Сотня: Перезагрузка. Часть 2. Отмотать назад

Примерно через два, почти через три часа после прибытия девочек, все еще не было никаких признаков того, что Финн вернулся из бункера в лагерь, где он занимался одному Богу известно чем. Не то чтобы для Кларк это имело значение. На самом деле ее вообще не интересовало ничего из того, что делал мальчик, но ровно до тех пор, пока это не было опасно для него, или для всего лагеря. В этом случае у них возникнут проблемы. Но пока он просто гулял по своим делам, она не думала об этом, особенно теперь, когда так много изменилось благодаря одному появлению Рейвен и возможности Кларк поговорить с друзьями. Теперь было так много всего, что можно сделать лучше только из-за этого, что, длинноволосый мальчик полностью вылетел у блондинки из головы, пока она работала с Мерфи, проверяя исполнение и качество работы расписания, которое она сделала. Джон сказал ей, что теперь все идет намного лучше, когда каждый из людей знает, что он должен делать и все руководители хорошо выполняют свою часть работы, следя, чтобы вверенные им люди работали. Больше не было никаких сбоев смен в работе охраны и патрулей и больше ни один участок стены не был оставлен без присмотра, как случалось раньше. Все команды следовали ее инструкциям и все шло отлично, что заставляло ее гордиться идеей, которую они разработали вместе с Беллами. Что касаемо Блейка старшего, то Кларк больше о нем не волновалась, так как была уверена, что он уже добрался до капсулы только для того, чтобы обнаружить, что в ней нет ни пилота, ни радио, а его сестра уже должна была потеряться, только для того, чтобы ее нашел мужчина ее мечты, даже если она этого ещё не знала. Достаточно скоро для них все должно было стать сложнее и девушка воспользовалась моментом тишины и покоя, наблюдая за лагерем, чтобы просто расслабиться. Расслабиться и подготовиться к предстоящим бурям, которые ей предстояло пережить в ближайшие пару дней. Ее краткий миг задумчивости был нарушен, когда кто-то подошел к ней, когда она сидела, прислонившись к наружной стене шаттла. Думая, что это кто-то из людей пришел спросить ее о том или ином деле, она вздохнула, открывая глаза, для того, чтобы лучезарно улыбнуться, увидев, что там стоит всего лишь Шарлотта. «Кларк, можно мне посидеть с тобой?» — немного застенчиво спросила ее девочка. «Конечно. Иди сюда», — блондинка похлопала по месту рядом с собой, на которое плюхнулась младшая девочка. «Что происходит? Случилось что-то, чего я не знаю? Ты же знаешь, что можешь рассказать мне все, что угодно, Чарли. Ты моя младшая сестра, помнишь?» — спросила Кларк у девочки. Шарлотта покачала головой: «Ничего плохого не случилось, честно. Я просто беспокоюсь о Рейвен. Ты рассказала ей о… что Финн тебя поцеловал?» — она прошептала последнюю часть, заставляя старшую девочку улыбнуться в ответ. «Я ей все рассказала», — кивнула в ответ Кларк. — «Я хотела, чтобы она знала и мы очень долго обсуждали это». «Как она отреагировала? С ней все в порядке? Она поэтому прячется в палате?» «Нет, она просто отдыхает. Из того, что она мне рассказала, она работала над капсулой почти весь день, а потом был сумасшедший спуск вниз. Ей просто нужно хорошенько отдохнуть, вот и все», — Шарлотта кивнула. — «Что касается ее реакции, то она восприняла это настолько хорошо, насколько можно ожидать. В глубине души она знала, что то, что было между ними, было не настоящим. Они любят друг друга, не будучи влюблены друг в друга и в этом вся разница». «Как это?» Глубоко вздохнув и пытаясь найти подходящие слова, чтобы объяснить это девочке, Кларк начала: «Рейвен и Финн знали друг друга так долго, что отношения оказались сами собой разумеющимися. Просто это было ожидаемо. Поэтому их романтические чувства друг к другу никогда не были слишком сильными, вот почему, когда Финн оказался здесь, для него не составило труда влюбиться в меня. И поскольку ее чувства к нему также недостаточно сильны, Рейвен легче принять это и проще принять