Извини за прямоту

— Как скажешь… — последнее, что прозвучало между ними. Лиза ещё пару минут посидела рядом, то открывая рот в попытках что-то сказать, то смотря на Крис и быстро отводя глаза. Она была в шоке от всего, что произошло. Казалось, что и от своего ответа она тоже охуела. Поняв, что разговор зашел в тупик подошел к логическому завершению, она встала и медленно вышла из комнаты, сначала отперев дверь. Крис сняла кепку и схватилась за голову. Она всё терла своё лицо, стараясь прийти в себя. В голове нон-стоп начал прокручиваться весь тот диалог, который произошёл между ними. Теперь вопросы в её голове звучали иначе. Зачем она вела себя снова так агрессивно? Почему кидала в Лизу всё, что попадалось под руку? Для чего сказала ей столько хуйни и обвинила в том, чего не было? Ибо во всём, что произошло, была виновата только она сама. Она сама выдумала для себя Лизу, идеализировала её и поверила, что у них что-то может получится. Как смешно и пиздец тупо. Лиза не дура, она знает, что такое нездоровый партнер. Она не клюнет на Крис, которая избила её на третьей неделе. Она не поведётся на Крис, которая не умеет себя контролировать. Она, в конце концов, не будет с тем, кто забрал у неё Мишель… Ебаная Мишель, если бы не ты… Она осмотрела комнату, которая больше была похожа на поле боя. У стены лежали осколки разбитой кружки. Как символично, окончательно и бесповоротно разбитая кружка. Грусть сбежала тонкой струйкой по её правой, а потом левой щеке. Она быстро стерла слёзы со своего лица. А потом ещё и ещё раз. «Всё испортила, испортила, испортила, блять, испортила». Она чувствовала боль за Лизу, за себя и за то, чем они не стали. Крис не могла понять почему же так щемит в груди. Ведь их ничего не связывало, кроме этой школы. На деле всё было просто. Лиза оказалась островком безопасности Крис. Она была другой, инопланетной, не такой, как все. Её внешность была необычно красивой, определенно не для каждого. Она была взрослой не по годам и её характер был одновременно мягким и стойким. Было невероятно, как она сочетала в себе всё это. Она явно была создана не для Крис. Всё, что в ней было, предназначалось не для Крис, но Кристина всё равно осмелилась запасть на неё. Никогда раньше она не имела дел с девушками такого рода поведения и внешности. У Кристины не было моральных сил на то, чтобы встать и убрать следы скандала. Она бы просидела так намного дольше, если бы её не потревожили. — Чё тут случилось? — Кира пнула ногой хлам, валяющийся под ногами, — Крис, ты чё? — она подбежала к подруге и села перед ней на колени, — Эй, эй, эй, что с тобой? — По Кире было видно, что она взволнована не на шутку, — Блять, Крис… — Она заметила красующиеся на руке Кристины свежие раны. — Тёлки, найдите Лизу! — Кира крикнула девочек и снова обратилась к Крис, — Брат, она жива хоть, а? — она слегка потрясла Кристину за плечи. В комнату вошла целая и невредимая Лиза. — Блять, ты хоть скажи, че натворили? — Кира зло посмотрела на Лизу. — Нормально всё, осади уже, — Крис наконец убрала руки от своего лица, — Повздорили немного. — Нихуя себе немного, — наехала Кира. Кристина встала с кровати и, с протянутой рукой, подошла к Лизе. — Замяли? — она смотрела на Лизу красными от слёз глазами, — Будем снова дружить? Хотя по лицу Крис не было видно, что она плакала, Лиза неотрывно смотрела ей в глаза видя, что что-то не так. — Да, мы будем дружить, — кивнула Лиза и пожала руку Крис.

