Violence Fetish

Утро после свидания ощущалось, как расплата за всё хорошее, что случилось с ним вчера. Джейс поёжился от сквозняка. В предрассветном тумане, пришедшем с моря, неизвестный нарушитель умудрился пробраться мимо всех патрулей и взрывом выбил три десятка окон в здании Академии. Теперь, вместе с тёмными провалами окон, с фасада скалилась кислотно-розовой улыбкой уродливая зубастая рожа, будто нарисованная непослушным ребёнком. Каждый взгляд на эти каракули вызывал у Джейса какой-то странный зуд в закоулках памяти, выводя этим ещё сильнее. Осколки стекла хрустели под подошвами сапог. Миротворцы суетились с такими важными лицами, будто не они проебали всё, что можно. Джейс растёр лицо ладонями и вышел в коридор. Там он чуть не налетел на шерифа. — Вы хоть примерно можете предположить, кто это? — с раздражением спросил он. — Мы разбираемся в ситуации, — шериф смотрел куда-то поверх плеча Джейса, не пересекаясь с ним взглядом. — Хах, разбираетесь вы, — Джейс мотнул головой и, задев шерифа плечом, отправился в жилое крыло. И почему каждый раз, как он спускается в Заун, обязательно на утро происходит какая-то хрень. Ни одного спокойного утра за последний год. Будто ему действительно приходится расплачиваться за счастливые часы, проведённые с Виктором. Точнее Пилтоверу приходится. Джейс вспомнил, каким сломленным вчера выглядел Виктор. А, возможно, Пилтоверу приходится расплачиваться за то, через что проходят жители Зауна. Джейс сжал ладони в кулаки. Ему нужно было работать в сотню раз усерднее, как это делал Виктор. Он был просто обязан. *** — Лёгок на помине, — хрипло выдохнул Виктор, покосившись на дверь, и вновь приложил к лицу маску. Лиловая дымка наполнила лёгкие, приятно пощипывая горло и язык. — Я смотрю, ты не в настроении. — Джейс прищурился. — Это мерцание? — Ага, — Виктор скривил губы и выдохнул. Мерцающий пар окутал его лицо, поплыл в стороны, путаясь в волосах, и медленно растворился в воздухе. — Не знал, что ты балуешься таким. Виктор окинул Джейса раздражённым взглядом и хмыкнул. Лицо Талиса было спокойным, будто бы безразличным, но Виктор слишком хорошо научился читать его за эти годы. Мерцание пузырилось в крови, вызывая кураж. — Скажи спасибо своей подружке, — он картинно прижал пальцы к вискам. — Уже голова гудит от её выходок. Пилтовер приносит мне одни неприятности. — Кейтлин? — холодное недовольство Джейса сменилось искренним беспокойством, и Виктор едва не рассмеялся в голос. — У тебя какие-то проблемы с миротворцами? — Будто ты не в курсе, — Виктор закатил глаза и сделал ещё одну затяжку. Джейс подлетел к нему отрывая маску от его лица. — Нет, Виктор, я не в курсе всего, что и кто делает. Ни Кейтлин, ни тем более ты. — Моя проблема с миротворцами в том, что я из Зауна, Джейс, и что посмел коснуться твоей «чистой души» своими грязными руками, — Виктор пошевелил в воздухе пальцами железной руки. — После того, как она застукала нас в Пилтовере, она будто с цепи сорвалась. Пытается выяснить всё обо мне и тех, — он сделал многозначительную паузу, — кто рядом. Вынюхивает и задаёт очень опасные для неё вопросы. И для тебя. А мне приходится прибирать за ней. Знаешь, сколько желающих убить её по-тихому я отговорил за эту неделю? Заун не любит, когда лезут в его дела, ничуть не меньше, чем Пилтовер. А у меня есть дела поважнее, чем прикрывать зад твоим сумасбродным друзьям. — Ладно, ладно, — Джейс выставил вперёд ладони. — Я поговорю с ней, — его глаза забегали по мастерской, явно ища, на что бы перевести тему. Виктор почувствовал, как унявшееся было благодаря мерцанию раздражение вновь вскипает в нём. Как же это бесило. Невозможность сохранять ясный рассудок была худшим, что принесла ему вся эта ситуация. Джейс наконец прекратил свои метания и заметил то, что Виктор в любой другой день с удовольствием продемонстрировал бы ему