Заначка (Аромат стекла, запах тибанны, тень технологий)

Рыжая Соня Интересно, Шем останется друганом, или тоже кинет? — Неправильный ты ситх, Женя, — призрак медленно переходил от одной раскуроченной взрывом клон-капсулы к другой, без особого энтузиазма разглядывая ошмётки заготовок своих тел. — Да я вроде как вообще не из ваших кружочков юных сектантов, — аж самому удивительно, как со сломанными рёбрами можно произнести такую долгую речь. И не сбиться на кашлянье кровью. — Да я не о том, — Шем остановился напротив меня, отгородив призрачным телом от моего взгляда свой испорченный мясной скафандр. — Бабу бы тебе нормальную найти. Я покосился на лежащую безвольной куклой Ирис. Отчаянная женщина. Или патентованная самоубийца. Повинуясь иррациональному желанию, дотянулся до её холодной ладони, накрыл своей. — Не жилец, — авторитетно заявил Шем, садясь на корточки рядом с ней. — В ней осколков больше, чем в моём новом теле. В Силу отойдёт вот-вот. Ирис, ну как так-то?.. Не надо было играть в бравого телохранителя, автоматика защиты отработала штатно. Ну а то, что заложили с кратным запасом… Что ж, по ушам найдёте эльфов. Крови из тогруты натекло прилично, спина превратилась в фарш, равно как и часть внутренних органов. Самое паршивое, что неповреждённых регенерационных камер не осталось. Под ними и была заложена взрывчатка. Скорее всего, заложили под видом бакты или универсального физраствора. Со своей позиции вижу нижнюю палубу и сквозную пробоину в ней, закрытую силовым полем. Всё же хорошо, что на своём изделии полетел, а не на прикупленной по случаю под возможную модернизацию скоростной яхте, иначе осталась бы от нас только пыль да пара килограмм выгоревшего напрочь шлака. Ирис попыталась оттолкнуть меня за самую прочную конструкцию лаборатории — монументальный стенд пульта управления. Вероятно, приняв на себя ударную волну, превышающую многократно даже заложенный мной запас прочности, её защита просела до экстремально низких пределов, из-за чего автоматически попыталась присоединиться к ближайшему стандартизированному источнику энергии. То есть ко мне. Щиты объединились, выравнивая топологию и распределение удароприёмных конструктов, а дальше… Наверно, схлопнулись, получив запредельные термический и баллистический урон и многократно переотражённую от стен ударную волну. Но винить тогруту в том, что она в первую очередь кинулась защитить только-только состоявшегося нанимателя, а не себя, я не собирался. Окажись на её месте, закрыл бы собой кого-нибудь? Юльку разве что. Наверно. Надо думать. Во второй лаборатории совершенно точно есть набор оборудования для экстренной карательно-полевой киборгизации, родной брат-близнец того, на котором собирали генерала Гривуса. Но о её расположении знала и Юля, а значит, и зелёный гретчин, и ликвидаторы Ордена. Вероятность подорваться там — один к двум. Не те проценты, ради которых хотелось бы рисковать. Остаётся последний вариант. Тот самый второй, предложенный Котофеем. Не особо популярный, конечно, но учитывая, сколько у меня тут должников образовалось, грехом меньше, грехом больше — никто и не заметит. Отдельный шлюп, оснащённый гипердрайвом, небольшой, рассчитанный на четверых человек, прекрасно маскировался под резервный топливный танк. Ну а в нём хранилась спящая красавица. Правда, красавицей, после знакомства лица и светошашки, девушку назвать нельзя, да и разумным существом тоже — прожаренный плазмой мозг худо-бедно выполнял только базовые потребности организма… да и те — только с помощью меддроида. Но зато там имелось уникальное оборудование, о существовании которого знала едва ли пара человек в Республике, и то на уровне слухов и легенд. В конце-концов, не одними только Неизведанными Регионами темна галактика. — В общем, Женя, я имею к тебе предложение. Ситх решил покачать права?.. На всякий случай я оставил в полуактививном режиме развоплотитель призраков. Не так эффектно, как на Коррибане, зато и разрушений — только выжженый объём воздуха в два-три кубометра. — Внимательно. Инъектор пуст, вся аптечка, маскирующаяся под безделушечный сувенирный браслет с аляповатой надписью «Я (сердечко) Корускант», уже растекается химией по организму. Жаль, одна была со мной. Жаль, Ирис не успела даже переодеться, чтобы получить свой экземпляр. — Вот смотри. Ты мужик чёткий, правильный, даже бабуля моя, хоть и призрак, мандражирует от одного твоего имени. Я тоже вроде не тряпка… Так давай, как тогрута отойдёт, я в её тело заселюсь? Ребёночка тебе заделаем, или там даже двух, или пять, я не против — за все оказанные тобой услуги. Что скажешь? — Иди в жопу, Шем. Я по девочкам. — Зря, зря, — ничуть не меняя тона, продолжил ситх. — Второго шанса ведь уже не предложу. — Лучше помоги донести Ирис… до схрона. — Железяку из неё сделать хочешь? Мне кажется, в лаборатории нас ждёт такой же сюрприз. — Нет. Другой схрон.