***

Кристина не могла спокойно спать эту ночь, постоянно поворачиваясь с бока на бок, выходя в туалет, покурить, попить, что-нибудь побить. В то время как Лиза пролежала всю ночь молча, не двигаясь и не смыкая глаз. Она слышала Кристину, слышала её шаги, видела её в окне, но не решалась подойти и поговорить. А о чём разговаривать? Что сказать человеку, который тебе не подходит? Или которому не подходишь ты. Лиза всегда считала себя насильно втянутой в треугольник с Кристиной и Мишель, и никогда не была этому рада. Чему тут радоваться, если тебе бьют лицо просто так и обвиняют в том, чего не было. Она всё это время считала Крис своей одноклассницей, замечая лишь изредка, что Крис ведёт себя неоднозначно. Она была очень доброй к Лизе, но настолько же была и злой. Никогда Лиза не воспринимала это на свой счёт. Она сама о себе всё знала и её мало интересовало то, как Крис эмоционально нестабильна. Однако эта ситуация перевернула все её устоявшиеся убеждения. Кристина не может, ну никак не может быть влюблена в Лизу. Это возможно только в параллельной вселенной и то при условии, что Лиза выглядит в разы женственнее и красивее. Лиза не считала себя привлекательной и уж тем более не осмелилась конкурировать с роковой Мишель… Чёртова Мишель… Когда Крис признавалась ей во всем, Лиза не верила своим ушам. Она не верила своим глазам, когда Крис смотрела на неё искренне бережно и сжимала её ладонь так, будто Лиза всё, что есть в её мире. Снова и снова она думала о том, правильно ли она отреагировала. Правильно ли было сжимать руку Крис в ответ и отвечать ей именно так, а потом невинно жать руку? Она заставила Кристину испытать боль и отчаяние. Она, находясь в постели, сейчас заставляет её ходить по дому и скуривать одну сигарету за другой. Лиза не могла перестать думать о том, что она заставила страдать другого человека. Она не считала это справедливым и честным по отношению к Крис и считала себя виноватой. Никто не должен страдать из-за Лизы. Ей хотелось забрать у Крис всё, чем она тревожилась. Забрать её бессонницу и переживания. Забрать грусть из её глаз и все её слезы. Забрать и бережно выносить в себе. Никому не отдавать и не показывать. Быть с Крис до тех пор, пока она не придёт в себя и уйти от неё с чистой совестью и излеченной раной. Быть с ней, пока она здесь и беречь. Беречь, беречь, беречь. Как нелепо, ведь изначально Крис хотела того же самого.

