Violence Fetish

Кейтлин сидела на кровати, поджав под себя ноги и внимательно читала какую-то сводку. Верх от её униформы валялся на полу, покрытый грязью, будто она залезла в каждую помойку отсюда и до Променада*. Джейс заглянул в комнату и постучал по косяку, привлекая внимание. — Мне передали твою записку. Прибежал, как только смог. Что-то случилось? — Это по поводу твоей паранойи, — Кейтлин отложила папку, которую просматривала, и сделала пометку в блокноте. — Это была не паранойя, мы действительно смогли найти и поймать человека, который собирал информацию по хекстеку. И там были довольно ценные сведения. — Вы нашли, кто его нанял? Кто-то из знатных семей? Химбароны из Зауна? — Я боюсь, всё ещё хуже. Это не кто-то из местных, — Кейтлин подняла на него обеспокоенный взгляд. — Это Ноксус, Джейс. — Ноксус вынюхивает про хекстек? — Джейс прошёлся по комнате, нервно массируя виски. — Что ты вообще знаешь про это государство? У тебя был курс военной истории в Академии? — спросила Кейтлин. — Нет, на инженерном факультете есть только общая история, — Джейс скрестил руки на груди. — Ноксус интересуется всем, что может дать им силу, — Кейт вынула из папки заметки о хекстеке, которые, видимо, принадлежали пойманному шпиону, и протянула их Джейсу. — У них довольно средний уровень науки, но это не мешает им захватывать тех, кто может этот уровень повысить. И теперь их заинтересовал хекстек. — Но зачем? — Джейс взял грязные влажноватые страницы, пытаясь понять, как много информации утекло за стены его лаборатории. — Потому что хекстек даёт огромную силу, — Кейт включила свой «тон для нравоучений», как называл его Джейс, невольно копируя интонации матери. — Твоё изобретение уже несколько лет гремит на весь материк. Думаешь, те, кто стремятся подмять под себя половину мира, не захотят заполучить его себе, чтобы… — Чтобы сделать из него оружие, — ошарашенно произнёс Джейс. — Но я не для этого его изобретал! Хекстек — это инструмент, призванный сделать жизнь людей лучше! Кейтлин пожала плечами и переложила в отдельную стопку протокол допроса. Ну как протокол. Сложно назвать допросом то, где подозреваемый убил себя, стоило шерифу задать ему самый первый вопрос. — Может хекстек и не оружие, но и простым молотком можно убивать. А если приделать к нему удобную рукоять… Джейс, нам нужно доложить совету. — Будто нам недостаточно свары между знатными семьями Пилтовера. — Ты про то, что Мэл Медарда и Шула Феррос не поделили возможность затащить тебя в постель? — Кейтлин вскинула бровь. Джейс застонал. Он ненавидел грёбаную политику. — Радуйся, что для советника Сейло ты слишком неотёсанный чурбан, а то он был бы третьим в очереди. — Кейтлин, чтоб тебя, это ужасно, — Джейс спрятал лицо в ладонях. — Даже представлять не хочу. — Ага, поэтому я подалась в миротворцы, а не в политику, как хотела мама, — Кейтлин ухмыльнулась и похлопала его по спине. — Значит, внеочередное заседание, — Джейс выдохнул и нахмурился. — Мне нужно к Хеймердингеру. *** Совет измотал Джейса до дрожи в коленях. Взаимные обвинения полились рекой, стоило только прозвучать повестке собрания — новость про шпиона из Ноксуса превратила зал Совета в филиал бездны. Тревога глодала Джейса изнутри, не давая ни уснуть, ни сесть за работу. Он помаялся над какими-то схемами, потом попробовал лечь в кровать, но спустя несколько минут нервно вскочил и снова начал одеваться. Ветер принёс запах моря через открытое окно, и Джейс решил, что попытка проветриться может привести его в чувство. Упоминание хекстека и оружия в одном предложении