Parallels 2 / Параллели, часть вторая

      Когда Вижн всё-таки появился, Баки чистил зубы. Он едва успел наклониться и сплюнуть пену, прежде чем увидел в зеркале, что в ванной он уже не один.       — Боже, — пробурчал он, не вынимая щетку изо рта. — Ты хоть бы раз о таком предупреждал.       — Приношу извинения. Я буду рад перенаправить тебя в нужное тело.       Баки вновь сплюнул и прополоскал рот.       — Значит, я возвращаюсь в мир со «Старкбаксом»?       Вижн наклонил голову.       — Я не понимаю, о чем ты.       — Я о… В какое тело я попаду? В то, которое лежит в больнице?       — Нет-нет. Ты вернешься в свое собственное тело.       Баки аккуратно поставил зубную щетку в стакан рядом со щеткой Стива. Он представил, как перенесется в иной мир и увидит своего Стива. Ранее это было пределом его мечтаний… но теперь ему хотелось хоть раз заглянуть в иной мир и попытаться всё объяснить Стиву-из-кофейни. Схватившись за края раковины, он сказал:       — А мы можем придерживаться прошлого плана? — только задав этот вопрос, он осмелился посмотреть на непроницаемое лицо Вижна.       — Мистер Барнс, я вынужден настаивать, чтобы мы вернулись сразу в наш мир. Мы и так серьезно покачнули баланс вселенных.       Он словно бы винил в этом Баки. Как будто он по собственной воле решил внести хаос во все эти миры! И всё станет только хуже, когда Стив-из-кофейни столкнется с Баки, который совсем ничего не помнит. Что уж говорить о том, как пошатнется хрупкая психика Баки-из-кофейни, когда на него свалятся все эти откровения.       — Я это понимаю, но считаю, что могу всё исправить, — сказал Баки. — Мне нужно вернуться в мир, где другой Баки попал в больницу. Мне нужно хотя бы предупредить местного Стива, с каким Баки он столкнется.       Вижн какое-то время молчал. Вот бы его лицо хоть что-то выражало!       — Прошу тебя, — сказал он, надеясь, что, может, это его проймет.       Внезапно в дверь постучали, и они оба вздрогнули — у Вижна, во всяком случае, дернулись плечи, так что Баки решил, что и его стук застал врасплох.       — С кем ты там говоришь? — спросил Стив. Баки взглянул на Вижна: тот смотрел на него широко распахнутыми глазами. Баки решил, что, раз баланс уже пошатнулся, хуже стать уже не может, и распахнул дверь.       — Я должен тебя кое с кем познакомить, — сказал он, и Вижн отшагнул за штору в душе. — Это Вижн.       — Нихрена себе! — Стив попятился от двери и так и шел назад, пока не наткнулся на кровать и не рухнул на матрас. — Нихрена. Какого… Черт! Какого черта?       Пока Стив не стеснялся в выражениях, Баки продолжил:       — Вижн пришел, чтобы вернуть меня домой. Кажется, я забыл упомянуть, что «парень, который переносит меня по разным мирам» несколько отличается от нас с тобой. В любом случае, мне просто хотелось доказать, что я и впрямь не твой Баки и говорил тебе правду. Ни ты, ни я не сошли с ума.       — Охренеть, — выдавил Стив. — А почему у него рожа красная?       — Он ИИ. Искусственный интеллект, — объяснил Баки и посмотрел на Вижна, который решил выйти из-за шторы. — Спасибо, что не исчез. Эм, мог бы ты рассказать, кто или что ты такое? Боюсь, я мало что о тебе знаю.       — Это… определенно… ненормально, — сказал Вижн. Слово «ненормально» из его уст звучало похуже любого ругательства от Стива.       — Извини, — сказал Баки. — Просто я уже рассказывал о тебе Стиву и потому подумал, что ничего страшного не произойдет, если вы вдруг встретитесь.       — Нам нужно немедленно уходить, — сказал Вижн.       — Так ты, типа, робот? — спросил Стив. Вижн одарил его испепеляющим взглядом. А, может, Баки это лишь показалось.       — Я помещен в тело андроида, — ответил он.       — Ого.       Баки вышел из ванной и опустился на кровать рядом со Стивом.       — Итак, мы выяснили, что при смене миров лучше лежать.       — Здесь нет понятия «лучше», — заметил Вижн. — Никто не знает, где конкретно окажется другое тело.       — Но так будет лучше для Баки, который окажется в этом теле, — Баки лег и скрестил руки на груди. — Видишь ли, Стив, для перемещения мне нужно всего лишь коснуться желтого камня у него во лбу, и тогда Вижн силой мысли отправит меня в иную вселенную.       — Безумие какое-то. Можно позвать Нат и Клинта, чтобы они тоже на тебя посмотрели? Иногда мне кажется, что Нат считает нас с Баки поехавшими из-за всех этих смен личностей.       — Абсолютно точно нет, — ответил Вижн. Стив глянул на Баки.       — Безумство полнейшее. И мне это нравится.       — Итак, приступим, — сказал Баки, заметив, как Вижн напряженно поджал свои тонкие губы. Не стоило выводить из себя сверхсильного андроида с искусственным интеллектом. — Через пару секунд к тебе вернется твой Баки.       — Шикарно, — Стив улыбнулся, а затем наклонился и быстро поцеловал Баки в губы. — Скажу ему, что мы с тобой все это время трахались, как кролики.       — Пожалуйста, отойди, — сказал Вижн Стиву.       Подняв руки, Стив отполз по матрасу на коленях, оказавшись где-то в футе от Баки.       — Делаем всё, как раньше, — велел Вижн, и Баки потянулся к Камню Разума.       Ему хотелось попасть к Стиву-из-кофейни и попрощаться с ним. Может, когда они вернутся в свой мир и всё поправят, ему удастся уговорить Вижна перенести его в ту параллельную вселенную. Он вздохнул, закрыл глаза и коснулся камня.       ***       Воздух на мгновение похолодел, а затем потеплел. Один вдох — и он понял, что находится в больнице. Левая рука по-прежнему была при нем. Он сжал ее пальцы в кулак.       Открыв глаза, он обнаружил, что лежит в одиночестве в темной больничной палате. Свет из коридора окрашивал ее в голубоватые цвета.       Когда волна тошноты прошла, он немного приподнялся и попытался определить, куда его занесло. Он определенно очутился не в «родном мире» — никто в нем не мог вернуть ему настоящую руку. Но и палата отличалась от той, в которой он лежал в последний раз в мире со «Старбаксом». Он перевернул ладони: татуировки на запястье из прошлой вселенной уже не было. Затем он приподнял рукав больничного халата. На плече левой руки он увидел татуировку звезды.       Стало быть, он в мире со «Старбаксом» — но почему? Вижн говорил, что он вернется в свое собственное тело. Что в этот-то раз пошло не так?       Тишина ночи и часы без сна дали ему много времени на размышления. Может, вселенные решили, что у него остались незаконченные дела в этом мире. Или, возможно, он сам себя сюда отправил: ему так хотелось увидеться со Стивом-из-кофейни, что он продолжал думать о нем, даже коснувшись Камня Разума, и именно поэтому оказался здесь.       Примерно в три часа утра пришла медсестра, которая сильно удивилась, увидев, что он уже проснулся.       — Не спится, Джеймс? — спросила она, проверяя капельницу и просматривая показатели на мониторах. Он не стал уточнять, что его уже давно так не зовут.       — Просто задумался.       — Твоя мама принесла твой дневник, — сказала медсестра, указывая на знакомую записную книжку на спирали, лежащую на прикроватном столике. — Уверена, доктор Пирс только обрадуется, если ты запишешь, какие мысли тебя так захватили. Свет можно включить вот здесь, — добавила она, указав на кнопку на стене.       От одного упоминания этой фамилии у него встали дыбом волосы на руках. Он потер их, чтобы пригладить.       — Не сомневаюсь. У меня… назначена с ним встреча?       — Разумеется. Завтра ты в первую очередь пойдешь к нему, — поучающим тоном сообщила она. Вероятно, она говорила это Джеймсу уже не в первый раз.       Когда она ушла, он протянул руку, включил свет и перетащил записную книжку себе на колени. Перелистнув в самый конец, он увидел новую запись, написанную неразборчивым, дрожащим почерком.       