решение, что для них обоих будет лучше расстаться и продолжать жить своей жизнью, сохраняя при этом ту дружбу, которая привела их в жизнь друг друга. Это сложно, Чарли, действительно сложно». Тем не менее, девочка все поняла и задала вопрос, на который, она была уверена, уже знала ответ: «А ты? Что ты чувствуешь к нему?» «Я не влюблена в него, это точно», — усмехнулась Кларк, — «По правде говоря, сейчас я испытываю к нему жалость и раздражение. Жалость, потому что он влюблен в меня, а я никогда не смогу ответить на его чувства, даже если бы захотела, а я этого не хочу, поскольку отношения с бывшим парнем лучшей подруги нарушают все девичьи правила. А раздражение, потому что он, похоже, не понимает намека на то, чтобы закрыть эту тему раз и навсегда». «А ты когда-нибудь была влюблена, Кларк?» Кларк знала, что ответ на этот вопрос был в настоящем, так как она влюблена в Лексу, свою девушку, которая находится всего в нескольких милях от нее, но она не могла сказать правду, как бы ей этого ни хотелось, поэтому она выбрала единственный ответ, который могла дать и ответила: «Нет. Пока нет». Шарлотту, казалось, удивил этот ответ. «Неужели?» «Серьёзно». «Но ты с кем-то встречалась раньше, верно? Так ты поняла, что тебе нравятся и мальчики, и девочки, потому что ты встречалась с обоими. Или я ошибаюсь?» «Да, я встречалась раньше, как с парнями, так и с девушками, но любить кого-то и встречаться с кем-то — это не тоже, что быть влюблённым». «Как Рейвен и Финн?» — спросила Шарлотта. Блондинка кивнула, соглашаясь и повернулась, чтобы посмотреть на девочку, сидящую рядом: «Люди, с которыми я встречалась, были милыми и они действительно мне очень нравились, что помогло мне понять, что мне нравятся представители обоих полов, но я не могу сказать, что когда-либо была в них влюблена. Вот почему я сейчас не с ними». Шарлотта кивнула и собиралась задать еще один вопрос, когда увидела, что Кларк оглянулась через плечо и глубоко вздохнула. Повернувшись, чтобы посмотреть, кто вызвал такую реакцию у девушки, Шарлотта увидела, что это был не кто иной, как сам Финн, наконец-то вернувшийся из своего маленького путешествия. «Ты хочешь, чтобы я сказала ему, что Рейвен здесь? Тогда тебе не придется разговаривать с ним, пока ты не будешь к этому готова». Кларк улыбнулась этому предложению, но покачала головой: «Я никому из нас не сделаю лучше, избегая его, Чарли. Если Финн собирается двигаться дальше, то понимать тот факт, что мои чувства к нему не изменятся, для него будет более полезно. Кроме того, я не делаю ничего плохого, чтобы от кого-то прятаться. Я собираюсь поговорить с ним. Почему бы тебе не пойти и не проверить, готовятся ли самогон, мясо и прочее к сегодняшней вечеринке, а? Если тебе что-нибудь понадобится, спроси у Джонни». Шарлотта кивнула и Кларк встала с места, вытирая грязь со штанов, прежде чем пошла туда, где посреди лагеря стоял Финн, его пристальный взгляд был прикован к ней, наблюдая за тем, как она делала шаг за шагом, подходя все ближе и ближе к нему. Как и раньше, его улыбка говорила, что он надеется, что теперь, в свете нового дня, между ними все наладится. Как сильно он ошибался. Кларк вздохнула, прочитав намерение в его глазах. Это все равно будет трудно, но она надеялась, что их разговор окажет на него какое-то влияние. «Привет, Финн». «Кларк. Я спрашивал о тебе вчера вечером, но Мерфи сказал, что ты ушла. Он не позволил мне пойти за тобой», — сделав шаг ближе к ней, он понизил голос, — «Я очень беспокоился о тебе. Там опасно находиться, особенно ночью, Кларк. Земляне могли напасть на тебя в любой момент и мы бы об этом не узнали. Мы бы не смогли защитить тебя». Вздохнув, она все же ответила ему: «Я могу позаботиться о себе лучше, чем ты думаешь, Финн. Но спасибо за беспокойство, хотя и ненужное, кроме того, мне нужно было немного проветрить голову и хорошо, что я это сделала». Она как раз собиралась рассказать ему об этом, когда он прервал ее: «Я хотел извиниться за поцелуй. Я не должен был делать этого без твоего согласия. Я очень сожалею о своих действиях, но, пожалуйста, пойми, я просто не мог остановиться. Я… я никогда ни к кому в своей жизни не испытывал таких чувств, Кларк. Я никогда… ни в кого не влюблялся. Я просто хочу быть с тобой.