The Owl House rebuild: Blood Plague

В коридорах Императорского Замка, в позолоченных подставках плясали огни. Многие задавались вопросом, почему Белос не разрешает пользоваться привычными всем заклинаниями света, но так и не получали ответа на вопрос, довольствуясь размытыми размышлениями об имидже правительства. Скауты же порой откровенно ругались на подобное дизайнерское решение, так как дежурить в таких условиях было просто невозможно. — Меня аж подбрасывает, — жаловался один из них своему товарищу. — Клянусь Титаном, когда-нибудь я посажу зрение, как и все в этом Ковене. Что тогда они делать будут? — Выдадут всем пары дешевых очков, — устало отозвался второй. — В лучшем случае. Они продолжили сетовать на условия в Ковене, пока тишину не прорвал треск — тихий, отрывистый, и не-магического происхождения. Скауты синхронно развернулись, выставив вперед начищенные до блеска копья. — Кто здесь?! — грозно выкрикнул один из них. Тишина. — Показалось? — Может, проверить? — Да мы вряд ли что-то найдем. — А если серьезное что-то? — Скажем, что ничего не слышали. Чуть поспорив, скауты сошлись на молчании об услышанном, развернулись и быстро засеменили прочь, за что Сара был готов поблагодарить Титана. Долбанный имплант в колене решил каратнуть именно в момент, когда он проскакивал самые охраняемые районы замка. Хорошо, что посреди ночи патрули предпочитают прохлаждаться в комнатах в обход проверок, и лишь самые ответственные шарятся по коридорам. Мысли о том, что придется драться, остались лишь мыслями. Юноша сильно напряг ноги и перемахнул на соседнюю балку, слегка не рассчитал расстояние и приземлился на самом краю, угрожая сверзиться на пол. Но пальцы рефлекторно ухватились за выступающий кирпич, спасая Сару от разгромного падения. Выдохнув, он уселся по-удобнее, осматривая открывшийся кусок коридора на предмет наличия еще скаутов или просто зевак, оказавшихся здесь совсем непонятным образом. Но в свете пляшущих огней виднелись лишь бордовые углы ковров. «Блеск» — подумал юноша, перемещаясь на следующую балку, а затем дальше, и дальше. Потом по пути никто не попадался, и Сара даже удивился, насколько на Кипящий Островах плохо с охраной — в мире людей автоматы не торчали только в сортире. И то, не факт. Когда коридор закончился, Сара ухватился за деревянный край пальцами и аккуратно соскользнул на пол. Хорошо, что на камеры наблюдения намека тут тоже не было. Перед ним возвышалась деревянная дверь, за которой открывался блок, где восседал сам Император. От цели отделял его лишь чугунный замок, укрепленный заклинаниями. От первого можно избавиться отмычкой, но вот от второго… оставив раздумья об этом на потом, юноша вытащил маленькое металлическое устройство, всегда выручавшее его в такие моменты. Заостренные зазубрины вошли в замок, и когда Сара слегка повернул железку… послышался треск и наружу он вынул два затупленных обрубка. — Что за…? — вырвалось из горла, пока он обреченно смотрел на свое главное оружие. Пришла в негодность, а он не заметил? Кто-то специально сломал? Но кто? Понимая, что думать об этом нет времени, юноша сделал то, что первое пришло в голову — вытащил глиф огня и прижал его к холодному чугуну, моментально сделав его горячим. Кузнечное произведение искусства стремительно превратилось в вязкую субстанцию на полу. Сара даже немного посочувствовал уборщице. Отлично, с одной проблемой разобрались. Теперь встал вопрос узорчатого заклинания, что возникло перед глазами, и которое вряд ли получится убрать простыми бумажками. Как на зло, зелий ему не дали во избежание утечки информации при условии его поимки. Гребанная предосторожность. Выругавшись под нос, Сара ухватился за руну пальцами и рывком потянул на себя. Но это не принесло никаких результатов. Злость закипела внутри, и в порыве ярости юноша с размаху ударил кулаком. Заклинание дернулось и на долю секунды раздвоилось, но тут же вернулось в привычное состояние, покрывшись красноватой дымкой, подобной той, что высвечивается на панелях при несанкционированном входе. В эту секунду юноша хотелось ударить уже себя. Что за хрень он творит, так же внимание привлечь можно! Нужно сделать что-то быстрое, стремительное и убийственное, например… За углом послышались шаги и разговоры. Проклятые скауты сделали круг и возвращались назад, угрожая завалить ему всю миссию. Даже не придумав, как их отвлечь, Сара запрыгнул на стену, оттолкнулся, снова оказался на балке и вовремя: стражники вынырнули из-за стены, покачивая копьями, словно готовились напасть. Сара сжал кулак, подавляя желание обрушиться им на головы. — Говорю же тебе, показалось, — устало говорил один из них. — Мы уже вторую ночь не спим, всякое предвидится может.       — Ага, — отвечал ему второй. — Два дня занимались какой-то ерундой… хорошо, хоть курсы сегодня по-интереснее были. Это заклинание призыва помощи может здорово нам помочь. Только препод был какой-то странный.              — Ну кто знает, может, не выс… — стражник оборвался на полуслове и застыл, уставившись на серо-фиолетовую лужу, сильно заметную даже в полумраке. Раздался испуганный вздох, когда он стремглав бросился навстречу и упал на колени. — Тут реально кто-то был!              — Он… он хочет пробраться к Императору?! — в голосе второго пробилась паника. — Н-нужно позвать остальных! Мы сами можем не справиться.              — Подожди. Помнишь, что командир сегодня сказал? Большинство скаутов из нашего отдела на работе в другом конце Островов. Остальным категорически запрещено покидать свои посты. Звать на помощь бесполезно. Но в случае чего у нас есть заклинание, мы сможем позвать на помощь.              Сара сжал балку, чувствуя, как что-то переворачивается в желудке. Одни, значит… свидетелей не будет.              В любом случае, это неважно. Проскользнула мысль быстро их вырубить, но слова о новом заклинании зацепились за ухо, заставив прочитывать возможность его применения. Деталей новой техники Сара не знал, но если это какая-то модифицированная версия, то рисковать опасно. Есть вариант, конечно, быстро с ними разобраться, но это вообще исключительно. Больше он не наступит на эти грабли.              — Надо найти нарушителя! — дрожащим голосом вопил скаут. — Он уже добрался до Императора?              — Нет, — второй провел пальцем вдоль голого узора. — Заклинание не разрушено. Наверное, он где-то здесь ошивается. Надо все прочесать.              — И почему в главном отсеке только мы двое…              Ведьмы сжали копья и ринулись в противоположную сторону, а Сара был неимоверно рад, что не пришлось придумывать, как их отвлечь. Как только длинные тени скрылись за поворотом, юноша аккуратно приземлился на прежнее место и осмотрел замок еще раз, быстро думая, как с ним разобраться. Глифы тут не помогут, они базовая магия, против таких заклинаний совсем неэффективная. Кулаками или ножом бить тоже бесполезно, с большей вероятностью завоет какая-нибудь сирена и его поймают. Похоже, придется прибегнуть к «человеческим» методам.              Сара еще раз бросил взгляд на пустующий коридор и, не услышав даже отдаленных шагов, повернулся к замку. Левую руку прорезала острая боль, пока он готовился и снимал перчатку. Из-под кожи раздалось мерное жужжание необслуженного импланта, и юноша на секунду засомневался, сможет ли вообще осуществить задуманное. В конце концов, железку ему не для этого поставили.              Но на мысли времени не было. Недолго думая, он прижал ладонь к заклинанию, когда жужжание переросло в настоящий гул, равномерно нарастающий несколько секунд. А затем руку словно ударили кувалдой, Сара чуть не дернулся и закричал, но удержался на месте, когда из ладони вырвался сноп искр, охвативший заклинание подобно веревкам. Они сжали руну тисками, та протестующе взвизгнула, раздвоилась и стала кроваво-красной. А потом рассыпалась. Все смолкло, и единственным источником освещения стали свечи.              Сара обхватил свободной рукой ручку двери и потянул за нее. Та послушно двинулась в его сторону, приоткрывая еще хуже освещенный коридор. Юноша оглянулся, убеждаюсь, что скауты не возвращаются, а затем проскользнул внутрь. Тяжелая дверь грузно захлопнулась.              Отсек Императора практически не отличался от остального Замка, за исключением разве того факта, что тут было еще темнее, чем в остальном здании — свечи в подставках на стенах были значительно меньше, а воск под ними тлел, казалось, с еще большей скоростью. Сара начал глубоко дышать, чтобы глаза быстрее привыкли к темноте, и осмотрелся: над стенами не было удобных балок; только отлитые украшения возвышались под потолком, формируясь в причудливые заостренные формы птиц. М-да уж, негусто. Оттолкнувшись от противоположной стены, Сара подпрыгнул и зацепился рукой за изогнутый фрагмент, подтягиваясь и садясь на него полностью.              Тишина тут была практически мёртвая, что странно, учитывая, что в этом отсеке находится глава государства. Ни каких-то аналогов камер наблюдения, ни охраны, ни заклинаний. Сара знал внутреннюю кухню Имперцев, так что на зелье слежки тоже можно было не надеяться — на такое раскошеливаться ведьмы просто не любили. С другой стороны, зелье отмены он все равно выпил.              Перепрыгивая с опоры на опору, он двинулся вперед, еще раз прокручивая в голове задание, данное главами: проследить за тем, что делает Император глубокой ночью. Шпионы получили информацию, что в отсеке хранится нечто очень важное, что нужно задокументировать. И Сару послали, как мастера скрытности.              