прости меня, что мы сдались

      Саше на самом деле никогда не нравилось находится вне дома. Из своей комнаты, которая действительно давила со всех сторон, её могла вытащить только Лиза или школа, и то, второе — по принуждению.       Оставалось кинуть в рюкзак зарядку, которую девушка сейчас судорожно искала в комнате. Как так быстро успевает всё захламиться? Надо бы избавляться от половины ненужных вещей. Почему-то Саша всегда думала об этом в самый неподходящий момент, откладывая тем самым дело на потом, только этого «потом» ещё никогда не наступало.       Она выдвинула второй ящик своего рабочего стола, наконец, обнаружив там то, что искала. И уже собираясь задвинуть его обратно, взгляд зацепился за белую баночку препарата. Саша закусила губу. Марк ещё ничего о таблетках не знает, а девушке очень об этом рассказывать не хотелось. Тем не менее, курс нарушать было нельзя, поэтому антидепрессанты отправились в сумку вместе с зарядкой. Теперь можно идти.       Чем они будут заниматься у Марка два выходных дня — она понятия не имела, но сравнивала это с ночёвками у Лизы. Это было всегда весело: смотреть сериалы, гадать на таро и готовить. Но к Марку Саша взяла тетради, уверенная в том, что два дня они будут решать физику, потом алгебру и снова алгебру. Не то чтобы она имела что-то против или ей не нравилось, наоборот, Саша сама временами просила объяснять ей какие-нибудь темы, даже если она их знала. Ей нравился сам процесс, нежели его результат. А он как раз-таки был: оценки по алгебре улучшились и теперь вместо стабильных троек стали появляться четвёрки. Это могло бы радовать Сашу, если бы она чувствовала сейчас хоть что-то.       Путь до дома Марка Саша знала уже отлично. Уверенно заворачивала во дворы и шла, обходя все лужи. Побыстрее бы снег выпал, лишь бы не было такой грязи на улице. Она вдохнула холодный воздух, чувствуя запах приближающейся зимы. На асфальте уже успевал появляться лёд, но такой хрупкий, что ещё трескался под ногами, издавая приятный звук.       По уже неизменной традиции, Марк ждал девушку, выглянув из-за своей двери. Так что, выходя из лифта, Саша сразу видела его лохматую макушку. Он как всегда мило улыбался, наклонив голову в бок и был домашним-домашним котом.       — Привет! — первой поздоровалась Саша, уже начиная тянуться, чтобы обнять.       — Нельзя через порог, ты что! — тут же возразил Марк, отходя назад и впуская девушку в квартиру. Трусова тихо хихикнула. И уже внутри прижалась к парню на пару секунд, только после вспомнив о холодной куртке.       — Ой! Прости, забыла! Марк смеётся и опережает Сашу, прежде чем она начинает тянуть молнию вниз.       — Давай помогу?       Это кажется глупым и почему-то детским, но она позволяет ему помочь, наверное, потому что всегда делает так. В любом деле.       Какой раз, приходя в эту квартиру, Саша чувствовала с порога приятный запах ванили, от которого всегда разыгрывался аппетит. Будь она здесь немного раньше, чем они с Марком познакомились — наверное, не смогла бы, убежала, заплакала, ненавидела себя, истязала. Но сейчас ей даже нравилось. Сейчас запах был более объёмным и напоминал скорее реальную выпечку, чем аромат духов.       Марк с тяжёлым вдохом взял в руки рюкзак Саши и уже понёс в комнату, на ходу ворча что-то про «тяжёлое» и «себя совсем не бережёшь».       — Да обычный он. Моя сумка с учебниками всегда намного тяжелее.       Саша вымыла руки, под чутким присмотром Марка вытерла о бумажное полотенце, немного смутилась и опустила глаза. Почему-то сейчас она задумалась о чём-то серьёзном. О будущем. О будущем с Марком. И сердце одним чувством сщемило и кольнуло одновременно.       Вот откуда исходил приятный аромат выпечки, который Саша уловила ещё на пороге. На кухне стояла тарелка с выложенными на ней аппетитными булочками. Девушка приняла из рук Марка стакан воды, который сама попросила налить и осторожно кивнула.       — Можно..? — неуверенно спросила она.       — А, да, конечно! — Саша не могла не заметить его переживания. И она его понимала. Столько времени не ела, тема еды являлась табу, а от любого упоминания Саша вовсе могла расплакаться. — Мама специально для нас приготовила перед отъездом. Трусова слегка подняла уголки губ и взяла булочку. Марк последовал её примеру, взяв себе парочку, естественно опасаясь того, что Саше сейчас понадобится его поддержка.       — Я хотел сделать тебе маленький подарок. Он на столе.       Девушка слабо кивнула и ещё раз посмотрела на булочку в руках. Марк не знал, куда себя деть и как сейчас поступить лучше. Молчать — глупо, но и говорить странно. Саша распробовала выпечку сначала на аромат. Приятный запах ванилина и сахара. Сложно от такого удовольствия отказаться, поэтому она немного откусила. Марк повторил за ней.       — Агата Кристи? — Саша улыбнулась и повертела книгу в руках.       — Ты просила, чтобы я посоветовал книгу. Мне кажется, я достаточно изучил твои вкусы и... должно понравится, в общем. Саша улыбнулась. Ногтём поддела прозрачную плёнку и сняла её. Запах книг всегда напоминал ей детство. И сейчас, приложив страницы к кончику носа, девушка тихо захихикала.       — Спасибо. Я обязательно прочту.       Саша обернулась. Нужно ведь поцеловать... в благодарность? Сделала шаг и осторожно коснулась губ Марка, сцеловывая сладкий сахарный вкус. Она протянула булочку к его рту, желая, чтобы он откусил. И хоть у него в руке была аккурат такая же — ей он отказать не мог и куснул.       — Передай маме, что очень вкусно получилось. Кстати... я тоже готовить люблю. Как-нибудь продемонстрирую тебе свои навыки.       — Можешь хоть завтра.