… все время, и меня убивает, что ты не чувствуешь того же, что и я». «Я понимаю, Финн. Но это не дает тебе права игнорировать то, что я тебе говорю. Я не хочу, чтобы ты целовал меня, Финн, я не хочу быть с тобой. Самое большее, что я могу тебе предложить, это дружба и ничего больше. Ни сейчас, ни когда-либо. Я надеюсь, что ты сможешь бороться с этими чувствами, которые, как ты утверждаешь, испытываешь ко мне, но если ты этого не сделаешь, если не сможешь, тогда, я думаю, для нас обоих будет лучше, если ты не будешь участвовать в моей жизни. Мне очень жаль», — Кларк твердо стояла на своем. Она действительно нуждалась в том, чтобы он понял это. «Это из-за Рейвен? Потому что ты не хочешь ее предавать?» «Нет, Финн», — покачав головой, она попыталась объяснить это так, чтобы он понял, — «Даже если бы она не была твоей девушкой, а была просто другом, я все равно не была бы с тобой, потому что, в конце концов, я не испытываю к тебе никаких романтических чувств, и все тут. Моя проблема с твоими отношениями с Рейвен заключается в том, что даже когда ты все еще вместе с ней, ты пристаешь ко мне и это не нормально, даже если бы я была в этом заинтересована, а это не так. Она твоя девушка и ты обязан быть ей верен до тех пор пока вы не расстанетесь. И что бесит меня больше всего, так это то, что я не должна постоянно напоминать тебе о ее существовании и ее месте в твоей жизни, Финн. То, что ты делаешь, нехорошо ни в каком смысле, ни в какой форме». Он стыдливо опустил голову: «Ты права. Это просто… Я не хочу… Я боюсь, что она не поймет и что знание того, что я больше не испытываю к ней таких чувств, причинит ей боль. Это последнее, что я хочу делать». Кларк в замешательстве посмотрела на него: «Как ты думаешь, что именно она почувствовала бы, если бы я поддалась на твои ухаживания, Финн? Ты же не думаешь, что она не была бы опустошена, если бы узнала о том, что что-то происходит между тобой и мной? Ее парень и ее лучшая подруга? Должна признаться, мне немного трудно поверить, что сейчас тебе вдруг не все равно, хотя у тебя не было бы никаких проблем с этим, если бы я не возражала против того, чтобы ты засунул свой язык мне в глотку». «Нет, нет. Мне действительно не все равно!» — пытался объяснить парень, — «Я не пытался причинить боль ей, или тебе. Как я уже сказал, я никогда ни к кому в своей жизни не испытывал таких чувств и это ошеломило меня до такой степени, что я не мог и до сих пор не могу думать ни о ком другом, кроме тебя, Кларк. Но я никогда, никогда не хотел бы причинить Рейвен боль. Она — член моей семьи. Я люблю ее. Все так, как я уже сказал, я не думал». «Что ты не думал и не думаешь, я и сама вижу. Это довольно очевидно. Но вот в чем дело, Финн. Тебе нужно начать думать, прежде чем что-то делать, потому что независимо от того, хотел ты, или нет, результат был бы тот же. Рейвен была бы убита горем и это была бы твоя вина и моя, если бы я была частью этого», — сделав глубокий вдох, она заговорила с ним более мягко. — «Тебе нужно начать думать о том, что ты делаешь и о последствиях твоих действий не только для себя, но особенно для тех, кто пострадает от того, что ты делаешь. Потому что кто-то серьезно пострадает и иногда страдают люди, о которых ты заботишься больше всего, или же пострадаешь ты сам. Мы находимся на Земле, в постоянной опасности и не только со стороны землян. Все, что мы делаем здесь, оказывает влияние на эту группу и наших людей, поэтому тебе нужно быть осторожнее с тем, что ты делаешь», — сказала Кларк, думая о Тондисе. «Ты права и я сделаю это, я обещаю, а пока…» — он сунул руку в карман куртки и достал еще несколько карандашей и блокнот. — «Я принес тебе еще, в качестве извинения за свои действия