Сотня: Перезагрузка. Часть 2. Отмотать назад

Земля. Блондинка не чувствовала необходимости слишком беспокоиться из-за произошедшего с Октавией, с младшей Блейк ничего плохого не случилось бы, если бы Кларк позволила событиям идти по тому же пути, что и в прошлый раз. И действительно, ничего менять не надо было, кроме того, это был связующий момент между Джаспером и Октавией, было бы жестоко с ее стороны отнять у них этот момент. Тем не менее, она постаралась хорошо сыграть свою роль, чтобы никто не сомневался, или не заподозрил ее, особенно с учетом того, как Финн наблюдал за ней всю дорогу. Она быстро присоединилась к остальным, глядя на воду в поисках девушки, когда Октавия внезапно появилась с другой стороны реки, крича и размахивая руками и все бросились туда, наблюдая, как ее болтало в разные стороны. «Что это за фигня?!» — спросил Монти, когда Финн снял куртку. «Что ты собираешься делать?» — спросил его Джаспер. «Надеяться, что меня не сожрут». Он уже собирался прыгнуть, но Кларк снова остановила его, наблюдая, как монстр все еще держит Октавию в зубах: «Нет, подождите. Если мы отвлечем его, он может отпустить ее. Помогите мне», — приказала она, прежде чем опуститься на колени, пока Финн и Монти помогали ей бросить большой камень в реку. Оглянувшись, они увидели, как монстр отпустил Октавию. «Сработало. Оно отпустило ее», — сказал Финн, когда они увидели, как речная змея начала двигаться в сторону упавшего в воду камня. Единственная проблема заключалась в том, что эта штука оттащила Октавию в более глубокую часть реки и она тонула не умея плавать. «Октавия, немедленно плыви к берегу!» — закричал Джаспер, прыгая в воду. Но его действия вновь привлекли внимание существа. «Оно возвращается и направляется прямо к вам, ребята», — предупредил Монти, пока они смотрели, как тварь движется в реке. К счастью, Джаспер смог затащить Октавию и себя на камень в самый последний момент, когда речная змея прошла мимо них. Остальная троица добрались до ребят и Кларк быстро принялась проверять рану, хотя уже знала, что там нет ничего страшного. Как и в прошлый раз это был лишь небольшой укус, который не причинил девушке слишком серьезной боли, зажил довольно хорошо и относительно быстро, так что блондинка не беспокоилась об этом, но держала рану в чистоте на случай инфекции, но до этого не дошло. Тем не менее, Кларк разорвала кусок рубашки Джаспера и обмотала ногу девушки, чтобы остановить кровотечение и защитить рану, пока Октавия обнимала мальчика. «Спасибо», — повторила она несколько раз. «С тобой все будет в порядке», — заверила Кларк младшую Блейк, закончив перевязывать рану. «Заметка для себя: в следующий раз спасти девочку», — пошутил Монти, подняв остальным настроение и пока все смеялись над его словами, мальчики помогли Октавии подняться. Кларк, будучи девушкой помогла ей снова одеться, прежде чем они продолжили свой путь. Она посмотрела на небо и увидела, что солнце начинает садиться, поэтому, когда Октавия оделась, она повернулась к остальным: «Скоро стемнеет. Нам нужно найти место, где можно переночевать». Они кивнули и пошли прочь от реки, Кларк была последней, она смотрела в небо и молилась, чтобы в лагере все было хорошо. Если кто-то из ее друзей пострадает, она устроит ад, это она знала наверняка. Если на Уэллсе окажется хотя бы царапина, они узнают Ванхеду. Это были ее последние мысли перед тем, как она последовала за группой. Ей предстояла длинная ночь.

