Темные коридоры

На следующий день. Комиссар Августин Мерцелиус.

- Блять...- проговорил Рингер, что сейчас сидел за столом вместе со всеми нами и постоянно сжимал пальцы на правой руке, словно пытался ими хрустеть, но хруста уже давно не было,- Ненавижу такое вот... ожидание. - Это уж точно,- ответил я ему, чувствуя внутри себя напряжение. Ситуация была не из лучших. Мягко говоря. Тварь все же успела добраться до Димы и арбитров, которые там находились. Более того, она пошла в атаку, пробила блокаду бунтовщиков и вступила в бой с арбитрами. Теперь Тварь была мертва. Полностью. Она убила восьмерых арбитров, еще двоих ранила, но у Димы все же получилось убить ее, подорвав псайхотскую гранату у ее головы и разнеся ее до такой степени, что произошла гибель всего тела. Однако, Дима оказался ранен. Очень серьезно ранен. Осколки частично пробили его маску и шлем, застряв в лобной пластине, было ранено и остальное тело. Единственное, что спасло скитария - огромное количество аугментики внутри него, благодаря которой сердце и легкие остались в работоспособном состоянии. Более того, его система начала транслировать сигнал о помощи, благодаря чему о том, что он все еще жив, вообще узнали. Остальное все еще сделали два выживших арбитра и, вот уж неожиданность, псайкер-провидец, который там тоже оказался аккурат перед прибытием Твари. Именно его представили перед бунтовщиками, как страшного псайкера, который сжег к чертям мануфакторум и держал всех в страхе все это время. Гандир Альямониж, человек, который и держал провидца, пользуясь его видениями в планировании военных операций, пытался их остановить. Потом он начал спорить с верховных лидером Галиартом, но по итогам был просто арестован. Другие бунтовщики спорить даже пытаться не стали и просто всех выпустили вместе с провидцем. После этого Диму как можно скорее повезли к линии фронта, благо, что местные техножрецы смогли объяснить бунтовщикам, что нужно сделать, чтобы тот просто не умер и продержался до получения нормальной медицинской помощи. И вот, три часа назад, скитария все же перевезли через фронт и передали в руки Механикус. Теперь нам всем оставалось только ждать новостей о нем... и надеяться на лучшее. Я и Рингер места себе не находили от всего этого - был серьезный шанс, что Дима все же не выживет. Отдельно я почувствовал небольшую тоску от осознания того факта, что здесь, среди всей нашей команды, только я и Рингер знали про Диму... А вот Аскирта и Филгеирта уже не было с нами. Моим единственным утешением тут было то, что Тварь наконец-то сдохла. Это было сейчас самым важным, так как теперь мы могли окончательно сосредоточиться на бунтовщиках. Одновременно с этим получилось решить вопрос с огромными запасами фальшивых денег, которые оставались на мануфакторуме, который теперь не был занят псайкером - Арбитрес просто объявили, что остатки Твари ядовитые, а потому весь мануфакторум срочно надо запирать на герметичный карантин, а иначе мало ли что будет. Диме-то повезло, у него броня и аугментика, контакта с голым телом не было, а простым людям к этому дерьму лучше вообще не приближаться, а то мало ли. Бунтовщики и тут спорить не стали. Похоже, они прекрасно понимали, чем это им грозило. Сатима, псайкера провидца, который помог вытащить Диму, отправили в специальный форт псайхотов, где он теперь отдыхал и активно давал показания, что, где и как с ним происходило, что он говорил бунтовщикам и тому подобное. Рассказ выходил не из самых приятных. В довершении всего мы сообщили руководству бунтовщиков, что Гандир Альямониж укрывал у себя псайкера-провидца, который потом сбежал и "устроил бойню на мануфакторуме", организовал покушение на меня во время переговоров, чтобы сорвать их и не дать арбитрам забрать псайкеров, и был ответственен за буйство бета-псайкера своими попытками его захватить, которое вместе с нападением хаоситов спровоцировало "сумасшествие" другого сильного псайкера и появление Твари. Вместе с этой информацией мы напомнили, что он почти всю войну прожил в одном помещении с несанкционированным псайкером, и в конце настоятельно рекомендовали руководству бунтовщиков отдать его нам или хотя бы просто следить за этим психом повнимательнее, а то мало ли он снова решит какого-то псайкера у себя утаить, ставя под угрозу вообще всех. Бунтовщики решили действовать радикально - они просто казнили Гандира, заявив, что уже везут нам его труп, чтобы передать его псайхотам для "грамотной утилизации". Это радовало, причем сразу по двум причинам. Во-первых, Гандир действительно был опасен всей планете своим стремлением найти и использовать несанкционированных псайкеров. А во-вторых, бунтовщики ликвидировали одного из своих лучших военачальников, что явно скажется на их обороноспособности в будущем. Почему именно бунтовщики решились убить Гандира вот так сразу, было вполне понятно. Страх перед несанкционированными псайкерами здесь, на Вильяр Уникусе, вдалбливался в местное население с грудных лет. Результат был отлично виден еще когда бунтовщики в первый раз запросили переговоров и довольно быстро согласились на то, чтобы арбитры их ловили. Теперь он снова проявил себя. Руководству бунтовщиков было абсолютно плевать на то, какой Гандир талантливый военачальник, сколько он для них сделал, какой силой обладали псайкеры, что они отпускали провидца, благодаря которому они столько смогли добиться и тому подобное - страх перекрывал вообще все. Никто из них не смел думать о том, чтобы использовать силу несанкционированного псайкера, особенно после всего того, что произошло. Это давало нам некоторый повод успокоиться. Хотя бы тут на бунтовщиков можно было положиться, как бы странно это не звучало. Но куда лучше будет, если псайкеров на их территории просто больше не появится. Потом у меня и вовсе возникла идея того, как можно было использовать все это дело в нашу пользу. То, что именно Арбитрес и Механикус, то есть имперские Адептусы, убили Тварь, в то время, как силы бунтовщиков лишь ненадолго задержали ее, а затем просто разбежались, боясь приблизиться к мануфакторуму, было наглядным доказательством того, чем важен Империум. Ведь именно Империум, при всех своих недостатках, пришел на помощь и уничтожил чудовищную угрозу, пожертвовал жизнями ради этого, спасая всех, в том числе и тех, кто пошел против него. Если к этому еще прибавить помилование для тех, кто не хочет сражаться и сдастся нам сразу, это могло иметь довольно серьезный эффект на бунтовщиков. Эти мысли я набросал на черновике и отправил СИН для проработки, а также Алтанзору и Геберику для того, чтобы те тоже над этим поразмышляли. Это могло нам помочь и следовало все это проработать как можно быстрее, после чего начать агитацию. Даже если среди бунтовщиков найдется совсем немного тех, кто доверится нам и согласится сдастся, это уже будет стоить всех этих усилий. Каждый человек, который не стал воевать с нами - это человек, который не убил кого-то из наших, на кого мы не потратили время и силы. И это хоть немного, но облегчит нам задачу при минимальных усилиях с нашей стороны. Хотя то были только далекие планы. Сейчас же мы, сидя в автобусе, ехали к поместью главы клана Ардикт, Кафоса Ардикта, чтобы арестовать его, и при этом с нетерпением ждали хоть каких-то новостей о Диме. Я же еще пытался заниматься своими комиссарскими обязанностями, чтобы хоть как-то себя отвлечь от всего этого гнетущего нервного ожидания и неопределенности, от которой все внутри словно сжималось. Мерзкое чувство. Дел, было, как всегда много. Рядовой Фагатур Тацохас. Пошел в увольнительную, поссорился с отчимом, так как тот изменил его матери с его же сестрой, то есть своей приемной дочерью. Во время ссоры началась драка, отчим погиб, упав об уголок стола. Сам Фагатур мог помочь, но просто ушел. В содеянном раскаивается частично, так как отчима не жалко, но жалеет, что был неосторожен. Казнить за такое я уж точно не собирался. Побить плетьми, запретить увольнительные, до нашего отлета, все деньги выделять жене и сестре, которая уже ждала от отчима ребенка. Капрал Башаот Мириц и рядовой Секатир Трифит. Отправились вместе в увольнительную, сели в баре, нажрались, начали драку с барменом за то, что тот "их не уважал" и "поил героев каким-то пойлом". Итог - мертвый бармен, трое избитых гражданских, двое избитых гвардейцев. Расследование показало, что бар действительно нелегально гнал самогон из какого-то дерьма, еще и с нарушением кучи санитарных правил. Вроде как и сделали хорошее дело, раскрыв нелегальщину, а вроде и вели себя, как два мудака. Капрала разжаловать, рядовому запретить повышение на месяц, обоих побить плетьми, держать в карцере месяц, запретить увольнительные. Сержант Хинжандо Гуругуш. Имечко наверняка в честь Барагаца получил, даже не сомневаюсь. Отправился в увольнительную, снял двоих девчонок и пошел в хостел. На пьяную голову поссорился с секретаршей, так как сильно