Становление Героя Торговца-универсала.

***

Я остановился на мгновение, приподнял голову и задумался. Этот голос принадлежит Мотоясу и наверняка выкинет что-то какую-то хрень. Зачем мне его слушать? Почесав левую ногу правой, я быстро принялся уничтожать ещё один торт. — Чентури! Я знаю, что ты держишь Рафталию в рабынях. Мне что-то подсказывает, что он захочет «освободить» енотовую, чтобы потом затрахать. Есть у меня кое-какая мысля… Хорошо, что ложка чайная. — Какое оскорбление этот недоносок наносит своим игнорированием Героя Копья, — кто-то сказал рядом. Шаги становились всё ближе ко мне. Толпы люди следовали за Мотоясу и что-то обсуждали. Ну, была не была! , — засунув поближе к горлу чайную ложку, я держал её и немного скрёб, пытаясь вызвать рвоту. Всё, что я честно на ел подступает обратно, через горло в рот. Держа надутые щёки как хомяк, я дожидался Копьеносца. — Я тебя вызываю на дуэль! , — шаги за моей спиной остановились. Рука парня легла на моё плечо и он резко повернул меня к себе. Как только я встал в полный поворот к нему, то не стал сдерживаться. — Бьия! , — с противным звуком; вино, шампанское, сладости и прочее оказалось на красивых доспехах блондина. На мою куртку, тоже попало пару капель, так же я немного испачкал ботинки, но в целом план сто процентов удался! Сперва в его глазах было удивление, потом шок, а в итоге стала преобладать злость. — Ой! , — притворно улыбнулся, — Это я специально! То есть не… специально! , — взявшись за подбородок, — Извини. Я проговорился, — наложив пальцы ко рту, — Оговорился! Во! Его лицо ещё сильнее исказилось в злости. Был виден злобный оскал, который показал на сколько японец серьёзен. К нему сразу подбежала прислуга и тут же начала вытерать доспехи от моего… автографа. — Ты! Я тебя вызывал на дуэль! , — только сейчас я заметил у него в руке перчатку, — Я тебя вызывал как подобает! — Ты вызывал торговца на дуэль? , — я продолжал усмехаться, — Как же низко ты пал. А, как же честь самурая? Или эта честь тебе пустая и не имеет к тебе никакого отношения? — Не переводи разговор, — перчатка упала на пол, — У тебя самого нет чести. Держишь в рабах нипочём невинную девушку — Я торговец, — развёл руками, — Тут всё и сказано. Я, ты, она и ещё многие присутствующие тут — все мы товар. — Я живой человек! И я не согласен с этим. — Вот как… Ты не понимаешь. Если ты работаешь за зарплату, то ты и есть товар. С отличным артефактом… Но всё же чуть дешевле, моей Рафталии. Которая между прочим заработала 80 золотых монет и они сейчас у меня в качестве банка. Все кто это слышал начали перешоптываться. Мотоясу ловил всякие помехи в мозге. — Ты врёшь!.. — Господин МЕЧ говорит правду, — остановила его Рафталия, — Сейчас у меня 80 золотых и я совершенно свободна. Вот только, если с меня снимут рабскую печать и мы будем путешествовать как союзники, то меня смогут поймать и опять продать в рабство. — Рафталия, если тебе снимут печать и ты войдёшь в мою команду, то тебе никто не сможет навредить, — размахался блондин руками, — Это я тебе тоже обещаю. — Рафталия, — вмешался я и розовоглазая, кинула на меня взгляд, — Если так дело идёт, то торгуйтесь. Во сколько сейчас ты оцениваешь себя. И сколько ты можешь предложить Мотоясу. — Речь сейчас не о деньгах! , — поднял нос к верху парень, — Разве есть что-то ценнее денег? — Рафталия. Сколько ты стоишь? , — я знаю девочка, что ты меня не предашь, — Назови сумму не в нищих медяках. И не в жалких серебряных монет для нищих… Я сейчас оскорбляю государственную систему и аристократов, которые помешались на своих целковых. — Две…— едва слышно произнесла она, — Две сотни золотых, чтобы снять с меня рабскую печать! Хах! Ахринеть! Эта цена, которую мы с ней набили во время поиска глаз и ещё продажи. Девочка очень хорошо подтягивается по отношению к деньгам. А, ведь правильно. Стоимость еды, медикаментов, патронов и оружия имеет стоимость куда больше, чем заработок за выполнение заданий в этом королевстве. — Чего?! , — это прокричали буквально все. — Рафталия. Я знаю, что это он контролирует твой разум с помощи этой гадкой печати! Вот как? Он не угомонится. В прочем чего я ожидал от этого петуха. — До меня доходили слухи, — толпа разошлась и перед нами предстал Олткрей, — Что Герой Торговец жуткий тип, который грабил честных авантюристов… Когда у него есть раб и тем более женского пола создаётся впечатление, что она может быть и секс-рабыней. Вот ведь говно ты! Придурок старый. Ладно… Меня все равно тут ничего не держит. Если я и Рафталия захотим уйти нам этого не дадут. — А, ты что старик завидуешь? , — я по-прежнему улыбался, теперь появился даже оскал, — Небось кроме волос на жопе ничего не встаёт? Или даже на королеву не может встать… Эх, бедная женщина… Её не может удовлетворить какой-то старик… Эх… Жаль, что гранаты нету. Было бы здорово, отдёрнуть чеку и поугражать всем присутствующим. Король моих слов буквально покраснел от гнева. Он хлопал глазами и прожигал