. — Угу, — Сяо Чжань откинулся назад, глубоко дыша и пытаясь успокоиться. — Уверен, что всё это устроил господин Хуан… — Ну и славно, — Ибо потёрся щекой об его ухо. — Ай… тебе бы побриться, — поморщился Сяо Чжань, но тут же повернул голову и поцеловал в подбородок. — Что бы я без тебя делал? — Носил бы те жуткие очки и рычал на окружающих, — прыснул Ибо, обнимая его крепче, чтобы тот не начал драться. — Ой, не кусайся, Чжань-гэ. — Мелкий засранец, — проворчал Сяо Чжань, выбираясь из объятий. — Так, а тут что. Под наволочками было письмо. «А-Чжань, сынок». На первых же строках Сяо Чжаня передёрнуло и, отобрав листок, Ибо снова обнял его одной рукой. — Всё хорошо, Чжань-гэ, давай я подержу. Согласно замычав, тот продолжил читать. «Я понимаю, что прощения просить уже поздно. Ты вырос и нашёл то, что даёт тебе силы. Уже давно прошло то время, когда тебе нужна была материнская поддержка и забота, которую я не смогла дать. Но я всё же надеюсь, что ты меня не ненавидишь. Это прозвучит как оправдание, но меня с детства учили, что мужчина всегда прав. Как бы я тебя не любила, но другой жизни не видела и воспринимала это как норму. Только потеряв тебя, я задумалась о том, что, возможно, что-то делала неправильно. Но было уже поздно, ты так отдалился, а потом я совсем потеряла с тобой связь. Жаль, что даже это так и не заставило меня взяться за ум. Узнав, что ты женишься, или как это называется? В общем-то не важно, главное, чтобы ты любил своего избранника. Когда господин Лу сообщил мне это, я была так рада, что ты всё же смог это сделать, несмотря на ту боль, что мы тебе причинили. Это придало сил и мне. Не знаю, важно тебе или нет, но я развожусь. Ты, наверное, чувствовал такую же свободу, когда поступил в институт? Даже дышится, кажется, легче. К чему я это всё пишу… А-Чжань, ты мой любимый ребёнок, пусть я так и не смогла это показать. Ты ни в чём не виноват и всё делал правильно.» Сяо Чжань прикрыл глаза, судорожно вздыхая, на глаза навернулись слёзы и буквы расплывались. Ибо ласково погладил его по волосам, опуская руку с письмом. — Перерыв? — Нет, просто линзы сместились, — шмыгнув носом, Сяо Чжань развернулся боком и уткнулся ему в шею. — Принести контейнер? Он в ванной? — Нет, всё хорошо, сейчас пройдёт. Почитай мне с «всё делал правильно»? Ибо кивнул, пробежался по письму взглядом, в поисках нужного места и, поглаживая по волосам, продолжил. — «Дети не выбирают своих родителей, но ты уже вырос и у тебя своя семья. Я только надеюсь, что ты дашь мне шанс и не вычеркнешь меня из своей жизни. А-Чжань, прости, что была непутёвой матерью и позволь мне исправить хоть что-то. Ты не обязан меня любить, но я буду счастлива хотя бы знать, что с тобой всё в порядке. А-Чжань, я очень рада за тебя и твоего мальчика, надеюсь, вы будете счастливы.» Так, тут дальше номер телефона и подпись «Мама», — закончил Ван Ибо и поцеловал Сяо Чжаня в макушку. — Ну же, не плачь, всё хорошо же. — Я не плачу, — всхлипнул Сяо Чжань, стискивая на груди футболку. — Что же с тобой делать, — отложив лист, Ван Ибо обнял его уже обеими руками и начал покачиваться. — Перед тем как ей звонить, перевари всё хорошенько, а то в трубку разревёшься. — Не разревусь, — размазывая по шее слёзы, Сяо Чжань ткнул его кулаком в грудь. — Ты вообще, человек? Совсем утешать не умеешь, только ржёшь, гоблин. — Чтобы утешить так, как я умею, нужно отправиться в постель, — Ибо ласково улыбнулся, накрывая руку ладонью. — Значит будешь звонить? Я могу подержать тебя за руку и поддержать. Сяо Чжань кивнул, после чего достал салфетки с нижней полочки журнального столика и начал вытирать слёзы. — Мама же, — пробормотал он, слегка дрожащим голосом. — Всё ты виноват, я за этот месяц третий раз реву. — А я тут причём, — рассмеялся Ибо, поглаживая его по плечам. — К тому же, первые два были от счастья, это разве плохо? — Я же не говорю, что плохо, — глубоко вздохнув и задрав голову вверх, будто это не давало слёзам вылиться, он продолжил. — Я и в этот раз не от горя плачу, просто рад за неё. — Ещё одну коробочку? — предложил Ибо, надеясь отвлечь его от переживаний. Сяо Чжань застонал, крепко жмурясь, но всё же кивнул и отсел в сторону. — Только открываешь ты, с меня на сегодня хватит. Ибо наугад выбрал одну из коробок, поставил на столик и стащив обёртку, радостно улыбнулся. — Набор чая, отлично, а то у нас шаром покати после отпуска. — Опять письмо, — закатил глаза Сяо Чжань, откидываясь на край дивана. — Нет, это точно последний, всё остальное завтра, мне ещё ужин готовить, а за продуктами мы так и не сходили. — Ок, — Ван Ибо вытащил из конверта розовый листочек и чихнул, тот одуряюще пах духами. — Ты не поверишь, это от Цзаньцзиня. — Мне кажется или о нашей свадьбе знают половина Пекина? — простонал Сяо Чжань. — Что там? — Мм… он работает в театре, неожиданно. Костюмером, ещё неожиданнее. Сяо Чжань не удержался и заглянул в листок. — Ещё и учится, надо же, — хмыкнув, он обнял Ибо за локоть. — Ему пойдёт, играл он отлично, — Ибо сплёл их пальцы, бегая взглядом по строчкам. — А чай значит из гастролей. Надеюсь, он не будет присылать нам контрамарки, а то мне хочется врезать по его смазливой роже. — Злой Бо-ди, — Сяо Чжань пробежался пальцами по его щеке, чтобы тот повернул голову и нежно поцеловал. — Хватит на сегодня, поехали за продуктами. — Мм, — Ван Ибо заулыбался, оставляя лёгкий укус на подбородке. — Что сегодня в меню? — Курочка гунбао с рисом, — Сяо Чжань поднялся, помогая встать Ибо. — Чжань-гэ, — заныл тот. — Не бойся, острый соус я сделаю отдельно, — рассмеялся он, направляясь в спальню. — Тогда с чесноком, — Ибо шёл следом, обнимая его сзади за талию. — И с кинзой, — согласно кивнул Сяо Чжань, пытаясь отцепить его руки. — И с кинзой!