* * * *

Земля. Лагерь. После того, что Мёрфи услышал ранее из разговора Беллами с Мбеге и Коннором, он настоял, чтобы он и его друзья вошли в десантный корабль и остались там. Ребята согласились. Они также беспокоились об Уэллсе, как и он сам и хотели обезопасить мальчика. Джессика не отходила от своего парня, все чаще прикасаясь к нему, чтобы развеять свои опасения, что он все еще здесь и с ним все в порядке. Уэллс, просто позволял ей, понимая, что если бы ситуация изменилась, ему, вероятно, было бы еще хуже. Что касается Мёрфи, то он хотел убедиться, что все они находятся в его поле зрения и достаточно близко, чтобы он мог уберечь их, потому что помнил, как все произошло в первый раз и ему стало стыдно за то, что он сделал. Сделал и что позволил уговорить себя это делать. Он был уверен, что Уэллс простил бы его, если бы узнал, но все же во рту остался горький привкус, тем более теперь, когда он знает этого парня и считает его братом. Девочки не видели проблем с тем, чтобы оставаться внутри и просто болтать; Шарлотта хотела в подробностях знать, как Уэллс попросил Джессику стать его девушкой и обо всем том, чем девушка была более чем готова поделиться, полностью смутив своего парня, которого безостановочно дразнили объединившиеся Шарлотта и Мерфи. Было уже темно, когда небольшая группа друзей, наконец, вышла из корабля, услышав громкий шум и Мерфи уже знал, что происходит, а остальные трое — нет. Уэллс держал руку своей девушки, а Мерфи одной рукой обнимал Шарлотту. «Уэллс, что происходит?» — спросила его Джессика и мальчик покачал головой. «Я не знаю, но собираюсь узнать». Он отпустил руку Джессики и направился к костру, в то время как Мёрфи потянулся за спину, чтобы нащупать оружие и последовал за своими друзьями, зная, что назревает конфликт. Слышались громкие аплодисменты, люди стояли вокруг костра, наблюдая за представлением снятия браслетов, любезно предоставленное так называемым лидером, которым Беллами снова пытался быть. Когда они подошли ближе, то смогли увидеть браслеты, уже снятые с рук их владельцев, однако Мерфи мог видеть, что в отличие от прошлого раза, это было только начало, а это означало, что было снято не более пяти браслетов, что было хорошо Он мог смириться с этим числом, так как оно не было слишком тревожным. Тем не менее, у него было представление о том, как разозлится Кларк, когда она вернется и узнает об этом безумии. Он знал не понаслышке, что это будет весьма неприятно для всех остальных, но на данный момент, вместо нее, ответственность все это остановить как можно быстрее, легла именно на него, но Уэллс, как и в прошлый раз, шагнул вперед, Джессика попыталась последовать за ним. «Кто следующий?» — крикнул Беллами остальным и они приветствовали его, как будто он был Богом, а Мёрфи видел в нем такого же мудака, каким он был и раньше. Беллами нужно было многому научиться. Мерфи учился каждый день стараясь не отставать и больше у него не было таких ужасных провалов, по крайней мере, до сих пор, и он не хотел начинать сегодня, поэтому он схватил Джессику за руку, не давая ей последовать за Уэллсом и потянул назад, глядя на Шарлотту, заставляя ее понять, что ему от нее нужно. Присматривать за маленькой девочкой. Джессика кивнула, получив сообщение и притянула девочку ближе к себе, когда он пошел за Уэллсом сквозь толпу, прежде чем остановиться и скрестить руки на груди. Он вмешается, когда придет