звучало за этот день слишком часто, чтобы оставаться в равновесии. Когда, спустя час блужданий, он обнаружил себя у входа в знакомый грот, Джейс понял, что он в куда большем раздрае, чем считал. Он сначала малодушно повернулся ко входу спиной, рассчитывая отправиться обратно, но потом решил, что глупо было проделать такой путь и передумать в самом конце. Где-то в скалах закаркал ворон. Джейс доверял своей интуиции и своему подсознанию. И раз оно привело его сюда, не стоило игнорировать этот порыв. Так что он медленно вдохнул, также медленно выдохнул и принялся аккуратно спускаться по скользким влажным камням. В лаборатории Виктора горел свет. Джейс несмело постучал и тут же толкнул дверь. Что ж, по крайней мере, это всё ещё была лаборатория и, судя по Рио, косившей на Джейса взглядом со своей лежанки, это всё ещё была лаборатория Виктора. Рио гулко пророкотала приветствие и повернулась на другой бок, решив, что Джейс не достоин более пристального внимания. Но в ответ на её голос раздались шаги. Виктор вышел из-за угла, держа в руках снятую рубашку. По его лицу и груди текла вода. Джейс почувствовал, как всё внутри замерло от радости и тут же сжалось от ужаса. С телом Виктора было что-то не так. — Виктор, что с тобой? — он обеспокоенно метнулся к нему раньше, чем Виктор успел надеть рубашку обратно. — Ты покалечился? Это был несчастный случай? На тебя напали?! — Ага, несчастный случай — родиться в Зауне, — Виктор закатил глаза и сделал шаг назад, не давая Джейсу коснуться себя. Джейс впился взглядом в металл, впаянный в его тело, пока Виктор поспешно натягивал на себя одежду. Но даже когда грубая ткань скрыла его торс, глаза Джейса продолжали спотыкаться о голую ступню, торчавшую из слишком короткой штанины. Сверкающую полированным металлом и гулко звеневшую при соприкосновении с полом ступню. — Нет. Я сделал это сам. — Но зачем, — Джейс взмахнул руками, — всё это? — Джейс, — Виктор одёрнул рубашку и закатал рукава, — в прошлый раз ты должен был заметить эту сгорбленную походку, — он картинно ссутулился и вытянул вперёд скрюченные пальцы, — хромоту и вечный кашель. Заун исказил моё тело ещё в детстве, и последствия только набирают обороты. Я решил исправить это, пока изменения не стали фатальными. — И как сильно ты изменил себя? — Джейс прокрутил в голове его слова про хромоту и кашель. Неужели протез ноги и конструкция из металла, которую он заметил вдоль позвоночника и вокруг шеи, были не единственными? — Пока не очень. Я починил колено и позвонки, — Виктор говорил об этом так спокойно, будто это не подразумевало сразу несколько сложнейших операций. — Пока?! — Джейс почувствовал холод, будто это к его телу крепились железные части. — Что ты ещё собираешься сделать с собой? — Всё, что потребуется, чтобы это бесполезное мясное тело отвечало моим запросам. Над механическими лёгкими, например, ещё нужно поработать, но, я думаю, именно они будут следующими на очереди. И я абсолютно не вижу повода для такой бурной реакции, — он прищурился, и Джейс осознал, насколько легко Виктор считал все эмоции с его лица. — Так зачем ты пришёл? Тебя не было пару лет, наверное? Ещё один личный проект, на реализацию которого тебе не хватает мозгов? Тон Виктора был едким, и Джейс полностью заслужил его. — Прости, я не должен был так реагировать. Просто испугался за тебя, — виновато произнёс он. — И нет, на этот раз я пришёл не за помощью. Просто захотел снова увидеть тебя. Лицо Виктора смягчилось. Он зачесал пальцами растрепанные волосы, и Джейс невольно повторил его движение, пытаясь