Ну да, очень надо проявлять здесь свои навыки, когда в страже ходит от силы три с половиной скаута, и те новички. Сара преодолел уже несколько сотен метров, а в коридоре ему так никто и не попался. Неужели, с охраной тут все настолько плохо? Захотелось спрыгнуть и пойти как нормальный человек, но юноша воздержался, прекрасно понимая риски.              Рука в перчатке неприятно скользила по золотым креплениям, невольно навевая сравнения с резиновыми вставками на ладони и пальцы в перчатках мира людей. Удобная была штука, пусть и двигать рукой тогда было немного сложнее. Форменные перчатки же Императорского Ковена были пошиты из дешевого материала и больше напоминали накинутые на руки тряпочки. Саре иногда хотелось сделать хоть что-нибудь, чтобы исправить недоразумение, но его останавливала банальная некомпетентность в этом вопросе.              Да и оружие в мире людей куда удобнее. В отличии от старомодных копий, старый добрый автомат с убийством врага справлялся быстрее и эффективнее. Даже лучше заклинаний, так как те оказались сложнее в управлении, да и многие убивали медленно и мучительно. Пуля же прошивала врага насквозь, оставляя после себя лишь маленькую кровавую дыру, несовместимую с жизнью.              Сара хорошо помнил те звуки. Равномерный стук оружия, отточенные синхронные шаги солдат, выравнивающиеся по первому крику командира, знакомая темная форма и нашивка на груди с изображением змеи, опутывающей колбу своим телом. Все такое родное, но уже начавшее исчезать из памяти на шестой год жизни здесь.              Но сейчас воспоминания стали особенно свежи. Саре показалось, что этот самый стук слышится где-то в глубинах коридора, спокойно приближаясь к нему и становясь громче, вытаскивая из головы все больше воспоминаний. Юношу слегка помутило, и он едва не соскользнул с украшения. Рефлекторно он закрыл глаза и прижался лбом к обратной стороне серебряной маски. И в этот момент стала ясна причина внезапного наката мыслей о прошлом.              Казалось, изображение выгравировали прямо на его глазах. Яркая картинка вспыхнула перед глазами едва не ослепляя. Сара сжал украшение как можно крепче, молясь, чтобы тело не ослабло в такой неподходящий момент. Он отчетливо видел заволоченный дымом, казалось бы, маленький провинциальный городок с домиками, на фоне которых с контрастом возвышались научные комплексы, и прямо сейчас в них зияли черные дыры от взрывов. Он видел слегка испачканное стекло собственного шлема, чувствовал привычную тяжесть винтовки в руках, ощущал слегка сжимающие ноги черные берцы. А в ухо пищал сигнал из подключенного наушника.              Только захотелось ринуться в бой с повстанцами, как нога утонула в невидимой грязи, утаскивая за собой все тело. Сара не успел даже вскрикнуть, как вдруг оказался в тренировочном комплексе. На нем были лишь специальные штаны и майка, рука сжимала штык-нож, а перед глазами возвышался начищенный манекен, угрожающе смотрящий своими невидимыми глазами. А еще в позвоночнике, аккурат между шейными позвонками жужжало новое устройство ученых. Сара приготовился к боли.              Но она не пришла. Неведомая грязь утянула его под землю, и оказался Сара лежащим на операционном столе, пока над его головой колдовали нейрохирурги, взмахивая скальпелями как волшебными палочками. Боли не было, но адский страх сжал тело тисками. Мальчик подумал, что сейчас у него заберут мозг.              Через секунду он привычно провалился под землю. И оказался на пыльном асфальте с болью в желудке от систематического недоедания, слышал привычный шум улицы, а также рыдания женщины, которую вдаль оттаскивали специальные люди. Сара поднял голову и успел заметить только копну темных волос, между которых выглядывали огромные налитые испугом голубые глаза. Тело рефлекторно дернулось в сторону женщины.              И тут Сара вернулся в реальность.              Он не смог рассмотреть незнакомку, но четко понял, кто это был. Ужас от осознания накрыл с такой силой, что глаза сами собой распахнулись. Перед ними виделся все тот же коридор, но дополнялся мрачный образ пляшущими темными кругами. У к тому же, на виски словно что-то давило, и сразу стало понятно, почему он предался столь ярким воспоминаниям. Догадки накидывало и жужжание имплантов в голове.              В этом коридоре стоят сильные заклинания оракулов и иллюзионистов.              Конечно, стоило этого ожидать. То-то живой охраны в этом отсеке нет. Снова ругая себя за недальновидность, юноша стек по стене на землю, прижался к ней спиной, делая глубокие вдохи. Рука сама собой потянулась в форменный подсумок, а юноша надеялся, что прихватил зелья на такой случай.              Но и этого он, естественно, не сделал. Пальцы нащупали прохладную колбу с сиропом против усталости. Плюнув, юноша откупорил склянку большим пальцем и залпом выпил все до дна. Холодная сладковатая жидкость прошла по горлу, и давление на мозг чуть ослабло, а сам он получил возможность выпрямиться и вдохнуть полной грудью. При закрытии глаз обрывки его прошлого все еще мелькали, но жить с этим было можно. Главное проскочить этот отсек, в залах Императора ничего такого быть не должно.              