время. «Что, ты делаешь?» — спросил Уэллс, когда все посмотрели на него. Мбеге двинулся к нему, но Беллами остановил его. «Мы освобождаем себя. А на что это похоже?» — спросил парень с ухмылкой на лице. «Похоже, ты пытаешься нас всех убить. Система связи не работает. Эти браслеты — все, что у нас есть. Снимите их, и на Ковчеге решат, что мы умерли, что тут небезопасно», — попытался объяснить ситуацию Уэллс. «В том-то и дело, канцлер» — некоторые захихикали над прозвищем, — «Мы можем позаботиться о себе. Разве мы не можем?!» Беллами обратился к толпе и все согласились, подбадривая его слова. «Думаешь, это игра?» — Уэллс огляделся, — «Там наверху не только наши друзья и наши родители. Там наши фермеры, наши врачи, наши инженеры. Мы сами здесь не выживем и кроме того, если это действительно безопасно, как ты можешь не хотеть, чтобы остальные наши люди спустились?» — мягко, но в тоже время твердо сказал Уэллс, пока Мерфи ждал. «Мои люди уже внизу. Эти люди заперли моих людей. Эти люди убили мою мать за то, что она родила второго ребенка. Это сделал твой отец», — сказал Беллами сквозь стиснутые зубы, приближаясь к Уэллсу. Мерфи уже разрывался от необходимости вмешаться, но все еще ждал подходящего момента. «Мой отец не писал законы», — сказал Уэллс парню. «Нет, он их навязал, но не теперь. Не здесь. Здесь нет законов. Здесь мы делаем все, что мы хотим, когда мы хотим. Тебе может это нравиться, Уэллс. Ты можешь попытаться остановить это, изменить это. Убей меня. Ты знаешь почему? Потому что мы будем делать все что хотим». Это была реплика, которую так ждал Мерфи. «Правда?» — спросил он, привлекая внимание всех к себе, когда он подошел к ним двоим и Беллами ухмыльнулся. «Что бы мы ни захотели», — ответил брюнет, когда Мерфи встал между ним и Уэллсом. Все приветствовали Беллами. Мерфи оглядел всех, прежде чем снова повернуться к Беллами, пожав плечами. «Хорошо». Следующее, что они увидели, это то, что он сильно ударил Беллами в лицо и парень отшатнулся с разбитой губой. «Ты хочешь делать все, что, ты хочешь? Ладно, я не собираюсь тебя останавливать, но только после того, как Ковчег спустится. До тех пор любому, кто снимет браслет, станет намного хуже», — проревел Мерфи достаточно громко, чтобы все могли его услышать, когда Беллами повернулся к нему. «Да неужели? И как ты собираешься остановить нас?» — сказал он, подходя к нему. Мерфи посмотрел на него: «Ты только что сказал, что я могу убить тебя, не так ли? Раз уж ты так упорно пытаешься заставить Ковчег думать, что мы мертвы, могу сделать это правдой». Он вытащил пистолет и направил его прямо в голову Беллами, когда вокруг них раздались шокированные вздохи. Он бы рассмеялся шокированному взгляду Беллами, но ему нужно было довести это до конца. «Видишь ли, охранник, у меня нет проблем с твоей философией, но она не совсем применима к этой данной ситуации. Ковчег спустится на Землю, нравится тебе это или нет. Я это гарантирую». «Я думаю, никто здесь не хочет неприятностей. Я их тоже не хочу. Я очень хороший парень. И у нас не будет никаких проблем, если мы все будем сотрудничать и работать вместе, чтобы выжить здесь, пока остальные наши люди не присоединятся к нам. Однако», — он понизил тон, — «Если кто-нибудь снимет браслет, вы пожалеете, что были так глупы», — закончил он очень страшным, опасным тоном, осматривая людей, которые выглядели довольно напуганными. Начинался дождь, Мерфи повернулся