***

      — Здесь формула, Саш, — напомнил Марк. Девушка ударила себя по лбу:       — А, бля, точно.       Пришла, называется, к парню. Сидят уже второй час решают задачи по физике. С таким Марком и репетитор не нужен.       — Ты, кстати, что собираешься сдавать? — спросил Кондратюк, отложив карандаш и уставившись на профиль Саши.       — Мне бы русский с математикой для начала сдать, — горько усмехнулась она. — Общество, наверное. И английский.       — Oh! Do you speak English?       — Нет, в том-то и дело, — улыбнулась она. — Я вроде решила. Проверь. Марк с ухмылкой взял листок.       — Жаль, ты физику не сдаёшь, правда?       — Слава Богу, что не сдаю. Всё, я устала.       — Вроде правильно, — он шутиливо поставил на полях «пять» и сердечко рядом.       — У меня две задачи были неправильные, а ещё я в одной формулу перепутала, — напомнила она.       — Я за старания, а не за знания ставлю.       — Всем бы таких учителей как вы, Марк...       — Валерьевич.       — Валерьевич.       Они в унисон рассмеялись. Сашка подскочила со стула, вставая сзади Марка и обнимая его за шею. Он накрыл её ладони своей, сделал глоток воды и уткнулся затылком в сашину грудь. Подняв голову, их взгляды встретились. У Марка засветились глаза. Мелодия, которую они ставили на фон резко прекратилась и Саша посчитала, что это отличный момент. Она опустилась, прижимаясь губами к его трепещущим губам. Открывать глаза не хотелось также, как прерывать поцелуй. Момент был до дрожи приятным. У обоих сбилось дыхание. Но так было безусловно неудобно, поэтому неведомым образом, Саша оказалась уже у Марка на коленях, прижатая руками к его телу, а губами к его губам.       — Всё хорошо? — оторвавшись, прошептал Марк и внимательно взгляделся в лицо Саши. Все чувства, которые сейчас напряглись внутри неё готовы были взорваться. То, насколько они близко друг к другу и то, как Марк заботится о ней. Он помнит. Помнит, как она оттолкнула его в прошлый раз.       — Да, — тихонько ответила она, снова опуская взгляд на немного покрасневшие губы.       Теперь Саша понимала, что доверяет ему. Доверяет всю себя и он никогда не сломает это доверие между ними. Близилась ночь. За окном небо становилось цвета индиго. И это значило ещё кое-что. Сашины кошмары. На новых местах ей почти никогда не удавалось спокойно поспать. Последние недели даже дома, в родной постели. Хотелось просто забыть об этом, хотелось вжаться в Марка, обвить руками его шею, ногами тело и отдать ему все страхи.       — Пойдём на кровать, — прошептала Саша Марку на ухо, тут же замечая, как на его коже в области шеи расползаются мурашки.       А дальше было жарко и приятно одновременно. Марк осторожно спускался поцелуями ниже и ниже. Саша расслаблялась. И забывалась в этих поцелуях.