По украшениям добираться теперь не совсем безопасно, придется рискнуть и идти по голому коридору, надеясь, что никто не вынырнет из-за угла. С другой стороны, на такой случай в кармане лежит старый добрый нож, к которому, конечно, стоит прибегнуть лишь в крайнем случае. Лучше впиться в кожу противника руками и сжать так, чтобы трепыхался он от силы пару минут. От одного только представления ноги приятно заныли.              Сара ударил себя по лицу. Нет, он не будет этого делать. Он провернет все так, что его присутствия никто и не заметит. Не просто так же его назначили на эту должность?              Юноша быстро направился по коридору, напрягая слух, но ловя им лишь тихое потрескивание огня. Неналичие стражи здесь все еще казалось очень подозрительным, но стоять и сомневаться просто не было времени. Поворачивая раз за разом, Сара уже подумал, что главная ловушка здесь — это коридоры-лабиринты, но тихий старческий голос заставил резко затормозить, а лицо сделаться белым.              Рефлексы сработали раньше разума, и уже через долю секунды Сара оказался под потолком, прижимаясь руками к бетонной балке, а ногами к кирпичной стене. Ожидалось увидеть хотя бы тень внезапного гостья, но она не появилась. А вот голос оставался, причем его тон не менялся. Потом стало ясно, что владелец находится за стеной. Облегченно вздохнув, Сара спрыгнул вниз и нервно отдышался.              Голос определенно был старческий, и, судя по нему, владелец уже давно чем-то серьезно болеет. После того, как юноша более внимательно послушал, он понял, что незнакомец напевает себе под нос. Это точно не охрана.              Сара сделал шаг вперед и заглянул за еще один угол, обнаруживая небольшую деревянную дверь, словно из вежливости украшенную золотыми вставками. Хотелось подойти и открыть ее, но здравый смысл подсказывал, что владелец голоса находится за ней, и такая стычка может закончиться плачевно. С другой стороны, открыть и подслушать никто не запрещает.              Мягким шагом Сара подошел к двери и обхватил дешево-выглядящую ручку. Ладно, теперь надо понадеяться, что петли тут вовремя смазали. Проход медленно открылся, и юноша проскользнул внутрь, пока желудок крутился со страшной силой.              Комната для около-средневекового замка была, откровенно говоря, необычной. К потолку тянулись железные, напоминающие змей, трубы, и из своих некачественных сварных швов они периодически выплевывали дым. Вся эта страшная конструкция изгибалась и вела к центру противоположной от Сары стены, где на широком постаменте располагался повернутый кверху полумесяц пульсирующего света, от которого глаза начинали болеть. Юноша напряг зрение, но смог разглядеть лишь очертания чего-то прямоугольного и очевидно старого. Чего-то, перед чем стояла высокая фигура в белом плаще с золотыми вкраплениями. До того, как метнуться за ближайшую колонну, Сара разглядел копну седеющих волос.              Каждый залп света сопровождался магическим звуком. Фигура в плаще слегка повернулась и взмахнула рукой, после чего некий предмет в углу покрылся красным очертанием. Раздался щелчок, и под ногами Сары начал медленно нарастать неоново-зеленый цвет. Присмотревшись, он обнаружил еще трубы на полу, по которым медленно текла желеобразная жидкость. Через пару секунд она набрала скорость и двинулась вверх по лестнице; Сара заметил, что концы этих труб были приварены к тому самому прямоугольнику.              С громким хлюпающим звуком желе закачалось в прямоугольник, и он засиял так, что Сару ненадолго ослепило. Юноша шарахнулся, прижимая пальцы к глазам сквозь маску, но быстро приходя в себя. Когда же он вернулся к миссии, то заметил, что свет полумесяца стал мягче. Он стал мягче, но не слишком слабым, словно позволяя Саре рассмотреть таинственный прямоугольник. И сердце юноши ушло в пятки, когда он заметил знакомый глаз на верхней части, напоминающий кошачий.              Словно сшитая из разных материалов, кривая, подкошенная, но рабочая, на постаменте стояла портальная дверь.              Пальцы рефлекторно сжались вокруг колонны до боли, во рту стало как-то сухо, пока Сара отчаянно перебирал варианты, зачем ведьмам ход в мир людей. В голове лихорадочно вспыхивали отрывки из человеческих учебников по истории, рассказы старших по званию о кровожадности ведьм и о тех ужасах, что они творили во время Войны. Все это сбивало дыхание, заставляя в красках представлять, как целая армия обученных магии вояк отправиться через этот портал в мир людей, чтобы учинить там беспредел. Он должен это предотвратить.              