к Беллами: «Чего бы мы, не хотели, верно?» Мерфи сказал это, широко раскрыв руки и держа пистолет, прежде чем развернуться и проводить своих друзей обратно к челноку, пока все молча смотрели, как они уходят. Как только они оказались внутри, он пригласил всех четверых подняться по лестнице на самый верхний уровень. Он не хотел показывать свое оружие так рано, но в данном случае это была единственная причина, по которой он знал, что Беллами дважды подумает, прежде чем идти за Уэллсом. В общем, что сделано, то сделано. Когда они все поднялись наверх, он потянулся и закрыл защелку, запирая их внутри. Он не хотел, чтобы кто-то еще присоединился к ним здесь. Только тогда он глубоко вздохнул, немного расслабляясь, повернулся к друзьям, жестом приглашая их устроиться поудобнее. «Это было страшно, Джей», — сказала ему Шарлотта, когда они все сели на пол. Он посмотрел на нее и кивнул: «Я знаю. Это должно было быть страшно, Косички». «Что это было, Мерфи? Где ты вообще взял этот пистолет?» — спросил его Уэллс. «Это, Джуниор, было правильно. Как ты думаешь, был ли какой-нибудь другой способ заставить Беллами отказаться от того, чтобы силой снять этот браслет с твоей руки и помешать тем людям добровольно избавиться от своего браслета, если им нечего бояться?» — Мерфи усмехнулся. — «Ты умный парень, Уэллс, но ты не понимаешь, что с такими людьми, как Беллами, нужно показать, что он не главный, что я и сделал. Ты же сам сказал, нам нужен Ковчег здесь, внизу, мы без них долго не протянем и они наверху без этого места тоже не продержатся, так что все сложится в нашу пользу, поверь мне. Кроме того, я не думаю, что Блонди понравится то, что коридорный пытается сделать здесь. А тебе?» Уэллс покачал головой, уже зная ответ. «А пистолет был подарком Кейна, чтобы помочь защитить нас, если мы столкнемся с какой-либо опасностью здесь, на планете, или с преступниками, с которыми мы живем. Это очень удобно, не так ли?» Уэллс снова кивнул, соглашаясь, что это поможет сохранить их в безопасности. Следующей заговорила Джессика: «Теперь ты думаешь, что мы в безопасности? От них и Беллами?» Мерфи глубоко вздохнул: «Сложный вопрос, Джессика. Будут ли они пытаться что-то делать сегодня вечером, зная, что у меня есть пистолет? Возможно нет. Они не знают меня, они не знают, почему я был заключен в тюрьму, поэтому они не знают, выполню ли я свою угрозу убить их или нет, так что я сомневаюсь, что они рискнут узнать. По крайней мере, не сегодня. Но безопасно ли? Мы не будем в безопасности, пока Кларк не вернется. Если есть кто-то, кто может направить этих людей на правильный путь, так это Блонди. В этом я не сомневаюсь. Нам просто нужно продержаться, пока она не вернется». «Можно два вопроса? И я не хочу никого обидеть», — осторожно сказала она. «Давай», — подбодрил Уэллс, улыбаясь ей, давая понять, что спрашивать можно о чем угодно. Она посмотрела на него и увидев его улыбку, немного успокоилась, прежде чем она задала свой первый вопрос: «Это не вопрос, на самом деле, больше похоже на наблюдение. С тех пор, как мы прилетели сюда и я встретила вас, ребята, я заметила, что вы все как бы подчиняетесь Кларк, как будто она главная. Это так? Уэллс и Мерфи переглянулись, но ответила Шарлотта: «Да» Уэллс объяснил: «Не то, чтобы мы приняли сознательное решение. В смысле мы не сели и не проголосовали за нее, чтобы она стала лидером, но вся наша группа друзей была