заламывали цену, ударил ее в висок, причем с надетым на большой палец боевым перстнем. Женщина умерла на месте, а парень с девчонками просто ушел. При этом сама женщина действительно пыталась обмануть его. Разжалование, плети, карцер, запрет на увольнительные. Капитан Дюбвальд Амбо. Вот уж не ожидал, что офицер сегодня попадется - у нас обычно даже лейтенантов немного. Один из немногих вильярцев, который уже смог дослужиться до таких высот. Уехал в увольнительную, а там сестра попыталась агитировать капитана помочь бунтовщикам, так как она оказалась их агентом. Со злости Дюбвальд сестру избил, но сдавать не стал, так как не хотел лишать ее дочь, свою племянницу, матери. Сама же племянница все услышала и сдала протексам обоих, при этом заявив, что хочет пойти добровольцем в Атвасанский полк. Вот уж драма так драма, что тут еще сказать. Правда, на этом все не закончилось. В участке протексов была крыса, которая предупредила сестру капитана и та сбежала. Ее все же смогли отследить и благодаря этому выйти на крупную ячейку бунтовщиков, которая арендовала за фальшивые деньги склад и держала там целый тренировочный лагерь с арсеналом для партизанской войны. Протексы оперативно собрались и провели штурм. Итог - двадцать пять погибших протексов, двести восемнадцать погибших бунтовщиков, половина из которых просто покончили с собой, проткнув себе горла. Почему капитан пошел на подобное преступление, я понять мог. Но уж точно не простить, пускай благодаря всему этому удалось накрыть ячейку. Ведь в первую очередь он совершил должностное преступление, а вскрытая ячейка - это просто случайность. Но при этом было очевидно, что капитан очень талантливый и мог быть нам полезен. Потому он был лишь понижен до старшего лейтенанта без запрета на повышение, а также наказан плетьми, карцером, запретом на увольнительные. Все это помогало отвлечься. Помогало успокоиться. Главное - сосредоточиться именно на этих делах, вчитываться во все детали, визуализировать это все. Тогда получалось. Сенферан Дизар - убийство. Тафитус Турадис - драка. Юстар Чамбаур - поджог. Куртанир Изифур - угон общественного транспорта. Камафир Ахо... Последний солдат, чье дело оказалось у меня на столе, сразу же зацепил своей фамилией... - Бюрдар,- проговорил я, привлекая внимание адъютанта и отвлекая его от какой-то настольной игры с Раотом, которая больше всего напоминала нарды, только с одной игральной костью в виде объемного пятиугольника. - Ммм?- переспросил тот, поставив одну из фигур и посмотрев на меня. - Ты случаем не знаешь такого? Канафир Ахо. Двадцать лет. Адъютант заметно нахмурился. - Это мой сын,- ответил внезапно Бюрдар, чем неслабо всех удивил,- Он что... - В нашем полку,- подтвердил я, на что Ахо резко вскочил и буквально подлетел ко мне, всмотревшись к мой планшет, на котором было включено дело Канафира. Там был изображен парень двадцати лет, молодой, довольно красивый, с вытянутым лицом, бритый налысо, но с густыми бровями цвета пшеницы, довольно длинными, как для мужчины, ресницами, зелеными глазами, небольшой горбинкой на носу и узкими ушными раковинами. Если присмотреться, то можно было найти некоторое сходство с самим Бюрдаром. - Гребаное дерьмо...- прошипел Ахо, смотря на планшет и нахмурившись до такой степени, что его правое веко начало слегка подергиваться, левая рука сжала спинку моего кресла, а правая - край стала,- Какого он... Мргх-х... Бюрдар дернулся, выпрямляя спину, после чего отвернулся и прижался лбом к тонированному окну автобуса, за которым сейчас виднелся еще один, чуть меньше, чем у нас. - Доброволец? Голос у мужчины был холодным, серьезным и с явно сдерживаемой злостью. Я быстро провел пальцем по планшету снизу вверх, чтобы просмотреть табличку с короткой выжимкой о парне. - Да,- подтвердил я,- Вначале пошел в СПО, там пробыл месяц. После прорыва бунтовщиков пошел к нам и был принят. - Бля-я-ять...- выдохнул Бюрдар. Правая рука, сжатая в кулак, со всей силы врезалась в окно. - Куда ты, блять, лезешь... Дурак,- было отчетливо слышно, как Ахо одновременно и злиться, и грустит,- Блять, я ведь... Я ведь ему все дал, чтобы он тут устроился нормально. Два уровня школы, универ. Квартира своя, на сто двадцать кубов... Ни долгов, ничего... Никто ничего не отвечал. Все понимали, что нужно дать Бюрдару выговориться. Секунд десять стояла тишина. Ахо молча стоял у окна, держа на нем кулак. Мы же все вместе ждали. Затем он все же тяжело выдохнул. - За что попал к тебе? Я опустил страницу на планшете еще ниже, просмотрев специальные коды, означавшие статьи, по которой его арестовали. Читать его было слишком долго. - Так... Тут получается... Пьяная драка нападающего типа группой лиц... Тяжкие телесные с холодным оружием двух и более лиц... Убийство с целью самообороны двух и более лиц... А это...