Рука потянулась к подсумку, нащупывая на его дне деревянную рукоятку местного некачественного ножа, который прямо сейчас казался лучшим орудием. Взгляд сфокусировался на фигуре в плаще, разум опустел, вытравливая из себя мысли о том, кто же это может быть. Он сделает все быстро и безболезненно. Жертва не успеет даже закричать.              Но когда он сделал шаг из своего укрытия, фигура словно услышала беззвучную поступь и начала поворачиваться. Сара тут же нырнул обратно, даже не пытаясь рассмотреть лицо потенциальной цели. За этим никаких шагов и вызова охраны не последовало. Через несколько секунд юноша выдохнул.              Пальцы нервно гладили дерево, пока Сара ощущал стекающий по лбу и спине седьмой пот от осознания своих действий. Командиры же приказали ему просто следить, не убивать! Он не в Дельте, чтобы устранять своих жертв!              Нож медленно скрылся в подсумке, и юноша вновь повернулся к бывшей цели, пока та уже успела про него забыть и вернуться к работе над порталом. Внутренние органы крутило при одном только взгляде на дверь. Сару подбрасывало, хотелось вонзить лезвие неизвестному в спину, лишь бы спасти родное измерение от вторжения. Но он не имел на это права. Приказа не было.              Боль от собственного бессилия щемила в груди, Сара хотел хоть что-то сделать, но все, что оставалось — это достать из кармана Пенстаграмм и сделать несколько снимков для КЭТТов, так как они просили. Свет от арки над дверью тем временем стал ярче, так что увидеть этот ужас было невозможно. Теперь оставалось надеяться, что за все то время, что фигура будет находиться здесь, кто-то войдет и спросит о чем-то важном.              Минул час. Второй. Фигура изредка перемещалась из одного края помещения во второй, доставала из ящиков предметы и возвращалась на место. Желе в трубах текло всего пару раз, и каждый из них сопровождался вспышкой света в двери. Сара все ждал, когда проход откроется, но этого не происходило.              Где-то в три ночи фигура повернулась и направилась к выходу. Юноша попытался рассмотреть лицо неизвестного, но когда он спрятался, а цель прошла мимо него, то Сара смог разглядеть лишь длинную позолоченную маску с рогами. В этот момент стало еще хуже. Неизвестным был сам Император.              Император работает над порталом в мир людей. Ожидать в этой ситуации можно чего угодно.              Фигура двигалась медленно и слегка прихрамывающе. Сара напряг зрение, рассматривая темную, совершенно не соответствующую правящей верхушке, форму, из кармана которой торчал небольшой кусок желтеющего пергамента. Недолго думая, Сара незаметно подался вперед, схватил вырезку и с той же скоростью вернулся за колонну. Император шел дальше, даже его не заметив.              Дверь за правителем медленно закрылась. Сара соскользнул с верха колонны и, подождав несколько минут, вынырнул следом, стараясь сосредоточиться на беспроблемном выходе из Замка. Все нужные данные для КЭТТов он получил. К тому же, о кое-чем придется поделиться и с Ллойдом…              Когда он вошел в заколдованную область, импланты в мозгу начали жужжать громче обычного, что несколько насторожило. Образы травматичного прошлого снова всплыли в голове, но резко перекрылись лязгающим перестуком железяк, от которого юноша пошатнулся и прижался к стене, надеясь переждать внезапный приступ. Но тут имплант каратнул так сильно, что молния вырвалась прямо из головы и ударила по полу, прожигая ковер. Сара замер и вслушался в пустоту, в которой отдавалось лишь его собственное эхо.              Похоже, пронесло, подумал юноша и оторвался от стены. Теперь надо пройти через проблемную область и оказаться в обычных коридорах замка, из которых выбраться проще простого. Но как только он тронулся, из глубин коридора послышались шаги, а затем из темноты, как черти, выскочили двое скаутов с выставленными вперед сияющими окружностями.              — Стоять! — визгливо выкрикнул один из них.       — От имени Императора, ты под арестом! — подхватил второй.              От неожиданности Сара отскочил назад и, опустившись на корточки, сунул руку за ножом. И сделал он это вовремя. Заклинание сорвалось с пальца противника, и через долю секунды с громким металлическим звуком ударилось о лезвие, которое задрожало и покрылось мелкими трещинами. Юноша с раздражением кинул взгляд на некачественное оружие и встал, приготовившись к возможной поножовщине, переходящей в рукопашную.              Второй бросился вперед, по неопределенным движениям Сара быстро понял, что противник в душе не представляет, что делать. Справился он слаженно: резко ушел в сторону и ударил скаута кулаком в спину, придав ему ускорения. Тот с воплем пропахал ковер и заткнулся.              