Пинок по шраму

             Пройдя еще несколько шагов вперед, я понял, что малость переборщил с наказанием. Испачкать кого-то — это забавно, но сделать это несмываемым — уже не очень. Стоит все-таки исправить косяк. Даже имея посредственные знания о девушках, я прекрасно могу представить их реакцию на такой позор. На меня обрушится лютая обида, которую я могу и не пережить. И чем я думал, когда крафтил бомбочку? Нашелся тут самый обиженный.       Развернувшись, я пошел обратно ко входу на базу. Оказывается признавать свои ошибки крайне неприятно. Однако все мы люди, а людям свойственно ошибаться. Но как я могу упустить такой момент? Засунул руку в сумку и достал камеру. Пленка тратится в промышленных масштабах, но это хорошо. Значит есть что снимать. Сделав нерешительный вздох, я постучал в дверь.       — Есть там кто живой? Или мне пора писать соболезнования вашим родителям? — пришлось кричать через дверь.       — Тащи сюда свою задницу, чтобы я смогла тебя задушить! — громко прорычала мне в ответ Митчелл.       — О, похоже, у вас все хорошо! А кто из вас сейчас самый забавный? — Мне кажется я где-то слышал такую заповедь — не беси. Но я атеист, мне можно нарушать заповеди! [Пока это не нарушает закон.]       — Ты издеваешься?!       — По-сто-ян-но! О великий хаос, нет смысла так сильно злиться…       — НЕТ СМЫСЛА?! ТЫ ПОКРАСИЛ НАС В СИНИЙ ЦВЕТ! — крикнула она так, что дверь затряслась.       — Ой, подумаешь… — негромко проворчал я, махнув рукой. А потом вспомнил, что меня как-бы не видно и плохо слышно сквозь дверь, поэтому повторил погромче.       — Только сунься, и я прибью тебя! — лились угрозы с той стороны.       — Уверена? — съехидничал я. — Это же была не простая краска! — Они еще не попытались почиститься?       — Ты о чем? — с подозрением спросила Мэри.       — Давай я войду, а то кричать через дверь очень неудобно. — Реально неудобно.       — Чтоб тебя… — донеслось приглушенно, после чего я услышал удаляющиеся шаги.       Приняв это как согласие, я открыл дверь, произнеся пароль, и вернулся во внутреннее пространство нашего логова. Единственное изменение с момента моего ухода — это небольшая голубоватая дымка, которая постепенно исчезала. Ну и «неожиданно» синие ребята, конечно. Как только я оказался внутри, то сразу же защелкал камерой под аккомпанемент собственного смеха. Когда еще можно застать такие кадры? Волосы у всех были одинакового насыщенного синего оттенка, открытые участки кожи были бледно синие, ближе к голубому. Одежда по цвету приближалась к волосам, хотя и была на порядок темнее. Синие люди в синей одежде с синими волосами и перекошенными лицами, разве не смешно? Да, не всем понравилось, что их снимают. Хотя Терри, например, позировал!       — Прекращай! — попыталась вырвать камеру спортсменка, пытаясь при этом руками испортить очередное фото.       — Я всегда с собой беру видеокамеру, — напевал я, увеличивая количество компромата в геометрической прогрессии.       — Ну спасибо. И позорящие фото и теперь еще непонятно сколько отмываться от вот этого вот, — погрустнела синяя Гермиона, осматривая себя со всех сторон.       — А почему вы не попробовали очиститься магией? — задал я интересующий меня вопрос.       Девочки как-то разом начали отводить глаза, да потирать запястья [кроме сверх злой златовласки].       — Да ладно? Никто из вас не знает такой полезной вещи, как заклятие очистки? А вы точно волшебники? — посмотрел я на них, прищурив глаза.       — Так почисти нас, раз такой умный! — произнесла обиженно синяя Меган, приставив руки к бокам.       — Где ближайшая ванная? — с нагловатой улыбочкой спросил я, от чего она смутилась. — Ну а касательно очиститься… — нерешительно протянул, не прекращая делать снимки. [More! More!]       — Выкладывай! — не терпящим возражения тоном сказала Мэри, которая все еще была в состоянии чистейшей ярости. Покрасневшая [с синеватой кожей выглядит прикольно], с трепетающими ноздрями, тяжелым дыханием и желанием убивать в шире обычного раскрытых глазах. Страшно! «Щелк»       — Я использовал не обычную краску, а «ВК-3», — произнес я так, словно дал все ответы на все вопросы мира разом.       — Подробнее! — снова приказала златосиневласка, чьи руки пытались что-то сжать. [«Сглотнул»].       — Это моя личная разработка, расшифровывается как вечные краски…       — ВЕЧНЫЕ?! — от громкости крика я отъехал на пару сантиметров назад.       — Ранний образец. Он не смываем обычными способами, но…       — ЧТО?!       — …сам исчезает примерно через сутки, — договорил я, игнорируя пару капель крови, вытекших из ближайшего к кричащей девочке уха.       — И ты предлагаешь нам сутки ходить синими? — на мне скрестилось множество недовольных взглядов. Женских недовольных взглядов. [Можно ли считать, что я не обделен повышенным женским вниманием? А надо ли оно мне?]       — Таким был первоначальный план. Но, обдумав, я посчитал это перебором. Поэтому буду исправлять нашу синеву. Можете считать, что у меня подала пару конвульсий давно погибшая совесть. [На самом деле все куда проще. Ссора сейчас несет только минусы.]       — Нашу? У тебя нет ни капли синего, — подала голос Сьюзен, сравнивая наши руки.       — Присмотритесь по внимательней, — произнес я, замерев в одной позе. Руки на боку, мягкая улыбка во все зубы, взгляд, наполненный концентрированной добротой и миролюбием, а также спасенный котенок на руках. [Игрушечный. Чего не сделаешь ради образа.] Увидел бы такое в зеркале, сжег бы. Аж тошнит от такой правильности.              Недоуменно переглянувшись, синие человечки все-таки решили последовать предложению. И вскоре заметили таки синий цвет на моей тушке. Черные лохматые волосы, при ближайшем рассмотрении, оказались темно-синими, что вызвало удивление у ребят.       — Как? Тебя же не было? — первой очухалась Ханна от созерцания. И почему у меня ощущения, что они смотрели далеко не на волосы?       — Остаточные пары смеси. Не знаю причину, но ослабевая они окрашивают только волосы. Да и то не сильно, если сравнивать с вами, смурфики-переростки, — ответил я, после чего пришлось выдерживать натиск пары валькирий.              Не смотря на всю мою верткость, я не смог увернуться от всех тумаков. Меган с Мэри на пару явно задумали выбить из меня всю дурь. А поскольку выйти она может только вместе с жизнью, то это становится опасным мероприятием. Пришлось сразу же выкладывать козыри, поскольку отвечать девочкам в таком же стиле не хотелось. Парни, похоже, догадывались, что их я щадить не буду [а Невилл уже видел мои физические нагрузки со стороны], поэтому просто наблюдали за избиением меня любимого.       — Я могу убрать краску прямо сейчас! — прокричал я с легким страхом, уворачиваясь от длинной палки в руках спортсменки. [И где только взяла?]       Мое избиение прекратилось и на меня уставились пять требовательных взглядов.       — Всерьез думаете, что я создавал «вечные» краски без возможности от них избавиться? Прикол этих красок в том, что снять их могу только я. И была немаленькая вероятность, что и меня цепанет взрывом, поэтому я заранее подготовил «антидот». При нанесении краска сразу исчезает, словно ее и не было! Даже одежду стирать не придется!       — Так примени его уже! — прикрикнула Митчелл, потирая кулак. [Моей щеке все еще больно.]       — Не бесись, твоя красота не пострадала! Как и у всех вас — успокоил я наших дам. — Сейчас быстренько сделаю растворчик и вы снова станете серой массой. Просто дайте мне пару минут. Можете пока посмеяться над глупым видом друг друга.              Я прошел на свое рабочее место. Поскольку антидот уже готов, мне нужен самый минимум приготовлений. Растворить его на несколько литров воды, хорошенько перемешать и наполнить им мое оружие. И все это, не отвлекаясь на несколько бесящий массовый смех. Похоже понимание, что от такой маскировки быстро и легко избавиться, сняло напряжение и позволило повеселиться. Пока они расслаблены лучшее время, чтобы начать охоту, буа-га-га!       — Пистолет? — вскинула брови пока-еще-не-златовласка, увидев, что я держу в руках.       — Лучше — это водяной пистолет! — ответил я, направив его прямо ей в лицо       — Ты не посме…       Ответом ей была наглая улыбка и нажатый курок. Особая водичка попала на девичье лицо, что сопровождалось оглушающим визгом.       — Ты оборзел? — произнесла она, вытирая лицо рукой.       — Глянь в зеркало, — улыбнулся я.             Посмотрев на обозначенный объект, она увидела, что почти все ее лицо и часть волос вернули свой естественный цвет. Поморгав и попялившись немного, она снова повернулась ко мне.       — Очищай все, — сурово сказала она.       Я крутанул пистолет на пальце, после чего начал массовый расстрел. Дальше я развлекался, издавая звуки выстрелов и отыгрывая различные сценки с ранениями, которым некоторые подыгрывали. И дополнительно высушивал мокрых девочек [(͡° ͜ʖ ͡°)] и мальчиков с помощью заклинания. Мокрая одежда очень неприятно ощущается. Хотя не обошлось без пары занятных моментов. Например Терри попросил оставить ему цвет волос, поскольку он подходит его факультету, а Сьюзен попросила образец краски, поскольку захотела себе сделать «такого интересного цвета ноготки» [цитата]. А еще заработал ачивку.       «Headshot» — сделать пять выстрелов в голову подряд. Чек.       Когда я привел ребят в норму, то разыграл между ними возможность выстрелить в мое подобие прически. Поскольку они все горели желанием выстрелить в меня [почему-то], то в итоге получился локальный турнир по камень-ножницы-бумага. Победила Мэри, с явным желанием заставить меня страдать. Возможно этот взгляд напугал ее соперников и они поддались или ей просто повезло. [А как можно поддаться в КМН?] Окей, ей повезло. Она сохраняла решимость!       Именно поэтому я не был удивлен, что первые выстрелы были предназначены для чего угодно, кроме моих волос. Понимая, что я случайно зацепил некую чувствительную ее часть, я стоически терпел это испытание, обещая отомстить в будущем! Наконец финальный залп попал в мою макушку, но все просто обязано было пойти не так.       — Твоя голова не отмылась, — произнесла удивлено карательница, присматриваясь к моим лохмам.       Бросив взгляд на зеркало, мне пришлось убедиться в ее словах.       — Еще раз, — подставил я голову снова.              Снова хедшот и я смотрю в свое отражение. Опять нет. Лезу в сумку и достаю не разбавленный антидот. Выливаю немного на макушку и растираю его как шампунь. Смываю водичкой и смотрю снова на свою голову.       — Хм. Теперь я либо останусь таким, либо оно само пройдет через сутки. Ну, в принципе, цвет даже не сильно отличается на первый взгляд. Если не пропадет, я не расстроюсь. [Хотя вопрос почему остается висеть в воздухе.]       — По итогу ты единственный, кто пострадал? — усмехнулась Гермиона, рассматривая мою темно-синюю прядку, взяв ее в руку. .       — Можно и так сказать. Хотя не сказал бы, что это сильно скажется на мне. А вы как считаете, мне идет? — поинтересовался я, позируя для банды. [В основном для девчонок. Позировать для парней звучит как страшный сон.]       — Особой разницы не вижу, — произнес Невилл под кивки парней.       — Скорее да, чем нет… — задумчиво осмотрела меня Митчелл.       — Придает некоторой необычности, — высказала мнение Ханна, фотографируя меня моим же фотиком. Что?       — И правда, — согласилась Сьюзен, наблюдая.       — Да почти одно и тоже, — не особо задумываясь, произнесла Меган.       — Тогда тем более нет причин переживать. Ладно, бардак исправлен, виновные понесли наказание, — я потер прядку волос, — а скромный великий герой покидает место трагедии после завершения работы!       — Слова скромный и великий не должны стоять в одном предложении, — проворчала Грейнджер.       — Не придирайся! В любом случае, теперь я действительно опаздываю на тренировку. Поэтому я вас покину. Сайонара! — попрощался я и спешно покинул базу.       — А вам не кажется, что в прошлый раз он точно также ушел? — внезапно сказал Невилл.       Сложив два и два, банда ломанулась на выход. Покинув базу, ребята заняли выжидательные позиции вокруг двери. Однако в течении нескольких минут ничего не происходило.       — Мы просто так вышли, да? — решила спросить Сьюзен, окинув всех печальным взглядом.       — Он нас снова провел, — ответил ей Кен, прикрыв глаза рукой.       — Или мы сами себя провели, — возразила Гермиона, сверлящая взглядом какую-то трещину на стене.       — Знаете чего я не поняла? — спросила сидящая на корточках Ханна. Когда все обратили на нее внимание, она продолжила. — Как так получилось, что после всего им устроенного мы практически сразу простили его и начали поддерживать?       — По той же причине, почему мы вообще здесь находимся, — не медля произнес Бут, проведя рукой по своей синей шевелюре. — Этот засранец чем-то цепляет. И мы не особо хотим от этого чего-то избавляться.       И никто не смог найти, чем ему возразить на это утверждение.       

