Приказание и наступление

Грасс-Вэлли. Гибсон драйв. Особняк Вааса.

      Под недодружеские похлопывания и вбрасывание каких-то придурошных шуток на свой лад, Ваас завёл своего гостя в уже знакомую тому комнату с приглушёнными бра. Логово дьявола не кишело новшествами, даже удлинитель на тумбе не повернулся в новую сторону, глазея розетками в чёрный потолок. Пространство лишь условно выглядело жилым. Да и не сказать, что Броди это вдохновило. Он с некоторой брезгливостью осмотрел стены и знакомые поверхности, облизал взглядом царапины на полу, что вероятно остались с его прошлого визита и поёжился. В нос ударил знакомый наркотический запах.       — Чё как не родной, Джейсон? - с этими словами мужчина не сильно подтолкнул поджигателя к кровати, невольно задевая раны на его больной пояснице. Про то, что было несколько часов назад у бара, он опустил. Теперь каждое движение походило на призыв к действию, который можно было расценивать абсолютно как угодно вплоть до чего-то похабного; но Броди лишь закатил глаза и послушно сел на край бордового полотна, закинув ногу на ногу. Повадки зверя им были почти изучены. И что-то внутри подсказывало, что отношения выяснять времени больше нет. В любую секунду может случиться какая-то неожиданная херня, к которой нельзя быть готовым. Всё-таки он уже раскричался на людной улице. Кто-то мог отправить донос. А уж Ваас. Он слишком любил паясничать в своей манере. Будь-то какие-то гейские или садистские приколы, всё равно. Лягушек в школе обожал вспарывать по-любому…       — Ща приду, - лейтенант как-то лениво махнул рукой и вышел прочь, оставляя парня одного в пустой комнате. Это было странным и окажись не между врагами, а где-то на границе нового знакомства, показалось бы жестом доверия аля "мой дом - твой дом".       Джейсон провёл рукой по бархатистой ткани постельного белья, опустил корпус ниже и снова огляделся. Комната оставалась тёмной и загадочной, но уже не вызывающей тех пугающих эмоций первого дня. Скорее напоминало вип-зону какого-то борделя, на котором вот-вот два страстно целующихся человека начнут осуществлять все припрятанные пошлые фантазии…       — Так. Смотри! - вдруг нарушил затишье лейтенант, бросая рядом с Джейсоном целый ворох разных бумажек. Россыпь доков, точно перья из разорванной подушки, полетели кто куда. Джейсон успел лишь разлепить губы в удивлении, ведь он настолько вошёл в забытье, что даже не отобразил, как Ваас снова оказался рядом и уже успел поправить ирокез и вытереться. Что-то явно пошло не так. Это из-за запаха? Намешал свою дрянь где-то…       Мужчина обошёл кровать с другой стороны, не глядя на упавшие на пол документы, взял из-за тумбы припрятанный галлон воды и стал быстро откручивать крышку. Эту сцену поджигателю раньше не доводилось видеть, а потому внутри всё встало с ног на голову. Он лишь слышал, лишь чувствовал всё кончиками воспалённых испугом нервов, когда лежал параллельно полу этажом ниже. Но теперь. Когда он уставился на грозную фигуру с устрашающим предметом, готовый сорваться с места, то Ваас, словно демонстративно, начал так жадно пить, что струйки холодной жидкости потекли по подбородку вниз на его без того мокрую рубашку и джинсы.       Обычная ничего не обозначающая жажда другого человека до хруста сжала горло Броди, он даже стал дышать ртом. Кадык врага дёргался, цвет одежды в некоторых, сухих местах быстро менялся на более тёмный, бордовый, в цвет внутренностей, в цвет постельного белья. Пластик канистры щёлкнул под смещением веса от жидкости и Ваас, наконец-то, оторвал мокрые губы от горлышка и вытер их о сгиб локтя.       — Полегчало, - неясная интонация между вопросом и утверждением вернула сидящего на кровати в реальность. И каждый раз, как первый. Он в страхе оторвал взгляд от Вааса, уронив тот на перевёрнутый белый лист. Внутренние органы продолжали сжиматься, а настоящее неустанно менялось. Он точно издевается… Непреднамеренно на лице парня впервые проскользнула еле заметная нервная полуулыбка.       — Что это? - резко и слишком визгливо задал вопрос Броди, взъерошив бумажные кучи. Ему нужно было отвлечься от только что случившейся сцены. Бинты неприятно сдавили корпус. Кислорода не хватало.       — То, что в моём понимании говорит о твоей непричастности.       — А раньше ты где это прятал? - лоб посетили две парные морщинки и он глянул на Монтенегро со старым презрением. С самого начала Джейсон подозревал во всех страданиях именно его, ведь руководство отделом знает всё обо всех и может нормально так искать и искажать факты в обход основного следствия. Ваас не стал помогать ему, когда на то были причины и когда он максимально всё отрицал, но теперь что-то поменялось. Старческая совесть или новые таблетки? Джейсону было очень интересно, что же именно пошло не так. Не по той дороге зла, к которой он привык. Не бывает же такого, чтоб человек мог просто передумать на такой серьёзной теме. Его могут лишить работы, узнай про подвал и те "признания с повинной", что он в нём снял. Да что угодно может случиться. Кинорежиссер ебаный.       — А раньше это было против тебя, Белоснежка, - он ухмыльнулся, ответно вглядываясь в лицо напротив.       — Не называй меня так.       — Обиделся?       Джейсон отвернулся к стене, не переставая хмуриться, и Ваасу пришлось искать нужные документы в одиночку.

Грасс-Вэлли. Полицейский участок.

      Звонок от старой пары поступил ночному патрулю около четырёх утра. Казалось бы, все в плюсе. Ночь прибыльна и вот, на носу премия за "незаконное всё". Но увы, описание от дедка остановило любое рвение. Слишком знакомый подозреваемый и участок, а ДТП делало историю и того краше. Ваас скорее всего напился и подрался с каким-то забулдыгой, что по неосторожности взялся его подвозить и врезался в столб из-за кумара в салоне. Каждый мог спокойно нарисовать эту картину в воображении и придумать двести причин не ехать. Нагнать на начальство - и можно остаться без рекомендаций, без работы и крыши над головой. Буквальное самоубийство карьеры в случае с Монтенегро и Волкером, который тоже однажды открыто встрял на наркоте. В человейнике началась паника, словно сверху на них опускалась платформа. Офицеры мялись, жались порознь по кабинетам, перешёптывались. И так с одного на другого перекидывалась ответственность до тех пор, пока какой-то отчаянный не почесал затылок и не прошёлся вверх по своей телефонной книжке. Густаво - высветились заветные буковки на дисплее. Была не была. Гудок шёл долго, но трубку по итогу сняли.       — Привет!.. - открыл рот офицер, но замялся, не услышав ответа с обратной стороны. Это напрягло. Всё же он звонил новому начальству, чтоб делегировать свои прямые обязанности, при том ещё и разбудил последнего. Но сбрасывать было бы ещё глупее и парень продолжил толкать речь:       — Ситуация красная. Ваас въебался в столб, подрался с кем-то и утащил его домой. Ну, так сказал дед, который наблюдал за всем действом из окна. Он даже сказал, что то были какие-то педики... Думаю, Монтенегро не захочет такое услышать…       — А я причём? - голос человека, который даже не ложился, пронзил слух молодого офицера. Он сглотнул.       — Мы не хотим ехать к лейтенанту и предъявлять обвинение без кого-то с опытом и жетоном выше детектива, - оттянув ворот, продолжил, - в прошлый раз он уволил Хопкинса, за то, что тот якобы застал его за косяком в машине. А тут мы что сделаем?       — Ладно. Буду через сорок минут, - он взял паузу, - А как выглядел второй парень по описанию вашего старца?       — Э, - офицер нахмурился и посмотрел вверх, пытаясь вспомнить диалог, что был не с ним, а передавался буквально из уст в уста, - выше лейтенанта, худой, взъерошенный, похож на алкаша…       — Буду через двадцать минут, - в трубке зашуршало, а потом раздались гудки.

Грасс-Вэлли. Гибсон драйв. Особняк Вааса.