скрыть смущение. — Как там твой хекстек? — Виктор опустился на стул и махнул на соседний, приглашая Джейса присесть вместе с ним. — Судя по постройке врат, у тебя всё вышло? — Ты не представляешь, что началось после того, как ты мне помог, — Джейс воспользовался приглашением и понял, что, если Виктор его не остановит, он вывалит ему всё. — Буквально на утро после нашего эксперимента какие-то заунские детишки пробрались в мою лабораторию. Наверное, проследили за тем, как я сорил золотом в Зауне, скупая детали и надеясь выйти из тупика, в который зашёл в исследованиях. Они заставили хекс-кристаллы сдетонировать. Видимо, просто уронили один из них, но этого хватило, чтобы разрушить половину здания. Обломками весь переулок засыпало. Виктор отвёл глаза. Джейс тоже замялся. Тот случай спровоцировал столкновение между миротворцами и жителями Линий, закончившийся смертями с обеих сторон. — Да, повезло, что тебя там не было, — хмыкнул Виктор. — Я думал, что мне придётся выпрашивать презентацию своего проекта у декана, но благодаря этому взрыву я попал на заседание Совета прямо-таки по щелчку. По щелчку наручников, в которых меня туда притащили, — Джейс изобразил пальцами тот самый щелчок. — Если бы к этому моменту у меня не было рабочего прототипа, который я собрал с твоей помощью, дело могло бы дойти до изгнания или даже тюрьмы. Но Пилтовер любит победителей. Теперь пилтоверские чинуши жрут меня заживо, полив соусом из интриг и манипуляций. Каждую секунду, что я нахожусь в Академии, я вынужден думать о том, кому и что я говорю. Немножко не то, чего я хотел. — Ты поэтому ко мне пришёл? Чтобы не сдерживать свой болтливый язык? — Виктор облизнул уголки рта. Джейс невольно сглотнул. — Я не знаю, меня ноги как будто сами принесли, — несмотря на постоянные подколки, он давно не чувствовал себя так свободно. — Хотелось побыть там, где меня не будут поминутно спрашивать, сколько выгоды можно выжать из очередного хекстекового изобретения. — Эй, я тоже весьма меркантилен, между прочим, — Виктор ткнул его пальцем в грудь. — Выгода от изобретений — это важно. — Ага, только ты считаешь не деньги, а сколько людей ты можешь спасти. За всё время в Пилтовере этот показатель у меня не спросили ни разу, — Джейс уткнулся лицом в ладони и застонал. — Прости, вломился к тебе и ною. Не знаю, с чего я решил… — Ничего, — Виктор улыбнулся. Он пристально посмотрел на Джейса, резко почувствовавшего себя неловко из-за того, что явился без приглашения. Стоило бы встать и уйти, но ему отчаянно хотелось найти повод остаться. Вероятно это читалось на его лице слишком явно. Виктор фыркнул и, будто невзначай, спросил: — Как насчёт взглянуть кое на что? Начал новую разработку, но вычисления никак не бьются с реальными показателями. Может быть, изобретатель хекстека снизойдёт и даст мне подсказку? — Это что-то, связанное с твоей аугментацией? — Джейс взбудоражено подался вперёд. — Всё то время, что сижу здесь, не могу перестать думать, как она работает. — Если будешь хорошо себя вести, дам потрогать, — Виктор наоборот откинулся на стуле, разведя колени в стороны. Джейс залился алым аж до самых ключиц, видневшихся из-под ворота его расстёгнутой рубашки. На лице Виктора расцвела абсолютно гнусная ухмылка. — Нечего стесняться, Джейс. Когда дело касается науки, человеческие эмоции — абсолютно лишняя деталь. Для познания не должно быть преград, верно? Но сначала посмотрим мой прототип. *** Джейс ушёл только под утро, измотанный, покрытый машинной смазкой и слюнями Рио, но с абсолютно счастливой улыбкой на лице. Виктор