***

      Этой пятницы я ждал с большим нетерпением, ведь именно сегодня начинаются дополнительные занятия со Снейпом по его мистической специальной программе. Даже и не знаю чего ожидать. Ладно, стоять перед дверью можно вечно, но что-то восторга это не вызывает, поэтому я поднял руку и постучал. Через пару секунд дверь открылась без посторонней помощи, приглашая войти. Поскольку выбора, как такового, не было, я прошел внутрь.       Кабинет был все таким же мрачным со все теми же противными банками. [То, что мне нравится зельеварение не значит, что мне нравятся крысиные внутренности и иже с ними.] Профессор восседал за своим столом, проверяя очередное эссе. Учитывая то, сколько он черкал на этом пергаменте, кому-то придется переделывать. Услышав мои шаги, он поднял взгляд на меня.       — Садитесь за парту. Можете пока подготовить котел, — произнес он и продолжил проверку.       Не став пока ничего говорить, я направился к своему обычному рабочему месту. Переоделся в свой защитный набор и притащил котел, который наполнил водой. Сделав эту нехитрую подготовку, я присел и принялся ждать учителя. Почеркав еще немного и пожаловавшись на «неизлечимых кретинов», он закончил свою деятельность и подошел ко мне.       — Итак, сейчас я кратко поясню вам, как будут проходить наши дополнительные занятия. Я буду давать вам теорию, а после вы будете готовить зелье, в котором будут встречаться связанные с темой моменты. Также вы можете задавать мне интересующие вас вопросы, главное не скатывайтесь обратно на уровень этих… — Снейп махнул рукой в сторону стопки.       — Как будет решаться вопрос с ингредиентами? Сомневаюсь, что предложенные вами рецепты совпадут с набором первого курса, — задал я важный вопрос.       — В конце занятия я передам вам список необходимых ингредиентов на первое полугодие, — не моргнув глазом ответил профессор.       — Тогда я имею полное право забрать приготовленные мной зелья? — Запас карман не тянет.       — Имеете, — согласился он без лишнего недовольства.       — И еще один интересующий меня вопрос. После того случая с Джонс я хотел спросить, много ли зелий может убить при приготовлении? — Пускай это был не смертельный случай, но приятного в этом мало.       — Приличное количество зелий могут навредить при неаккуратной варке, а если быстро это не исправить, то вполне могут убить, — ответил профессор будничным тоном.       — А в учебной программе есть такие зелья? — Они же беспокоятся о детях, верно?       — Все. [Мне показалось или он скривился?]       — А составляете ее вы или «умные дяди» из министерства?       — Мою учебную программу я даю вам прямо сейчас, — понимающе усмехнулся он.       — Вопросов больше нет. — Кому нужны эти дети, верно? Я никогда не смогу понять волшебников на сто процентов.       — Прелестно. Записывайте сегодняшнюю тему: влияние магической энергии на приготовление зелий…

***

      В субботу утром я валялся на своем любимом диване и размышлял о вчерашнем уроке и о первом месяце учебы в целом. Если сравнить обычный урок зельеварения и персональное занятие со Снейпом, то это две полные противоположности. При обучении один на один он давал куда более углубленный материал в приличном количестве, обращая внимания на некоторые важные моменты, а также корректировал приготовление зелья, подсказывая, где можно сделать лучше. Короче говоря, был очень хорошим наставником. Он меня даже не оскорбил ни разу за время приготовления зелья, хотя я и сделал пару косяков. Скажешь кому — не поверят! Однако к причине такого его поведения я пока что не приблизился. Ну ничего, время покажет!       Также отдельно хочу поблагодарить Министерство магии за еще одну возможность умереть в Хогвартсе! Просто я попросил у Снейпа методичку от министерства, чтобы убедиться в честности профессора. Там даже намека на технику безопасности нет! Просто список зелий на каждое занятие, начиная с первого. Учитывая, что каждое предложенное ими зелье может убить, то либо в министерстве идиоты, либо они хотят избавиться от самых тупых. Я склоняюсь к первому варианту, поскольку второй никогда не был выгоден власти.       За этот месяц я таки заработал репутацию хорошего мальчика с шилом в заднице. Ни одного моего розыгрыша не смогли повесить на меня, да и перед ликом учителей я вел себя примерно. [Почти.] Шило же приписали, потому что я это я. С таким бонусом, у меня куда меньше связаны руки, ведь в первую очередь думать будут на других. Творить грязь будет попроще в дальнейшем, хотя со стариком нужно быть бдительней. Его мои трюки вряд ли проведут, но, думаю, я еще смогу его удивить. Он ведь меня так и не поймал! Ну, главное не оставлять следов.       Некоторые мои наработки успешно испытаны, что не может не радовать. Безопасность все еще у меня в приоритете. Даже навесив на себя несколько слоев защиты, я предпочту не лезть в логово дикого зверя. Вне зависимости от ситуации. Даже если там нечто сильно нужное мне. Разве что только в том случае, если это поможет мне спасти мою жизнь. И почему всегда есть это пресловутое но?       Выстроенные отношения с «почти друзьями» меня устраивают. Как они не пытаются, я пока так никого из них и не могу назвать своим другом. Чего-то мне не хватает для этого. Сложная эта тема, если так подумать. Я в целом то не силен в социальных связях, а тут на меня сразу вывалилось…       — Гарри? — обратилась ко мне одна из «почти друзей» девочка с белыми косичками, вырывая меня из мыслей.       — Ханна? — с той же интонацией произнес я, приподнявшись и сфокусировав на ней взгляд. Сегодня она была одета в серую юбку и бежевого цвета кофточку. Я же был в любимой футболке и джинсах. Носить форму в выходные вы меня не заставите!       — Ты здесь один? [Сказала она, стоя рядом.]       Я окинул базу взглядом. Из живых здесь нас было только двое. Если, конечно, здесь нет какого-нибудь мастера маскировки. Нет же?       — Эм, а ты реальная или я ошибся при варке зелья? , — Вроде правильно приготовил…       — Вроде настоящая, — потыкала она себя в щеку. — Ну, просто, вдруг ты кого-то ждешь… — начала она мямлить, скручивая края мантии.       — Да нет, просто размышляю о всяком, — вновь уставился я в потолок, опустившись обратно.       — Выслушаешь меня? — несколько жалобно попросила девочка.       — Не тогда, когда ты просишь таким тоном. О чем речь хоть будет? — Эй, не судите меня! Сложно отказать жалобно просящей милашке.       — Ответ на твой вопрос, — произнесла она, собираясь с силами.       — Действуй, — дал я ей зеленый свет.       Не уверен, чем она руководствовалась в этот момент [Неужели мое действуй придало ей сил?], но она просто взяла и легла рядом со мной на диване, начав смотреть туда же, куда и я.       — Смело, — произнес я, скосив глаза.       — В сравнении с другими, не очень, — грустно вздохнула она.       — Все познается в сравнении, да? — усмехнулся я. Взяв со стоящего рядом столика стакан, сделал из него глоток. И почему все зелья такая редкостная гадость?       — Это зелье? — спросила Ханна, заметив мои действия.       — Оно самое. Настой вербены.       — А зачем пьешь? — спросила она, мило и невинно смотря на меня. [Да, для меня это мило.] Появилось сильное ощущение, что если я ее обману, то это сулит большие неприятности, да и вообще будет страшным грехом. Не вижу причин не верить чуйке.       — Хочу пробудить магическое зрение, — честно признался я. — Данный состав поможет ускорить процесс, правда не самым приятным способом.       — Ты горишь! — воскликнула она, приложив ладонь мне ко лбу.       — Считай, что я очень сильно смущаюсь, когда лежу рядом с такой милашкой как ты, — ответил я ей, вогнав ее в краску. — Успокойся, все у меня хорошо. Это от зелья.       — Но ведь…       — Я проконсультировался с П, так что проблем быть не должно, — прервал я ее. [Возможно, если бы я действительно с ней проконсультировался, прогноз был бы иным.]       — С кем? — не поняла хаффлпаффка.       — Мадам Помфри.       — Почему П?       — Ее это бесит. [Видели бы вы ее лицо, когда я ее в первый раз так назвал.]       — И почему я не удивлена… — пробормотала она, прикрыв глаза рукой.       — Так что не переживай понапрасну, все идет по плану! [Которого нет!]       — Точно? — уставился на меня серьезный хомячок. Простите, вырвалось. Ну похоже же…       — Насколько это возможно, — ответил я, прикрыв глаза. [Думаю не стоит упоминать головную боль, горящие глаза, противное шевеление ауры и общее отвратительное состояние. Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем…]       — Хм, ну ладно.       Я лишь улыбнулся.       — Ты упомянул, что все познается в сравнении? — спросила она. Я согласно кивнул. — Мне это знакомо куда сильнее, чем ты думаешь. Видишь ли, у меня есть старшая сестра — Элизабет. Она на девять лет старше меня. И она идеальна, — выдала Ханна сдавленным тоном.       — Врешь! Идеала не существует. Даже я не идеал, хотя и максимально близок к этому! [Правда, не в данный момент.]       — Хи-хи. Возможно, — немного повеселела девочка. — Однако, как на нее не посмотри, она идеальна во всем. Внешность, учеба, талант, общительность… во всем. Чтобы она не делала, у нее все получается. И ее все любят. А есть я, — поникла она. — И поскольку мы сестры, меня с детства все сравнивали с ней. И всегда и во всем я была хуже по их мнению. Выражение «А вот Элизабет…» я слышала чаще, чем свое имя. «И почему ты не можешь быть как твоя сестра?», — передразнила она кого-то. — О, ты научилась читать? А Лиза начала на год раньше! Нравятся растения? А вот Лиза, в отличие от тебя, такой фигней не страдает. У тебя снова не получилось зелье? А вот Лиза такие с первого раза готовила! Ты сделала печенье? У Лизы вкуснее… Чтобы я не делала, меня всегда сравнивали, и всегда не в мою пользу. Даже она сама вела себя со мной как с чем-то незначительным. Вот такая вот я — всегда хуже, всегда глупее, всегда менее значимее… — хаффлпаффка замолкла.              Бросив на нее взгляд, увидел что девочка слегка дрожит, а из глаз текут слезки. Прокляв свою удачу [в который раз], я приобнял ее за плечи левой рукой и немного прижал к себе. От удивления, она пискнула, но вырываться не стала. В такой позе мы провели некоторое время, пока она не подала голос:       — Спасибо… — прошептала девочка.       — У меня была несколько другая ситуация. Если тебя сравнивали с превосходящим тебя существом, то меня опускали ниже свиньи в парике. Фактически, мне нельзя было быть лучшего в чем-либо, иначе меня ждало наказание. Получил оценку выше? Значит списал. Наказание. Сделал поделку лучше? Значит поменял с работой кузена. Наказание. Дадли тебя избил? Не ври мне! Наказание. И так во всем и всегда. Раньше я завидовал ему…       — А сейчас? — быстро спросила девочка с интересом.       — Сейчас меня интересую только я сам. Я делаю все, чтобы быть счастливым. [Да, мое текущее отвратительное состояние тоже на это направлено. Мыслите шире!]       — То есть ты так себя ведешь, потому что тебе это нравится? — удивленно уставилась она на меня.       — А зачем еще мне это делать? — Зачем делать что-то, что тебе не нравится, если ты можешь этого не делать?       — Чтобы отвлечься? [Чувствую печальный опыт.]       — Тоже вариант, но нет. Я делаю только то, что хочу делать. Не больше, не меньше, — сказал я, делая еще один глоток.       — Например лежать здесь и обнимать меня, — хитро стрельнув глазами, спросила Ханна.       — Могу отпустить, — произнес я, спокойно допив и убрав стакан.       — Даже не смутился… — чуть расстроилась она.       — А ты хотела увидеть фонтанчик? Поверь, этого мало для моего смущения. [Наверное.]       — А чего не мало? — невинно спросила хаффлпаффка, хлопая ресницами. Прекращай, это грубая игра!       — Маленькая еще для этого, — щелкнул я ее по носу.       — Мы ровесники, — припечатала она.       — И что это меняет?       — Что я могу знать то, что знаешь ты, — ткнула Ханна меня пальцем.       — Маленькая еще, — снова щелкнул ее.       — Эй! — прикрыла она нос.       — Ха-ха-ха! В любом случае, ответ засчитан, — улыбнулся я ей.       — Угу, — кивнула она.       — Отлепляться собираешься? — бросил на нее ехидный взгляд.       — А надо? — последовал обезоруживающий ответ.       — Ну вот, теперь я смущен. Довольна? — произнес я, отведя взгляд. Надеюсь, что не покраснел.       — Мгм… — донеслось до моего уха что-то невнятное. Бросив украдкой взгляд, увидел что не я один смутился.       — Ну, судя по времени, тебе пора идти на обед, — сказал я, проверив время.       — А ты? — спросила все еще смущающаяся девочка.       — А я сегодня на особой диете, — в меня уперся взгляд злого бурундучка. Ну не могу я не сравнивать! — Мне еще около часа здесь лежать, попивая отвратительную на вкус жидкость, а затем меня ждет суровая [мучительная] тренировка, — расщедрился я на пояснение.       — Не хочу уходить, — тихонько прошептала она.       — Жизнь на этом не закончится, — пожал я плечами как мог в этой позе. Ханна сильно покраснела и начала сверлить взглядом мое плечо. Похоже, я не должен был этого услышать, а тем более отвечать. Как же все сложно в этих ваших правилах общения. Еще глоток зелья.              Девочка с явной неохотой встала с кровати, что несколько улучшило мое состояние. Даже если обнимаешь милашку, тебе может быть неприятно. Не поймите неправильно, это было не единственное ощущение. Представьте себе это как наложение двух линий. Одна показывает приятное ощущение от процесса, а вторая неприятное. И у меня неприятная немного длиннее, из-за чего это ощущение преобладает. Не настолько, чтобы отталкивать девочек от себя, но мне лучше если я вообще не касаюсь кого-либо. Такая вот я зверюшка.       — Тогда до встречи, — попрощалась она.       — Увидимся, — махнул я рукой.              Девочка ушла на обед, а я остался наедине с настойкой вербены и пренеприятным состоянием. И это был мой осознанный выбор. Хочешь хорошей жизни, готовься много работать. И страдать.

