I'm Hero

Пять лет мрака и одиночества. Пять лет я был один и мучил себя, не зная, что делать и как вылечиться. Опухоль подействовала на меня очень сильно. Настолько сильно, что от меня отвернулись даже самые любимые люди. Я освободил их от себя, не в силах мучить их собой. Я рад, что смог хотя бы это сделать. Все люди, с которыми я общался, вдруг перестали понимать меня, не понимали моего поведения и оставили меня. Один. Такой же, каким я был раньше. До Эды. Я снова стал холодным, серьезным, недружелюбным роботом-трудоголиком. Этот робот был всем известен и никому до него не было дела, как раньше. Все вокруг представляли его как в магазин детских игрушек: скрученный в клетке, запрограммированный делать всего несколько вещей, неизменный, бессердечный, не похожий на другие игрушки. Но у меня, у того робота, внутри были чувства. Они горели внутри меня, я боролся с ними каждый день, но никто не заметил. Может ими никто не интересовался, а может я просто никого не пускал сделать это, потому что когда-то я открыл дверь своей души и сердца только одному человеку, но этот человек тоже ушел от меня. Он исчез, как молочный пух в тумане, и, кроме пуха, я уже не видел остального, да и сам заблудился в том же тумане. Этим человеком была Эда. Она была единственной, кто знал настоящего меня и с кем я чувствовал себя настоящим, но... жизнь не всегда улыбается и дарит тебе счастье, не для всех жизнь открывает свои объятия. Она и со мной этого не делала, жизнь повернула её назад ко мне. И я передал его Эде. Я не мог видеть, как ей грустно, я не мог слышать ее планы на будущее, когда я не знал, буду ли я в них участвовать. Каждый раз, когда я слышал хотя бы одну фразу, я злился на себя, потому что знал, что она не сбудется из-за меня, из-за моей болезни. До моей болезни я хотел создать с Эдой большую семью, я с нетерпением ждал начала этого пути с ней, но опять же, жизнь не дала мне этого. После операции я узнал, что у меня могут возникнуть проблемы с созданием семьи, чтобы мои дети могли унаследовать мою болезнь. В тот момент я похоронил свою мечту о семье. Эда жила в этом сне с каждым днем ​​все больше и больше, а я нет. Так что все, что мне нужно было сделать, это притвориться, что я больше не хочу всего этого. Я лгал себе, лгал Эде, лгал всем, но в конце концов поверил в себя. Я считал, что на самом деле я не создан для того, чтобы быть отцом и иметь семью. Но сейчас, пять лет спустя, все это снова возвращается ко мне. Когда я думал, что отпускаю все эти мысли, они снова взяли верх вместе с моей дочерью. Дочь. Чего я не знал. Чего я не видел. О существовании которого я не задумывался ни на секунду. Моя дочь, копия Эды. Что мне нужно будет сделать? Я не знаю. Представляю ли я себя папой? Нет. Могу ли я быть хорошим отцом? Нет. Будет ли моя дочь ненавидеть меня? Вероятно, да. Неужели я еще глубже погрузился в собственную тьму? Да. *** Это Серкан. Тот, который мы знаем, тот, который мы видим на наших экранах. В нашем сознании он, вероятно, запомнился не только как Серкан Болат, но и как Робот Болат. По крайней мере, так мы его действительно называли в первом сезоне. В этом сезоне мы, наверное, могли бы добавить к его имени еще одно слово — папа. Потому что наш романтичный веселый робот стал отцом, только немного по-другому. Серкан внутри и его настоящие эмоции останутся немного в стороне. С самых первых серий он думает и чувствует, но мы не видели всего этого.