О наболевшем

И бухтеть по утрам я имею право, потому что не-сон в пять утра — отрава, потому что ну сколько же можно, право, на работу так рано вставать? Потому что для сов пять утра — как пытка, всё вокруг кажется не чётким и зыбким, в голове туман кружит. Любая ошибка — упадешь обратно в кровать. Я пытаюсь спастись обжигающим чаем. В полу трансе бреду, углы не замечая, до заветного места, где меня встретит чайник — и я может быть даже проснусь. Только сколько препятствий на этом пути! Нужно мимо кота, не споткнувшись, пройти, двери, стены и стулья в конец не снести — эти мысли наводят грусть. Мне б поспать ещё часик (а лучше бы три), чтоб проснулись детальки где-то внутри. Но будильник орёт беспощадно, вторит ему не менее злобный кот. Пять утра… Сколько боли в одной этой фразе! Нужно двигаться как-то к активной фазе (и заткнуть чем-то рот той кошачьей заразе, что ночами мне спать не даёт). У кота мнение совершенно другое: он не ел пять часов! Это страшное горе! И зараза здесь я, раз хотела покоя, а не ночь напролёт с ним играть. Не играть, не кормить… Просто тупо лежала, завернувшись как в кокон, в два одеяла, даже нос свой оттуда не показала! Так что встала — и дала мне жрать! Я бреду и бурчу, о кота спотыкаясь, на препятствия в виде стен натыкаясь. Кот меня подгоняет, за ноги кусаясь, ускорение мне предаёт. Мой наивный котей просто не понимает, что его гневный крик мозг мой не принимает. Он настроен найти свою кружечку чая, ну а кот, как и в мир подождёт. До ползу до работы, там ещё побурчу я о том, как работать совсем не хочу, кто придумал работу с утра? Его к врачу! Он садист и психически болен! Этот странный и страшный, злой человек таким ранним подъёмом уж не один век нам изгадил. «Счастливыми» сделал он всех! И ушёл в ад предельно довольным. А потом вдруг проснусь, воздух тихо вдохну, в синем небе осеннем увижу весну, улыбнусь, всему миру ладонь протяну, потому что — ну разве не чудо: это небо, и золотой листопад, красно-желтый деревьев волшебный наряд… Запах после дождя, дым костров, цветов ряд что ещё в ноябре повсюду… Ждёт будильник. Он завтра, я знаю, опять, в пять утра будет жизнь мою отравлять, побуждая шипеть, ругаться, бурчать, говоря — это вечное право утром быть недовольной, ненавидеть всех, кто способен проснуться, издать громкий смех… Громким быть по утрам — несмываемый грех! За такое убить порой мало! Только как бы вот эту мысль донести до всех тех, кто есть утром на моём пути? Кто так хочет меня (от меня?) мир спасти: вы достали, ну честное слово! Вы же видите: спит человек на ходу! Его разум в тумане и странном бреду, я чуть позже сама ко всем подойду! А пока — могу лишь послать снова!