сам. — Это тот костюм, о котором ты говорил? — Джейс подошёл к верстаку и бережно коснулся отполированного металла. Виктор покосился на броню Вестника и скривил губы в подобие ухмылки. Он успел лишь наметить будущую структуру, а потом всё пошло наперекосяк. — Да, с ним я смогу выдержать практически всё, что угодно, — Виктор прищурился. — Я смогу справиться сам. А это то, что мне поможет, — он уронил на стол блеснувшую металлом бусину и покатал её подушечкой пальца. — Вот оно, моё избавление ото всех проблем. — И что же это? — осторожно спросил Джейс. — Лекарство от самой страшной человеческой болезни — эмоций, — Виктор щелчком отправил каплю Джейсу*. — Страх, гнев, зависть. Всё, что тебе мешает, возьмёт и пуф! — Что ты имеешь в виду? — Джейс сжал устройство в ладони. — Этот имплант, который ты так расточительно пытаешься сейчас раздавить, отключает страх. Пока только его и лишь на время — пришлось делать его второпях. Но не думай, что я остановлюсь на этом. Я хочу иметь возможность отключить любые чувства. Скажи спасибо своей Кейт, она навела меня на эту мысль. Одна волшебная пилюля, и никаких проблем. Ничего, что может отвлечь тебя, запутать или заставить сомневаться. Джейс прищурился, а потом раскрыл ладонь, рассматривая каплю импланта. Виктор прямо-таки видел, как крутятся шестерёнки в его голове. — И что же, Виктор, выходит, я тоже твоя болезнь? — произнёс он. — Твоя пилтоверская проблема? Уверен, я достаточное число раз отвлекал тебя от твоих важных дел. Виктор отвёл взгляд. Сейчас он бы не отказался от горсти имплантов, которая бы отключила совсем всё. Раздражение на глупышку Кейт, слишком идеальную и правильную даже для Пилтовера. Злость на верхний город и его решения. Страх за семью и их мечты, которые в любой момент могли повиснуть на волоске. Тоску. Он медленно выдохнул. — Джейс, чтобы просто оставаться на месте, Зауну приходится бежать. Каждый раз, когда я не пытаюсь быть полезным, я чувствую свою беспомощность. Каждый раз, когда отвлекаюсь на что-то, чувствую вину. Я несколько дней к ряду потратил на твою Кейт, потому что она дорога тебе. А мог бы работать над системой очистки воды в бухте. Или подумать о новых безопасных подъёмниках в шахтах. Или о чём угодно ещё. В Зауне работа никогда не кончается, а я, — взвесил в руке флакон из-под мерцания, а потом с яростью запустил его в стену, заставив Джейса вздрогнуть. — А я занят какой-то ерундой. — Кейтлин просто беспокоится обо мне и о безопасности людей. — О безопасности Пилтовера, ты хотел сказать? — Виктор дёрнул бровью, и Джейс опустил взгляд. — А она не хочет побеспокоиться о людях, которые живут в Зауне? Или для неё важны только те, кто наверху? Вместо того, чтобы помочь Зауну, Пилтовер отдаляется и закрывается. Заставы на мостах, проверка документов и досмотры. Патрули на нижних уровнях и облавы, о которых никто не просил. Будто мы не люди. Будто мы опасны. Пилтовер и Заун — это единый механизм. А вы пытаетесь отделить нас, как портящую внешний вид деталь. Это не закончится ничем хорошим. — Виктор, без эмоций ты перестанешь быть самим собой! — Джейс попытался коснуться его плеча, но Виктор оттолкнул его руку. — Сначала ты заменяешь на железо своё тело, а теперь решил взяться за душу? Что, если ты превратишься в чудовище? — А, может, я наоборот стану тем, кем мне следует быть? — Виктор оторвался от стула и, подойдя к столу, взял в руки маску. Её жёлтые защитные стёкла отражали тусклый свет мастерской. — Я бы хотел не чувствовать горечи, когда кто-то умирает у меня на руках, не чувствовать беспомощности, от которой эти руки опускаются. Люди принимают мерцание, пьют алкоголь, чтобы сделать то же самое. И никто не осуждает их. Так почему то, что задумал я, должно подвергаться осуждению? Как много я бы мог сделать, если бы отключил всё это. В конце концов, — он вернул маску на место и скрестил