закрыл за ним дверь, намекнув, что не будет против его последующих визитов. Но стоило шагам в гроте стихнуть, как его приподнятое настроение сдулось, как дырявый дирижабль, возвращаясь к тому же уровню уныния, на котором было до прихода Джейса. Он добрёл до лежанки Рио и привалился к её мерно вздымающемуся боку. Время, проведённое с Джейсом, было неплохим способом забыться. Но теперь Джейс ушёл в свой чистенький сияющий Пилтовер, а Виктору пора было вернуться в Заун, к тем проблемам, что всплыли сегодня утром. *** — Мерцание на улицах должно быть не более чем рекреационным наркотиком! То, что мы с Синджедом используем для модификаций, не предназначено для… такого! Оно не должно было оказаться в продаже! Это было частью уговора. И я хочу знать, кто его нарушил. Виктор влетел в кабинет Силко, который тот обустроил на верхнем этаже Последней Капли, кипя от негодования. Перед глазами всё ещё стояла жуткая картина, которую он увидел в одном из переулков Антресольного уровня. Искорёженное тело одного из рабочих, покрытое лиловыми уродливыми наростами. Он умер не от мерцания, рубленная рана на его голове явно свидетельствовала об этом. Но это не меняло сути. — Виктор, невозможно удержать кота в мешке, — Силко облокотился о столешницу. — Во время заварушки с Вандером многие видели, на что способна ваша эссенция. Люди ищут силы. Это товар, на который всегда будет спрос. А если есть спрос, есть и предложение. Химбароны не отличаются сдержанностью в своих аппетитах, и возможность продавать больше слишком соблазнительна для их тупых мозгов. — Продажа топлива на основе мерцания приносит огромную кучу золота этим ублюдкам. А налаженная тобой контрабанда через Хекс-Врата увеличила их прибыль только за этот год в два с половиной раза. — Как и нашу, — Силко помял в пальцах сигару, но так и не поднёс её к губам. — Нам всё ещё нужны их ресурсы, Виктор. Если слишком сильно давить на них, они взбунтуются и сорвутся с крючка вместе со всеми нашими планами по созданию независимой от Пилтовера Нации Зауна. Нам нужно время, чтобы увеличить влияние. И чем у нас его больше, тем ближе наши цели. Моя и твоя. Виктор замолчал и пожевал губу. Он понимал, о чём говорит Силко. С последнего переворота в нижнем городе прошло достаточно времени, чтобы он мог почувствовать изменения. В Зауне дела шли не очень, сколько Виктор себя помнил. Сначала бесконечные бунты против верхнего города, замешанные на классовом неравенстве и приправленные недовольством от выкачиваемых ресурсов, добываемых силами заунских рабочих. А после эпоха «правления» Вандера, когда сама идея протеста была запретной и порицаемой. Когда всем велено было сидеть тихо, как мышь под веником, чтобы ненароком не разозлить Миротворцев и Совет. Во избежание кровопролития с обеих сторон. Вот только пристойное поведение нисколько не улучшило жизнь в Зауне. Даже наоборот. Чем тише твой голос, тем ты слабее. Заун стал слаб и безмолвен при Вандере. И это привело к тому, что люди умирали молча. Молча гнили в шахтах, молча глотали отравленный воздух и превращались в кровавые ошмётки под завалами. А кто пытался открывать рот, мигом отправлялся в Тихий Омут или на дно бухты. С приходом Силко к власти Заун вновь начал говорить. Но не на языке грубой силы. Силко говорил с Пилтовером на диалекте его жителей — языке хитрости и интриг. На языке взяток и сговоров. И этот разговор приносил плоды. Виктор видел это собственными глазами. Как ресурсы Силко медленно, но верно конвертировались в технологии, улучшающие жизнь. Изобретения Виктора, делающие работу в