Нешуточное искупление

      Наконец-то, в кои-то веки Линкольн почувствовал себя выспавшимся. Хотя он не помнил свой сон, для него на данный момент эта потеря была совсем не велика, ведь сегодня он запланировал нечто более интересное, чем какой-то сон. А запланировал он возвращение утерянного. Утерянного смеха, радости и проклятых каламбуров. Но для начала он решил понять, какие шутки-прибаутки народу, а именно семье, больше нравятся. А каким образом это можно сделать? У него было два варианта: созвать собрание сестёр без Луан или провести социальный опрос среди семьи. Второе ему казалось куда более удобным и скрытым, что как раз-таки было лучше в данном случае, ведь если бы он созвал секретное собрание сестёр, то Луан могла бы обнаружить в одной из комнат то, что должно было быть секретным. "Справедливо и логично", — думал про себя Линкольн.       Опрос по сути своей состоял из всего-лишь одного вопроса: какие шутки по вашему мнению самые лучшие?       Линкольн серьёзно подготовился. Он взял блокнот, ручку и деньги, чтобы подкупить тех, кто отвечать не хотел (на всякий случай). Он с серьёзным лицом и походкой зашагал по разным комнатам расспрашивать его серьёзный, важный, глубокомысленный и солидный вопрос.       Этот поход занял примерно минут десять, и то лишь из-за Лени, которая думала над вопросом слишком долго и серьёзно, будто от её вопроса зависит судьба человечества. Сравнив все данные, которые он получил, Линкольн понял, что большинству нравится либо сарказм, либо анекдоты. Кстати сам мальчик как раз-таки любил анекдоты. Теперь Линкольну был ясен будущий план восстановления его сестры. Нужно было, чтобы она вспомнила как сочинять каламбуры, но при этом ей так же нужно было впитать новые виды юмора, для понижения уровня раздражения в семье. Теперь оставалось лишь заново научить Луан юмору. Но как это сделать? Это было самым сложным для Линкольна, ведь его сестра совсем потеряла любой энтузиазм для шуток.       У Линкольна было предположение: возможно, если этот повод ей дать, то она может быть и начнёт снова шутить, но возможно для этого понадобится какое-то время. Тут было очень много неизвестных, но пока в голову ему ничего лучше не пришло. Мальчик пошёл в комнату к Луан. Следующий час обещал быть по крайней мере интересным. Луна была сейчас в гараже, поэтому никто им не мешал бы.       Когда Линкольн зашёл в комнату, он обнаружил Луан, сидящую на своей кровати. Она с задумчивым видом смотрела на те самые мусорные мешки, собранные в кучу в углу комнаты, о которых скорее всего говорила Люси. Он сразу подошёл к своей сестре и серьёзно спросил:       — Думаешь что делать с этими мешками?       — Да.       — Надумала что-нибудь?       — Я предполагаю, если ты пришёл, значит ты решил начать реализовывать то, что сказал сегодня утром, а значит пока выбрасывать всё это ещё рано.       — Именно так! Думаю, что понадобится много времени, чтобы воплотить в реальность мою задумку, но мы постараемся, ведь так?       — Конечно, Линк, в особенности постараться надо мне…       — Мне кажется, нам обоим нужно хорошенько напрячься…       Линкольн уселся на рядом стоящий стул, заглянул в блокнот и начал рассказывать о результатах проведённого им опроса. Луан внимательно слушала, при этом то и дело прося повторить некоторые пункты и слова. Когда мальчик озвучил все результаты, Луан скрестила руки на груди и высказала свою точку зрения:       — Опрос это конечно хорошо. Но вот один хороший момент: а разбираются ли они все в комедии? И про анекдоты. Их просто запомнить и рассказывать направо и налево, и через какое-то время всем одни и те же анекдоты надоедят.       — Что ж, наверно, ты права, придётся вычеркнуть анекдоты из моего плана… — Линкольно зачеркнул какое-то слово на блокноте с грустным видом. Он горевал про себя: "Не уж то я зря устраивал этот опрос?" — тогда сарказм и каламбуры. Я знаю, что с каламбурами проблем у тебя не будет, потому-       — Почему не будет?       — Нууу... — Линкольн задумался и прислонил ручку к подбородку — всегда, когда ты рассказывала каламбуры, я всегда думал, что ты очень ловко их придумываешь, ловко жонглируешь смыслами. Разве не так?       — Линк, сейчас я совсем другая! Теперь я не могу просто брать и придумывать каламбуры находу! Мне они напоминают об инциденте… — Луан нахмурилась.       — Нет, всё ты можешь! Ведь каламбуры никак не связаны с этим происшествием. У тебя скорее будут проблемы с нахождением хороших омонимов. Надо просто найти, что может тебя вернуть к бывшему состоянию! Я уверен, что есть такая вещь, только какая…       Линкольн начал бродить по комнате и бормотать что-то под нос. Луан уже совсем отвлеклась от основной темы их собрания, когда Линкольну пришла мысль: «Точно! Надо сделать так, чтобы Луан сама сказала каламбур! Я скажу что-нибудь, а она на это может невольно ответить каламбуром, может её это рассмешит!» Линкольн теперь уже думал над тем, как и какую тему начать, на которую можно было бы ответить фирменным для Луан способом. Через минуты 4 парочка вариантов у него появилась, с этими ловушками он и собирался возвращаться утерянный смех. Он напомнил Луан о своём существовании:       — Эй, раз уж у нас пока ничего не получается, то может пока посидим на кухне, поедим что-нибудь?       — Что ж, почему бы и нет, это всё же будет пища для мозгов.       Тут Луан впервые за долгое время хихикнула. Линкольн с улыбкой посмотрел в сторону сестры, всё же смех был редким явлением в последнее время. Тут она поняла что сказала и попыталась оговориться:       — Я-я имею ввиду просто сходим, поедим!       — Да, просто сходим, да! — Линкольн отвернулся и сам чуть не брызнул от смеха.       Они спустились вниз на кухню. Луан доставала что-то из холодильника, пока Линкольн осматривал окружение, в поисках цели для каламбура. Когда он увидел весы, ему пришла в голову мысль, которую он сразу озвучил:       — Как ты думаешь, как называются найденные тяжёлые предметы на месте преступления, которые могут помочь следствию?       — Хммм — Луан призадумалась — тяжёлые доказательства?       «Тьфу, ну как так? Один из самых лучших и лёгких каламбуров она не смогла продолжить! Это же легкотня, весомые доказательства!» — подумал мальчик.       — Ай, ладно, всё равно.       Луан пожала плечами и начала выкладывать тарелки. Линкольн глянул на это действо, заулыбался и начал:       — Как ты думаешь, почему летающие тарелки так блестят на фотографиях?       — Ну если инопланетяне есть, а значит и летающие тарелки, то наверно потому что тарелки горят в атмосфере.       — Мда, спасибо за ответ.       «И это не смогла. Ну как так? Они так блестят, потому что они чистые! Тьфу. Ладно, последняя попытка. Если и сейчас не получится, то применю другую тактику».       Линкольн ещё с минуту помолчал, затем с ухмылкой спросил:       — А мы будем есть что-то сладкое?       — Нет, думаю сладкое поедим позже, а что?       — А помнишь я когда один раз ел торт, у меня в первый раз зуб заболел? Было не очень здорово, я такой боли на тот момент ещё не чувствовал. — Линкольн скрестил пальцы на руке, при этом сами руки положил за спину. Он чуть ли не молился, чтобы она сказала нужный каламбур, ведь фантазия у него уже заканчивалась, а сам план ему очень нравился. И тут...       — Мда, тебе пришлось не сладко.       Линкольн сначала даже не поверил, что это сработало. Однако, когда понял, что план удался, начал хихикать, а затем уже и смеяться во всю силу. Луан сначала не поняла, что произошло, однако когда поняла, не желала смеяться, она боялась, что таким образом обидит брата. Но в итоге не смогла сдержаться и тоже начала хихикать, а потом уже и смеяться. Линкольн не мог насмотреться на широкую улыбку сестры, не мог наслушаться её смеха. Такого замечательного ощущения от КАЛАМБУРА он уже очень давно не испытывал. Наконец, когда они оба успокоились, Луан начала:       — Линкольн, видимо этот торт оказался твоим зубам не по вкусу!       Началась новая волна смеха. Луан держалась за живот а Линкольн за стол. В этот раз он уже смеялся не над своей же придуманной шуткой, а над шуткой сестры, и ощущение от этого было намного лучше. Луан успокоилась, убрала скатившуюся слезу с щеки и пробормотала:       — Как давно я не чувствовала это… Я смеялась… Я смеялась! Как хорошо я теперь себя чувствую, так теперь приятно!       — Фууух, значит мой план сработал! — Линкольн сказал вслух, хотя собирался про себя.       — План? Какой план?       "Стоп, я это вслух сказал?" — беспокойная мысль пролетела в его голове. "Мда, придётся рассказать..."       — Нуууу... — начал Линкольн с немного обеспокоенным голосом — Я, видя, что ты никак не можешь сама придумать каламбур, подталкивал тебя к ним. Эти вопросы, что я сейчас задавал, были подводами к неожиданной развязке, которую ты должна была сказать. Но сначала не получалось. Но теперь наконец получилось!       — …       — Видимо тебе не нравится? — Линкольн уже было начал оправдываться — Извини, просто я-       — Линки, ты гений! Спасибо тебе! Ты лучший брат, о котором я могу только мечтать! — Луан крепко обняла брата на несколько секунд, а после ещё и взъерошила волосы, всё это сопровождалось полными радости улыбкой и глазами — Я вспомнила, как смеяться и делать всех счастливыми! Спасибо ещё раз!       — Ой, да не за что, придумать это было не трудно. — Линкольн после таких похвал засмущался, улыбнулся, покраснел.       — Что ж, пора возвращаться к старой Луан!       — Только знаешь что, давай ты не будешь приставать настолько сильно, как раньше? Просто-       — Конечно не буду, Линк — вернувшаяся комедиантка подошла к Линкольну и положила руку ему на плечо — этот инцидент научил меня по крайней мере одному. Нужно иметь чувство меры.       — Получается ты теперь не будешь так много приставать с шутками?       — Не буду.       — Что ж, предполагаю, что мы тебя вернули?       — Однозначно, Линки. — Луан сделала тёплую улыбку — О, и кстати, я сейчас все эти мусорные мешки вскрою, мне многие вещи ещё нужны!       Луан бодро пошла в сторону лестницы. Линкольн чувствовал себя героем, спасшим если не мир, то семью. Но перед Линкольном всё ещё стояла дополнительная задача: теперь нужно было привести в нормальное состояние Линн, а учитывая её характер, это будет ни чуть не легче, чем возвращение старой Луан.