руки на груди, — если мой план тебе не по нраву, никто не заставляет участвовать в нём. Ты-то никогда не сомневаешься ни в чём. Так что если ты не можешь мне ничем помочь, хотя бы не мешай. — А если я могу помочь Зауну? Если я хочу? — Джейс подошёл ближе. — Так помоги, Джейс, — Виктор пожал плечами. Он опустился на стул и запрокинул голову, глядя в потолок. — Но хекстек слишком опасен, если попадёт не в те руки, — Джейс запустил пальцы в волосы, ломая свою идеальную укладку. Виктор покосился на него, и Джейс стушевался, убирая руки за спину. — Совет не позволит отдать эти технологии в Заун, пока на улицах беспорядки. — Вот видишь, Джейс, — фыркнул Виктор. — Замкнутый круг. Чем дольше вы игнорируете проблему, тем больше она становится. Вы пугаетесь её ещё сильнее и жмуритесь изо всех сил. Видишь ли, за годы до появления хекстека всё было точно так же. Эту проблему не решить парой изобретений, как бы хороши они ни были. Хочешь помочь по-настоящему? Начни с того, что угомони свою подругу. Наверху и так Бездна знает что творится. Люди недовольны, они измучены и напуганы. И если Пилтовер не исправит этого, Заун сам возьмётся за дело. Пока верхний и нижний город грызутся между собой, ты никогда не исполнишь свою мечту. А я не исполню свою. — Я не дам этому случиться, — Джейс с этим его упрямым взглядом был просто бесподобен. Виктор закусил губу. — Я поговорю с Советом. — Ага, давай, — он небрежно махнул Джейсу на прощанье. — Иди уже. Я не расположен к дальнейшей дискуссии. Точно не сейчас. Джейс кивнул. Он направился было к выходу, но потом резко развернулся, в пару шагов преодолел разделявшее их расстоянии и прижался к губам Виктора в коротком, но жёстком поцелуе. Виктор опешил, но всё же успел бросить ему в спину: — Постарайся успеть до того, как я стану бесчувственным чудовищем. *** Тишина грота взорвалась протяжным истошным криком, полным боли. Счастливая улыбка слетела с лица Джейса, и он рванул к двери, влетая в лабораторию Виктора. То, что он увидел, заставило его почувствовать ледяной ужас, сдобренный изрядной порцией тошноты. Виктор в своей защитной маске, с закатанными до локтя рукавами склонился над рабочим столом. Будто порождение его самого страшного кошмара, которые были постоянными спутниками Джейса те пару месяцев, которые прошли с их последней встречи. «Постарайся успеть до того, как я стану бесчувственным чудовищем». В его окровавленной руке была ещё одна рука. Чужая. Вся его рубашка тоже была залита кровью. А прямо перед ним, на столе, лежало изуродованное человеческое тело. Или не тело. Виктор уронил отрезанную руку в кюветку, и человек на столе едва слышно застонал. — Что здесь происходит? — прохрипел Джейс. Виктор покосился на него, но продолжил свой эксперимент над несчастным бедолагой. Он перехватил железной скобой культю и начал прижигать края надреза. К запаху крови и химии добавился запах палёного мяса. — Стой, где стоишь, не до тебя сейчас. Джейс бросился вперёд сломя голову и в последний момент успел перехватить руку Виктора, сжимавшую шприц с узнаваемым лиловым содержимым. Виктор на мгновение замешкался. Его голова медленно повернулась в сторону Джейса, и он покорно разжал пальцы, роняя шприц на стол. А спустя секунду ноги Джейса оторвались от земли. Виктор стиснул его горло и толкнул к стене. Его усиленное аугментами тело легко справилось с этой задачей, хотя Джейс был почти в два раза тяжелее его самого. Джейс судорожно вдохнул. Носки его сапог едва касались пола — Виктор легко удерживал его у стены одной рукой, пока второй отстёгивал маску. — Решил поиграть в героя? — прошептал он Джейсу в лицо. — А теперь включи свой гениальный мозг и присмотрись внимательнее. Джейс сглотнул, но покорно перевёл взгляд на верстак. Тело человека, мужчины, одетого в робу шахтёра, было покрыто ожогами. Местами плоть запеклась до румяной