***

Утром, после бессонной ночи, Лиза пошла на завтрак вместе со всеми девочками. Там же она застала Кристину, которая вела себя как обычно, будто вчера ничего не произошло. Она даже выглядела бодрой, словно не ходила всю ночь по периметру их дома. Лиза внимательно изучала её в поисках отголосков того, что она показала вчера. Но маска на её лице была слишком плотной. Даже когда она смотрела на Лизу, её взгляд выражал пустоту. Лиза тревожилась за Крис и её моральное состояние. Это напускное спокойствие было не про Кристину и не предвещало ничего хорошего. Лиза знала не понаслышке, насколько тяжело принять факт того, что тебя отталкивает вожделенный тобою человек. Чувства Крис ей были знакомы до боли в груди. Негативный опыт в её памяти навсегда закрепил за собой, что она не имеет права подвергать кого-либо тем мукам, которые когда-то пережила сама. Её привычка обвинять во всём себя тоже сыграла в этом немаловажную роль. Она смотрела на спокойные глаза сидящей за столом Крис, и видела в них море боли. И уже было не важно из-за чего у неё болит, если хоть капля в этом море находилась благодаря Лизе. В течение дня Лиза не смыкала глаз. Был выходной, но книга не читалась, браслеты не плелись, разговоры не клеились. Всё, что оставалось делать — думать и наблюдать. Наблюдать за Кристиной, которая как специально ничем не выказывала своё состояние и была даже общительнее, чем обычно. Иногда они пересекались взглядами, но Кристина долго не задерживалась на Лизе, что заставляло вторую рефлексировать еще больше. Чем ближе было к вечеру, тем больше нарастала тревога Лизы и тем абсурднее были её мысли. Крис открылась для неё совершенно по-новому. Она влюбилась в Лизу и вела себя наивно, по-детски, проливая чай на руку, кидаясь пиджаками, плетя браслеты и постоянно ища повод взаимодействия с ней. Очень давно Лиза не чувствовала такого внимания по отношению к себе. Она по жизни справлялась одна и не видела ни в ком той же бури чувств, которые испытывала Кристина по отношению к ней. Она вспоминала и анализировала последние две недели их сближения и всё больше убеждалась, что Кристина совсем не шутила, когда признавалась в симпатии. Крис крутилась рядом почти все эти дни. Брала Лизу за руку, рассказывала ей всякое и часто интересовалась Лизой, спрашивала о том, чем она дышит за проектом, кто её ждет, какую музыку она любит, какую ест еду… Лиза вдруг почувствовала себя дурой. Все действия Кристины кричали о симпатии, но глухая Лиза настолько привыкла, что её не замечают, что ей было крайне тяжело осознать такую реальность. Обдумав всё это, Лиза пошла за Кристиной в курилку. Она даже не думала о речи, которую скажет. От недостатка сна её глаза уже слипались, тело ломило, мозг работал на автомате и контролировать свою речь было тоже сложно. Но отмалчиваться, когда всё понимаешь, ещё сложнее. Она застала Кристину в компании Киры и сигареты. — Кисунь, чёт хотела? — Кира доброжелательно положила руку на плечи Лизы. — Бля… — еле слышно шепнула Кристина. — Да, я хочу поговорить с Крис, — она убрала руки за спину и метнула уставшие глаза на одноклассницу, — Оставь нас, пожалуйста, наедине. Кира нахмурила брови. Она явно не ожидала такой прямоты от Лизы, но, заметив кивок Кристины, потушила сигарету. — Если снова всё здесь разъебёте, — она показала пальцем сначала на Крис, а затем на Лизу, — То я помогать убирать не буду, — твердо сказала она и зашла в дом. — Говори быстро, у тебя три минуты, потом я иду спать, — равнодушно выплюнула Крис и выдохнула сигаретный дым Лизе в лицо. — Я тоже не спала всю ночь, как и ты, — Лиза говорила тихо, — И здесь я для того, чтобы сказать тебе, что я виновата. Ты всячески показывала мне своё влечение, но я не смогла это прочесть, хотя должна была, — она виновато пожала плечами. — И чё дальше? — Крис была злая, — Чё изменилось от этого? — она перевела взгляд на Лизу, — Глаза мозолить будешь теперь мне? — голос звучал слабо, хоть она и старалась выглядеть суровой. — Я подумала, что у нас здесь мало времени вместе, — Лиза подошла ближе, — Любая из нас может уйти в конце недели и я не хочу, чтобы мы расходились на этой ноте, — глаза Лизы были полны грусти. — Не смотри на меня как бездомная собака, — Крис закуривала уже вторую сигарету, — На какой ноте ты разойтись хочешь? Ты, типа, отшила меня, я тебе напоминаю, — она повернулась к Лизе всем телом. — Я хочу, чтобы ты потушила сигарету и поцеловала меня, — Лиза говорила сдавленно, но уверенно, без доли сомнения, — Я привыкла быть одна и привыкла быть невидимкой, но ты ходила за мной по пятам, будто я что-то значу, — глаза Лизы были на мокром месте, — Мне не хочется это терять или отдавать кому-то другому, — она потерла глаза, — Если ты не хочешь этого больше, я приму это с пониманием, а если хочешь, то я стою здесь для тебя, — она протянула Кристине руку. Крис не двигалась и смотрела на Лизу стеклянными глазами. В ночном свете Кристина была очень красивой. В её маскулинности было что-то очень манящее. Лиза не могла не восхищаться, глядя на неё. Перед ней стояла не агрессивная Крис, а нежная и ласковая Кристина. В ней было очарование и изюминка. В том, как она говорила и жестикулировала, как она поправляла свою кепку. Её «типо» было самым приятным, а её неумение быть слабой вызывало приятную дрожь. Всё в ней теперь было особенным. Лиза не опускала руку и ждала Кристину. Она не боялась получить «нет», она видела в голубых глазах напротив только «да». В этот момент ей казалось, что их накрыло куполом. Будто всё, что есть в мире, это только они двое. Никого больше не существует и не будет существовать. — Я никогда ни в чем не смогу тебе отказать, — Крис чувствовала дрожь Лизы, — Но нас всех ждет сюрприз, — Крис взяла Лизу за руку, — Завтра здесь будет Мишель. Глаза Лизы отчаянно светились, пока она смотрела на Кристину. Имя Мишель для неё не значило ничего. Но Кристина не чувствовала того же самого. — Прости, я… — Крис нервно кусала губы, — Я должна быть честной с тобой, — она прислонилась своим лбом ко лбу Лизы, — Она едет сюда и думает, что я жду её, — Кристина сглотнула, — Я вернусь, Лиза, я честно вернусь, но, блять, я должна поступить правильно. Она коснулась губ Лизы своими на несколько секунд, отстранилась и направилась ко входу в дом, оставив Лизу в одиночестве. Лизу била дрожь по всему телу, не то от холода, не то от эмоций. Глядя на ночное небо Лиза зажмурилась и сильно сжала челюсти. Немые слезы заливали её лицо. «Держи себя в руках, прорвешься, ещё не так бывает».