***

Ирис открыла глаза. Белый потолок над ней, между ним и глазами прозрачная крышка капсулы. Евгений, наниматель, стоит по ту сторону и приветливо машет рукой. Во второй руке у него высокий стакан с какой-то зернистой воздушной массой. В таких продают лёгкие закуски в голотеатрах. Воспоминание током прошило её сознание. Взрыв! Она хотела вместе с Евгением откатиться за препятствие, но ударной волной и жаром схлопнуло щит, а в следующий момент её спину обожгло раскалённой плетью. Последнее, что слышала тогрута, это треск рёбер нанимателя, прижатого её телом к стенду управления, а последнее, что ощущала — как горячие каналы, оставляемые осколками, прорастают в её туловище. Ирис, вскрикнув, рефлекторно подалась вперёд, — и крышка капсулы отлетела в сторону вместе с запорным механизмом и ошмётками двигателя. — Dobroje utro, Vjietnam, — произнёс наниматель на неизвестном языке, когда кусок бронепласта осыпался пеплом перед ним. — Как спалось, Ирис? — Что… Что произошло? — Ты прикрыла своим телом меня, я выжил — и попытался в меру доступных сил отблагодарить тебя. Ирис пошевелилась. Движения лёгкие, боли нет. Но капсула не наполняемого типа, и не ванна, и бактой совсем не пахнет. Ирис посмотрела на свои руки. И не узнала их. Синяя кожа, чёрные ногти. Стараясь не впадать в панику, она сделала шаг вперёд. На удивление лёгкий и мягкий. Ноги казались ей гораздо длиннее того, что были ранее, а ещё она прибавила в росте. — Зеркало? — Если можно, — кивнула Ирис, понимая, что и голос тоже теперь не её. Перед ней в воздухе повисла квадратная пластина, позволяя женщине осмотреть новую себя. Длинноногое подтянутое тело, даже на вид упругая молодая грудь, едва уловимый рельеф мышц под синей кожей. И светящиеся красным глаза подозрительно знакомого лица. Опытная память археолога тут же выцепила из памяти некогда виденную ориентировку. Ситх, кажется, по имени Сервант Станн. Или Северанс Танн? Не важно. Одно но — ей сейчас должно быть крепко больше, чем самой тогруте. А она сохранилась в возрасте немногим старше дочери. — Её тело держали в стазисе, — безмятежно пояснил Евгений. — Это был мой запасной вариант, если бы с суррогатным материнством всё выгорело, но ты бы отказалась вынашивать плод. Этой барышне снесли половину тыковки, так что если тебя волнуют какие-либо этические вопросы — их нет. Госпожа Танн физически и юридически мертва уже несколько лет как. Так что, Ирис, поздравляю: при желании ты сможешь обучиться худо-бедно владеть Силой. А внешность… Немного хирургии и генных корректировок, и в тебе никто не узнает злобную и избыточно самоуверенную ситхскую сучку. Ирис ничуть не стеснялась наготы. До заполнения анкеты ей через многое пришлось пройти. А с таким телом она наверняка вновь сможет поконкурировать в танцах с твилекками, как в старые добрые студенческие времена. — А я… моё… Хм… — Тело? Лежит в стазис-капсуле. Автохирург тут мощный, конечно, и аналогов в Республике вообще не имеет, как и весь медкомплекс, но даже ему не удастся поддерживать в нём жизнь с таким количеством повреждений внутренних органов. А запасов бакты в текущий момент у нас нет, — мужчина говорил спокойно, изредка прерываясь, чтобы закинуть в рот очередную жёлто-белую подушечку. Молод, приятен внешне. А теперь она ещё и жизнью ему обязана. Делая первые робкие шаги, она подошла к нему, чувствуя как в ней просыпается голод. Евгений предложил ей свой рацион… И тот тут же улетел в сторону, рассыпаясь по полу желтоватым ковром. — Что ты?!.. — Молчи, — выдохнула Ирис, обнимая нанимателя. Чужие… (теперь свои!) пальцы подчиняясь отнюдь не её рефлексам, ухватили ткань универсального комбинезона; лёгкое движение корпусом, и вот Ирис уже сама падает на нанимателя. Ей нужно утолить этот голод. И хотя бы так выразить благодарность своему спасителю. Суррогатное материнство? Да хоть десяток родит!.. Но, Мать-земля, как же расстёгивается этот комбез?!..