Зависимость

      Парень, поджав губы, завязал шнурок, искоса поглядывая в сторону гостиной. Сердце гулко стучало в груди, кажется, отдаваясь слабыми импульсами по всему телу. Оставалось не так много времени до университета: нужно было поторопиться, но Кадзуха просто-напросто не мог, делая каждый шаг с такой тяжестью, что казалось, будет лучшим вариантом остаться на месте. Еще вчера он возвращался домой, задумываясь о покупках и предстоящей домашке; еще вчера даже не волновался почти что о завтрашнем дне; еще вчера все было хорошо...       Теперь же на периферии зрения маячил новый "сожитель", не обращая на Каэдехару почти что никакого внимания. После того предупреждения он будто бы...расслабился? Темные огоньки в глазах немного подуспокоились, стоило Кадзухе послушно кивнуть, а губы растянулись в довольной усмешке, словно парень насмехался над ним так явно и так жестоко, измываясь одним своим выражением лица. Будто бы говорил: "И это все? Хааа, как жалко". Но Каэдехара, хоть и обладал не самой лучшей чертой характера, как любопытство, старался при любой возможности не действовать необдуманно или резко. Что он мог? Дать отпор или попытаться вырваться из дома? Липкое, неприятное ощущение того, что Скар, так он решил его называть у себя в голове, все же сможет выполнить свое обещание — тяжелым грузом ложилось на плечи, заставляя тело пробирать холодной дрожью страха. Парень понимал, что это может быть всего-навсего блеф. Скарамучча не выглядел как человек, который сможет вырубить или остановить его достаточно быстро. Не было похоже и на то, что у него достаточно сил, чтобы...убить человека. Но этот взгляд, этот нож, повернутый лезвием в его сторону, и натянутая ухмылка на фоне полностью опустошенных глаз — не давали покоя, вынуждая остановиться и подумать. Что-то внутри не переставало кричать о том, что, сделай он выбор не в пользу себя, его тело расфасовывали бы уже по пакетам, примерно прикидывая, по каким свалкам раскидать. Кадзуха действительно поверил в то, что это не просто воришка. Этот мальчишка — проблема намного посерьезнее, чем могло показаться в первые несколько минут.       Каэдехара выпрямился, постучав носком обуви по паркету, и пристально вгляделся в глубь дома, замечая темно-фиолетовую макушку, что как раз маячила в стороне кухни. Парень сглотнул, недовольно цыкнув. Что ж, несмотря на все, новый сосед совершенно не радовал.       — Нужно обдумать все немного получ-       — Телефон оставь на комоде.       Кадзуха прикусил язык, в то же мгновение озлобленно шипя и приоткрывая рот от внезапной боли. Он не заметил того момента, когда, застопорившись, что-то прошептал себе под нос, и когда Скар оказался так близко, чтобы испепелить его взглядом в ту же секунду. Мальчишка протянул руку ладонью кверху, выжидающе постукивая ногой по полу.       — Давай его сюда, или ты уже забыл правила? Я могу напомнить, мне не сложно, — Каэдехара нахмурил брови, подмечая, как поменялась интонация второго на последних словах. Он явно не хотел контактировать с ним больше, чем нужно, поэтому пытался всем своим видом донести до парня одну простую вещь: делай все сам, иначе будут проблемы.       Кадзуха достал телефон из кармана, молча передавая его в руки Скарамуччи.       — Хах, а ты сегодня, на удивление, не такой болтливый, как вчера, — мальчишка выждал несколько секунд, всматриваясь в рубиновые глаза напротив, но, не получив ответа, лишь довольно хмыкнул. — Что ж, оно и к лучшему. Топай.       Парень, отложив телефон на комод, проводил Кадзуху взглядом, с небольшим прищуром рассматривая его внешний вид. Кажется, вчера тот пришел точно в такой же одежде. И как так можно? Скарамучча огорченно хмыкнул, проходя в гостиную. За эти дни он успел осмотреться достаточно, чтобы понять: никаких попыток этот идиот не принял. Каких-либо камер, даже самых крохотных, просто-напросто не было, на телефоне не имелось ни одной записи на диктофоне его слов или голоса, а сообщения и папки были кристально чисты, будто Каэдехара не пользовался телефоном этой ночью от слова совсем.       