      — Видишь вот это? - Монтенегро ткнул пальцем на ходатайство, написанное Клариссой Фог, адвокатом Джейсона, - тут сказано, что ты не мог присутствовать на убийстве, что тебе инкриминируют, и это тоже, - он достал из под своего колена соседний лист, протягивая тот Броди, - и, если мне не изменяет память, таких дел нашлось пять, они где-то тут, в куче. Нихуя не совпадение.       Джейсон удивлённо посмотрел на Монтенегро и нервно хихикнул, а глаза у него сделались дурные. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе… Сначала он мне нарисовал тридцать убийств, а теперь по одному списывает. Такие приколы можно спокойно заносить в учебник по математике для дошкольников исправительного учреждения.              — И где твой гений был раньше? - раздражённо сквозь зубы процедил парень, выхватывая из тёплых рук архивную бумажку. Ему не хотелось, чтоб Ваас хоть на секунду подумал, что ему доверяют и это всё не просто обвал нормальностей, но разум подсказывал, что всё же стоит держать врага на коротком поводке.       — А где ты долбоёб всё это время шлялся? Мне вот правда интересно. Ты пропал на… я даже не берусь считать сколько! И ни в одном уголке Грасс-Вэлли не засветил свою белую рожу. Это схема какая-то? Есть второй Оливер? - Ваас в непонимании поднял бровь и Броди улыбнулся, краем глаза снова поглядывая на его подсохший, но местами растрёпанный ирокез.       — В лесу с дикарями жил.       — Хорошая попытка. А в натуре где? - он подсел поближе, рассматривая чужое лицо. Джейсон незамедлительно ушёл от пересечения глазами, отодвинулся и начал разглядывать повёрнутые к себе бумажки.       — Да в лесу с дикарями и жил, - тихо повторил он, кинув взор на обрывок фразы из дела, что нахально пририсовали ему: "вспорол животы двух женщин и поменял их внутренности местами"... Голова кругом пошла. Это реальные истории, я их помню… пересказывал…       — Не гонишь? А чё, где такие обитают? Мы ж не в Сельвах в конце концов! - Монтенегро завалился вбок, полулёжа расположившись на документах. Бумага под ним зашуршала. Некоторые листы попадали на пол.       — Всё тебе расскажи… А если ты потом против меня пойдёшь? Так, как ты обычно это делаешь… - он поднял взгляд на мужчину, рассматривая, как спокойно тот устроил себе вип ложу рядом, чуть ли не закинув на него самого ноги.       — Да расслабься, Джейсон, - рука лейтенанта ожидаемо оказалась на колене недавнего подозреваемого и Броди сплющил губы в полоску, сводя ноги вместе, точно школьница в автобусе полном бородатых мужиков. Не сказать, что его напрягала тактильность других людей в обычных обстоятельствах. Но Ваас был особенным. От него любые жесты доброй воли воспринимались враждебно, а уж двусмысленные и того хуже.       — Не прикасайся ко мне, - личные границы были обозначены, но это совсем не означало, что слова будут иметь вес. Джейсон дулся, Ваас расставлял приоритеты. Выглядело как какой-то номер низкосортного КВН. Мужчина показательно улыбнулся, перебирая пальцами по ткани джоггеров, а потом перебросил те на бумажку, которую Броди облюбовано осматривал.       — Ладно, принцесса, не буду лапать твои худые коленки если расскажешь что-нибудь про место, где ты прятался. Мало ли нам понадобиться их помощь, - он улыбнулся и вернул руку назад, сильнее сжимая чужую кость. Джейсона это взбесило. Кулаки сами стали сжиматься. Рядом с Ваасом это для него было обычным делом, как для младенцев. Ещё чуть-чуть и заскрипели бы зубы. Монтенегро спокойно качнул головой, а его ирокез сместил центр тяжести на другую сторону.       — Ты посадил Роджерса за поджоги. Какова вероятность, что всех остальных не посадишь?       — О, так я смотрю, вас много было… Горой за них встанешь даже если от этого твоя собственная судьба пострадает?       — Я не верю в судьбу, придурок. И да, я буду стоять горой! - он силой постарался спихнуть с себя чужую ладонь, но Ваас воспротивился и подался вперёд, хватая парня за футболку. Ещё больше документов оказались на полу. Зашуршала постель. Ногой лейтенант задел удлинитель, что спустя долгое время, наконец, сдвинулся, громко падая на пол. Джейсон вскрикнул, как только натянулась ткань одежды на уровне спины, но оппонента это не остановило. Он лишь добавил напор, прижимая парня к кровати и держа того за плечи. Спина ужасно болела, а руки затекли. Хотелось снова со всей силы ударить Вааса по лицу и попытаться сбежать.       — Отъебись нахуй! - он было замахнулся, но понял, что радиус неподходящий, а сил вовсе мало. Да и обученный в академии мужик технически не даст ему такой возможности. Шансов на драку - ноль. Оставался один из запрещённых приёмов.       Согнув руки под углом, своими длинными пальцами Джейсон как раз доставал до рёбер нападавшего. И Монтенегро никак не ожидал, что тот изберёт против него такую тактику. Щекотку. По яйцам ударить возможности не было, слишком далёкий выпад, его было не рассчитать. А тело - самое то. Пальцы левой прошлись по брюшной полости, а потом поползли вверх, по рёбрам. Ваас дёрнулся в сторону, но лишь напоролся на соседнюю шаловливую ручонку Броди, которая быстро оказалась талии, касаясь единственного участка с оголённой кожей, что торчал из под рубашки. По телу зашурудили мурашки. Аш волосы дыбом встали.       — Блять, сука, Джейсон, - он истерично заулыбался, задёргался и в конце концов правда перестал давить сверху, уже скручивая чужие запястья на уровне живота, - ты действительно ебанутый, серьёзно. Давай просто пообщаемся.       — Слезь с меня и тогда подумаю.       — А ещё чего тебе сделать? - он начинал злиться и лишь сильнее сдавил запястья парня, так, что тот проехался локтем по покрывалу и тонкая рана вновь открылась.       — Съебись подальше! - Джейсон шикнул, сильно подался вперёд, напрягая мышцы спины и кора. Неприятное жжение пошло вниз, аш до икр. Лейтенант не поддался, лишь сильнее заваливаясь сверху.       — Ты обещал без пыток!       — Я и не начинал пытки.       Джейсон взвыл, понимая, в чьи лапы залез по доброй воле. Ногой он попытался ударить насильника сбоку, но тот зажал его между собой и кроватью так, что любое шевеление было либо очень неприятным, либо вовсе невозможным физически.       — Теперь-то я понимаю её, - вдруг через силу выдавил из себя Броди, злобно глядя исподлобья. Силы к сопротивлению у него заканчивались. Тело просто обмякло под напором и уже никак не реагировало на простой залом конечностей.       — Кого её? - лейтенант вопросительно выгнул бровь, но отпускать пацана не спешил. Знал, что только выпустит - ответ исчезнет вместе с его болью. Джейсон замычал по партизански. Уже догадываясь, что сболтнул лишнего. Цитра не знала о существовании Вааса до его прихода. Значит Ваас не должен вообще догадываться ни о чём.       — Сука, ну Джейсон! Скажи мне! - он тряхнул его так, что парень слегка подмял под себя матрас и зашипел. Боль струями разлилась по уставшему телу, блуждая по его поверхности и внутренностям, точно по шоссе.       — Ты нихуя не понял! - он вдруг крикнул, так, что собственные уши заболели. Вложить пришлось всю оставшуюся энергию, - ты нихуя не понял, что так дела не решаются! Видишь хоть, как это выглядит? Ты сам то поверил бы такому человеку?       — Ну ты и истеричка…       — Заткнись нахуй, полуёбок!       — Ты вообще за своим грязным языком не следишь, - интонация сменилась в поучающую. Такую, какой обычно пользуются старшие, чтоб поставить молодняк на место. От Вааса же скорее веяло манипуляциями. Он нагнулся прямо к лицу пацана и прошипел:       — Что теперь сделаешь? Убежишь? А куда? Как? У меня нет оружия, чтобы ты мог украсть его, пока целуешь меня. Хотя знаешь. Можешь попробовать поцеловать и просто для удовольствия. Я тогда, так и быть, тебя отпущу, - мысль пришла в голову сама, когда её никто не звал. И мужчина даже не понял, что сказал это вслух. Обычно парни не привлекали его так, чтоб не просто поиздеваться, но и втянуть самого себя в гейские игрища. Но из-за Джейсона рискнуть стоило. Его ебливые мягкие губы вперемешку с наёбом глубоко пропитали тело до самого костного мозга.       