***

      Остаток субботы был не самым приятным временем. Но ради ускорения получения магического зрения стоит пострадать. Настой вербены, который я принимал, усиливает воздействие ауры на организм, из-за чего я и испытывал все эти симптомы. До самой ночи я пытался получить эту способность, что, с большим трудом [дикая боль и небольшая вероятность порвать ауру], я смог сделать. Но с косяками. Когда идешь коротким путем, есть шанс вляпаться во что-то неприятное. В данном случае я открыл зрение через силу, чем, собственно, повредил его. Потребуется пара недель до восстановления, но это лучше, чем еще пара лет неспешной подготовки. О самом зрении вам расскажет профессор Поттер, но потом. [Когда я его наконец испробую.] А как вы проводите выходные?       В воскресенье после обеда [я проспал все утро во имя восстановления] я собрал всю банду на совместную активность. Наконец мы сделаем то, что откладывалось все это время по разным причинам. Мы будем изучать замок на предмет секретов и тайных ходов! Отказы не принимаются. На такое предложение ответ был положительный [с небольшим бурчанием], поэтому наш бравый отряд отправился покорять Хогвартс.       Точкой старта было выбрано больничное крыло. Заходить в него мы не собирались, просто я решил начать наш поиск от него. [Меня обещали прибить, если я снова там покажусь на этой неделе без какого-либо заболевания. Зачем мне туда ходить? Морально отдыхать. Просто мадам П, на удивление, оказалась тем человеком, с которым я могу провести бессмысленный диалог, наполненный различными подколками, которые каждый из нас прекрасно понимает. Но в меру, иначе бы не появилось условие в виде «Не больше пяти раз в неделю!». И нарушать это соглашение я не намерен.] Покосившись на дверь этого важного места, я обратился к народу.       — Итак, юные археологи, наша экспедиция начинается прямо здесь! Мы обыщем каждую трещинку и каждый камушек в поисках тайн! Осматриваем все, что здесь есть, двигаем и вертим все, что не прибито, а также тыкаем в каждое подозрительное место! Мы найдем все секреты этого древнего замка! В путь! — прокричал я мотивирующую речь, и начал идти по коридору.       — Погоди минутку, — остановила меня Меган. — Ты хочешь сказать, что боишься летать на метле, но не боишься исследовать потайные коридоры замка, в которых можно найти неведомую фигню, которая может быть в разы хуже метлы?       — Не знаю с чего ты это взяла, но я не боюсь летать на метле. Я просто не особо спешу умирать. В теории коридоры замка куда безопаснее метлы, плюс знание секретных проходов может иногда спасти жизнь. Или от неприятностей. Зависит от того, от чего ты убегаешь. — Например от проникнувшего в замок монстра из запретного леса или если кто-то идет тебе на встречу, а ты обоссался. Ситуации разные бывают.       — А разве ты не называл лестницы верными слугами смерти? — поинтересовалась Сьюзен, рассматривая мою исследовательскую шляпу. [Это шляпа Индианы Джонса!] Это. Исследовательская. Шляпа. [Он безнадежен. (oT-T)尸]       — И никто пока не доказал мне обратного! И мы не лестницы осматриваем, — ответил я, пафосно придерживая край шляпы.       — Мы просто ищем секретные ходы, в которых скорее всего будут лестницы, — в никуда сказал Кен своим пофигистичным тоном.       — Давайте уже просто займемся делом, — простонал я.              В течении получаса мы почти полностью прощупали весь первый этаж. Парочку секретных ходов мы таки нашли! Один открывался если потянуть светильник, а второй от нажатия на листик на одной резьбе. Тот что за светильником, как мы выяснили, вел на второй этаж недалеко от кабинета МакГонагалл. Второй же открывал пустое помещение, покрытое пылью и паутиной. Можно ли послать директору жалобу на отсутствие сокровища в скрытом месте? Надо обязательно добавить пару слов о детском разочаровании и потере веры в чудо.       Уже в конце первого этажа мое заклинание, которым я облегчал нам работу, показало, что за стеной пустое пространство. Магическое зрение сейчас конечно больше бы помогло, но используем то, что можем. К тому же стоит помнить про то, что стены Хогвартса, по идее, должны быть пропитаны маной, из-за чего возможно я ничего не увижу. Прошлые два раза закончились найденными секретиками, так что убедившись, что там не находится очередной кабинет, мы принялись искать способ открытия прохода.        Два часа! Мы потратили два часа, но не смогли его открыть. Мы ткнули пальцами в каждый миллиметр этой проклятой стены, мы покрутили и подвигали все не закрепленное [И то, на что хватило физических сил повернуть! Если что, это не я.]. И ничего! Но там точно что-то есть. Я чувствую это! А также верю в свое заклинание.       — Подводим итог. Простыми способами туда нам не попасть, значит остается только два варианта. Магия, — я выставил вперед левую руку с поднятым указательным пальцем, — и пароль, — выставил правую зеркально левой.       — Магия? — захлопала глазами Ханна.       — Это означает, что тайный путь открывается заклинанием или определенным магическим воздействием, — объяснил я без привычного сарказма, чем вызвал удивленные взгляды в свою сторону и парочку подозрительных на Аббот. — Пробуем! — хлопнул я в ладоши, вернув народ обратно в реальный мир.              Дальше мы применили все известные нам отпирающие чары [В теории взрыв тоже отпирает двери, но это на крайний случай.]. Результат нулевой. Я даже попытался чистой магией пошебуршить, но тоже в молоко. Хотя кое-что я все-таки смог понять с помощью этой махинации.       — Там есть магия. И она не замковая. Скорее всего защитный механизм с паролем. — Я нащупал несколько насыщенных маной линии, из-за чего сделал вывод, что это руны. А дальше простая логическая цепочка.       — И как нам его узнать? — изогнула бровь Митчелл.       — Угадать, — пожал я плечами.       — И как? У нас нет ни малейшей зацепки, а паролем может быть что угодно! — справедливо возмутилась она.       — Ставлю галлеон, что это связанно со стариком, — в моей руке, словно по волшебству, появилась монетка.       — Думаешь замешан директор? — постукивая по стене, спросил Терри.       — А кто еще? В этом замке мало что происходит без его ведома, — произнес я, подкидывая галлеон.       — И ты предлагаешь называть то, что чудаковатый старик мог использовать в качестве пароля? — скептицизм Сьюзен, казалось, можно потрогать.       — Понимая мотивы старика, можно предположить, что это не то, о чем можно упомянуть в обычном разговоре. Так что начинаем перечислять. Я начну: кровь девственницы, прах вампира, экскалибур, сухожилие оборотня, золото леприкона, философский камень…       Раздался тихий скрежет и стена разошлась открыв проход, а я заработал порцию шокированных взглядов. И ачивку.       «Сезам откройся» — угадать пароль без подсказок менее чем за десять попыток. Чек!       — Это было проще чем, мне казалось, — задумчиво произнес я, поглаживая подбородок.       — Ты знал? — недоверчиво переводила взгляд с меня на стену Мэри.       — Если бы я знал, мы бы не торчали тут уже третий час, — покачал я головой. — Ну, кто горит желанием узнать тайны директора?       — Очевидно ты, — произнес МакКой, вглядываясь во тьму.       Из прохода подул ветерок, который заставил всех нас поежиться. Рефлекторно все отошли на шаг назад от неприятного ощущения.       — Мне как-то не по себе, — тихонько сказала Ханна, со страхом поглядывая в темное отверстие.       — Кажется, оно чем-то отличается от прошлых находок, — подал голос Невилл.       — Кто со мной идет внутрь? — задорно спросил я, снова ухватившись за свою шляпу.       Ребята лишь молча переглядывались.       — И они еще называют меня трусом… — пробормотал я.       Я конечно рисковый парень, но не настолько, чтобы выходить из дома без нескольких слоев защиты. И все равно нервничаю. Так, пущу-ка я светляка вначале. Покажу им [и себе], что это просто обычный коридор или тайный склад порнушки Дамблдора. Что-то лезть туда захотелось еще меньше. Кто знает, может старик предпочитает ровесников или мужиков? Такая находка может оставить глубокую моральную травму на детской психике… Не о том думаю. Пустить светляк!       На конце палочки загорелся яркий шарик света. Отцепившись от матери, новорожденный полетел в темное нечто. Красивая метафора вышла! Света было более чем достаточно, чтобы осветить небольшой коридорчик, однако направив его в дальнейший путь, мы сделали неожиданное открытие. Коридор был очень коротким, буквально три-четыре метра, и переходил в обширное пустое пространство, протяженностью в несколько этажей. Подойдя к концу этого коридорчика, я направил по светляку вверх и вниз. Верхний остановился на высоте нескольких метров надо мной и осветил каменный потолок с …деревянным люком? Странно.       Отправленный на дно источник света высветил густые заросли неизвестного мне растения. Все, что я могу о нем сказать, это то, что этот сорняк в виде лоз, зеленый и его много. Мне нужно мнение эксперта. И глоток Феликса Фелициса, поскольку удача мне бы тоже не помешала. Ну и если мне разрешают, то я бы не отказался от… («Звук удара») Опять мысль пошла куда-то далеко.       — Пните Невилла сюда, тут вопрос по его части — крикнул я банде, после чего слушал эхо собственного голоса, распространяющееся по этому залу. Приятный звук. Может стоит записать пару песен?       Скоро парень появился в поле моего зрения, делая очень нерешительные шаги.       — Какой у тебя вопрос? — спросил он, встав рядом. В то же время его взглядом бродил по помещению, а сам мальчик вздрагивал от каждого шороха.       — Там неизвестное мне растение внизу. Можешь определить его? — указал я ему на дно зала.       Гриффиндорец присмотрелся повнимательней и увидел объект исследования. После того, как он начал изучать эту поросль, все его напряжение и страх куда-то делись. Я видел перед собой собранного, увлеченного своим делом парня. А травка явно не простая, учитывая хмурое выражение лица Невилла, а после и добавившуюся легкую бледность. Повернувшись ко мне, он сделал свой вывод:       — Больше всего похоже на дьявольские силки. Хотя это еще может быть дикая винилема. С такого расстояния сложно сказать точнее, — почесал он затылок.       — Что за фрукты эти овощи? — произнес я, делая снимок растения.       — Дьявольские силки — это лозы, растущие в темных и влажных местах. Особенность в том, что они душат любого, кто попадает в их заросли. Бояться света, что помогает с ними справляться. Сделаешь мне копию снимка? — бросил он взгляд на камеру.       — Конечно. А второй вариант? — Ставлю на еще одно смертельно опасное растение.       — Дикая винилема. Обычно встречается в тропических зонах. Выглядит как увитые мелкими колючками лозы. В колючках содержится неприятный яд, который начинает понемногу растворять жертву.       — Виниловый яд? — удивился я. Редкая штука так-то.       — Он самый, — кивнул Невилл. — Встречал такой?       — Применяется в паре интересных зелий. — Например очищенная кровь единорога. Сама кровь в чистом виде хорошее лекарство, а очищенная ей в этом не уступает, зато храниться намного дольше. Кровь, причем любая, не является предметом длительного хранения.       — По условиям и внешнему виду только эти два подходят. — Мне и этого хватило. И почему все в этом замке хочет тебя убить? И как остальные выживают при этом? Главная тайна Хогвартса, не иначе.       — Либо душащее тебя растение, либо отравляющее растворяющим тебя ядом. Думаю они будут хорошо смотреться в горшочке на столе. Идеальный подарок достойному его человеку! Какой только хрени нет в этом чертовом замке… — покачал я головой. — Возвращаемся.       Мы вдвоем покинули это странное место и вернулись к остальным.       — Ну! Что там? — сразу же спросил Терри, только завидев наши фигуры.       — Дырка вниз со смертельно опасным растением на дне. Если кто-то подумывал побывать на том свете, то у вас есть прекрасная возможность! Вы можете задохнуться или, буквально, растаять! Не смотрите на меня так, варианты умереть определял наш ботаник, — хлопнул я его по спине.       Все взгляды перешли на него. Он лишь кивнул, подтверждая мои слова.       — И что теперь? — задала вопрос Ханна, бросив очередной испуганный взгляд на проход.       Но я проигнорировал ее реплику. Просто в моей голове сложился пазл. Ведь этот подозрительный люк на потолке находится как раз на уровне третьего этажа. Третий этаж, смертельная опасность… смекаете?       — Забудьте об этом, — произнес я негромко.       — В чем дело? — серьезно спросила Митчелл.       — Поверьте, лучше в это не лезть. Если вы находитесь близко к смертельно опасному, то есть маленький шанс, что вы выживете. Пойдемте лучше есть, уже почти время, — сказал я и пошел к большому залу под недоуменные взгляды.       — И ты оставишь эти опасные штуки там? — окликнула меня Меган.       — Это не мой секрет. Можешь пожаловаться старику, он явно тебя послушает. Он же шутки ради их туда поместил! — я выдохнул. — Просто забудьте, — произнес я и слинял.       Надо будет придумать другой способ ухода от неудобного разговора. Но не говорить же детям, что мы нашли потайной ход в запретный коридор? Они же на чистом любопытстве полезут, не взирая на все опасности. И стоит ввести новое правило — не лезть в нычки директора без полной боеготовности. Черта с два я оставлю их в покое! Стоп, что?