шахтах гораздо безопаснее. Опыты Синджеда, способные перестроить человеческое тело так, чтобы он был устойчив к заунским токсинам. Производство и продажа химтекового топлива, которые давали сотни рабочих мест и деньги семьям работников. Всё это было результатом кропотливой работы, проделанной Силко. Разрозненные банды сплотились под его рукой, направив свою агрессию наружу, а не вовнутрь города. Химбароны сели за стол переговоров и с некоторых пор — и с некоторыми оговорками — находились хоть и в шатком, но всё же равновесии, прекратив кроить зоны влияния и устраивать схватки прямо на улицах, от которых чаще всего страдали обычные люди. Да, в городе вырос и окреп криминал. Но это был криминал упорядоченный и зачастую плативший за свои дела подати Силко, которые сразу же шли в дело. Силко был по своему прав, оставаясь сильным, но гибким в некоторых вопросах. — Я знаю, что ты не самый хороший человек, — произнёс наконец Виктор. Силко улыбнулся в ответ на эти слова. — И что твои методы зачастую довольно сомнительны. Но я хочу, чтобы ты помнил о тех людях, для которых мы всё это делаем, — Виктор встал из-за стола. — Глупо создавать Нацию Зауна, если к моменту достижения твоей цели от неё останутся одни ошмётки. Мне нужно подумать. Я спущусь в лабораторию. Попроси не трогать меня какое-то время. Вернусь, когда голова прочистится. — Хорошо, — Силко отвернулся к окну. Виктор поджал губы. Окрик Силко застал его уже в дверях. — Виктор! Я попробую… минимизировать ущерб. Не могу обещать тебе, что это не повторится, но я сделаю всё, что смогу. Виктор помедлил, но так и не обернулся. Ему нужно было время. *** — Вы с Силко поссорились? — Джинкс свесилась с потолочной балки и спрыгнула прямо перед Виктором. Он даже не вздрогнул, продолжив шагать по коридору. За несколько лет, проведённых вместе, Виктор привык, что сестра сыпется ему на голову в абсолютно неожиданные моменты. Несмотря на своё хрупкое телосложение, она была вёрткой и ловкой, пролезая практически где угодно и оставаясь незамеченной, если ей этого хотелось. И слушая то, что ей слышать не стоило. — Наверное? Я не знаю, — Виктор сжал пальцами переносицу. — Жизнь в Зауне всё ещё полный отстой, нельзя, чтобы люди умирали ещё и от мерцания. Джинкс прижалась к нему, обхватывая руками. Виктор выдохнул, чувствуя тепло её тела. Напряжение медленно уходило из плеч. — Как насчёт небольшой прогулки, Вик? — Хорошая идея. Мне нужно проветрить голову. *** — Остановись, ты разве не знаешь, кто это? — Да мне насрать, кто. Они должны заплатить за проход, будь они хоть сраными пилтоверскими советниками, — здоровенный бугай с татуировкой на лице пихнул Виктора в грудь. Обычно прогулки на Антресольном были для Виктора самыми безопасными — тут его знала каждая собака. Но эти ребята видимо были новенькими. Виктор от неожиданности пошатнулся. Протез ещё не полностью прижился, и он не мог пользоваться своим телом на полную. Потеря равновесия стоила ему ещё одного пропущенного удара. Джинкс вздрогнула. Она болталась в хватке ещё одного здоровяка, едва касаясь земли подошвами. Всего их было человек пять-шесть, сложно было сосчитать в полумраке переулка. Виктор рухнул на колени, держась за живот. — Ох, ребята, что же вы наделали, — прошипел Виктор и улыбнулся сквозь боль. Со стороны могло показаться, что Джинкс дрожала от страха. Это была самая пиздецовая ошибка, которую можно было допустить в данной ситуации. Джинкс набычилась, её рука медленно скользнула за пазуху. Виктор оскалился, и она захохотала в голос. Из-под упавшей на лицо голубой чёлки