Это пиздец, товарищи!

После наконец то случившегося отдыха и дневного сна, Россия перестал чувствовать внезапно накатившую усталость и раздражительность, которые появились из-за незапланированного визита недо героев-любовников. В комнате ощущался лёгкий ветерок, который ласкал прохладой на непокрытых участках тела. Посмотрев заспанным взглядом на окно, на котором трепыхались занавески, он опять упал головой на мятую подушку. За дверью слышался какой-то шум и щебетание. Снова открыв веки, Ваня перевёл взгляд на приоткрытый дверной проём. Как раз в тот момент в комнату стремительно влетела канарейка Гилберта. Притаившись, Брагинский почувствовал, как в груди что-то встрепенулось. И это точно не любовь, счастье и так далее. Русые уши прижались к голове, а хвост начал нетерпеливо дёргаться. Внутри начал медленно, но верно, разливаться адреналин, из-за чего зрачки в предвкушении стали расширяться. Ваня неосознанно медленно встал на четвереньки и начал прицеливаться для прыжка. Выставив задницу и качая бёдрами, как истинная кошка, он уже готов был прыгнуть на до сих пор кружащую по помещению птичку, но в комнату, и похоже с ноги, резко вошёл растрёпанный хозяин канарейки. Застав Ваню в такой позе, он проследил туда, куда была вытянута голова. Увидев свою птичку, он не по мужски вскрикнул и подбежал к пернатому, хватая того в ладонь на ходу и ошарашенно таращась на застывшего всё в такой же позе Брагинского. Тот также шокировано смотрел на него в ответ. Осмотрев всего Россию, задерживая взгляд на выступающей под одеялом части тела, он перевёл взор рубиновых глаз на сиреневые. На его щеках появился лёгкий румянец, но вспомнив прошедший инцидент, он нахмурил белые брови и возмущённо посмотрел на русского. -Эй, Брагинский, ты не охренел? Что это такое?-он помахал перед носом рукой с зажатой птицей. Россия, как будто очнувшись, встрепенулся и быстро сел на задницу, неловко отводя глаза в сторону. -Эм... Ну, последствия перевоплощения, нэ?-как будто стыдливо улыбнувшись и теребя край одеяла в руках, он поджал губы. Байлшмидт, будто бы брезгливо сморщась, посадил ничего не понимающую канарейку на голову, и, мазнув по Ивану взглядом, медленно прошёл к двери, перед этим бросив: -Ты это, держи себя в руках в следующий раз. Брагинский удивлённо распахнул глаза и посмотрел туда, где был прусс.

***

Спустившись вниз, он застал Гилберта на диване смотрящего телевизор. Потянувшись в самом внизу, выгибаясь в спине аки кошка, он подошёл к спинке дивана, пруссу. В телевизоре шёл, судя по противостоянию какой-то группы людей и похоже колобка, "Последний Богатырь", одно из немногих то, что понравилось Гилберту из российского кинематографа. Положив одну руку на плечо Байлшмидта, Ваня перевёл взгляд на его лицо, следя за эмоциями. Гилберт стремительно повернул голову, и кажется в шее что-то хрустнуло, из-за чего прусс поморщился. -Привет, нэ,-мило улыбнулся русский и прошёл к краю дивана. Байлшмидт в ответ кивнул, а канарейка в волосах чуть-чуть накренилась. Сев на диван, он посмотрел на телевизор, но почувствовав на себе взгляд, Ваня перевёл взгляд в ту сторону, откуда интуитивно и исходил взор. И не прогадал. Он наткнулся на алые глаза, которые скучающе смотрели на него, а когда получили взгляд в ответ, то отвели взор обратно в телевизор. -Гил, чего ты, нэ? Ваня в недоумении приподнял брови и посмотрел на нахмурившегося прусса. -Ничего, просто задумался. Кинув взгляд на Байлшмидта а-ля "Я похож на идиота, нэ?", русский посмотрел последний раз на телевизор, встал и направился на кухню со словами "Я что-то проголодался, нэ". Гилберт на эти слова насмешливо закатил глаза. -Всё жрёшь и жрёшь,-протянул он и перевёл взгляд на окно, за которым уже начало смеркаться, и природа стала окрашивать небо в розовые тона.