- последний код, четыреста восемнадцать, я не помнил, потому пришлось нажать на него, чтобы посмотреть,- Использование религиозного символа не по назначению? От удивления я прочитал это, как вопрос. Бюрдар повернулся и с недоумением посмотрел на меня. У остальных, кроме Гихьяна, лица были такие же. - Что за херня там произошла? Я начал быстро вчитываться в описание ситуации - было понятно, что Бюрдару сейчас важно это узнать. - Напился в баре с друзьями... познакомился с девушкой... Какому-то парню это не понравилось... Парень оскорбил Канафира, тот врезал ему в лицо... Началась драка... Сам Канафир использовал золотую аквиллу в качестве стилета... Ахо закрыл глаза и покачал головой. - Подарок...- прошептал он с болью в голосе. - Три гражданских погибло, гвардейцы отделались ранениями... Оу... Канафир глаз потерял, от ножа... заменили на аугментику. Бюрдар снова тяжело выдохнул, опустив голову. Ему не нравилось все то, что я ему читал. Еще никогда я не видел его именно в таком состоянии. - И как его еще не расстреляли? Я быстро глянул аргументы, предоставленные младшим комиссаром. - Есть две медали за отвагу... Восемнадцать доносов на сослуживцев, все подтвердились... Рекомендации сержанта, младшего лейтенанта, лейтенанта и комиссар-кадета... Высокие боевые характеристики. - Понятно,- выговорил Бюрдар. Пару секунд он молчал. - Что... собираешься делать с ним? - Стандартно, я думаю. Плети, карцер, запрет на увольнительную. Плюс еще наряды вне очереди,- объяснил я. Адъютант в ответ закивал головой. - Хорошо... Заслужил. Затем Бюрдар прошел к столу и сел, взявшись обеими руками за голову. - Когда разберемся с Ардиктом... Мне... Нужно поговорить с ним. - Без проблем,- ответил я, не раздумывая,- Как только, так... сразу. - Спасибо,- выговорил Бюрдар, смотря на стол. Глазами он явно был не здесь. В салоне автобуса вновь наступила тишина. - Не знал, что... у тебя тут есть сын,- начал Раот. - Есть такое,- невесело ответил ему Ахо, оперевшись на спинку стула и запрокинув голову назад,- Детей у меня вообще много... Пожалуй, на каждой планете, где я бывал, хотя точно сказать не смогу... Здесь тоже восемь получилось... Пять сыновей, три дочери. Глаза Раота распахнулись от такой новости. Рингер, Ногрон и Маринур тоже были удивлены. - Муж из меня никакой, да и отец тоже... Но я обо всех заботился. Все им давал, благо, что зарплата позволяла. Только бы... Только бы, блять, у них все было... Только бы у них все получилось, а не как у меня... Но нет же!- Бюрдар громко ударил обеими кулаками по столу,- Все равно поперся! Наверняка... как я захотел... Так! Ты можешь посмотреть, есть у нас еще Басаот и Юрий Ахо? Мужчина выглядел взволнованно. Было отчетливо видно, что это был буквально вопрос жизни и смерти. - Да, минутку...- я быстро вошел в общую базу данных полка и начал вводить имена, про себя подметив, как неожиданно было услышать знакомое имя, Юрий,- Так... Басаота нет. Юрия тоже нет. - Так... Это хорошо, но... Они ведь могли и в другие полки попасть. У вас есть общая база данных? - Есть, сейчас...- сказал я и начал входить уже в другую базу, которую оперативно создали согласно протоколам сразу после прибытия полков. И во всей этой базе не было никаких упоминаний о Басаоте или же Юрии Ахо,- Нет, ничего. - Хвала Богу-Императору...- Бюрдар вознес руки аквиллой к потолку автобуса,- Хоть эти, блять, с мозгами... - Ты так не хочешь, чтобы твои дети отправились в Гвардию?