сформирована, потому что Кларк связалась с Мерфи, Рейвен и Шарлоттой, и это просто случилось». «Кларк — лидер, Мерфи — телохранитель, Уэллс — советник, Рейвен — мастер на все руки, а я — талисман», — уточнила Шарлотта. Мерфи усмехнулся над тем, насколько простым, но точным было ее видение, прежде чем он заговорил, отвечая на вопрос: «Кларк — прирожденный лидер. Она не ищет лидерства и не пытается навязываться, но у нее это очень хорошо получается. Вы видели это сегодня. Она вызывает желание следовать за ней и честно говоря, иногда она даже не замечает этого. Так что да, можно сказать, что Кларк — лидер нашей группы, поэтому мы ждем, пока она примет окончательное решение, потому что в восьми случаях из десяти она оказывается права». Джессика кивнула ему: «Кажется, я понимаю. Ранее она сделала несколько важных выводов и сумела объяснить их толпе». «Какой второй вопрос?» — спросил ее Уэллс. Она немного покраснела, прежде чем посмотрела на Мерфи и спросила: «Вы с Кларк вместе?» «Что?» — спросила Шарлотта, прежде чем рассмеяться, как и Уэллс, в то время как Мерфи просто закрыл лицо рукой. Джессика пожала плечами: «Просто ты так с ней близок и то, как ты говоришь о ней, заставило меня задуматься, влюблен ли ты в нее». Мерфи покачал головой: «Все в порядке. Я понимаю, почему ты так думаешь. Я люблю Кларк, но только как сестру. Я многим ей обязан. Она спасла мне жизнь и благодаря ей я нашел себе новую семью. Она та, кто любит и поддерживает меня, несмотря ни на что. Да, мы очень близки, но мысль о том, чтобы быть с ней вот так, отвратительна и невероятно тревожна», — ответил он ей. Уэллс обнял свою девушку: «Однако он ошибается в одном. Они не относятся друг к другу как брат и сестра, это скорее о Рейвен и Мерфи. Они не могут находиться в одной комнате, пока не поссорятся, пытаясь вывести друг друга из себя». «Это правда», — согласилась Шарлотта. «Если не брат и сестра, то кто же?» — с любопытством спросил Мерфи. «Как мать и сын, очевидно», — Уэллс улыбнулся, прежде чем продолжить — «Мерфи похож на бунтующего ребенка, а Кларк — на наседку, которая пытается защитить его от глупостей и ругает, когда он их делает. Ты просто не видела этого раньше, но ты увидишь», — он повернулся к Мерфи, — «Я ошибаюсь?» Мерфи, казалось, обдумывал ответ, прежде чем пришел к выводу: «Нет. Ты прав. Кларк ведет себя со мной как мать. Но хватит, пора спать. У меня такое чувство, что завтра будет еще больше проблем, чем сегодня и мы должны быть готовы. Итак, готовьтесь и ложитесь спать. Особенно ты, Косички. Кларк заберет мою левую почку, если она подумает, что я плохо о тебе забочусь». «Что насчет тебя?» — спросила Джессика у Мерфи, прижимаясь к боку Уэллса, а Шарлотта легла рядом с ними. «Кто-то должен присматривать за всеми вами. Я не доверяю этим ребятам, чтобы они ничего не предприняли, пока мы спим, к тому же я не в первый раз провожу ночь без сна. Со мной все будет в порядке. Не беспокойся обо мне и просто иди спать. Земля и куча молодых глупых подростков ждут нас завтра». Они кивнули, следуя его указаниям и закрыли глаза, а Мерфи держал лестницу в поле зрения, на всякий случай запершись изнутри. Он действительно надеялся, что Кларк вернется и разберется с Беллами и браслетами раз и навсегда. Он взял свой нож и один из револьверов, держа их подальше от Шарлотты, и расслабился, прижавшись к металлу. Так он провел ночь. Он так хотел, чтобы этот день закончился.