Я не знаю, что со мной происходит. Я видел сон, который был словно взаправду, но такого быть не могло. Я очнулся без левой руки в какой-то лаборатории. И я был очень сильным. Поначалу всё казалось настолько реальным, что я не мог в это поверить. Но потом пришел Стив (который «тройной соевый латте венти без пенки»), и он тоже был очень сильным, и тогда я понял, что это какой-то бред. Меня схватили, накачали, и я очнулся уже здесь. Я не в госпитале для ветеранов, но, похоже, скоро туда вернусь. Мистер стремное латте не отходил от моей кровати. Я не выдержал и наорал на него, и тогда прибежала мама. Только когда Стив ушел, и я остался с мамой, а потом и с папой, мне полегчало. Но странности на этом не заканчивались, я будто оставался во сне. Мама сказала, что мы со Стивом теперь встречаемся. Я этого не помню. Она сказала, что я уже попадал в больницу пару недель назад, но я не помню и этого. Я сошел с ума?       Мне говорили, что после госпиталя мои проблемы с памятью со временем пройдут, а кошмары станут реже. Наверное, надо спросить Сэма, что он об этом думает.       Черт. Теперь он был рад, что вернулся сюда: всё ещё можно было исправить. Разумеется, это означало, что Джеймс вновь проживает кошмар наяву (то есть, его, Баки, жизнь), но он мог ему помочь. Всё это время он думал об одном лишь Стиве. Стоило позаботиться и о местном Баки.       Он начал писать письмо другому себе.       Джеймс,       То, что ты сейчас прочтешь, вероятно, не успокоит твои разум и душу. Но ты не сошел с ума. Пожалуйста, помни об этом.       Похоже, тебе уже долгое время снятся кошмары о моей жизни. Я — это ты из параллельной вселенной. (Пожалуйста, продолжай читать). В ней ты и оказался. В ней всё иначе, и мне очень жаль, что к твоим страданиям добавились ещё и мои. Если я начну перечислять, сколько всего мне пришлось пережить, ты и впрямь сойдешь с ума, поэтому я не стану тебя этим мучить.       Я прошу тебя довериться Стиву. В моем мире он — мой лучший друг и был им практически с самого детства. Он всегда придет тебе на помощь. Я собираюсь написать письмо и ему; прошу, отдай его ему.       Ты не сошел с ума. Если тебе легче списать все пробелы в памяти и видения о том, как ты очнулся без левой руки, на кошмары, — пожалуйста, так и делай. Прости, что испортил тебе жизнь за считанные недели, и, надеюсь, из-за меня тебя не уволят и не отправят на принудительное лечение.       Но я не стану извиняться за то, что начал встречаться со Стивом. Рано или поздно ты поймешь, что так было лучше для нас обоих.       Если хочешь, порви это письмо, сожги его, смой в туалет. Но не дай Александру Пирсу его прочесть, иначе твоя судьба предрешена.       Позаботься о себе. Позволь Стиву позаботиться о тебе.       С любовью, Баки       Он чувствовал себя глупо, оставляя такую подпись: мало ли, как Джеймс отреагирует на такое письмо. Вдруг оно его лишь разозлит? Он понадеялся, что нет.       Баки перевернул страницу и начал писать письмо Стиву.       Стив,       Знаю, в последнее время я веду себя совершенно непредсказуемо. Мы были вместе совсем недолго, но я более чем уверен, что ты не заслуживаешь такого к себе отношения. Я постараюсь всё объяснить, и, хоть это и покажется странным, тебе стоит дочитать до конца. Это для твоего же блага.       Человек, который зовет себя Джеймсом, не знает тебя. Надеюсь, он научится доверять тебе и любить так же, как и я. Но тебе нужно дать ему немного времени. Прошу, дай ему немного времени. Вероятно, вам стоит начать всё с нуля. Представься ему. Расскажи о Капитане Америка — думаю, он отреагирует не так странно, как я. Расскажи, как Наташа спланировала вас свести. Отвечай на любые вопросы, которые уже задавал я, словно впервые их слышишь.       Позаботься о нем, когда он потеплеет к тебе, будь терпелив, если поначалу он будет холоден.       С любовью, Баки       В этот раз он уже не стеснялся завершать письмо такими словами.       Выключив свет и откинувшись на подушку, он закрыл отяжелевшие веки. Где ты, Вижн? — подумал он. — Я готов вернуться. Но даже когда он наконец-то провалился в сон без сновидений, Вижн так и не появился.