прошлой ночью». Блондинка приняла подарок и кивнула ему, — «Спасибо, Финн. Я принимаю это и надеюсь, что мы сможем преодолеть это. Но прежде чем ты уйдешь, я должна сказать тебе кое-что важное. Рейвен здесь». У мальчика было ошеломленное выражение лица, когда он переваривал слова, которые только что услышал: «Она? Но как? Почему?» «Капсула, которую все видели прошлой ночью, это и была она. Я была недалеко от места крушения и добралась до нее, как только она приземлилась. К счастью, у нее было радио, так что я смогла связаться с Ковчегом и сказать им, что им безопасно спускаться. Вот почему я обещала начать подготовку к вечеринке, если они не будут снимать свои браслеты, пока мы не свяжемся с Ковчегом», — мальчик огляделся, впервые заметив, что остальные работают. — «Они отчаянно нуждались в информации там, наверху, иначе им пришлось бы убить больше людей, чтобы иметь больше кислорода еще какое-то время. Рейвен была альтернативой этому. План А, если угодно. Слава Богу, это сработало», — объяснила Кларк. «С ней все в порядке?» «Конечно, она просто устала. Я позволила ей немного поспать в моей палатке, но она недавно проснулась и принялась за подключение радио, чтобы я могла нормально разговаривать с Ковчегом. Если ты хочешь, ты можешь пойти к ней. Я уверена, вам двоим нужно о многом поговорить», — сказала ему Кларк с ободряющей улыбкой на лице. «Ты рассказала ей о поцелуе?» «Да. Она моя лучшая подруга, я не могла скрыть это от нее». Кивнув, она смотрела, как мальчик ушел, направляясь туда, куда она указала. Блондинка очень надеялась, что все сложится хорошо для них обоих. «Как ты думаешь, как будет развиваться этот разговор?» Повернувшись, Кларк увидела, что это Джессика. «Честно? Понятия не имею. Все, что я знаю, это то, что они много значат друг для друга, даже если они не хотят, чтобы эти отношения продолжались. Что бы они ни решили, я надеюсь, это пойдет на пользу им обоим и что они не причинят друг другу слишком много вреда в процессе. Я бы не хотела, чтобы они потеряли друг друга». Джессика положила руку ей на плечо и сжала его: «Что бы они ни решили, это не твоя вина. Ты не сделала ничего плохого». Кларк улыбнулась девушке: «Я знаю». Она вздохнула, прежде чем покачать головой: «Давай приступим к работе, это мясо само себя не приготовит».

* * * *

Что касается механика, то она проснулась около двадцати минут назад и решила, что будет лучше, если она просто приступит к работе, стараясь отвлечься от мысли о том, что в скором времени она столкнется с Финном после долгой разлуки. С мальчиком, которого она знала, а не оболочка, в которую он превратился после того, что случилось в той деревне, когда он подумал, что потерял Кларк. Вот по этому мальчику она очень скучала, даже если их чувства друг к другу больше не были любовью, если они хоть когда-то ею были вообще. Рейвен не могла не сравнить то, как ее жизнь складывалась сейчас, с тем, как это было раньше. В течение столь долгого времени, проведенного на Земле, ей приходилось сталкиваться с болью потери любви Финна из-за кого-то другого, а затем травма ноги, настолько серьёзная, что боль почти стала частью ее самой. Теперь у нее не было этой боли, ее нога работала нормально и это оставляло у нее чувство подавленности, словно она ожидала, что ее нога начнет болеть в любой момент. Почти как фантомные ощущения, которые испытывают люди, потерявшие конечность, но ощущающие, как будто она все еще там. Но больше всего сейчас ей нужно было разобраться со своими чувствами к Финну и с тем, как она хочет справиться с этим, пребывая в замешательстве… или, скорее, испытывая тревогу, от ее растущих чувств к Луне, которая была за много миль от нее, даже не подозревая о ее существовании, или о том, чем они делились раньше. И разве это не было тоской? Механик понятия не имела, как Кларк справлялась с тем, что была так близко к Лексе и останавливала себя, чтобы не броситься прямо к ней в объятия. Это доказывало, насколько блондинка была сильной, потому