* * * *

Ковчег. Эбби и Джейк снова смотрели на экраны, теперь это было все, чем они занимались. Ни один из них не мог отвести глаз добровольно, боясь, что в любую минуту экран одного из их детей станет красным, потому что без их ведома Рейвен, Уэллс, Мерфи и Шарлотта тоже стали их детьми. Они чувствовали себя их защитниками и беспокоились о них так же, как и о Кларк. Все четверо должны были быть в порядке, другого исхода они не могли принять. Итак, они остались и молились, надеясь вопреки всему, что не потеряют ни одного члена своей смешанной семьи. «Десять экранов. Один за другим», — через некоторое время указала Эбби, тревога и поражение становились все более очевидными в ее голосе. «Эй, мы не можем сдаться, хорошо? Еще нет. Дети в порядке. Кроме того, мы согласились, что существует ряд причин, которые могли бы объяснить темные экраны, не так ли?» — она кивнула, — «Мы не можем потерять надежду, Эбби. Если да, то они уже мертвы, а я отказываюсь в это верить», — возразил Джейк. Прежде чем она успела ответить мужу, ее позвал Джексон: «Эбби, посмотри на осмолярность плазмы, она зашкаливает. Она улыбнулась первым хорошим новостям, которые они получили за весь день, поэтому Джейк повернулся к ней, смущенный, потому что если Эбби улыбалась, это означало что-то хорошее. «Что это значит?» — спросил он. «Это значит, что они нашли воду». Действительно, это был очень хороший знак для детей и для них в том числе. Если бы на Земле можно было выжить, им не пришлось бы беспокоиться о таком важном ресурсе. Для них будет питьевая вода, что увеличит их шансы на выживание. Прежде чем они успели как следует отпраздновать эту замечательную новость, двери диспетчерской открылись и в комнату вошел Шамуэй с несколькими охранниками, которые направились прямо к Эбби. «Советник Эбигейл Гриффин, вы арестованы за превышение максимального количества медикаментов, разрешенного на одного пациента», — невозмутимо заявил он, хотя и официальным тоном, но Джейк встал перед ней и между ними. «Как временный Канцлер, я считаю, что это должно быть мое решение, а не ваше, лейтенант. И поскольку я был тем, кто разрешил использовать любые медикаменты, необходимые для спасения жизни моего друга и вашего Канцлера, никакого ареста не будет, поэтому я предлагаю вам отступить. Немедленно», — твердо заявил Джейк. В этот момент в комнату вернулся Кейн и увидев разыгравшуюся перед собой сцену встал рядом с Джейком. Он посмотрел на всех охранников, прежде чем сказать: «Я уверен, что вы слышали своего Канцлера четко и ясно, лейтенант. Делайте, как он говорит. Или хотите, чтобы вас арестовали за неподчинение?» Шамуэй посмотрел на него и на Джейка. «Но, сэр…» — он попытался заговорить с Кейном, думая, что они на одной стороне и конечно ошибся. Джейк шагнул вперед: «Вы собираетесь не подчиняться моему приказу, лейтенант?» Мужчина покачал головой: «Нет, сэр». «Тогда уходите. У нас есть более важные дела для обсуждения, чем этот вздор». Охранники последовали за Шамуэем, когда он развернулся и вышел из диспетчерской, забирая с собой возникшее с его появлением напряжение. Затем Джейк повернулся, чтобы посмотреть на свою жену и Эбби начала объяснять: «Я должна была это сделать, Джейк. Он бы умер, если бы я это не сделала». Все, что он сделал, это крепко обнял ее, зная, что, если бы он не был временным Канцлером, существовал высокий риск того, что его жена была бы казнена и одной мысли о ее потере было достаточно, чтобы он еще сильнее сжал объятия, желая удостовериться, что она все еще здесь, с ним, что он оберегает ее и никто не собирается отнять ее у него. Именно сейчас Джейк понял, что чувствовали Кларк и Эбби, когда они думали, что он слетит с катушек, и он был рад, что не заставил ни одну из них чувствовать себя так. Словно поняв, что творится в голове ее мужа, Эбби так же крепко обняла его в ответ. Как только он взял эмоции под контроль, он отстранился и посмотрел на нее: «Я знаю. Я рад, что ты спасла его и никому не позволю из-за этого отправить тебя в космос». «Очень мудрое решение, Канцлер, сэр», — пошутил Кейн, заставив пару улыбнуться, прежде чем оставить их и вернуться к работе.