корочки, а где-то свисала с костей лохмотьями. Джейс посмотрел на отрезанную руку — она была в ужасном состоянии. А потом, на верстаке он увидел несколько протезов, явно вышедших из-под рук Виктора. Это был не безумный эксперимент. Просто Виктор пытался спасти какого-то бедолагу, которому не повезло. Джейс перевёл взгляд на Виктора. — Понял наконец? — спросил тот. Его голос сочился презрением и недовольством. — Надеюсь, теперь ты не будешь мне мешать и дашь закончить начатое. Потому что если будешь, у меня в лаборатории окажется два трупа, хотя я не планировал ни одного. Чтобы придать веса своим словам, Виктор чуть сильнее сжал горло Джейса. Его глаза будто горели, светились изнутри недобрым огнём. Он скривил губы в ухмылке и придвинулся к Джейсу ещё немного. Джейс понял, что дрожит. — Что, Джейс, боишься меня? — Виктор изогнул бровь. — Или нет? — Живая рука Виктора накрыла пах Джейса, и тот сглотнул. Кровь прилила к лицу. — О, Джейс. Тяжелый случай. Потерпи немного. Если сумеешь сохранить настрой, пока я заканчиваю с этим бедолагой, то позже я поработаю и над тобой. Железная ладонь разжалась, и Джейс жадно вдохнул воздух, беспрепятственно хлынувший в лёгкие. Он сполз по стене. Его ноги будто превратились в желе. Виктор прижал маску к лицу и вновь склонился над бессознательным шахтёром. Мерцание всполохами понеслось по венам его «пациента», делая своё дело. Виктор удовлетворённо кивнул. Вскоре его пальцы уже порхали над обрубком руки, прикручивая протез ей на замену. Джейс понимал, что повёл себя по-идиотски. Но за эти месяцы он так накрутил себя, что едва ли мог нормально соображать. Возможно, сейчас он не отказался бы от пары Викторовых имплантов, чтобы прочистить голову. А ещё у него был стояк. Несмотря на полумёртвого бедолагу на столе, несмотря на руки Виктора, измазанные в крови. Несмотря на весь этот сраный бесконечный день. Джейс коснулся своей шеи. Кожа ещё помнила железную хватку прохладных неживых пальцев. Он был полностью, тотально испорчен. Развращён Виктором и его взглядом на мир. И самое ужасное, что он не собирался испытывать ни капли угрызений совести на этот счёт. Потому что именно здесь, возле Виктора, он в очередной раз почувствовал себя живым. *** — Ладно, и зачем ты так нёсся сюда, что чуть дверь с петель не сорвал? Джейс лежал на уже ставшей привычной лежанке. Виктор вытрахал из него всю душу, раз за разом подводя к самому краю и останавливаясь за секунду до того, как Джейс смог бы получить желаемое. Джейс с затаённым стыдом вспомнил, как с жалобным хныканьем насаживался на его железные пальцы. У него ныла каждая мышца, будто он весь день провёл в кузне. Виктор точно пиздел, когда говорил, что хочет вытравить из себя все эмоции. Невозможно было добровольно отказаться от такой жажды подчинять и обладать. — Я уговорил совет очистить воду в бухте, — Джейс покосился на Виктора, ловя малейшие отголоски эмоций на его лице. — Сказал им, что никакого нового хекстека для Пилтовера не будет, если они не начнут использовать его на благо людей. — И что же, они согласились? — Виктор запустил пальцы Джейсу в волосы. Джейс чувствовал недоверие в его голосе. — Нет, — Джейс подался навстречу ласкающей его руке, — я на это и не рассчитывал. Но я всё равно добился желаемого. Часть прибыли с перевозок через Хекс-Врата будет использована на очистные сооружения. По моим подсчётам на полную очистку Бухты уйдёт от трёх до четырёх месяцев. Но мне потребуется твоя помощь. И много свободных рук. Одними механизмами мы не обойдёмся. И ещё… Джейс взахлёб рассказывал Виктору об всём, что тот упустил за месяцы их разлуки. Он знал — никаким чудовищем Виктор не станет. Не этот Виктор, с горящими глазами и жадными руками. Не его Виктор. Знал потому, что не собирался допускать этого. А если Джейс Талис собирался чего-то добиться, ничто не было способно его остановить.