что Рейвен и Луна не разделили даже толики того, что делали и разделяют эти двое, но для нее это уже было тяжело. Это, должно быть, мучительно для блондинки. Когда она думала о том, когда зародились ее чувства к другой девушке, первое, что пришло на ум, было, когда она увидела, как Луна утешала умирающего ребенка, держа ее на руках, так полно ощущая ее смерть. С этого момента Рейвен тянуло к ней. Она не была уверена, что это было, так как это было совсем не похоже на то, что она чувствовала к Финну или даже к Вику, которые были единственными людьми, с которыми у нее были романтические отношения на тот момент. Финн был ее другом детства, который превратился в ее первую любовь и любовника, но который никогда по-настоящему не был влюблен в нее и не прождал и десяти дней, прежде чем прыгнуть в постель с кем-то другим, и у которого даже не хватило порядочности сказать ей, позволив ей узнать все, просто столкнувшись с Кларк. Вик был кем-то, у кого с ней было много общего и он был рядом в тот момент, когда она чувствовала себя такой одинокой, и именно поэтому она ничего не добивалась с ним. Она просто хотела, чтобы к ней прикасался кто-то, кто хотел ее, а не кого-то другого. Луна же, сильно отличалась от них обоих. Ощущения от рук девушки, крепко обнимавших ее, как будто надеясь, что она сможет удержать разлетевшиеся осколки, пока Рейвен будет собирать их обратно, были тем, чего механик никогда не чувствовала ни от кого другого, даже от Финна. Луна поняла, что ей нужно, а Рейвен не сказала ей об этом ни слова. Она была просто рядом с ней, заставляя девушку чувствовать себя в безопасности впервые за, казалось, целую вечность. Рейвен все еще дрожала, вспоминая слова, которые Луна шептала ей на ухо. Конечно, физическое влечение было с самого начала, так как Луна была великолепна, но это всегда было нечто большее. Настоящая притягательность заключалась в том, что она могла видеть за фасадом, который Рейвен надевала для себя так же, как и для других, то, как она могла видеть, насколько сломлена механик, и все еще думать, что она сильная. Честно говоря, Рейвен чувствовала, что Луна смотрела на нее так, словно хотела стать тем клеем, который снова собрал бы ее воедино и девушка чувствовала то же самое. Ей хотелось, чтобы у них было больше времени вместе, чтобы лучше узнать друг друга. Она была глубоко погружена в свои мысли о землянке, которая была опасно близка к тому, чтобы украсть ее сердце, ничего для этого не делая, когда полог палатки открылся и раздался голос Финна, напугав ее. «Привет». Развернувшись на своем сиденье, готовясь увидеть его, Рейвен подумала, что это было за гранью сюрреализма — видеть мальчика, стоящего здесь, прямо перед ней, живого, здорового и невредимого от ужасов, с которыми им еще предстояло столкнуться. Независимо от того, что произошло между ними, в другой временной шкале, или в этой, Финн был ее семьей и потерять его было все равно, что потерять часть себя, так что, видя его сейчас перед собой, ей ничего не оставалось, как вскочить со своего места и обнять его так крепко, как только могла. «Осторожнее там. Я хрупкий», — пошутил он, обнимая ее в ответ. Они оставались так в течение нескольких минут, прежде чем Рейвен, наконец, решила отстраниться и посмотреть на него полными слез глазами: «Я так рада тебя видеть». Финн улыбнулся ей, кивая в знак согласия. «Я тоже, Рейвен. Хотя я должен был догадаться, что это ты была в той капсуле. Ты единственный человек, которого я знаю, достаточно сумасшедший, чтобы совершить такую опасную вещь». «Знаешь что? Заткнись. Это уже второй раз, когда мне приходится объяснять, что это не безумие, это потрясающе. И починить столетнюю капсулу, чтобы она прилетела на Землю, для меня проще простого», — сказала она в шутку, и они оба рассмеялись, прежде чем она приняла более серьезный тон и выражение лица. — «Я думаю, нам нужно поговорить о нас и о том, что мы чувствуем друг к другу, а в твоем случае, что ты чувствуешь к Кларк, не так