* * * *

Земля. На Земле группа решила, что после последнего опыта им будет полезно не бродить по незнакомым местам, таким как реки, пещеры и тому подобное. Из-за травмы Октавии они замедлили шаг и продолжали искать любое место, где можно было бы переночевать. Конечно, Кларк точно знала, где они остановятся. Раньше это место было достаточно безопасным, поэтому оно снова послужит им. Так что, когда Финн нашел его, она быстро согласилась остаться там и они пошли немного отдохнуть. Не понимая, насколько она устала, Кларк вскоре уснула. Спустя несколько часов они открыла глаза, огляделась и увидев, что все спят, решила пойти посмотреть светящийся лес. Она подошла к тому же месту, что и раньше, и была поражена. Она не помнила, чтобы это было так прекрасно, звуки ночных животных, голубовато-зеленое сияние растений, однако, увидев это, тоска, которую она испытывала по Лексе, только усилилась в ее сердце, хотя боль от отсутствия брюнетки теперь ощущалась сильнее каждую секунду каждого дня. Тем не менее, чтобы избавиться от этого чувства, Кларк схватила ожерелье, которое Кейн подготовил для нее, вытащила его из-под рубашки и начала смотреть на него, думая о том, что Лекса могла бы делать прямо сейчас. Спала она или нет, была ли она одна, или нет, хотя Кларк не могла и не позволяла себе даже думать об этом, иначе она могла бы просто бросить все это и пойти искать девушку, которой принадлежит ее сердце. Эти чувства стали неожиданностью, учитывая тот факт, что она никогда не проявляла собственнической привязанности к людям, с которыми встречалась раньше, но она даже думать не хотела о Лексе с кем-то, кто не был ею. Ханжески с ее стороны, она понимала. Особенно с тех пор, как она спала с Найлой до и после смерти Лексы, но даже будучи гигантской неудачницей, в тот момент Кларк делала все, чтобы чувствовать что-то кроме невыносимой боли и горя из-за потери любви всей ее жизни, и страха подвести свой народ и желания убедиться, что они смогут пережить Высшее Пламя. Ей нужно было чувствовать что-то еще, иначе она закрылась бы и тогда ничто не могло бы заставить ее выбраться из этого, а для этого не было места. Не тогда. Однако у нее не было никакого желания быть с кем-либо еще когда-либо. Даже если она снова потеряет Лексу, чего она не допустит, она уверена, что не захочет снова быть ни с кем другим. Потому что, имея лучшее, как хотеть меньшего? Сосредоточившись на мыслях о Лексе и их отношениях, Кларк не заметила, как к ней подошел Финн, пока не услышала, как его шаги становятся все ближе и ближе. Она быстро спрятала ожерелье обратно под рубашку, когда он подошел к ней с выражением благоговения на лице. «Довольно круто, да?» — он стоял рядом с ней, показывая свою руку, держащую лист с водой внутри. «Ты ходил к реке». «Решил, что это стоило того, чтобы потерять палец или два». Он сказал это ей с легкой ухмылкой на лице. Глядя на него сейчас, Кларк поняла, насколько очевидно, что он флиртует с ней и ее злило, что он, кажется, вообще не думает о Рейвен. Тем не менее, ей хотелось пить, поэтому она выпила один глоток, а потом еще несколько. «Как думаешь, от того что мы выпьем воды, у нас у всех вырастет по две головы?» — сказал он, наклоняясь ближе к ней, пытаясь пошутить. Она покачала головой, это его едва уловимое обаяние больше на нее не действовало: «Ты еще больший идиот, чем тебя описывала Рейвен», — напомнила она ему о механике и внезапно его ухмылка исчезла. «Откуда ты ее знаешь?» «Я пошла навестить папу на работу, она была там, мы встретились, поговорили и подружились». Он кивнул с легкой улыбкой. Кларк продолжила: «Она замечательная девушка, Финн. Не причиняй ей вреда, иначе тебе придется беспокоиться не только о змеях-людоедах». С этими словами она развернулась и вернулась на свое место. Она слышала, когда он тоже шел на свое место и вздохнув, она расслабилась и уснула, на этот раз видя сны о некой зеленоглазой красотке и это был очень хороший сон. На следующий день они были разбужены пением птиц, это удивило всех, кроме Кларк, которая уже привыкла к этому и довольно скоро они продолжили свой путь к Горе Везер. С каждый шагом Кларк боялась того, что произойдет дальше, но заставляла себя улыбаться и смеяться то здесь, то там. Ей очень не нравилось, что она не может изменить это, но Бекка объяснила неописуемую опасность изменения Маркеров Времени и девушка не стала бы рисковать. Она пообещала себе, что помирится с Джаспером, как только они его спасут. На самом деле Кларк казалось, что для них все изменится гораздо быстрее, чем в прошлый раз. Они подошли к реке, которая, как помнила Кларк, была границей между землей Трикру и территорией Горных Людей. Она также знала, что там уже кто-то наблюдает за ними, чтобы увидеть, что они будут делать, и ей пришлось остановить себя, чтобы выглянуть, пытаясь найти, кто это был. Как и в прошлый раз, Финн обнаружил длинную лозу и начал ее готовить, и она знала, что ей нужно украдкой сделать свою часть работы правильно. «Ты хотел пойти первым. А теперь не тормози. Гора Везер ждет». — она сказала эти слова, хотя ей очень хотелось, чтобы она этого не делала. «Просто продержись до апогея, и все будет в порядке», — сказал Джаспер, стоя рядом с другим мальчиком. Финн повернулся к нему, изображая невинность: «Апогей? Как индейцы, да?» Джаспер посмотрел на него и сказал: «Апачи, а не апогеи». «Он знает». Кларк сыграла свою роль, наблюдая, как Финн ухмыляется молодому парню. «Да-да, капитан». Он отсалютовал ей, прежде чем повернуться к Джасперу: «Увидимся на другой стороне». Он собирался прыгнуть, но, как и в прошлый раз, Кларк увидела, как Джаспер остановил его. «Подожди», — сказал Джаспер длинноволосому парню, украдкой взглянув на Октавию. «Что?» — спросил его Финн, заметив его взгляд. «Позволь мне», — взмолился Джаспер, когда Финн заметил, что девушка смотрит на них и улыбнулся, понимая ситуацию. «Я могу сделать это». Финн дал ему виноградную лозу с ухмылкой на лице: «Я знал, что где-то там внутри был крутой парень». Джаспер приготовился, но казался слишком нервным. — «Эй, Джаспер, бояться это нормально. Не борись с этим», — успокоил его Финн. Казалось, это придало Джасперу храбрости, в которой он нуждался. «Увидимся на другой стороне». — сказал он и с криком рванулся вперед, отпустив лозу как раз вовремя, чтобы упасть на камень на другом берегу реки. Остальные четверо побежали, чтобы лучше его разглядеть. Он поднялся с земли, прежде чем повернуться к ним и закричать: «МЫ АПОГЕЙ!» Другие присоединились к нему, подбадривая его и разделяя его радость, но не Кларк, не в этот раз, потому что она ждала, когда веселье превратится в отчаяние в тот момент, когда он схватит этот знак. Финн повернулся и посмотрел на нее. «Пошли, принцесса. Может быть, это заставит тебя улыбнуться». Она схватила виноградную лозу и заставила себя улыбнуться. «Давай, Кларк! У тебя получится!» — крикнул Джаспер с другой стороны. Кларк посмотрела на Финна, как раз перед тем, как заметила, что Джаспер нашел табличку. «Мы сделали это! Гора Везер!» Он поднял ее, несколько раз взмахнул ею в воздухе и Кларк почувствовала, как ее сердце забилось быстрее, а затем, еще быстрое, вот оно. В грудь Джаспера ударило копье.