***

      Она уснула, когда уже потемнело совсем. Как Саша и пыталась: обняв Марка всего, уткнувшись ему в шею. Но проснулась она казалось так же быстро. Марк лежал уже на другом боку, поэтому ей удалось беспроблемно встать и выйти на кухню, предварительно захватив с собой рюкзак.       Пустая квартира, полная тишины пугала после неприятного сна. Непроизвольно Саша захныкала и начала судорожно искать успокоительные таблетки, которые теперь помогали только в двойной дозе. Антидепрессанты тоже нужно было принять, потому что перед сном Саше было немного не до этого. Воспоминания окутали разум. Стало стыдно и отвратительно от самой себя. Саша провела руками по тем местам, которых касался Марк и было от чего-то так ужасно... Запив таблетки и заткнув рот рукой, она продолжила плакать. Опираясь одной рукой на столешницу, девушка стояла ещё несколько минут, пока за спиной не раздался скрип полов и отчётливые шаги.       Саша в ту же секунду, даже не успев ничего осознать, одной рукой попыталась спрятать таблетки, а другой вытирала слезы с лица. Первые предательски выскользнули из рук, и именно в тот момент Марк зашёл на кухню. Он потёр глаза, вероятно, от яркого света и ужаснулся, увидев Сашу в таком состоянии. Поглазев на парня пару секунд, она присела, подняла таблетки и поняв, что бежать поздно да и некуда, принялась извиняться:       — Про-сти, что раз-будила, — со всхлипами говорила она.       — Ты... ты чего? — Марк стал делать медленные шаги, боясь испугать Сашу, но она не сопротивлялась и вскоре он оказался уже возле неё. — Что это? — ещё раз потерев глаза, спросил он, забирая из рук девушки таблетки.       — Не злись по-пожалуйста.       — Я не буду, Саш. Ты чего? Что случилось? — он протянул ей руку, но Саша отрицательно замотала головой в ответ.       — Приснилось плохое. Ты... это успокоительные обычные, сейчас всё пройдёт. Прости пожалуйста, Марк. Если бы он знал, как нужно вести себя в такие моменты. Но кажется, с Сашей было всё впервые.       — Саша, послушай меня, — она осторожно подняла заплаканные глаза. — Я ни в коем случае не буду злиться, я... почему так думаешь вообще? Дай пожалуйста руку. Я помогу. Но на этот раз Саша тоже не ответила прикосновениями. Наоборот, даже сделала полшага от него.       — Ты не должен помогать мне.       — Я должен помогать тебе. Для этого я и есть у тебя, — серьёзно проговорил он, делая шаг к ней. — Дай мне руку. Вот так, спасибо. Если ты хочешь, мы можем просто пойти и поговорить об этом завтра. Или поговорить сейчас.       — Я не хочу говорить об этом, — Саша попыталась убрать руку, но Марк не дал этого сделать.       — Сашуль, надо.       В молчании она начала успокаиваться и вскоре даже смогла приблизиться к Марку. Он аккуратно погладил её по голове, прижимая к себе. Они ушли обратно в спальню. Они лежали молча в темноте друг напротив друга. Саша рвано дышала, Марк гладил её и часто целовал руки.       — Почему ты думала, что я буду злиться? — совсем тихо спросил он. Саша ещё сильней поджала ноги к себе. Некоторое время она молчала, либо обдумывая ответ, либо пытаясь показать, что отвечать не хочет.       — Я помешала тебе, разбудила. Пила какие-то таблетки на кухне, ничего тебе не сказав. Снова плакала. Ты... устал наверное уже меня успокаивать.       — Нет... — он хотел продолжить, но Саша не дала.       — И ещё... потому, что мне снова стало противно от себя, — Саша глубоко вздохнула. Во тьме она Марка почти не видела, поэтому говорить было легче. — Мне стало так страшно, когда я проснулась. Мне снится, как все мои близкие говорят мне как я ужасна и что никому не нужна, ты бросаешь меня, — Марк почувствовал, как Саша сильнее сжимает его руку. — А тут ты лежишь и... я так испугалась.       — Я пытаюсь делать что-нибудь, чтобы тебе стало легче. Мне тоже больно видеть тебя такой. Но я всё равно люблю тебя. И не терплю, а люблю. Прости меня.