Это пиздец, товарищи!

"И зачем я в этот цирк пошёл? Знал же, что ничего путного не скажут. Хотя... Эхе-хе-хе... Есть один плюс. Европейцев шокировал. Они у меня такие, на коротком поводке держать надо"-думала одна русская персона, садясь в машину. Эта одна русская персона несколькими десятками минутами ранее шокировала своим видом бедного охранника, который уже при виде этой самой русской персоны вставал по стойке смирно, и G8. Таки прибыв домой, одна русская персона, которую, кстати о птичках, звали Россия, направился на кухню, так как жрать хотелось очень. Вот Иван открывает холодильник, достаёт оттуда еду, садится за стол и с наслаждением смотрит на оставшуюся после Наташи котлету и уже хочет поднести её ко рту, как тут раздаётся противная трель звонка в дверь. Ваня поворачивает голову в ту сторону, потом опять смотрит на котлету и откусывает от неё кусок, тихо под нос приговаривая:"Никого нету дома, уехал в колхоз". Но персона за дверью всё продолжала долбиться уже с большей силой. Брагинский прижал к голове уши, а пушистый хвост начал мотаться из стороны в сторону, разрезая воздух. Зрачки стали увеличиваться. -Брагинский, сука, открывай! Впусти Великого, немедля! Я ж знаю, что ты там!-послышалось вдруг за дверью. Ваня замер. Медленно повернув голову, русский прищурил глаза, встал и тихо начал подходить к двери. Оры всё продолжались. Посмотрев в глазок, Иван быстро открыл дверь, как раз перед тем, как экс-Пруссия хотел снова ударить по двери. Гилберт возмущённо на него посмотрел. -Ну наконец то! Я думал, что тут до вечера стоять буду! Байлшмидт прошёл в дом и снял обувь. Кинув взгляд на Ваню, он остолбенел. Прусс медленно подошёл к стоявшему в расслабленной позе Брагинскому. -Б-Брагинский, это чё с тобой..?-произнёс Байлшмидт, стоя как вкопанный. -Что, нэ?-невозмутимо и с искреннем в глазах удивлением спросил Иван.-А, это? А это, Калининград, уши и хвост. Логично, нэ? Гилберт ещё минуту простоял как вкопанный. Брагинскому это постепенно начало надоедать, и он уже собрался уходить, но Байлшмидт поджал губы и медленно протянул руку к ушам русского. Ваня напрягся и хотел уже было отойти, но рука накрыла его голову первей. Брагинский замер, и его снова накрыла волна удовольствия, как это было с Италией. Из его гортани стало вырываться мурчание, и он стал ещё больше ластиться к прусской руке, блаженно улыбаясь. Ваня стал походить на кота-обольстителя, да что уж там, скорей, на кота-искусителя. Гилберт нервно сглотнул, чувствуя, как ко всем частям тела подливает кровь. Подумать только! Этот русский, гордый и независимый русский, ластиться к нему да ещё и мурчит, как не в чём не бывало. Ваня незаметно начал ближе подходить к Байлшмидту, повинуясь наслаждению и потребности к большей ласке, но тот быстро отдёрнул руку. На лице прусса был виден отчётливый румянец. Иван было разочарованно вздохнул, но быстро прокрутив в голове ситуацию, густо покраснел. -Давай пройдём на кухню?-нервно улыбнувшись, сказал Ваня. Гилберт кивнул. На кухне Брагинский сел за стол, стараясь не смотреть на Байлшмидта и нервно подёргивая хвостом, на который неотрывно смотрел Гилберт. Первый нарушил тишину он прусс: -Так... И откуда у тебя это? Ваня перевёл взгляд из под опущенных ресниц на него. -Не знаю. Проснулся, а у меня эти...новые кошачьи отрибуты, нэ. Гилберт поджал губы. -А кто ещё знает об этом? Русский прищурился и усмехнулся, чуть обнажая небольшие клыки. -Ну... Охраник, Америка, Франция, Англия, Китай, Япония, Италия, Канада, скорей всего, и твой брат, нэ. Гилберт округлил глаза. -И это всё? Ваня невинно похлопал длинными ресничками. -Ну... Вроде да. Прусс тяжко вздохнул и положил лицо в ладони, представляя не самых добросовестных личностей и их мысли на такой вид Брагинского. -Боже... Что ж Великий будет делать с тобой... Русский незаметно хихикнул: -Поить, кормить и никогда не бросать. -Что? -Что? Они посмотрели друг на друга. В этой неофициальной игре в Гляделки проиграл Гилберт, не выдержав. Прусс опять потупил взгляд в стол. -А что насчёт англосакса? Может тут магия замешана. Брагинский уже подвинул к себе недоеденную котлету и хотел откусить кусок, но Байлшмидт его отвлёк, и он недовольно покосился на него. Его хвост начал сильнее мотаться в разные стороны, а зрачок увеличился. Гилберт сглотнул. -Ты насчёт Англии? Сказал, что он не приделах, в чём я сильно сомневаюсь. -Согласен. Это их семейка везде нос суёт. -Вот-Вот!-сказал Ваня, параллельно едя котлету.-Но мне всё равно. Главное, чтобы убрал это, нэ. Всё это русский говорил со злым лицом, которое, по сути, было даже очень милым. Гилберт насмешливо оскалился. -Ксе-ксе-ксе! А зря ты, Брагинский, так хочешь это убрать, тебе очень идёт. Можно даже ещё платьишко надеть попробовать. Гилберт блаженно оскалился, представляя эту картину. Похоже, что он уже забыл случай, случившийся несколькими минутами ранее. -Кол-кол-кол... Сзади Вани начала сгущаться фиолетовая аура, и он начал нервно постукивать коготками по столу. Байлшмидт вздрогнул и перевёл взгляд на мило улыбающегося русского. -Так! Спокойно, русский! Ещё в моём доме на Великого злишься. Пф! -Гил. -Злится ещё он на меня! -Гил..! -Ишь, что придумал! -Гилберт Байлшмидт! -А! Что?-прусс вздрогнул. -Ты в моём доме, как бы,-Ваня прищурился. Гильберт хмыкнул. -А мы живём по законам коммунизма:всё общее. -Ну раз так...Давай тогда за коммуналку вместе платить? -Что? Нет! Великий не согласен. -Ну почему же, нэ? Раз всё общее? Прусс фыркнул на ухмыляющегося Ивана. -Язва ты, Брагинский, ещё какая. -С тобой просто живу, нэ,-хмыкнул Ваня, доедая бедную котлету. Байлшмидт показал язык. Вдруг в звонок опять кто-то позвонил. Иван недовольно скривился. -Пожить нормально не дают, Господи...-он перевёл взгляд на прусса,-Гил, сходи открой дверь, пожалуйста. -А сам?-скептически поднял бровь -Мне лень. -Мне тоже. На кухне воцарилась тишина, нарушаемая лишь звонком и стуком в дверь. "Чувство дежавю..."-подумал русский. -Хей! Россия, открывай! Герой пришёл! Из-за двери послышался голос Амкрики. Присутствующие замерли. -Тогда точно не буду открывать, нэ,-сказал Ваня и сложил руки у груди, гордо вскинув голову. -Правильно, ксе-ксе-ксе!-хихикнул Байлшмидт.