Навсегда

Дети видят этот мир ярким, красочным, ведь они ещё не устали от жизни и наслаждаются ей. Подростки и взрослые, в большинстве случаев, видят мир серым и грустным. Это же касается и героя нашего рассказа. Гоголь видел всё именно так, но это не мешало ему радоваться, пусть и не всегда искренне. Маска шута - словно накидка для клетки, а в этой клетке все искренние чувства, которых парень с косичкой боялся. Боязнь. Именно по этой причине всё находится в себе. Глубоко в себе. Самый обычный день. Дом, институт, дом. Так и проходят все дни в жизни беловласого. Более-менее скрашивает их, возможно, только один человек. Одногруппник, друг детства и самый понимающий человек в мире - Достоевский. Николай зовёт его "Федя", ласково - " Феденька", а иногда "Дост-кун". Наверное, вы спросите, почему именно так? Ответ прост! Фëдор изучает японский и разве не весело называть его ИМЕННО ТАК?) Рядом с ним в груди всегда играет странное чувство, которое можно даже назвать... Тëплым и чем-то приятным. Именно это одно из тех чувств, что крепко заперто в клетку. Это чувство может разрушить их многолетнюю дружбу в один миг. Гоголь очень не хотел, чтобы это случилось. Их дружба слишком дорога ему и её потеря ровна самоубийству.

***

Проходит осень, наступает зима. Голые ветви деревьев покрыты толстым слоем белого и пушистого снега. Ребятня с раннего утра бегает по сугробам, лепит снеговиков и тому подобное. Пусть ещё темно, но это не мешало ни капли. Блондин направлялся на учёбу, но по пути всё же не смог удержаться и перестроил свой маршрут к детям. Детство в сердце заиграло и так захотелось беззаботно поиграть, не беспокоясь обо всём, что беспокоило последнее время. Только Николай хотел прыгнуть в сугроб, как за капюшон куртки его потянули. – Куда это ты собрался? – послышался до боли узнаваемый голос. Фëдор... Как он тут оказался и как смог так бесшумно подкрасться? Эти вопросы останутся без ответа. – Ну, эй, Федя, разве не весело поиграть с детьми? – с улыбкой на лице к нему повернулся юноша, спасая свой капюшон от хватки. – Ну да, давай сейчас в снегу изваляемся, сдадим куртку, а потом заберём её мокрую на сквозь, после чего будем в ней идти от института до дома и заболеем. Ты и сам прекрасно знаешь, как переносишь болезни. – Вау, Феденька, неужели ты заботишься обо мне? Как мило! Я ценю твою заботу! Ох, прости, не дал сказать! – теперь были слышны не только голоса ребятни, но и звонкий смех Гоголя. – Николай, поторапливайся, скоро первая пара. Не хочу опоздать. – Так..., – не успел беловолосый договорить, как его снова потащили за капюшон за собой. – Ай, ай, Федя, я понял. Успокойся! – Я ещё спокоен. *** Пары проходят как всегда скучно. Коля что-то писал в тетради, слушая учителя, рисовал и конечно же уговорил самого Феденьку поиграть в "крестики-нолики"(две Миланы в домике). Для парня с гетерохромией это было хорошим времяпрепровождением. Таким же хорошим, как и прогулка после учёбы. – Федь, сколько время? – 16:43, – отвечает брюнет, смотря время на телефоне. – Давай прогуляемся немного? – Ты знаешь мой ответ. – Нет, Федя! Не знаю! Скажи! – Зачем? – на лице появилась улыбка. Кое-кто решил немного поиздеваться... – Ну, Феденька! – недовольный крик был слышен очень хорошо. – Я не против. Только не кричи. От блондина послышался довольный смешок.