- с некоторым удивлением задал вопрос Рингер, смотря на Ахо. - Да,- твердо заявил Бюрдар,- Нечего им в этом дерьме плавать. - Долг каждого человека - защищать Империум,- с такой же уверенностью заявил Вимолт, прожигая Бюрдара взглядом. - Но это не значит, что нужно тащиться добровольцем в Гвардию,- парировал Ахо,- Одно дело, когда уже призывают по повестке - тогда да, надо идти, Империум защищать. А вот так вот, самому... Пусть этим занимаются те, кому идти больше некуда, кому война - дом родной. Таких всегда хватает. На любой планете. А то понимаешь ли, начитаются книжонок от всяких писак, насмотрятся на красивые плакаты, парады и фильмы, наслушаются агитаторов, а потом - добро пожаловать, блять, на войну! И внезапно оказывается, что это не мундиры, не медальки и не парады, как обещали, а дерьмо, кровь и пиздец! - Если человек желает служить в Гвардии - это его выбор. И он достоин уважения, в любом случае,- Рингер отступать явно не собирался. Атмосфера накалялась. Это был разговор двух довольно разных людей, потому спор был неизбежен. Но им стоило выговориться. В случае чего, просто остановлю. - А ты бы своих отпустил? В Гвардию-то? - Да,- ответил Рингер сразу же,- Если бы они того захотели. Бюрдар, хмуро смотревший на Рингера, лишь криво ухмыльнулся левой половиной рта, но при этом продолжил смотреть на него холодным взглядом. - А хотел бы, чтобы они туда пошли?- задал новый вопрос Ахо. Рот Рингера приоткрылся, в явной готовности что-то сказать, но ничего не прозвучало. Его глаза опустились в задумчивом выражении. Я и сам задумался над всем этим разговором. Стоило признать - в какой-то мере Бюрдар был прав. Идти добровольцем на войну я бы и раньше не стал, а уж после всего того, что я увидел... Нет уж, ни за какие деньги или еще что-то. При этом я еще хорошо понимал, почему Бюрдар не хотел, чтобы его сыновья отправлялись на войну - он повидал дерьма во время своей службы и явно не хотел этого всего для своих детей. Я бы такого для Антуана или для своего с Ниринтой будущего ребенка точно бы такого не хотел. Все что угодно, только не это. - Я... не знаю, если честно,- ответил наконец-то Вимолт спустя несколько секунд. - Будут свои дети - и отпускать не захочешь. Могу тебе гарантировать. - Технически, они... скорее всего уже есть,- ответил Рингер слегка неуверенно,- На Акитос Прайме... На крейсере, который нас сюда доставил. - Это не то,- покачал головой Бюрдар,- Такие... Звонок заставил меня мигом напрячься и посмотреть на номер вызывающего. Это были Адептус Механикус. Значит - это про Диму. Мигом я поднял руку, заставив все разговоры стихнуть, после чего ответил на звонок. - Слушаю. - Состояние объекта Дэ-Эм-Два-Семь-Три-Один-Три-Восемь "Дима" стабилизировано. От сказанного холодным механическим голосом я выдохнул и согнулся, ударившись головой о стол. На душе появилось ощущение небывалого облегчения. "- Выжил. Все-таки выжил."- сказал я про себя. Подняв голову обратно, я увидел, как Рингер сложил аквиллу руками и поднял глаза к потолку, что-то шепча одними губами. Раот, Ногрон, Маринур и Бюрдар последовали его примеру. - Понял,- ответил я,- Когда его можно будет навестить? - Данное действие не предусмотрено. "- Ладно, ожидаемо..."- решил я для себя. Все же, это была территория Адептус Механикус. Пациентов там вряд ли навещали, тем более из числа тех, кто к Механикус не принадлежал. - Хорошо, я понял. Когда его смогут вернуть к нам в строй? - Расчетное время восстановления объекта - восемнадцать суток. Срок был вполне себе нормальный, особенно если учесть, через что Диме пришлось пройти. - Отлично,- радостно сказал я,- Будем ждать. - Отбой,- холодно ответили мне с той стороны и канал связи отключился. - ДА!!!- прокричал я, ударив со всей силы кулаками по столу. Левая рука заболела, а правая оставила вмятину на деревянной столешнице. Рингер также выглядел радостным, пускай и не выражал это настолько же активно. - Надеюсь, ногами ты стучать от радости не собираешься,- ответил Гихьян, от чего все слегка засмеялись. - Та могу, повод-то имеется!- воскликнул я, чувствуя просто невероятное воодушевление. - Выйдем с автобуса, тогда стучи, сколько влезет. Не хватало еще, чтобы ты тут пол пробил,- продолжил ехидничать Биндегиж. - Так уж и быть, не буду,- ответил я с улыбкой и вновь оперелся на спинку стула,- О-о-о... Не будь мы на задании, сейчас бы выпил за это и плевать, что печенка болеть будет потом. - Поздравляю вас, комиссар,- ответил Маринур,- Рад, что с Димой все в порядке. Когда он вернется? - Через восемнадцать дней. Жаль, правда, навестить нельзя, но то уже такое. Главное, что Дима жив и скоро будет с нами. - Жду не дождусь,- сказал с улыбкой Рингер. - Боже-Император, вы точно обсуждаете скитария?- немного удивленно задал вопрос Гихьян,- А то такое чувство, будто бы он вообще не из Механикус. - Скитарий, скитарий,- уверенно сказал я,- Дима, конечно, человек непривычный... Больше на техножреца похож. Но он все равно член команды и наш хороший друг. В этот момент резко стало грустно. Вспомнился Аскирт. Вспомнился Филгеирт. Их уже не было с нами. Они не смогли больше встретиться с Димой - когда он уходил в тыл к бунтовщикам, они видели его в последний раз. "- Иронично..."