***

      — Эй, Поттер! — окликнули меня после чар.       Бросив взгляд на источник голоса, я увидел Малфоя-младшего, которого уже успели, Мордред его знает за что, окрестить «серебряным принцем». После нашего подобия разговора в поезде [ну и, может быть, «прынцесс»], данный индивид заточил на меня зуб. Проявлялось это в попытках унизить и оскорбить мою особу. Правда были они настолько жалкими, что я их и не заметил бы, если бы блондинчик как-то раз не бахвалился тем, как он успешно «унизил» этого недостойного МКВ. Впрочем, мне было как-то плевать на все это. Просто незаметно намочил ему штаны там, где вы подумали. Так, что-то я задумался.       — Минутку, принцесса, мне нужно собраться, — ответил я ему, убирая вещи в сумку. О, похоже мое высказывание вызвало у него вспышку злости, из-за чего он заговорил куда громче и высокомернее, привлекая внимание всех первокурсников наших факультетов.       — Ты недостаточно влиятелен, чтобы разговаривать со мной в таком тоне! — проговорил он, задрав нос. [Но ведь Малфой ко мне первый подошел и заговорил…]       — Я не хочу общаться с тобой в принципе. Рад, что мы разобрались с этим. Прощай, — махнул я ему рукой и начал уходить. Если к тебе подходят для разговора и говорят, что ты недостоин разговаривать с подошедшим, то это даже звучит неправильно. Эх, у мальчика явно проблемы.       — Стой! Ты унизил меня! — прокричал он мне в спину, топнув ногой.       — Ты про какой из случаев сейчас говоришь? — Просто интересно, что его сильнее задело.       — Про мокрые штаны! Как ты посмел…?       — Недержание лечится, нечего сваливать свою вину на других, — резко прервал я его. Услышав мой ответ, присутствующие хаффы засмеялись, а также промелькнуло пару улыбок у слизеринцев.       — Я знаю, что это ты! — обвинительно тыкнул блондинчик в меня пальцем, стремительно краснея. Сложно сказать от гнева это, или от смущения. А может и того и того.       — Знать все на свете нереально, но я, мечту свою лелея…       — Прекрати нести чушь! Ты оскорбил наследника рода Малфоев! — выдал он свой главный аргумент.       — А ты наследника рода Поттеров. Мы квиты, — отбрил я его. Это наверняка где-то записано. В министерстве выдают такие свидетельства?       — Я вызываю тебя на дуэль чести! — Пафос достиг пика, а нормальность дна.       — Тебе мало позора? — устало спросил я. Общение с идиотами выматывает очень и очень сильно.       — Такой магловский выкормыш как ты, никогда не сможет победить наследника древнего рода! — возвышенно произнес он, чем вызвал мини-истерику у всех членов моей банды [хаффлпаффской ее части]. — Что смешного я сказал? — несколько растерялся он от такой реакции.       — Невербально умеешь колдовать? — задал ему встречный вопрос Кен, смеющийся в кулак. Что забавно, его лицо все еще покерфейсное, не смотря на смех.       — Причем тут это? — перевел взгляд наследник с меня на него.       — Если не умеешь, то ты уже проиграл, — пожал МакКой плечами.       — Хочешь сказать он умеет? — послал он полный скептицизма взгляд, качнув головой в мою сторону.       Кен лишь улыбнулся краешком губ. Манипулятор доморощенный. Прям как я!       — Не слушай этого, явно пытающегося сбить тебя с толка, парня. Когда дуэль, какие ставки? — Раз он так хочет проиграть, то почему бы мне чего-нибудь с этого не поиметь?       — Это дуэль чести. Наша ставка — честь! — а я думал выдать больше пафоса нельзя. Век живи, век учись. Только не этому.       — Тогда не интересно. Эфемерные вещи меня не особо интересуют. [Разве что преданность.]       Я развернулся и пошел прочь от него. Мои последние капли интереса к нему испарились на воздухе.       — Экспеллиармус! — прокричал Малфёныш мне в спину.       Заклинание ударилось в активированный мной щит амулета. Невидимость щита невероятно крутая вещь! Однако каков гаденыш! В спину, безоружного, красивого… «Много лестных определений спустя» Не став тратить лишнее время, запустил в ответ слизеринцу светяшку и прикрыл глаза, отвернувшись. Умные и внимательные заметят, за остальных все решит естественный отбор.       — И что это за позорище? Ты собрался победить меня шариаааааааа, — запущенный мной шарик засиял ярким светом, ослепив близко стоящего к нему Малфоя [это, наверно, было больно] и резанув по глазам всех остальных, кто не додумался прикрыться.       Я же спокойно пошел дальше, даже не обернувшись для изучения результата. Крик пострадавшего все передал без слов.       — И ты просто уйдешь, оставив его здесь в таком состоянии? — прервал наступившее молчание [хныкающего «принца» мы успешно игнорируем] спокойный девичий голос.       — Да, — ответил я, не останавливаясь.       — Ты нанес ему серьезные повреждения!       — Он напал первым. В спину. И при этом что-то кричал про честь, — я остановился и обернулся на говорившую. Девочка-блондинка из слизерина, чей покерфейс не намного уступает Кену. Как ее там, Дафна Гринграсс? Впрочем, не имеет значения, как ее зовут. — От меня ему досталось меньше всего. Вряд ли его папочка одобрит такое поведение. Как и все вы. — Если ты строишь из себя знать, то хоть веди себя как знать, а не как отребье с трущоб.       — Как мы себя поведем, это наше дело. Однако ты напал на члена нашего факультета, что нельзя оставить безнаказанным, — влез в разговор тощий слизеринец. Теодор Нотт. Ему нравится блондинка? Не имеет значения, какая из двух.       — Ты в дверь с первого раза попадаешь? Он напал первый.       — Ты спровоцировал его! [Да, но ты не докажешь.]       — Уверен, что тебе не нужны очки? Малфой первый подошел ко мне, первый начал на меня клеветать, первый напал на меня. Все начал он. Я то в чем виноват? — парировал я.       — Ты атаковал его! [А он упертый.]       — Он сделал это первым! Ты реально тупой или пытаешься выиграть разбирательство с профессорами? — глянул я на него, прищурив глаза.       — Все что я делаю, это пытаюсь добиться извинений! — почти закричал слизеринец.       — Окей. Извини, что я прав. Такое случается, — произнес я, из-за чего засмеялись все хаффы и, что неожиданно, хихикнула Дафна. Но, разумеется, Теодору это не понравилось. Вроде. Сложно применять эмпатию, когда все обвешаны амулетами, как новогодняя елка.       — Я пытался решить по хорошему, но… — начал спич Теодор, но был вынужден прерваться.       — Что здесь происходит? — вышел из кабинета маленький профессор. Он посмотрел на хныкающего Малфеныша, на меня и Нотта и на всех присутствующих.       — Малфой напал на меня и поэтому слизеринцы с меня требуют извинений, — ответил я профессору.       — То, что вы сказали, не имеет смысла, — покачал он головой.       — Я тоже так думаю, но почему-то в жизни все всегда так и происходит, — печально вздохнул я       — Не могу не согласиться, — также вздохнул Флитвик, — однако мне все еще интересна полная картина произошедшего.       — Ваше право. Итак, после урока у самого лучшего преподавателя один прекрасный мальчик по имени Гарри…       — Что за чушь ты несешь?! — вклинился Нотт.       — Я описываю события со своей точки зрения. Тебе тоже стоит к этому подготовиться. Хотя тебе будет труднее, лучший комплимент я уже урвал, — ответил я ему с наглой улыбкой, после чего продолжил рассказ.              Флитвик внимательно выслушал меня [и даже похлопал мне в конце за выразительность и артистизм], после чего выслушал версию слизеринца. Малфой все еще лежал на полу и стонал, что явно намекало на его положение на факультете, да и просто среди однокурсников. Даже его телохранители не лезли.       — Что ж, — произнес профессор, когда выслушал нас обоих. — Как ни посмотри на эту ситуацию, виноват мистер Малфой. Минус десять баллов Слизерину. Отнесите его уже в больничное крыло. И передайте, что я назначил ему три отработки у мистера Филча за грубое нападение на студента, — вынес вердикт полугоблин.              Два крупных слизеринца, которых зовут Кребб и Гойл, подхватили «человека чести» и унесли его. Удостоив меня презрительно-гневным взглядом, Нотт тоже покинул место бессмысленного столкновения. За ним потянулись остальные слизеринцы. Я же поблагодарил Флитвика за справедливое судейство и также покинул это место, размышляя: что же задумали слизеринцы?       

