Пятьдесят оттенков идеала

Сергей привёз Гришину в гостиницу. Вещей было немного, поэтому сборы заняли всего лишь полчаса. — Ты же знаешь, я не хотела этого делать, — начала девушка, закидывая поводок Тайсона в сумку. — Просто… Забей. Тишину нарушил телефонный звонок. Такси ожидало внизу. Вот так из-за одного поступка, Рина лишилась как работы, так и любимого человека. Хотя со вторым можно было поспорить. Сергей помог Рине уложить сумки в такси. — Пожалуйста, держи меня в курсе дела. — попросила девушка. — Буду звонить тебе по-любому поводу. — пообещал Сергей и наклонившись поцеловал Рину в щеку. Ей было этого достаточно. Девушка села в машину и направилась домой. Дорога заняла не так много времени, поэтому уже к вечеру Гришина была в Москве. Первое, что её встретило — тишина и пустота. Без Тайсона, эта квартира не имела больше жизни. Достав из потайного кармана сумки прозрачный пакет с белым содержимым, она направилась на кухню. Высыпав содержимое пакетика и распределив его ножиком, таким образом создав дорожку, Рина наклонилась к столу и стала нюхать белый яд. Ждать пришлось недолго, яд сразу же начал действовать. Началась эйфория, которая отдала все свои лучшие качества. Восторг, радость и счастье, перемешались внутри Гришиной. В сердце, в голове и во всем теле. Однако продолжалось оно всего несколько минут. Но девушка не расстраивалась, она знала, что следующие два часа будет чувствовать себя удовлетворённой и спокойной. Через полтора часа Рина была уже не так рада, а наоборот была подавлена. Все тело начало выламывать, а организм отказывался выводить наркотик из крови большим количеством воды. Ходя по квартире, Гришина чувствовала сильный тремор конечностей, ходить становилось сложнее, ноги начинали подкашиваться. Ей было холодно, хотя лоб был горячий. Голова раскалывалась, к горлу подступала тошнота. Остановившись около зеркала, Рина не узнала себя. Вся кожа была бледная, глазные яблоки красные, а зрачки настолько увеличились, что было трудно заметить цвет радужки. Гришина чувствовала раздражительность, сильную агрессию, которую нужно было куда-то выплеснуть. Ждать пришлось недолго, предмет избиения нашёлся сам — Тайсон, точнее все, что с ним связано. Глаза Рины посуровели и сузились в щелочки, когда она увидела миску собаки. Девушка схватила предмет раздражения и со всей силы швырнула его в стену. Железные стенки миски вогнулись внутрь. Сердце Гришиной бешено заколотилось в груди, когда она посмотрела на поводок, валявшийся на самом верху сумки. — Я ненавижу тебя… — шипела девушка, держа в руках поводок. — Ненавижу… Рину трясло изнутри. Она пыталась успокоиться, но ей становилось только хуже: руки не слушались и дрожали, ноги и вовсе обмякли и усадили девушку на пол. Обхватив саму себя, Рина стала покачиваться — она не могла сидеть на одном месте, но и совершенно не знала, что ей теперь делать. Крепко зажмурившись и скривившись от головной боли, девушка сорвалась и заплакала. Солёные капли текли за шиворот, капали на колени, но боль никак не утихала. Не выдержав, Рина закричала и ударила кулаком о пол. Ещё раз — громче и отчаяннее. Она подавилась своими же слезами и зашлась в кашле. Ей не становилось легче. Ей хотелось перестать. Она не хотела плакать. Но слёзы текли, а тело трясло — ни то от жара, ни то от холода — и так больно было в груди, будто сердце сжала чья-то тяжёлая, холодная рука. Так плохо Рине не было ещё никогда. Гришина проснулась от телефонного звонка. Ещё долго она не могла найти свой телефон, а когда отыскала его, сильно удивилась, когда увидела двенадцать пропущенных от Сергея. Приняв охлаждающий душ и сделав себе крепкий кофе, Рина кое как пришла в себя. Взяв телефон, она перезвонила Сергею. — Ты чего трубку не берёшь? — сразу же начал Костенко. — Ладно, не важно. У нас проблемы. Две плохие новости. — Ну во-первых, я спала, — начала осипшим голосом девушка. — А во-вторых, что случилось? — Головченко повесился в своей камере. — раздражённо произнёс мужчина. — Что? — поперхнувшись кофе, воскликнула Гришина. — Как это произошло? — Когда ты уехала, наши «друзья», провели ещё один допрос, — начал Сергей. — Избили его, после чего не дали даже психологу поговорить с Сашей. Через час, когда его увели в камеру, я зашёл к нему и увидел его повешенным. Обмотал себе шею наволочкой и привязал к спинке кровати. — Я же просила не трогать его больше! — прокричала в трубку Рина. — Он блять их не убивал. Хорошо, какая вторая плохая новость? — Труп девочки нашли, которая неделю назад пропала, — продолжил мужчина. — Но у нас снова похитили девочку. Это Даша, дочь Гены. — Что? — не веря словам Сергея, переспросила Рина. — Я еду, жди. Быстро одевшись, Гришина выбежала на улицу к своей машине. Она нарушила, наверное, все правила дорожного движения, но ей было наплевать. Сейчас жизнь её племянницы находится в руках неуравновешенного психопата. Через полтора часа Гришиша уже подъезжала к отделу. — Когда она пропала? — влетая в помещение, прокричала девушка. — Вчера вечером, — ответил Сергей. — По словам Гены, пошла гулять и не вернулась. Телефон нашли, следов никаких. — А я тебе говорила! — налетая на брата прошипела Рина, хватая его за грудки. — Ты не стал меня слушать. Я уверена — это Соболев.