- грустно подумал я. Когда мы провожали Диму, мы в какой-то мере молча прощались с ним, так как был огромный риск, что он оттуда не вернется. Только вот оказалось, что прощание вышло наоборот - это Дима попрощался с Аскиртом и Филгеиртом. И еще более иронично было то, что тело Филгеирта, захваченное Тварью, Дима как раз и убил... Я отбросил все эти мысли от себя. У нас сейчас был повод порадоваться. И этого было для меня достаточно. Дальше дорога прошла в довольно веселой атмосфере. Мы немного рассказали Гихьяну, Раоту, Ногрону и Бюрдару, кто такой Дима и как мы вообще познакомились - раньше у нас как-то не было повода этого сделать. Они все продолжали удивляться тому, что вообще-то мы разговариваем о скитарии, которых и Гихьян, и Бюрдар воспринимали едва ли не на уровне сервиторов. И вот, наконец-то, спустя еще три часа поездки, историй и новых разбирательств с моей комиссарской рутиной, мы наконец-то добрались до поместья Кафоса Ардикта. Находилось оно не очень далеко от выезда из Внутренней Пирамиды, так что мы смогли относительно быстро добраться сюда. Одновременно с этим я получил отчеты о готовности всех остальных групп захвата. Брать было решено всех, кто участвовал в отмывании фальшивых денег - весь клан Ардикт, состоявший из пятнадцати семей и семидесяти двух богатых человек в двадцати шести поместьях, Кильмеус Ацуас, Инзара Чимиди, главы шести страховых компаний и шести банков, которые в этом всем участвовали. Плюс к этому, обыски должны были пройти сразу во всех отделениях этих компаний. Официально все происходило в рамках расследования по делу о финансовых махинациях и неуплате налогов в настолько крупных размерах, что пришлось вмешиваться Комиссариату. Никто вопросов задавать не будет. Для нас самым важным было не вызвать подозрения Геберика, но тут проблем быть не должно было. Было очевидно, что астропаты не рассказывали ему, как именно отмываются деньги - сомнительно, что он знал, куда они отправляются после того, как от них отцепляют вагоны. Так что тут можно было не волноваться. Для него это будет просто очередной моей попыткой навести порядок в тылу, разобравшись с какими-то крупными мошенниками, вполне возможно, что в кооперации с губернатором. Как сам Геберик получал свою долю, мы пока что не знали - мингырцы и те СПО-шники, которые были с ними связаны и участвовали во всем этом, пользовались десятками различных банков и инвестиционных фондов. А уж лезть к самому Геберику было бы слишком опасно, это могло привлечь внимание. Но главное, Ногрон точно подтвердил, что все те, кого мы сегодня собирались арестовать, никак не были связаны с ним. Этого нам было вполне достаточно. Проблема оставалась одна - Кальснарт. Он оставался пока что для нас самым неизвестным звеном. Он мог быть в этом замешан, так как в этом был замешан поезд Муниторума. Если он в этом участвовал, то наши действия вполне могли привлечь его внимание. Однако тут уже расчет шел сразу на два варианта. Или он просто не захочет светиться и промолчит, сделав вид, что вообще к этому не имеет никакого отношения, или же попытается договориться. Было крайне сомнительно, что он попытается защищать Геберика ради призрачного шанса заработать еще. В крайнем случае, мы могли просто спустить на него Жаневи - со слов Маринура, тот с превеликим удовольствием возьмет штурмом здание Грандус Канцеляриум Администратума, чтобы укрепить свой далеко не прочный авторитет, державшийся разве что на идее вынужденного компромисса. Все это нас вполне устраивало. Потому мы могли начинать действовать. - Ну что ж...- сказал я, подготовив свой лазган. Так-то ничего серьезного не предполагалось, однако стоило быть готовым ко всему. Мало ли что этот Ардикт попытается выкинуть,- Начинаем! Автобус начал движение, отправляясь ко входу в поместье Ардикта. Сейчас была ночь и, насколько мы знали, он находился внутри, вернувшись после работы. Одновременно начали приходить десятки сообщений от командиров, которые следили за деятельностью сразу нескольких групп захватов. Операция была достаточно масштабной, из-за чего управлять ею одному было бы просто невозможно. Ну или как минимум - сильно неудобно. Резко завернув, автобус проехал еще дальше и остановился возле ряда выступающих из пола металлических цилиндров, стоявших в двадцати метрах от гермодвери поместья Ардикт. Тут уже стояли четыре вооруженных солдата СКО. - Пошли!