***

      Бесконечно можно смотреть на три вещи: как течет вода, как горит огонь и на все остальное. Сегодня моим третьим пунктом было наблюдение за оживленным спором. Немного предыстории. В моей банде есть несколько своеобразных личностей, которые умудрились как-то уживаться друг с другом. Однако очень сложно поддерживать общение, когда люди являются противоположностями друг другу. И вот сегодня произошел первый конфликт интересов.       Есть у нас одна девочка, которая любит учиться и сомнительно относится к квиддичу. А также у нас есть девочка, которая не любит учиться и фанатеет от квиддича. Чувствуете, да? Чуть меньше чем через две недели будет первая игра межфакультетского чемпионата Хогвартса по квиддичу. И среди девяти человек из банды только двоим на это плевать. Лезть ко мне, видимо, помешала религия, поэтому Меган начала попытки подружить Гермиону и квиддич. И именно это я сейчас и наблюдаю.       — Просто сходи на игру и сразу же поймешь, насколько это круто! — убеждала оппонентку спортсменка, активно жестикулируя.       — Я лучше попрошу, чтобы Гарри помог мне с парой заклинаний. От этого будет куда больше пользы! — ответила ей сдержанно отличница, скрестив руки на груди.       — Он тоже идет на игру! — выдала Меган. [А почему я не в курсе?]       — Разве что для того, чтобы уничтожить стадион! Он ненавидит эту игру! [А меня уже успели изучить.]       — Он боится, что его ударит бладжер. Да зрителей они ни разу не ударяли! [И что это меняет?]       — И что это меняет? — Эй, не тырь фразы!       — У него целая куча защитных штук, так что ему ничего не угрожает! [Лучше не словить пулю бронежилетом, а не дать пуле попасть по бронежилету.]       — Для него не аргумент, — парировала Гермиона. [Она между прочим права!]       — Я затащу его на игру, как бы он не сопротивлялся! [Караул! Хулиганы зрения лишают!]       — Не сможешь. В одиночку, — произнесла с задержкой гриффиндорка. [Стоп, ты за кого вообще?]       — У тебя есть идея? — еще сильнее оживилась хаффлпаффка.       — Нет. Но всей группой у нас больше шансов. В одиночку он тебя просто пошлет. [Ага.]       — Буду пробовать, пока не получится, — уверенно сказала она.       — И тогда Гарри тебя возненавидит! [Да, он такой!]       — Гарри сможет легально меня оскорблять, из-за чего он будет только в плюсе. [А… но ведь… черт.]       — Тебе нравится, когда тебя оскорбляют? — вскинула брови Грейнджер.       — Нет, — мгновенно ответила Джонс. [Фьюх.]       — Тогда у тебя просто тупой план.       — Возможно. Но мне не хватает мозгов, чтобы придумать что-нибудь толковое. [Странно, она вроде умная.]       — И ты хочешь попросить меня о помощи, для чего пытаешься заставить меня полюбить квиддич? [Не переоценивай ее!]       — Эм, да? [Слабо запороть сильнее?]       — Ха… — выдохнула Гермиона. — Зачем тебе вообще вести его туда? [Она повелась?!]       — Я хочу, чтобы ему понравилась игра! — зафонтанировала эмоциями Меган.       — Зачем? [А главное, зачем?]       — Чтобы у нас было больше тем для разговоров, — произнесла спортсменка, смутившись.       — А? [Щито? Кхм-кхм. Что?]       — Большая часть моего интереса — это квиддич. Это то, о чем я могу говорить очень и очень много. Но из-за того, что Гарри он не интересен, нам даже пообщаться с ним особо не о чем, — вновь зажестикулировала Джонс.       — И все это только для того, чтобы больше с ним общаться? — шокировано уставилась на подругу Грейнджер.       — А что, у тебя проблемы с этим? — буркнула Меган, отвернувшись.       — Нет. Может тебе будет намного проще попытаться изучить то, что ему интересно. [Вы ссоритесь или нет? Я запутался…]       — Ему интересны умные штуки. Такие, о которых даже потомственные маги не особо знают. Я взглянула на пару книжек о рунах и нумерологии, которые Гарри постоянно упоминает, но почти ничего не поняла. [Будто я с первого раза понял.]       — Значит нужно найти что-нибудь еще, кроме квиддича, — предложила Гермиона       — Например? — изогнула бровь Меган.       — Розыгрыши, Тренировки, Полеты, — начала перечислять отличница. [Верной дорогой идешь.]       — Он не любит метлы тоже… — поникла спортсменка.       — Но летать то ему понравилось, — подняла гриффиндорка указательный палец вверх.       — И как это…       — Ты можешь помочь ему своим пониманием полета, — остановила возражение Гермиона. [А ведь и правда…]       — Думаешь? — в глазах Меган вновь появился энтузиазм.       — Не попробуешь, не узнаешь.       — Значит буду пробовать. Но я все равно затащу его на матч! — воинственно вскинула кулак вверх спортсменка.       — И зачем? [И главное, зачем?]       — Ему это интересно, хоть он и боится! [Три раза ха.]       — И с чего ты это взяла?       — Он был не против смотреть воспоминания о матчах. [Против. Просто спорить семь против одного такая себе идея.]       — Воспоминания? — заинтересовалась Грейнджер.       — Ага, через омут памяти, — подтвердила Джонс.       — Ты мне напомнила, что Гарри упоминал про лекцию о домовых эльфов.       — Забавно было.       — Можешь показать? — схватила Гермиона собеседницу за руки.       — Если ты поможешь мне затащить Поттера на матч, — предложила сделку Меган.       — Не равноценно.       — Тогда я помогу тебе, когда ты попросишь.       — Хм… Годится, — ответила отличница после некоторого раздумья. [Как дешево я стою…]       — Есть! — сделала спортсменка соответствующий жест.       — Пойдем. Мне интересно, что же это за профессор Поттер, — потянула Гермиона подругу за собой.       — О, тебе понравится! — ярко улыбнулась ей Меган.       И они покинули комнату, оставив меня одного. Почему же они говорили в моем присутствии? Просто они не знали, что я здесь. Мои чары сокрытия очень хороши. Зачем я прятался? Ну… Я спал. На ночной тренировке я впервые смог проявить стихии и даже научился понемногу менять им форму. Малость заигрался и в итоге на утро был не рыба не мясо. А сегодня еще и астрономия в полночь! Так что после занятий решил пойти отоспаться. Ну а до базы было ближе, чем до гостиной. А чтобы не будили, скрыл себя чарами. И проснулся на внезапном разговоре. Будни.       Не то чтобы я хотел их подслушивать, но да, хотел. И если судить по услышанному, меня будут активно тянуть на квиддич. А я как бы не хочу. И не захочу. И Гермиона права, моя защита не аргумент. Однако это знание не остановит Джонс. И не только ее. Она уже убедила ту единственную, кому эта мечта дворников до лампочки. Что помешает ей убедить остальных? Меня ждут тяжелые времена, но я не намерен сдаваться. Им придется провернуть нечто неординарное, чтобы я пошел. И они сильно меня разочаруют, если у них этого не выйдет.