Парень, зажатый меж молотом и наковальней, лишь сильнее напрягся от того, что автоматически поставил себя перед кучей выборов. Почти все из них были о том, чтобы поддаться одному или второму требованию лейтенанта. А третий, последний и вовсе глупый план заключался в том, чтобы притвориться мёртвым. Обычно такая добыча хищников мало интересует, но он не имел дело с настоящим зверем. Один раз правда уже сработало…       — Да я скорее сдохну, - просипел он прямо в лицо Монтенегро, при том глядя, как по его подбородку размазалась кровь из лопнувшей губы.       — А смотришь не так… - он опустил голову ниже, почти задевая Джейсона щетиной. Почти касаясь губ. Тот лишь замер, жмурясь и слегка отворачиваясь настолько, насколько позволяла его поза. Это было грубо и эффективно.       Так же быстро, как приблизился, Монтенегро сел обратно на свой край, снова возвращаясь к бумагам. Интерес сам собой улетучился без должного сопротивления и участия второго объекта. Джейсон в его интерпретации принял амёбную форму. Самый тухлый план неожиданно сработал. На газоне получилось примерно также.       — Дела у нас с тобой плохи, амиго. То, что тебя ищут все кому не лень - ты знаешь. Но вот о том, что настоящий убийца на свободе… Сомневаюсь, что ты об этом задумываешься, - биполярное расстройство то было или простое принятие неизбежного, но Монтенегро снова стал походить на обычного копа. И Джейсона это прям пробрало. Лейтенант убрал свою тушу с его хрупких костей - но боль никуда не ушла. С собой мужчина её не забрал. Он умел только причинять.       — Когда ты читал мне смертный приговор из его дел - я задумывался. А потом как-то не до этого было, - парень зло оскалился, тоже принимая сидячее положение.       Ваас бесил его до одури, до головной боли и ненормально быстрого стука сердца. Хотелось ударить мужчину чем-то тяжёлым по голове и убежать, но это было бы неправильно, после всего, что случилось и перед тем, что он может узнать что-то ещё, что принесёт пользу. Нужно было идти по другой, извилистой дорожке, навстречу правосудию, как бы то ни было по-дурацки по отношению к Цитре и остальным. К ним он не вернётся. А здесь и сейчас не стоило терять союзника, пусть он и самый последний урод.              — Твоя сестра хотела, чтоб я тебя убил, - как-то тихо для подобной новости раздаётся натянутый в струну голос и у Вааса холодеют пальцы. Он поворачивает лицо к Джейсону и в них впервые за всё время появляются несвойственные эмоции. Испуг, страх, недоверие и… Радость… Джейсон почти жалеет, что проболтался, но Ваас не перебивает. Закусывает лопнувшую губу и смотрит, ожидая продолжения. Сестра пропала с радара так давно, что он не думал однажды её найти.       — Цитра сказала, что ты жестокий с самого детства. Бил её, издевался, что из-за тебя умерли родители. Повторяла это часто. Плакала, обнимая меня, просила, чтоб я принёс тебя туда мёртвым или живым… - голос спустился в шёпот, глядя, как у лейтенанта намокают глаза, - первое она предпочитала больше.       Внутри всё сжималось. Глядя на реакцию мужчины, на Броди легла непосильная ноша ответственности за выбор. Он уже чувствовал, что Ваас вот-вот разразиться своей версией истории, где он, вероятно, спас сестру от дракона, но она сбежала и бросила его. Что-то в таком духе. А ему придётся решать кому верить... Но и эти ожидания не оправдались. Монтенегро продолжил молчать, глядя сквозь Джейсона, что принёс ему самую радостную из возможных новостей. Его сестра жива. Глаза почти перестали видеть отчётливо из-за копившейся на них жидкости, но он не моргал, зависнув на периферии времени.       — Ты как? - Броди протянул было руку чтоб похлопать Вааса по плечу, но тут же одёрнул, удивляясь своему порыву. Это его-то поддержать? Нет.       — Я не буду их искать, раз она не хочет. Но если снова встретишь Цитру… - Монтенегро улыбнулся, сверкая в темноте капельками радостных капель, и хотел было даже договорить, но услышал стук откуда-то из коридора.       — Блять, - прокомментировал Джейсон, оглядываясь.       — Блять, - тихо повторил за парнем коп, - докричался! - он подскочил с кровати и в два резвых прыжка оказался у двери в коридор, слёзы радости, как у образцового палача, у него быстро рассосались до состояния, словно их и не было. Он обернулся. Джейсон испуганно подскочил с дивана вслед за ним и напоминал цыплёнка, выпавшего из гнезда.       — Лезь в подвал и прячься там за шкаф!       — Ты ебанулся?       — Я сказал лезь! - полушепчущий голос стал грубее обычного, но спорить дальше времени не оставалось. Джейсон скуксился, осознавая патовость, а Ваас, не дожидаясь его дальнейшей реакции, пошёл в сторону парадной.       Кого там принесло? Опять соседка?.. Он громко дошагал до двери, ещё пару раз оглядываясь на комнату, где оставил перепуганного поджигателя. Ой и аукнется мне…       В дверь продолжали долдонить. На сердце становилось всё тяжелее. Стук был знакомый. За окном мелькали фонарики. Светились галогеновые фары припаркованных машин. Пришли явно не соседи, гневающиеся на шум и разбитую тачку. Это были копы.       Монтенеро открыл дверь и рот одновременно, желая сразу пояснить за седан, газон и шум. Он даже с ходу вошёл в раж и притворился весёлым мужиком на приколе, но встретился взглядом с Густаво. Не с ночным патрулём, что сам собрал, а с сержантом, что должен был спать у себя дома в тёплой постельке. Что-то наклёвывалось. Это было странно и на удивление некомфортно. Глаза коллеги отдавали холодом кованого железа и смотрели прямо насквозь. Все оправдания тут же забылись и канули куда-то в пустоту. Это друг… Коллега… Нормальный, свой в доску парняга, которому и тридцати пяти не стукнуло. Но взгляд.       — Нам придётся составить протокол, - начал он на тон ниже обычного, даже не здороваясь.       — Тормози коней, - Ваас охуевше поставил руку поперёк входной двери и упёрся, не пропуская внутрь ни сержанта, ни его бригаду, что скучковалась сзади, потряхивая ножками-макаронинами. Яйца были лишь у Гуся и это давало надежду его уболтать и спровадить, - давай обсудим всё в участке, раз нам всё равно туда.       — Да, туда. Но сначала я должен осмотреть дом.       — С хуя? - он выгнул бровь и сильнее впился в дверной косяк, - я тебя не приглашал, орденов у вас нет, да и довыёбываешься ты, вернёшься к офицерам в патруль по дворам гулять, - он оскалился и зло зыркнул на стоящих сзади, - основания давай!       — Мы подошли к вызвавшему нас человеку, твоему соседу, я показал ему фото, - он вынул из кармана изображение Джейсона и у Вааса похолодели прожилки, - за укрывательство тебе светит очень много.       — Ты чё, ебанулся? - он кинулся вперёд, но парни сзади, превозмогая яйца, накинулись и крепко впились в руки лейтенанта. Густаво заранее всё продумал, раздав приказы.       — Задержан, - также холодно прозвучало из его уст в сторону бывшего друга, - в машину его. Михаил, Джо, осмотрите второй этаж, я и Мики будем на первом, - он ещё раз впился взглядом в Монтенегро, пряча фотку Джейсона обратно в карман, - а ещё я осмотрю твой тайный подвал.       Ваас просто рассвирепел. Внутренний зверь рвался на волю, расталкивая всех кто его держал в разные стороны. Это походило на слэм, в котором исключительно били ебальники. Одному в челюсть с локтя, другому с колена в печень. Стоны, крики, ор лейтенанта - всё смешалось в адскую какофонию, что дошла до возведения в степень, спровоцировав сигналку соседской тачки. Вааса крутили, мотали, заламывали пальцы, но он всё равно рвался в дом. Соседи выглядывали во дворы. Светало, обзор расширялся.       Джейсон, всё это время сидящий за шкафом в темноте, окончательно понял, что ему пиздец лишь в момент, когда на улице затих ор, а в подвал со скрипом открылся люк. Лейтенанта, уже у машины несколько раз кряду ударили электрошокером. Он отключился, больше не оказывая признаки борьбы. Броди же это лишь предстояло…