сверкнули глаза. — Это дети Силко, — справившись с икотой, выдохнул наконец веснушчатый парень, с ужасом смотревший на Виктора. Виктор подмигнул ему. Маленькое металлическое устройство, похожее на зубастую игрушку, упало под ноги громиле, что держал Джинкс за шкирку. Джинкс извернулась ужом и дёрнулась в сторону, используя мужчину, как опору. Виктор упал ничком, прижимаясь к земле. Смешная бомбочка с детскими каракулями на корпусе клацнула зубами и взорвалась. Виктор закрыл глаза и задержал дыхание. Над его головой прозвучал выстрел, потом ещё один. Кто-то вскрикнул и застонал. Джинкс хохотала в голос, не переставая палить во все стороны. — Как быстро растут дети, — Виктор вздохнул. — Опять все патроны потратит. — Эй, Вик, ты в порядке? — как только всё стихло, Джинкс коснулась его плеча и подала руку, помогая встать. Виктор нашёл глазами главного задиру, корчившегося на земле с простреленными рукой и ногой. Чуть поодаль остальные неудавшиеся грабители плакали, как дети, задыхаясь от ядовитых клубов дыма, вырвавшихся из маленькой бомбы Джинкс. По крайней мере те из них, что не валялись неподвижно в лужах собственной крови. — Более-менее, — Виктор подошёл к подстреленному мужчине, который толкнул его. Джинкс подошла вместе с ним. Она на мгновение покосилась в сторону, будто прислушиваясь, и нахмурилась. Виктор заметил это и коснулся её плеча. Джинкс вздрогнула. — Ты молодец, — Виктор ободряюще улыбнулся. — Что бы они ни говорили, не слушай их. Губы Джинкс задрожали, а потом она улыбнулась. — Ты! Не смей трогать мою семью! — она размахнулась и впечатала каблук громиле в лицо. В ответ раздалось невнятное мычание. Среди мусора и обломков что-то шевельнулось. Джинкс тут же направила туда дуло пистолета. — Пожалуйста! — веснушчатый парень, вскинул пустые ладони и практически захныкал, когда Джинкс взвела курок. — Я знаю, кто вы. Я бы никогда не стал участвовать во всём этом. — Да? — Виктор присел на корточки, заглядывая парню в лицо. — То есть ты не стал бы грабить нас на Антресольном из-за того, кто мы? Любого другого бедолагу ты бы избил до кровавых соплей без зазрения совести. — Нет, я не это имел в виду, — глаза бедолаги в ужасе забегали. — Как вы вообще додумались работать именно здесь? У здешних жителей же совсем нечего брать. Или вы просто испугались, что люди Силко отделают вас, если вы придёте в Серое Небо или, тем более, на Променад? — Эти ребята не местные, они просто спросили, где им можно безопасно перекантоваться. Пожалуйста, я сделаю что угодно, только не убивайте меня. — Что угодно, значит, — Виктор в деланной задумчивости постучал кончиком пальца по губам. — Как насчёт подняться наверх, найти там Севику и рассказать ей обо всём, что ты натворил? — Нет, только не Севика! Она убьёт меня. — Ну, или Севика, или, — Виктор кивнул в сторону Джинкс, — она. Выбирай. Парень шумно сглотнул и медленно поднялся. Джинкс резко подскочила к нему, заставив парня взвизгнуть, и упёрла дуло ему в подбородок. — Если Виктор узнает, что ты не выполнил его малюсенькую просьбу, я найду тебя и развешу твои кишки по переулку. Пиу, — шепнула она ему на ухо. Через минуту шаги бедолаги стихли за поворотом. — Да уж, проветрил голову, — Виктор скептически осмотрел свои испачканные брюки. — Неудивительно, что люди хотят хотя бы порцию эссенции Синджеда. В такие моменты я их отлично понимаю. Что-то я передумал гулять. Пойдём лучше в мастерскую и сделаем что-нибудь взрывающееся. — Обожаю тебя, — Джинкс снова прыгнула ему на шею. Кошки, что скребли на душе у Виктора, стали скрести гораздо меньше.