ли?» «Послушай, Рейвен, я никогда не хотел причинить тебе боль, я хочу чтобы ты это знала. Я очень забочусь о тебе, ты моя единственная семья и причинять тебе боль — это последнее, что я когда-либо хотел сделать», — сказал он, умоляя ее понять, что в его намерения не входило сделать ей больно. Хотя ему и не нужно было объяснять, она и так знала, что у него не было намерений причинить ей боль, или влюбиться в Кларк, как и в прошлый раз, это просто случилось и она знала, что он заботился о ней, так же, как и она заботилась о нем. Она кивнула: «Это никогда не было проблемой, Финн. Я знаю, что ты никогда намеренно не обидел бы меня и что ты не можешь справиться со своими чувствами, или выбрать кого-то другого чтобы влюбиться, но я, честно говоря, ожидала, что ты, по крайней мере, подождешь, прежде чем у нас будет возможность поговорить, вместо того, чтобы просто пытаться сойтись с ней, особенно зная, что она моя лучшая подруга. Я думаю, что заслуживала от тебя большего. «Конечно. Я чувствую себя ужасно из-за того, что сделал». «Но ты бы продолжил это делать, если бы она не остановила тебя, не так ли? Для тебя не имело бы значения, как мне было бы больно, если бы я прилетела и узнала, что ты мне изменил. Если бы Кларк хотела тебя прошлой ночью, или любой другой ночью, ты бы не задумался, прежде чем забраться на нее и вот об этом мне действительно больно думать». Финн закрыл глаза, опустив голову, не в силах смотреть ей в глаза. «Я знаю, что ты не любишь меня, по крайней мере не так», — продолжала девушка. — «Если говорить честно, то я чувствую то же самое. Я люблю тебя, но я не влюблена в тебя. Я думаю, нам было просто легко быть вместе и мы позволяли всему этому продолжаться слишком долго, но, Финн, я бы никогда не поступила с тобой так, как ты пытался поступить со мной, даже если это вышло неумышленно. Если бы у меня были чувства к кому-то, я бы подождала, пока не поговорю с тобой об этом. Я бы никогда не изменила тебе, тем более с твоим лучшим другом. Я не говорю, что ты ужасный человек, потому что знаю, что это не так, но то, что ты сделал, было действительно дерьмово и я разочарована и обижена». «Мне так жаль, Рейвен. Я действительно боюсь. Я чувствую, что все, что я скажу, будет не достаточно», — извинился он, его голос дрожал от эмоций. «Я знаю. Я верю в это. Но ты разрушил мое доверие к тебе, даже если ничего не случилось. Потому что единственная причина, по которой ты мне не изменил, это то, что Кларк сказала «нет» и мне понадобится некоторое время, прежде чем я смогу простить тебя за это. Мне просто нужно побыть одной какое-то время, даже если в этом месте это сделать достаточно сложно», — искренне сказала ему Рейвен. «Я понимаю и я сделаю все, что ты от меня потребуешь, чтобы я мог снова заслужить твое прощение», — пообещал он ей. Подойдя ближе, Рейвен снова обняла его. «Я всегда буду любить тебя, несмотря ни на что». «Я тебя тоже». «Не смотря ни на что, у нас все будет хорошо. Я ни за что не вычеркну тебя из своей жизни, но сейчас мне просто нужно, чтобы ты занимался своими делами, а я буду заниматься своими. Надеюсь, пройдет совсем немного времени, прежде чем мы сможем оставить это в прошлом и снова стать друзьями». Он кивнул: «Я очень надеюсь на это». Отступив назад, Рейвен улыбнулась ему: «Хорошо, мне придется закончить это, потому что наш свирепый блондинистый лидер хочет визуального контакта с Ковчегом как можно скорее, а я не могу разочаровать ее в свой первый день здесь, не так ли?» — мальчик улыбнулся. — «Но для начала, сейчас ты сядешь и позволишь мне подстричь эту копну, которую ты, кажется, считаешь волосами. Только тогда ты сможешь оставить меня в покое». Финн сел, как она велела, прежде чем она схватила свой швейцарский нож и начала молча подстригать его волосы, так как им больше нечего было сказать друг другу. Стало ясно, что между ними больше нет никаких отношений и что было бы действительно лучше, если бы они расстались, продолжая каждый жить своей жизнью