- отдал я приказ. Нажатием кнопки я активировал силовой щит. Дверь автобуса открылась и я первым вышел на улицу, держа лазган в полной боевой готовности. Вместе со мной из нескольких микроавтобусов стали выбегать гвардейцы, которых я реквизировал. Все - верлонцы и акитосцы, которым точно можно было доверять. Солдаты СКО вмиг напряглись и стали пересматриваться между собой, при этом убрав руки с оружия, как того и требовал протокол. - Именем Официо Префектус - всем положить оружие!!!- громко проговорил я, пока Гихьян дублировал мой голос через громкоговоритель,- Лечь на пол и положить руки за голову!!! Немедленно!!! Четверо солдат СКО быстро подчинились командам. Никаких споров, никаких попыток меня остановить - всем было понятно, кто я такой, как и то, что спорить со мной бесполезно. Да и трое вооруженных адъютантов, вооруженный сервитор и десяток гвардейцев в полной боевой выкладке явно давали мне в их глазах авторитета. - Открыть дверь,- отдал я приказ, подойдя вплотную к лежащим на полу людям. Один из солдат активировал устройство на руке, ввел пароль и гермодверь начала открываться, а цилиндры, торчавшие из асфальта - опускаться вниз. По ту сторону оказалось два дугообразных поворота, налево и направо. Я знал, что они соединялись дальше у главного входа в поместье. - Благодарю за сотрудничество,- сказал я вежливым тоном СКО-шнику, а затем бегом направился по дороге вместе с адъютантами и гвардейцами. У входа стояло еще четверо СКО-шников, которые, завидев меня, также отвели руки от оружия, а затем - подчинились командам и легли на пол. В поместье удалось зайти без проблем. Это было довольно роскошное помещение в зеленых и золотых тонах - зеленый мрамор на полу, зеленые с золотым ковры, зеленые обои с золотыми узорами, золотые плинтуса, золотые люстры с хрустальными кристаллами. На стенах кругом - различные картины с портретами или же натюрмортами ваз, все в золотых рамках. Слуги и другие солдаты СКО шокировано уставились на нас и мигом ложились на пол, стоило нам приказать. Сопротивляться никто и не думал. Это радовало. Меньше будет мороки. - Так, ты!- приказал я, дотронувшись рукой до одного из мужчин в костюме слуги,- Веди к Кафосу Ардикту. - Слушаюсь!- пугливо и нервно ответил слуга, вставая со своего места и быстрым шагом поведя нас по деревянной резной лестнице вверх, куда уже успели вбежать гвардейцы, проверяя каждое помещение,- Т-только его комната... за-закрыта. У него гости... - Тогда зови главного камердинера со всеми ключами. - С-слушаюсь... Идя за слугой, мы пришли на третий этаж, затем - прошлись по длинному коридору, также увешанному множеством картин. По пути нас догнал главный камердинер, который испуганно и молча стал идти на за нами. Поворот направо, коридор и вот, мы на месте. Перед нами была внушительная металлическая дверь со множество кованых украшений с позолотой. - Открывайте. Главный камердинер, не сказав ни слова, быстро достал ключ-карту, ввел ее в специальный паз, ввел десятизначный пароль, потом еще один голосовой, проверил лицо, сетчатку глаза и отпечаток обеих ладоней. Двери открылись. - Эй, какой плесени сюда кто-то...- прозвучал возмущенный мужской голос с кровати, прикрытой балдахином. Шторка, закрывавшая тех, кто был внутри, открылась и оттуда выскользнула уже лысая, с седыми волосами голова Кафоса Ардикта. Стоило ему нас заметить, как его веки вмиг распахнулись во всю ширь, куда лучше показывая его аугментические глаза,- Боже-Император Всемилостивый! Было также заметно, что на кровати есть еще кто-то. - Вышли! Все! Немедленно!- сказал я, входя в комнату и направляя лазган на кровать. - Мы... Мы не одеты!- взвизгнул женский голос, пока сам Кафос голышом вылез с кровати и встал с поднятыми руками, которые дрожали, словно ветки на ветру. - Неважно. Вышли, немедленно. Или открываем огонь. В следующую секунды шторы балдахина отодвинулись и к нам вышли две девушки, лица которых я уже знал. Инзара и Бильверта Чимиди. Единоутробные сестры, также связанные во всем этом деле - одна напрямую, другая через отчима и одновременно единокровного брата, Кильмеуса. Обе женщины были полностью голыми и сейчас пытались прикрыть руками грудь и пах. Стоило признать, обе женщины были достаточно симпатичны, чтобы организм начал реагировать на все это. Казалось бы, атмосфера не располагает, а инстинктам не прикажешь. Правда, меня больше удивлял тот факт, что обе они сейчас