ими меня. — Ты! Схватить его! , — прокричал он. Вытащив пистолет из кармана. Я наставил на короля. Между нами появился тот самый щит, который служил мне ориентиром во время Выброса. Наофуми и Малти вмешались в этот фарс. — Ваше величество, — обратилась девушка, — Прошу вас успокоиться. Ведь МЕЧу непонятно, что ему предъявлено. А вас попрошу не разбрасываться оскорблениями, — она кинула на меня взгляд, — И перестать кидать угрозы. Это моя страна и я не хочу, чтобы она была уничтожена. Король кинул взгляд ненависти, то на меня, то на Наофуми. — Вы правы… Правитель должен быть холоднокровным… Я же поступил опрометчиво, — взмахнув рукой в мою сторону, — Вот только. Оскорбление по отношению к государству и короне непростительно! — Вот как? , — та хитро улыбнулась, — Тогда вам стоит не платить награду ему за битву против Волны. Вот мы и разобрались на счёт оскорблений над короной. Мне делать в этом месте нечего больше почти целый год. С меня списали полностью содержание и этим я доволен. — Эй вы! , — на меня до сих пор повесили дуэль с Мотоясу из-за Рафталии, — Если вы так яро держите кулаки за Мотоясу, то наверняка у вас готово снятие рабской печати… Король недовольно поморщился. И приложив к лицу ладонь. — Да… преступник — Я согласен на снятие печати, — вот такой тебе шах и мать идиот! , — Рафталия будет свободна и она достат за снятие рабского клейма цену самому Герою Копья. Мы подошли к группе колдунов, которые давно ждали своего часа. Наверняка тут все были готовы к эпичной битве. Вот только любую битву можно выиграть словами. Рафталия, начала опускать у горла часть кофты. Из-за чего у неё оголилась верхняя часть груди. Мотоясу стоял рядом и невольно приоткрыл рот. Дай ему волю, он бы туда сразу руки протянул. — Что Мотоясу, ночью своё «копьё» дрочить будешь? , — во весь голос, чтобы все услышали, — Только беда… Ты будешь дрочить, а мы с Рафтилией займёмся не приличными вещами. — Нет! , — чуть покраснев запротистовал парень, — Я в отличие от тебя так низко ещё не пал! — То есть будешь дрочить. — Я же сказал… — Так, я сказал, что мы с Рафталией будем заниматься неприличным делом, — я схватил его за язык, — А, Рафатлия у нас девушка, то есть женского пола. Ты же заявил, что так низко не будешь падать… — Нет! Я имел в виду… — Или у тебя на мальчиков встаёт? , — усмехнулся я, — Если это так. То я бы тебе посоветовал Олткрея. — Иди к чёрту! Урод… — Вот видишь? Ты сам не знаешь, — развёл руками, — Чего говоришь. Я так увлёкся раздразниванием Мотоясу, что забыл про строчку, где Рафталия пропала в качестве рабыни. Она гневно уставилась на Мотоясу и протянула ладонь к нему. Этот балбес взял её руку и поцеловал. — Теперь верни мне мои две сотни золотых! , — мы с ней договорились торговаться до последнего против Мотоясу. — Э? Девушка ударила его по лицу звонким ударом в стиле леща. — Ты… трус! На лице Мотоясу был шок. — Я не прощу тебе твою трусливую уловку, но главное — когда это я просила спасти меня?! , — она так же продолжала давить на Мотоясу. Денег таких даже у короля нет, так что придётся ей давить на Мотоясу, чем имеется. — Н-но Рафталия, он же тебя эксплуатировал, разве нет? — Господин МЕЧ всегда учил меня сражаться за свою жизнь. Он использовал иногда эти проклятия, чтобы я смогла сосредоточиться на цели. Господи. Какой ребёнок был воспитан мной… Эта девочка, нет девушка. Она… Она мне дорога. Правда я не знаю на какую сумму. Может оставим эти рыночные отношения и перейдём сразу на дружеские? А, что можно. — Господин МЕЧ, учил меня как покорить невозможное! Он даже толком не использовал проклятие. Однажды он использовал, чтобы я смогла держать огнестрел правильно и не наводить его дуло на людей. — Но ведь так нельзя! Он, что не расслышал, что я использовал печать для того, чтобы Рафталия не стреляла по всему, что движется. — Господину МЕЧу не в силах противостоять против противника, когда он в одиночку. Значит, кто-то должен прекрывать его со спины. — Ты не обязана это делать! Он будет использовать тебя и когда денег станет у него много. Он просто выкинет тебя. — Во время нашего месячного пребывания в лесу я не разу не пострадала от монстров! Усталости я не испытывала никогда! Ведь мне только сидеть в засаде и стрелять по монстрам. — Э? — МЕЧ. Ты сделал для меня так много… — она протянула мне руку и я взял её, — Ты столько всего сделал. Давал мне есть есть консервы из-за которых я была сыта сутками. Мои болезни должны были погубить меня, но ты тратил дорогущие уколы. Чёрт! Я сейчас заною. Вот как я могу создавать денежные отношения, если Рафатлия в этом мире уже моя семья. Всё решено! Я не стану для своих нагибать деньги, не стану продавать всё необходимое втридорога и буду делать самые выгодные скидки… — Смог бы ты это сделать? , — Рафталия повернулась к Мотоясу лицом. — Я-я смог бы! — В таком случае, вокруг вас ещё полно таких рабынь, как я! И я бы посоветовала выкупить за те 200 золотых именно всех рабов и рабынь в шатре Белукаса.