Первый испуганно икнул при виде комичного действия и отступил, прижав копье к телу, словно то могло его защитить. Под маской на лице Сары проскользнула насмешливая ухмылка, когда он сделал шаг вперед, угрожающе покачивая ножом. Скаут попятился, его ноги подкосились.              — Уберетесь — и я вас не трону, — предложил юноша весьма выгодную сделку с усмешкой. — Или хочешь продолжить танцы?              Скаут выставил дрожащее копье вперед, а Сара взял его за конец и провел пальцем по безукоризненно заточенному перу, которое даже смогло оставить на кожаной перчатке заметный след. С садисткой улыбкой юноша цокнул языком.              — Н-нарушение статьи пятьдесят два… — срывающимся голосом проговорил скаут. — Нарушение влечет за собой содержание под арестом в течение пяти лет… е-есть, что сказать в свое оправдание?              Сара сдержал смех. Ох уж эти новички, любящие ночами учить кодекс вместо дополнительной физической нагрузки. Юноша нажатием пальца опустил копье, и первый даже с усилием не смог его поднять. В этот момент сзади послышался шорох, на который Сара молниеносно отреагировал. За долю секунды он оказался рядом со вторым, потянув за собой первого, и сапогом прижал руку неудачника к полу, нарисованная наполовину окружность рассыпалась.              — Мое предложение все еще в силе, — напомнил он. — Давайте-ка все мирно разойдемся и больше не вспомним об этом недоразумении.              Но его слова никто не услышал. Второй заскулил, как побитый щенок, а первый… со стороны Сары было глупо даже не попытаться заблокировать ему магические пути. Розоватая окружность засияла так, что в помещении стало светло, как днем, а затем раздался странный вопль, больше напоминающий вой сирены. От неожиданности Сара отпустил копье, и Первый завалился на пол.              Но было уже поздно. Окружность сорвалась с пальца и взмыла под потолок, раскручиваясь и напоминая кольца Сатурна. Сара попытался ее сбить, но нож прошел насквозь, словно заклинание было прозрачной иллюзией. Не-физического типа, значит.              — Тревога! — что есть мочи завопил скаут. — В Императорском отсеке посторонние!              Саре захотелось вырвать ему голосовые связки с корнем. За долю секунды он оказался рядом и схватил ведьму за горло, поднимая над полом. Та начала хрипеть, но заклинание даже чуть-чуть не сбавило яркости, продолжая крутиться юлой и визжать, пытаясь разбудить весь Ковен. Сара сжал горло крепче, надеясь, что остановка поступления кислорода в мозг разрушит окружность. Но этого не произошло. От осознания, что это за заклинание стало плохо. Заклинание тревоги. Новейшая разработка, которая начинает работать автономно, как только срывается с пальца носителя.              И есть только один способ остановить его.              Ведьма в его руке продолжал беспомощно трепыхаться, отчаянно пытаясь пнуть ногой. Сара взглянул на маску, внезапно замечая, что из-под нее капают слезы и стекают по его собственной перчатке. Внутри что-то перевернулось, и он сжал горло еще крепче, на что жертва издала пищащий звук.              Про существование второго скаута он на секунду забыл. Рука сжималась вокруг горла, а сопротивление становилось все слабее. Окружность над их головами чуть потухла, а визги стали прерывистыми, лишь иногда не секунду повышая тональность. Тело в руке постепенно становилось мягким и податливым, руки, сжавшиеся вокруг предплечья, расслабились и упали. Нога сделала последний слабый пинок и повисла. Жертва издала последний хрип и умерла. Заклинание над головами потухло полностью.              Отлично.              С показной брезгливостью Сара выбросил тело на землю, то приложилось головой, но не заскулило и не сжалось в комок. Оно просто лежало как тряпичная кукла. Юноша развернулся ко второму, который сидел на земле, прижав руки ко рту и сдерживая вопль ужаса. Без промедлений Сара двинулся к нему, скаут испуганно всхлипнул и пополз назад. Но было уже поздно.              — О-обещаю, я никому не скажу! — заорал он, пытаясь подняться на дрожащие ноги. — Честно! Только оставьте меня в живых!..              Сара приближался.              — Я-я могу дать вам денег! У меня папа в управлении отделом работает, он может еще вам повышение организовать!              Его шаг практически не был слышен.              — Мама напечет пирогов… — совсем слабо откупился скаут и упал на колени. — Только прошу, не убивайте меня…              Сара оказался прямо перед скаутом, возвышаясь, как хищник над добычей. Он видел сквозь прорези маски эти налитые кровью, полные ужаса и слез, глаза. Животное удовольствие разбилось по телу, когда он схватил добычу за горло и сжал так сильно, что все ее тело трепыхнулось от боли. Как и в прошлый раз, чужие руки заскребли его собственную, но это была слабая попытка освободиться. Сара медленно душил оппонента, желая насладиться этим прекрасным ощущением отнятия жизни.              