и, возможно, найти кого-то другого, кого можно было бы полюбить. Прошло всего полчаса, прежде чем она закончила, после чего он улыбнулся ей и вышел из палатки. Как только он это сделал, спустя минут десять Рейвен снова прервали. На этот раз это была блондинка, чего механик, честно говоря и ожидала. Сев, Рейвен посмотрела на нее, когда девушка выжидающе села рядом с ней. «Ты в порядке?» — мягко спросила Кларк. Вздохнув, девушка ответила: «Это было, конечно, лучше, чем в прошлый раз, так как я была готова к этому и больше не лгала себе, что мы так любили друг друга, но это было определенно не просто. Тем не менее, я рада, что мы смогли быть честными друг с другом, чтобы расставить все точки. Он согласился дать мне немного времени, чтобы простить его за его ложь. Я имею в виду, если бы ты не отказала, он бы сделал это снова, и ты бы влюбилась в него, верно? Кларк кивнула: «Если бы я опять не знала о тебе, да. Даже в прошлый раз я спала с ним только потому, что думала, что он свободен. Если бы я знала, что у него были отношения, я бы никогда этого не сделала». «К слову об этом, как ты справляешься с тем, что ты здесь, зная что Лекса так близко? Серьёзно, Кларк. Я понятия не имею, как ты еще не сошла с ума». «Я тоже, Рэй», — Кларк сжала свое ожерелье. — «Вот это мне помогает. Это похоже на… Словно частичка ее всегда со мной, что-то, за что я могу держаться, пока жду момента, когда мы снова сможем быть вместе. Но определенно нелегко удержаться от того, чтобы пойти к ней и просто разбудить ее, зная, что если я сделаю это, то смогу оказаться в ее объятиях, поцеловать ее, услышать ее голос, увидеть ее лицо, почувствовать ее прикосновения. Но это не то, что должно произойти сейчас. Независимо от того, чего хочет мое сердце, мне нужно постоянно напоминать себе, что сначала я должна сосредоточиться на всем остальном. Я говорю тебе, Рэй, это новый уровень пыток, о котором даже Маунт Везер не догадываются», — закончила Кларк жаловаться брюнетке. «Ну, по крайней мере, теперь осталось всего несколько недель, прежде чем ты вернешься к своей крутой, сильной и, при всем моем уважении, чрезвычайно горячей подружке», — поддразнила Рейвен. Кларк усмехнулась, игриво толкнув ее в плечо: «Эй, я держалась подальше от твоего парня, так что и ты тоже держи подальше свои грязные мыслишки от моей девушки». «Извини, Кларк, но я не слепая», — засмеялась механик. — «И я уверена, на сто процентов, что даже слепой человек может увидеть, что Лекса — само определение горячей и сексуальной. А как она должна выглядеть в постели, вся голая и потная? Держу пари, как богиня секса». «О, это определенно вид, предназначенный только для моих глаз», — собственнически ответила блондинка, когда они рассмеялись. «Счастливая сучка. Но серьезно, Кларк, тебе действительно повезло; не потому, что она выглядит как хренова богиня, а потому что она смотрит на тебя так, словно она стреляет в тебя сердечками из глаз. Она так влюблена в тебя. На самом деле это довольно отвратительно». «Лекса такая жесткая и серьезная, когда она в режиме Командующей, но когда она просто Лекса, она очень романтичная и милая». «Я не могу представить, чтобы Командующая превращалась для тебя в горячую лужу. Но еще раз, ты дважды заставила моего парня захотеть изменить мне, из которых один раз он все же изменил мне, так что я почти уверена, что то, что у тебя под всей этой одеждой, должно быть действительно что-то стоящее, или ты просто знаешь, как это работает…» «Эй!» — Кларк шлепнула ее по руке, заставив громко рассмеяться. — «Прекрати эти грязные разговоры, извращенка. Ничего подобного». Они оба расхохотались над намеками Рейвен, да так, что почти не могли остановиться, но, к счастью для них, подошел Мерфи, заглянув в палатку и заставив их смех прекратиться. «Мне жаль прерывать то, что происходит тут у вас, но наш бесстрашный лидер очень нужен в данный момент». Глядя на него с растущим беспокойством, Кларк спросила: «Что случилось, Джонни?» «Беллами вернулся».