развлекались с Кафосом в одной постели. А ведь ему уже восемьдесят три года, между прочим! Он им, по местным меркам, в прадедушки годится, но нет, мужик еще ого-го, как я погляжу. - Кафос Ардикт. Инзара Чимиди. Бильверта Чимиди. Именем Официо Префектус вы арестованы по подозрению в отмывании денег и неуплате налогов в особо крупных размерах. В ответ на это Кафос посмотрел на меня с еще большим страхом, задрожав сильнее, чем прежде, однако все равно было заметно, как он пытается держать себя в руках. - Одеть во что-то и увести. Кафоса - ко мне в автобус,- приказал я. Все трое, под присмотром моих адъютантов, направились к шкафу, быстро надели на себя первые попавшиеся шелковые халаты и отправились за нами. Весь дом уже находился под контролем. Второй волной уже начали прибывать детективы протексов, которых я также реквизировал, но ничего не говорил о задании. Теперь они, получив приказы, начали рыскать тут в поисках документов, которые могли нам как-то помочь. Работы у них тут было очень много. Одновременно стали приходить новости от других групп захвата. Там также было все в порядке. Ни одного выстрела. Все проходило без сучка, без задоринки. Оно, в принципе, было понятно. Кланы Вильяр Уникуса могли быть кем угодно, но не идиотами, которые попытаются сопротивляться Гвардии. Если уж их пришли арестовывать, то проще подчиниться - больше шансов, что выживешь. Если же будешь сопротивляться, то по какому бы обвинению к тебе не пришли, тебя все равно ждет смерть. Теперь нам оставалось провести следующую часть плана - поговорить. - Итак, Кафос Ардикт,- начал я, когда главу клана усадили к нам за стол,- Сейчас мы сделаем так. Я вам кое-что скажу, а вы внимательно будете слушать. Если что-то прослушаете, попытаетесь поспорить или еще что-то - вам будет плохо. Казнь, конфискация, официальное клеймо предателя и позор для всей вашей фамилии. С соответствующими последствиями. Вы меня поняли? Кафос дергано закивал, смотря на меня с ужасом. Еще неизвестно, чего он страшился больше - смерти или вечного позора для семьи. - Что ж, тогда приступим. Мы знаем, что вы связаны с определенной деятельностью по отмыванию денег,- от этих слов Кафос скривился, словно от боли,- На данный момент арестованы не только вы вместе с сестрами Чимиди, но и весь ваш клан с руководством банков и страховых компаний, которые вы хорошо знаете. Также мы знаем, кто ваши клиенты. Думаю, вы понимаете, ради кого я был готов лично заняться этим делом. Глаза Кафоса заметно открылись. Он понял, о ком я. Уже хорошо. - Мне нужно, чтобы они вышли со мной на связь. Неофициально. Не под запись. В любом месте, где они сочтут уместным. Я хочу обсудить с ними кое-что. Если мы сможем договориться, обвинения будут сняты, а я официально сообщу, что вас оболгали бунтовщики с целью экономической диверсии. Если же никто со мной не свяжется, то все арестованное имущество будет конфисковано, а все причастные к отмыванию денег - казнены. Связь я буду держать через вас. И еще, я крайне рекомендую не вмешивать в это дело кого-то еще со стороны. Это... будет чревато последствиями. В первую очередь - для денег ваших клиентов. Вы меня поняли, Кафос? Глава клана заметно побледнел и вспотел от волнения. Его всего трясло мелкой дрожью. - Д-д-да... Д-да, у-у-уважаемый к-ко-ко-комиссар... Я-я-я все сделаю... О-обещаю! А-а-аквиллой к-клянусь, с-с-сделаю... - Сможете связаться с ними из участка протексов? Ардикт быстро закивал. Говорить ему было слишком уж сложно. - Тогда свободны. Мужчина с трудом смог встать и выйти из автобуса, где Гихьян быстро начал вести его в один из микроавтобусов протексов для арестованных. - Ну как я?- спросил я у следящих за всем Маринура и Ногрона. - Если бы не аугментическое сердце - инфаркт ему был бы гарантирован,- с сарказмом ответил бывший арбитр,- Он все сделает. И он явно понял, что вам нужно. - Однако, не факт, что астропаты выйдут на связь быстро,- ответил Маринур,- Они будут пытаться найти способ вытащить свои деньги другим способом. - Будем готовы, в случае чего,- сказал я в ответ. На этом наша миссия была завершена. Очередной шаг был выполнен, причем очень серьезный. Мы перекрыли астропатам доступ к их незаконным деньгам, которые они хранили для себя и своих семей. Вероятно, у них есть запасные варианты, но речь шла уж о слишком больших деньгах, чтобы их просто бросить. Теперь оставалось ждать, пока они все же пойдут на переговоры. И одновременно - быть готовым ко всему.