И в этот момент в голове вспыхнул последний образ от заклинания иллюзий. Образ этот содержал копну длинных темных волос. От испуга Сара отшатнулся и отпустил добычу, та отпрянула и закашлялась. Юноша опустил взгляд, внезапно замечая, что у него дрожат руки. Добыча лежала на полу, прижимая руки к горлу и сдавленно рыдая.              Что он делает вообще…?              Взгляд поднялся на скаута. Он напоминал ребенка, которого избили жестокие родители. Маленького, голодного, драчливого ребенка, которого никогда не считали чем-то серьезным. Идеального кандидата.              Сара нервно сглотнул, стараясь унять бьющую тело дрожь. Этот скаут ни в чем не повинен. Он хочет убить его просто так.              Но если он этого не сделает, новичок вызовет то же самое заклинание и сюда влетит наряд. И миссия будет провалена.              А у Сары приказ завершить ее успешно.              Мысли выбило из головы будто бы одним хорошим ударом. На место сожалению пришел обыкновенный суровый профессионализм, Сара сделал шаг вперед и схватил жертву за горло. Та даже не успела вскрикнуть, когда с тихим хрустом шея сломалась, а сам ведьма упал навзничь. В глазах даже не успел сформироваться животный страх.              Юноша стоял посреди этой картины. Двое скаутов лучшего Ковена на Островах лежат на земле, а третий возвышается над ними, мелко дрожа, стараясь справиться с непривычным стрессом. Сухое отношение к делу взыграло пуще прежнего: во мгновение тело успокоилось, и он скрылся в темноте, до которой не могли достать маленькие свечи в позолоченных подставках.              

***

      

      Яркий свет от заклинаний резанул глаза; Сара прикрыл глаза рукой, немного скучая по темным переулкам Боунсборроу и по полутьме Императорского замка. В углу комнаты, за дешевым столом, сидел Ллойд, вперивший взгляд в свежую газету.              — Ну как? — дежурным тоном спросил он, не отрываясь.              Юноша поплелся к нему, схватил соседний стул и плюхнулся на него, запуская руки к лицу под маской и тяжело вздыхая. Напарник отложил новости в сторону и взглянул на него с выражением какой-то тревоги на лице. Видеть таким его всегда было так непривычно.              — Я решил зайти к тебе перед главами, — тихо начал Сара, стягивая с лица птичью морду и оставляя ее на столе. — Я там видел такое, что тебе нужно знать в первую очередь.              — Что там?              Юноша сжал кончик «клюва» между пальцами до боли, помогающей справиться с накатившими эмоциями. Давление на мозг усилилось от пристального взгляда мужчины, он сейчас напоминал командиров из мира людей, допрашивающих Сару после очередной миссии.              — У Белоса, походу, портал в мир людей.              Об убийстве скаутов он решил умолчать, так как в текущей ситуации это было совсем неважно. Ллойд же продолжал смотреть на него, и юноша смог увидеть, как расширились его зрачки от нарастающего стресса. Морган пытался держать себя в узде, не стал ругаться, а просто откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди и шумно выдыхая.              — Я без понятия, зачем он ему, — честно признался он, а Сара удивился. Обычно Ллойд терпеть не может признавать, что чего-то не знает.              — Мне сообщить об этом главным? — задал главный вопрос Бэйкерс, и в этот момент напарник встрепенулся. Его губы сжались в тонкую линию.              — Нет, — твердо заявил он.              — Почему?              Повисла тишина, через несколько секунд которой Ллойд прорычал что-то невразумительное и прижал пальцы к переносице, словно вся эта ситуация приносит ему неимоверную головную боль. Сара подался вперед ожидании новых указаний, его пальцы нервно перебирали маску. Стрессовать было так непривычно.              — Тебе не кажется, что это все как-то подозрительно? — наконец, напарник заговорил. — Ты как нашел дверь?              — Залез в отсек Императора и вошел в одну из комнат.              — Вот. Тебе не кажется, что ты нашел ее слишком просто? Что, если ты нашел обманку, или нас намеренно заманивают в ловушку?              Сара опустил взгляд, в деталях вспоминая ходку, задумался, не было ли там еще каких-то секретных замков, которых он не заметил, не было ли зазевавшейся охраны или еще более сложных заклинаний. Но он не мог припомнить ничего, кроме иллюзий в самом отсеке. С другой стороны, это уже серьезная защита. Не будь у Сары имплантов, он просто никуда бы не прошел.              Надо сообщить об этом Ллойду.              — На входе у них заклятия, пробуждающие у нарушителя самые ужасные воспоминания, — сказал он. — Я смог пройти только потому, что наши технологии ведьмам неизвестны. Как по мне, уже серьезная защита.              На секунду на лице напарника промелькнула та самая эмоция — вроде страх, а вроде гнев. Палец быстро застучал по сгибу локтя, уголок губ задрожал, а потом он выдохнул, стараясь успокоиться.              — В любом случае, говорить об этом нельзя. Информация очень серьезная, КЭТТы могут использовать ее опрометчиво. Что, если они решат уничтожить дверь?              Сара задумался. Да, такой исход вполне вероятен, но является ли это такой проблемой? Они с Ллойдом живут тут уже шесть лет, как-то привыкли. Так ли им нужен путь домой (особенно Ллойду)? Плюс, уничтожение двери может спасти людей от потенциального вторжения… вторжение.              — Интересно, зачем она вообще Белосу? Что, если он планирует напасть? Взять реванш за то, что произошло четыреста лет назад?              Показалось, что Ллойд хочет на него наброситься. Сара закрыл глаза, взвешивая все «за» и «против» версии вторжения. Она казалась неправдоподобной, ибо пропагандистская машина Островов работает так, что о совместном прошлом с людьми ведьмы не помнят совсем ничего. К тому же, через одну дверь целую армию не пропустишь. Но что, если это прототип, и Император готовит что-то большее для транспортировки войск?              В любом случае, готовить он будет долго. Даже люди с их технологиями не в состоянии построить маленькую дверь за пару лет, а тут ведьмы с уровнем развития, в лучшем случае, тридцать восьмого века. Опасность в глазах Сары постепенно истончалась. Может, рассказать о двери КЭТТам попозже?              С другой стороны, какой солдат рассказывает такую информацию спустя время? Это запрещено! Он должен сказать, он должен…              «Если дверь уничтожат, Луз не попадет домой».              Мысль, как шальная пуля, влетела в голову, и от нее тело пробил электрический ток. Образ гражданской из Грейвсфилда всплыл в голове, ее легкая улыбка, ее большие, полные жизни и надежды глаза. Вид, совсем не характерный для мира людей. Гражданка Грейвсфилда, элита мира людей, чья безопасность всегда являлась приоритетом номер один. Если гражданка Грейвсфилда не попадет домой, один из законов мира людей будет нарушен. И Сара не имеет права нарушать законы, даже если не получит за это наказания.              — Погоди, — он поднял взгляд на Ллойда. — Если дверь будет уничтожена, дочь Носеды останется тут на еще больший срок.              В глазах Моргана что-то вспыхнуло, лицо прояснилось, словно сейчас он получил долгожданное спасение. Он шустро подался вперед, выставив указателльный палец, напоминая мать, что отчитывает малолетнего проказника.              — Вот, — медленно и отчетливо проговорил он. — Это наша главная проблема. Поэтому с сообщением о двери стоит повременить. Все-равно вряд ли Белос успеет сделать что-то масштабное за тот месяц, что Носеда еще пробудет здесь. А потом ее здесь уже не будет.              Сара согласился. Через месяц для ее сестры откроют лабораторную портальную дверь, через которую она конечно же заберет и саму гражданскую. И после этого Белоса можно хоть убить. А про задержку сообщения можно сказать что угодно: мол, его одурманивающим заклинанием ударили или сначала не поверил в увиденное. В любом случае, вариантов много.              — Но что ты скажешь сейчас? — задумался Ллойд. — Не говорить же, что вернулся с пустыми руками.              — Ничего, у меня есть дополнительная информация, — юноша ухмыльнулся и достал из кармана тот самый клочок бумаги, что он успел выдрать, когда залез Императору в карман. Курсивным шрифтом на полоске от документа было выведено: «Досрочное клеймение всех жителей Островов».              

***

      

      Сара стоял на выходе из кабинета, вперив взгляд в каменную стену, трещины в которой плыли перед глазами, словно мушки. Во время разговора ведьма спросил, не убил ли он кого-то, на что юноша ответил честно, ибо был приказ рассказывать обо всем командирам. А потом его стали опрашивать подробно. Бэйкерс понятия не имел, откуда они об этом узнали, но факт произошедшего словно обрадовал КЭТТа: в его голосе был неподдельный восторг.              Ощущения стали такими реальными. Сара казалось, что он чувствует в руках шею трепыхающейся жертвы, ее дыхание, которое так скоро прервется. Боль в груди сжала собственные легкие тисками, и только отработанная выдержка помогла не подавать вида.              Информация о досрочном клеймении тоже представляла интерес, но КЭТТу это было словно не совсем важно. Он похвалил Сару за проделанную работу, но в детали углубляться не стал. Это было странно, но из-за первобытного чувства Сара словно этого и не заметил.              Справляюсь с болью, юноша вздохнул и поплелся прочь, совершенно не представляя, что делать дальше. Было плевать совершенно на все: на КЭТТов, на Ковен, на Острова, вообще на все. В голове витала одна мысль, возвращающая его в мир людей, во времена, когда он носил военную форму и сжимал в руке нож.              Он снова сорвался. Он нарушил обещание.