Обстановка в доме была довольно уютной. Не сравнится, конечно, с его прошлым местом жительства, но это все равно было намного лучше, чем микроскопические комнатки с решеткой или постоянные взгляды, непрерывно наблюдающие за каждым его действием, шагом. Все комнаты были выполнены почти что в однотипных пастельных тонах, было довольно много интересных украшений декора. В основном внимание привлекали книги. Скарамучча заприметил небольшую комнатку, которая была отведена только под книги. И, хотелось сказать, он даже мог назвать это мини-библиотекой. Кроме этого второй этаж дома был немного..заброшен? Могло показаться, что там только-только начинался ремонт, но почему-то парень был уверен, что это место давненько в таком запущенном состоянии. Ванная комната да вторая спальня имели только презентабельный вид, не считая остальных комнат, что были либо в полуразобранном состоянии, либо захламлены настолько, что хотелось их больше не открывать.       — Придурок.       Скарамучча прошел в комнату Каэдехары. Это было единственное место, которое удалось рассмотреть только частично, и то до прихода парня. Все же именно там и могло иметься хоть что-нибудь.       Парень толкнул дверь ногой, сразу же проходя внутрь.       — Все же никакого вкуса.       Мальчишка воровато огляделся, тут же подходя к небольшой тумбочке и вытаскивая все ящики. Тетради, ручки и прочая мелочь. Все еще куча книг и каких-то карточек. Скарамучча фыркнул. По правде говоря, рыться во всем этом барахле не особо хотелось, но осмотреться нужно было. Все же, хоть Кадзуха, по его мнению, и был тем еще наивным наглым засранцем, но за ночь мог что-то подготовить. Слишком молчалив, слишком задумчив. Скарамучча был уверен: этот Каэдехара точно что-то продумывает в своей пустой голове. Он не был похож на человека, который просто смирится и поплывет по течению. Он был похож на идиота, который из-за своего неугомонного любопытства и упорства попытается найти обходные пути, тем самым получив за это. И не раз. Возможно не сейчас, но чуть позже этот парень покажет свои мелкие зубки, попытаясь застать его врасплох. Только вот кто ему это позволит?       Скарамучча провел ладонями по внутренней части стола, нащупывая подушечками пальцев довольно явные прорези. Словно эту часть заделали деревяшкой довольно неудачно. Мальчишка нагнулся ниже, заглядывая под стол и немного щурясь.       — Так и думал, хах.       Присев на корточки и ощупав это местечко для достоверности, он не заметил никакого отверстия или скважинки. Это точно было потайное дно, только вот, судя по всему, самодельное, из-за чего с первого взгляда можно было понять: сделано довольно неумело и на скорую руку. Скарамучча выдвинул ящичек, в пределах которого, по идее, и находился этот тайник. Нет, не так. Парень потянул ящик сильнее, выдвигая его полностью и просовывая руку чуть глубже. А вот тут уже и обнаружился небольшой выступ, потянув за который, вверх поднималась довольно тонкая дощечка. Скарамучча усмехнулся, пальцами нащупывая что-то внутри этого мелкого отделения. Тетрадь. Потребовалось несколько заковыристых манипуляций, чтобы вытянуть эту вещицу наружу.       — Что ж, стоит отдать должное. Запарился ты нехило, — парень оглядел тетрадь со всех сторон, подмечая, что та не отличалась новизной: где-то виднелись погнутости и вмятины, где-то неровности.       Скарамучча открыл обложку, сразу же впиваясь взглядом в довольно ровный почерк, что заполнял чуть ли не каждую клеточку длинными предложениями и датами.       — Дневник что ли? Это его ты так спрятал? Хааа, удивительный человек. Прятать что-то, живя отдельно от семьи. Что ж, хах, возможно, это может быть чем-то интересным.